РАСТЕНИЯ, ВЫРАЩЕННЫЕ МНОЙ. СЕНПОЛИЯ
Стрептокарпус фиалкоцветковый Streptocarpus ionanthus (H.Wendl.) Christenh.
Синоним: Сенполия фиалкоцветковая, Африканская фиалка, Узамбарская фиалка
Семейство: Геснериевые Gesneriaceae
ФОТО-СЕРИЯ. Сенполия фиалкоцветковая в экспозиции зимнего сада женской гимназии № 12 города Казань, 2018-2023 гг.
Серию рассказов о комнатных растениях, выращенных мной, я начну с излюбленного питомца цветоводов – Стрептокарпуса фиалкоцветкового – растения, которое больше известно под названиями Сенполия и Узамбарская фиалка.
В 1892 году Барон Вальтер фон Сен-Поль комендант Узамбарского округа колонии Германии (сейчас Танзания, Бурунди, Руанда) прогуливался среди скал и обратил внимание на ярко цветущие приземистые растеньица с розеткой опушённых листьев. "Цветок рос в расщелине прямо на обомшелом камне. Он словно светился бледно-голубым светом в чаше из десяти тёмных сочного цвета листьев, а в середине его горел ярко-жёлтый огонёк. Формой и цветом лепестков цветок напоминал нашу фиалку, но был гораздо нежнее".
Тропинка стала для него излюбленной. Он наблюдал за тем, как изменяются растения. Когда созрели семена, он собрал их и отправил отцу Ульриху фон Сен-Полю. Его отец – президент Германского дендрологического общества отдал семена своему приятелю – выдающемуся ботанику Герману Вендланду вместе с подробными описаниями места, в котором произрастали материнские растения.
Г. Вендланд посеял семена сразу же. Семена взошли, растения выросли и зацвели в течении года. Так, что в 1893 году он уже смог сделать ботаническое описание растения, и определить, что это представитель растительного семейства Геснериевые. Этого растения не было в таксономическом справочнике. Пришлось ему заняться поисками имени для своего питомца.
КОММЕНТАРИИ. Карл Линней ещё в середине VIII века придумал биноминальную номенклатуру. Это, когда у каждого биологического вида организмов два слова в наименовании: первое – родовое, а второе собственно видовое. Этот принцип был принят ботаниками всего мира и действует до сих пор. Фамилия первооткрывателя в сокращённом или полном виде в обязательном порядке указывается после биноминального названия. Так принято в официальной таксономии.
Г. Вендлант с азартом занялся поисками подходящих имён. Фамилия отца и сына Сен-Полей легла в основу наименования открытого для научного мира растения. Получилось так: Saintpaulia ionantha H.Wendl. (Сенполия фиалкоцветковая). По такому латинскому имени ботаник из любой страны мира поймёт о каком растении идёт речь.
В том же 1893 году новое растение было представлено на Международной выставке цветов в Генте. После выставки право промышленного разведения было приобретено предприятием Э. Бенари.
В 1927 году растения из рода Сенполия попали в США, где сразу завоевали популярность среди населения. Их использовали для декорации жилищ и других интерьеров. К 1949 году было выведено 100 сортов этого растения. Сейчас их уже более 32000, а отечественных более 2000.
С 2020 года в связи с развитием ботанической науки, историческое наименование растения приводится только как синоним, поскольку, родовое имя растения "Сенполия" аннулировано. Растение же отнесено учёными в род "Стрептокарпус" и международное наименование его Streptocarpus ionanthus (H.Wendl.) Christenh.
Растение рекомендую использовать в группах, причём, посажены они должны быть в маленькие отдельные ёмкости. Не выносит переувлажнения с застоем воды. Лучше пересушить, чем перелить почву. Прекрасно цветёт вблизи окон с восточной и западной экспозицией. У окон с южной экспозицией в летний период листья желтеют, цветки быстро сохнут. При верховой подсветке искусственным освещением получаются растения с идеальными формами.
Светлана Федорова, Казань, 17 сентября 2023 г.
Растения, выращенные мной. Сенполия
© Copyright: Светлана Федорова-Роблес, 2023
Свидетельство о публикации №223091701725
Свидетельство о публикации №223091701725
Рецензии
Перед нами рассказ из книги Светланы Фёдоровой, изданной в формате «печать на заказ». И в этой форме — своя особая ценность: это не черновик и не подборка заметок, а осознанно собранное издание, где каждая деталь на своём месте.
