Мы были чернорубашечники

    9 Мая! Все-кто не забыл о подвиге предков, празднуют очередную годовщину Великой Победы.
 С детства помню, в этот День почти всегда бывала отличная погода. Вот и сегодня
 умеренный ветерок, солнечно и не жарко.
 Люди, с букетами в руках, идут к памятнику Славы.
Давно привычный весенний Праздник с каждым годом всё более отличается от предыдущих.
  Примета нового времени,- ветераны уже не идут отдельной колонной, под перезвон медалей на праздничных костюмах.
Действо сопровождает торжественная, напряжённая тишина.



    Оно и понятно, - самому молодому ветерану уже за девяносто!
 Кто смог прийти, в сопровождении родственников, присутствуют на торжестве.
    Здесь я встретил давно знакомого дедушку, Степана Юрьевича, как когда-то говорили,-"молодого ветерана", ведь он был
среди тех кто попал на фронт лишь в 1943 году.
    Торжественная часть закончилась и народ, под музыку военных лет, стал постепенно расходится.

  Нам было по пути почти до самого дома. По дороге разговорились.
 
 - Дед Стёпа, а как жилось вам в сорок третьем году, до
мобилизации?
 - Начну с того, что жил я с матерью в Домоткани* и освобождение встретил там же.
Почти два года прятался, стараясь меньше кому либо попадаться на глаза, ведь периодически проводились облавы на молодёжь,
 для отправки в Германию. Осенью сорок третьего всё чаще стала слышна канонада приближающегося фронта. И когда наши
подошли к самому берегу, с той стороны, немцам и полицаям уже было не до нас. Они как-то притихли, а потом стали спешно готовиться к обороне.



    Я уже открыто мог помогать матери по хозяйству даже днём. А однажды по улицам села ездила немецкая машина, и немец
стоя в полный рост, всем кого видел громко орал, - "Здэс будэт фронт! Вам два часа wek!" То есть нам давали возможность в течении двух часов покинуть зону предполагаемого сражения.


    Все вещи поместились в одну тачку и мы направились к оврагу  где к тому времени предусмотрительные сельчане
уже вырыли для себя небольшие укрытия. Там мы пересидели всё до конца.

    На протяжении двух суток село несколько раз переходило из рук в руки. И когда начало казаться, что этому не будет конца,
 вдруг наступила тишина. Люди стали с опаской покидать свои убежища. Мы ещё не знали точно чья взяла, а ноги сами несли
в сторону села. Ни одной уцелевшей хаты и масса мёртвых тел везде сколько можно было видеть!

    Среди убитых солдат, наших и вражеских, было видно много мужчин разного возраста, с оружием,
 но в домашней одежде. У некоторых посмотрели документы и оказалось, что они из прибрежных селений, что на левом берегу.
 Перед форсированием Днепра их спешно мобилизовали, пополнив таким образом армейские части. Вооружили, но ещё
не переодели. Видимо тогда в спешке было не до того. Это позже я узнал, что среди солдат таких называли,-"чернорубашечники".
Тех из них, кто побывал в нескольких боях и выжил, потом зачисляли в штат подразделений.

    Была тогда страшная неразбериха! И в общем всякого бывало! Парень я был крепкий, и меня приметил старшина миномётчиков, 
он так и сказал,-"Ты пойдёшь с нами!"  Прицельная плита от ротного миномёта  весит ровно шестнадцать килограмм
 и имеет ремешки для переноски её на спине, вот носить эту плиту и было моей службой.

    Двинулись на юго-запад. Наш миномётный взвод в боевом порядке наступающей пехоты. Иногда мы впереди, иногда немного сзади.
 Провоевав два месяца я получил ранение под городом Кривой Рог, где мы окружили немецкие войска. (Дед показывает шрам на голове, безволосая полоса шириной в палец, от правой брови и аж за ухо). - Это пуля по мне скользнула, а ещё ногу чем-то задело.

 
    Всех нас, кто ранен, повезли в полевой госпиталь, назад, почти в первоначальную точку.

    После осмотра и перевязки врач спросил мои документы:
 - Мы ведём учёт раненых и я должен записать тебя в журнал.
 - А, документов у меня нет.
 - Как так нет!?
 - Вот так, нет и всё. И я рассказал врачу свою историю.

 - Ты хоть понимаешь, что в случай гибели, ты мог не войти даже в число потерь?! Да-а, повезло тебе друг.
   Ну, ладно, ранение твоё лёгкое, ты иди сейчас прямо домой. Но долго не засиживайся. Нужно самому обратиться
   в местный военкомат, тогда у тебя и статус будет правильный и главное,- будет документ!

    Я всё сделал как советовал военврач. А ещё я умел водить машину и это мне здорово помогло.
 Назначили меня в дальнобойную артиллерию, водителем тягача.

   Идём колонной. Главный даёт команду, - "Отцепить орудия! Машины подальше в сторону!" Пока хлопцы дают несколько
 залпов, мы водители, стоим в ожидании условного сигнала. Затем цепляем пушки и продолжаем движение. Командир дальнейшие задачи знает.
 

    - Вовка, это же совсем другая война!!!

  Так в артиллерии я и воевал. А сегодня вот вручили.  (Дед Стёпа показывает медаль  «За освобождение Праги».)
  Сколько лет прошло, а она меня нашла! Я и не думал даже. Да разве в медалях дело?!

    Через два года Степана Юрьевича не стало. В возрасте девяносто пяти лет ушёл в вечность, последний из тех ветеранов с кем я лично был знаком.
 
 
 

         * - село в среднем Приднепровье