Островитянин. гл. 11. А. Яковлев. 84 г

                гл. 11. Островитянин. А. Яковлев. 84 г.

       
         «Есть в Петербурге довольно странные уголки. В эти места как будто не заглядывает то же солнце, которое светит для всех петербургских людей, а заглядывает какое-то другое, новое, как будто нарочно заказанное для этих углов, и светит на все иным, особенным светом. В этих углах, милая Настенька, выживается как будто совсем другая жизнь, не похожая на ту, которая возле нас кипит, а такая, которая может быть в тридесятом неведомом царстве, а не у нас, в наше серьезное-пресерьезное время…».
       
        Это цитата Федора Достоевского из повести "Белые ночи", которую я прочитал в программке Большого Драматического Театра в 1984 году. Программка случайно завалялась у меня дома, стоила она всего шесть копеек. Билеты я тогда покупал рубля за два. Сегодня же билеты в этот театр стоят от 500 до 6000 рублей, в зависимости от места.  На некоторые постановки бывает даже скидка до 60%. Раньше такого не случалось.

        Интересно, что в конце программки есть запись: дети до 16 лет на вечерние спектакли не допускаются. 
Сначала я улыбнулся, а потом вспомнил, что один раз, будучи в девятом классе, я действительно не смог попасть в этот театр. Пришлось продавать билеты у входа.
   
                Теперь, собственно, о спектакле «Островитянин».
       
        События в нём происходит в Ленинграде в 80-е годы. На сцене перед нами предстаёт коммунальная комната
с отрывающимися обоями, но зато с красивым видом из окна на Петропавловский собор. Из мебели тут старый шкаф, тахта, табурет, кресло да стул — вот практически и всё, что нужно сорокалетнему Эдику, в прошлом талантливому учёному.
        Он ходит в майке и застиранных трениках, а чаще лежит на продавленной тахте, впрочем, быт его мало волнует.
Эдик работает ночным сторожем в гараже. Его это вполне устраивает: много времени остаётся для размышлений.
        -- За эти годы я стал гораздо ближе к себе, -- признаётся он.
       
        Эдик -– обитатель Васильевского острова. Таких жителей питерцы зовут островитяне -- отсюда и название спектакля. 
В своё время его выставили из НИИ, а его успешный приятель Володя Сущев увёл у него жену Тамару. 
        Но вот беда, без Эдика работа в НИИ не ладится. Чтобы исправить ситуацию, Володя приезжает в гости к забытому другу
с коньяком и закуской и предлагает возглавить лабораторию.
        -- Наука таких дураков любит, почему? – спрашивает Сущев.
        -- По взаимности, -- отвечает Эдик.
       
        Сущев приезжает не один, он приводит привлекательную девушку Марину из Москвы, надеясь, что друг-идеалист влюбится в нее и поедет вместе с ним в первопрестольную.
        Частично этот план срабатывает.  Раскрепощённая Марина, девушка без комплексов, оставшись в одной рубашке, затаскивает Эдика в постель (падая на спину, задирает ноги. «Я торчу», -- произносит она). Если Эдик действительно увлечён Мариной, то для девицы это всего лишь небольшое сексуальное родео.
       
        А потом и Тамара, привыкшая все контролировать, появляется на сцене и говорит, что без Эдика жить не может.
Правда, и бросать Сущева она не собирается, с ним ей очень комфортно. Тамара предлагает жить на две семьи, предоставляя Эдику полную свободу действий.  Ну в точности как у Саввы и Маргариты Хоботовых из "Покровских ворот" (82 г).
        В ответ на её уговоры Эдик отвечает:
        -- Кто же, кроме разведённых, знает цену настоящей свободы?
       
        Концовка спектакля безрадостная. Поняв, что вокруг него плетут интриги, Эдик отклоняет все предложения. Марина тоже бросает его – она ведь только статистка на этом нелепом представлении. И Эдик снова остается один в своей невзрачной коммуналке.
        К сожалению, ни текста пьесы Алексея Яковлева, ни видеозаписи спектакля мне найти не удалось, так что пришлось писать по памяти и по записям из дневника.
       
=========================================      
       
        Постановка в общем-то незамысловатая, вроде бы и особых достоинств у неё   немного, как нет ни ярких характеров,
ни закрученной интриги. Да и динамики тоже мало, действие происходит в одном и том же помещении и сводится к разговорам и спорам.
        Тем не менее спектакль задел за живое. А почему?.. Думаю, потому, что в спектакле верно передан особый дух города, точно подмечены характеры его жителей. Когда ночью светло, как днём, и исчезают все тени, город отдаётся во власть  волшебной сказки, погрузившись в которую, уже не хочется никуда возвращаться.
        В древности считали, что тени существуют на границе между добром и злом, поддерживая баланс. А когда этот баланс пропадает, человек способен на всё. Он может стать невменяемым и за себя уже не отвечает. Не отсюда ли проистекают "странности" в поведении  главного героя?

        Глядя на Эдика, сидящего на подоконнике, я физически ощущал влажный питерский воздух. Будто освежающий ветерок
с Невы врывается на сцену, принося с собой клубы утреннего тумана. В тумане белых ночей есть своя красота, своё таинство;
в размытых границах, в недосказанности, в неясных очертаниях чувствуется что-то мистическое и загадочное.
            
                “И, не пуская тьму ночную
                На золотые небеса,
                Одна заря сменить другую
                Спешит, дав ночи полчаса”

        Когда я впервые приехал в Ленинград, в 9-ом классе, мне казалось, что все ленинградцы угрюмые и молчаливые, “застёгнутые на все пуговицы”.  Но пожив в этом городе, я узнал, что за суровыми стенами домов живут приветливые, доброжелательные люди, которые думают не только о себе. Именно они являются душой и сердцем нашего города, с которым никогда не хочется расставаться.
        Спектакль также вызвал у меня ностальгию по прошедшим годам. Вспоминаю белую ночь за окном, бутылочку золотистого токайского на столе, заунывные стенания саксофона на берегу моря и зовущий игривый взгляд нежных девичьих глаз. Ну что ещё нужно, чтобы снова почувствовать себя молодым?

http://proza.ru/2023/08/14/1068
                08. 2023 год. СПб