Роковая женщина... бардовские песни

Для игры Светлой Ночки - http://proza.ru/2023/06/30/1221 - «Подбери музыку к словам».

Допускаю, что авторские или бардовские песни нравятся не всем. Кто-то родился и прожил всю жизнь в больших или малых городах. Чья-то юность наполнена сельскими видами.

Потихоньку уходят те, кто застал начало тех песен, которые передавались у костра, на дружеских посиделках, с гитарой в руках.

Именно так я впервые услышала многие из них, без указания авторства, часто, с искажением первоначального текста и мелодий тоже.

С каждой такой песней связаны свои воспоминания.

***

Мы – молодые специалисты-изыскатели 70-х, живущие в большой квартире, отданной под общежитие на одной из улиц колдовского Владивостока.
 
Как-то раздался звонок в дверь. Моя подруга Нина открыла дверь и обомлела. На пороге – высокий, худощавый молодой человек корейской национальности.

- Хоть бы это к нам?! – подумала невольно. Уж так он ей понравился.

Леша Цой не ошибся адресом. Как-то связанный с бродячим театром «Перекресток», чтимого обитательницами квартиры, он пришел с гитарой по приглашению одной из них.

И вот уже накрыт чайный столик на кухне, и внимательные слушательницы замирают от мелодии и слов:

«Никого не пощадила эта осень
 Даже солнце не в ту сторону упало
 Вот и листья разлетаются как гости
 После бала, после бала, после бала…»

Клочками тумана память воскрешает совместный поход выходного дня, с костром и гитарой, с утренней дымкой, осенней прелестью дальневосточных джунглей.
И снова лилась песня:

«Эти двое в темно-красном
 взялись за руки напрасно.
 Чуть подует все пройдет и все пропало.
 Этот в желтом, одинокий, всем бросается под ноги,
 Ищет счастья после бала, после бала».*

Сердечная боль пронзила Ниночку, когда увидела она, как Леша заплетает в косу длинные волосы Наташи – чуть в стороне от всех, когда гитара звучала уже в других руках.

***

И был такой день, подаривший мне впервые еще одну новую тогда песню.

Ее спела самая романтичная из нас – Людмила. Это сейчас ее знают все, а я услышала  не обработанный вариант текста, и именно на слова Заболоцкого, ничего не зная тогда о нем и истории этой песни:

«Зацелована, околдована,
С ветром в поле когда-то обвенчана,
Вся ты словно в оковы закована,
Драгоценная моя женщина!»

«…Отвори мне лицо полуночное,
Дай войти в эти очи тяжелые,
В эти черные брови восточные,
В эти руки твои полуголые».**

На мою тихую просьбу переписать мне слова, я получила такой странный ответ, которого за всю жизнь мне больше услышать не привелось.

- Знаешь, Ира, есть такие песни, такие слова, которые не дарят просто так…

***

Время моей молодости прошло в экспедициях. Театры и музыка симфонических залов, концерты, гастроли на несколько лет не сбылись. Но бардовские песни прорывались и в праздники и в будни.

Я сижу у костра в промокшей штормовке, в туристических ботинках тоже подозрительно влажно, пройдено слишком много, усталость просит отдыха. Трещат сучья и выстреливают искры, согревает пламя, а над таинственной тайгой негромко звучат слова «Фрегата»:

   «…Эх, хозяйка, что же ты – хозяйка?
Выпей с нами – мы – сегодня платим.
Отчего же вечером, хозяйка,
На тебе – особенное платье?

Не смотри – так больно и тревожно,
Не буди в душе моей – усталость.
Это совершенно невозможно –
Даже до рассвета – не останусь…»

Спустя годы мы, уже у зажженного мангала, на берегу Камских заливов, пели «Фрегат» вдвоем с братом – покорителем горных вершин, родственные души - биолог и геолог:

«  Наш фрегат давно уже на рейде
Борется с прибрежною волною
Эй, налейте, сволочи, налейте,
Или вы поссоритесь со мною!»***

Не знаю, удалось ли мне передать, как воспринимался образ роковых, нарядных, загадочных, непостижимых женщин -  девушкой в штормовке, так мало еще знавшей о жизни. Но и сейчас, не пряча седины, я слушаю их иногда, возвращаясь в далекую юность.

Такие вот, «...крокодилы, пальмы, баобабы. И жена французского посла».





* -  Мелодию и текст песни «После бала» («Никого не пощадила эта осень») - сибирский прозаик и бард Николай Александрович Шипилов написал в 1976 году.

** - Стихи появились ещё в середине прошлого столетия. Их автор – поэт классик, Николай Алексеевич Заболоцкий. В оригинале стихотворение называется «Признание».

*** - «Наш фрегат давно уже на рейде…» - в народе так же известна как «Чайки» или «Пиратская». Песня написана Сергеем Шабуцким в 1963 году. Авторский вариант немного отличается, от того какой обычно исполняется в народе. Как и многие археологические песни, обладает высокой вариативностью. Иногда по ошибке авторство песни приписывают Александру Городницкому, но чаще всего она воспринимается как народная.