Ничьи мои горы

     Романтический супраментал клубился над бурлящей водой…
Река кипела и несла потоки супраментала в долину всё дальше прорезывая ход.
И там, где-то на изгибе больших валунов, где правая протока становилась голубо-серой, а левая, окаймляя остров — бирюзовой…, романтизм кончался.
И не поймёшь сидя в беседке наблюдая всю эту махину: как она, вода после водопада, соединяется снова в молочный кипящий поток…

– ...  влади, ди.....ба...тор...хан...ши,ффррр –- едва расслышалось сквозь хрип и свистящие вопли брызг
– ...  но ведь…, начал было... он и споткнулся...
– ...  и нииииикакиииих границ, пропела вода…
– ...  то есть войны не будет?
– ...  зачем воде война? хихикнула река…, и он вздохнул с облегчением …

И это значило, что его веранда во все времена так и остаётся висеть над бурлящей водой.
И на восходе будут сиять розовые скалы с базальтовой крошкой.
А на золотых склонах будут пастись лохматые яки и козы.
И он снова будет разгадывать смысл незнакомых звуков и слогов шипящего водопада, которые через мгновение растворятся в туманной дымке за валунами. А горы так и останутся ничьи.

.
посвящается ныне ушедшему в астрал