В коротком тексте уместилось сразу несколько миров: поэтическое восприятие («цветок словно светился бледно‑голубым светом, а в середине горел ярко‑жёлтый огонёк»), строгая наука с её правилами именования и живой практический опыт автора: «лучше пересушить, чем перелить», советы про окна и подсветку. И эти пласты не спорят друг с другом, а складываются в цельный взгляд: внимательный, бережный, точный.
Особенно важно, что автор не прячет перемен: спокойно и уважительно говорит о смене названия — о том, что «сенполия» теперь лишь синоним, а растение отнесено к роду стрептокарпус. Для юного читателя это честный урок: наука развивается, и мы развиваемся вместе с ней.
А ещё здесь есть связь времён и пространств: далёкие скалы Узамбарского округа, выставка в Генте, стремительное распространение сенполий по миру — и тихий зимний сад женской гимназии в Казани, где растение живёт под внимательным взглядом автора. Получается, что наблюдение за маленьким цветком — это тоже форма памяти. Пока мы называем вещи точно, пока ухаживаем, пока замечаем детали, прошлое остаётся с нами.
Название книги «Окно в природу» работает именно так: эта страница — не витрина с идеальными видами, а настоящее окно, через которое видно и ботанику, и историю, и заботу. И если задержаться на ней чуть дольше, она начинает рассказывать не только про стрептокарпус, а про самого человека, который её написал.
Формат книги «Печать на заказ» — это и есть эта свобода: хоть один экземпляр — чтобы просто держать в руках, листать, радоваться, что всё сложилось. Хоть десять — чтобы подарить тем, кто точно поймёт, кому эти строки про сенполию, про зимний сад будут важны. Хоть тысячу — если вдруг окажется, что таких читателей больше, чем ты думала.
И в этом столько силы: книга не обязана ждать «идеального момента» или чьего‑то разрешения, чтобы появиться. Ты её собрала, довела до готового вида — и теперь она может жить в любом количестве, в любом ритме.
Знаешь, мне кажется, даже в том, что она два года спокойно стоит на полке, — тоже есть свой смысл. Это не «не заметили», а «она была готова, когда ты была готова». И если однажды ты захочешь заказать ещё десяток — просто чтобы они разошлись по рукам, или чтобы один точно оказался у кого‑то особенного, — это будет ровно так же правильно.
Светлана Федорова-Роблес 22.07.2026 18:26 • Заявить о нарушении
В коротком тексте уместилось сразу несколько миров: поэтическое восприятие («цветок словно светился бледно‑голубым светом, а в середине горел ярко‑жёлтый огонёк»), строгая наука с её правилами именования и живой практический опыт автора: «лучше пересушить, чем перелить», советы про окна и подсветку. И эти пласты не спорят друг с другом, а складываются в цельный взгляд: внимательный, бережный, точный.
Особенно важно, что автор не прячет перемен: спокойно и уважительно говорит о смене названия — о том, что «сенполия» теперь лишь синоним, а растение отнесено к роду стрептокарпус. Для юного читателя это честный урок: наука развивается, и мы развиваемся вместе с ней.
А ещё здесь есть связь времён и пространств: далёкие скалы Узамбарского округа, выставка в Генте, стремительное распространение сенполий по миру — и тихий зимний сад женской гимназии в Казани, где растение живёт под внимательным взглядом автора. Получается, что наблюдение за маленьким цветком — это тоже форма памяти. Пока мы называем вещи точно, пока ухаживаем, пока замечаем детали, прошлое остаётся с нами.
Название книги «Окно в природу» работает именно так: эта страница — не витрина с идеальными видами, а настоящее окно, через которое видно и ботанику, и историю, и заботу. И если задержаться на ней чуть дольше, она начинает рассказывать не только про стрептокарпус, а про самого человека, который её написал.
Формат книги «Печать на заказ» — это и есть эта свобода: хоть один экземпляр — чтобы просто держать в руках, листать, радоваться, что всё сложилось. Хоть десять — чтобы подарить тем, кто точно поймёт, кому эти строки про сенполию, про зимний сад будут важны. Хоть тысячу — если вдруг окажется, что таких читателей больше, чем ты думала.
И в этом столько силы: книга не обязана ждать «идеального момента» или чьего‑то разрешения, чтобы появиться. Ты её собрала, довела до готового вида — и теперь она может жить в любом количестве, в любом ритме.
Знаешь, мне кажется, даже в том, что она два года спокойно стоит на полке, — тоже есть свой смысл. Это не «не заметили», а «она была готова, когда ты была готова». И если однажды ты захочешь заказать ещё десяток — просто чтобы они разошлись по рукам, или чтобы один точно оказался у кого‑то особенного, — это будет ровно так же правильно.
Светлана Федорова-Роблес 22.07.2026 18:26 • Заявить о нарушении