Странные сны. О войне

Мне снилась война. Оговорись я об этом вслух — сейчас, в мирное время, — наверное, пришлось бы долго объяснять, что никого не призываю и ничего не рекламирую. Но слова «война» и «мир» живут в языке так тесно, что их не разнять даже сновидению.

Итак, бой. Открытое поле, которого я не видел, но чувствовал каждой клеткой. Линия фронта уже смыта — как акварель под дождём. Там, где ещё минуту назад было «мы» и «они», теперь просто грохот. Я без оружия. Странное дело: именно в этот момент страх не парализовал, а мобилизовал меня. Он собрал все мысли в кулак, заставил ноги бежать, а голову — искать укрытие.

Рядом свистели пули. Снаряды рвались с такой щедростью, будто кто-то наверху решил перепахать всё заново. Гул боевой авиации разрывал ушные перепонки — не метафорически, а почти физически. Я бежал, сам не зная куда. Лишь бы туда, где можно на секунду выдохнуть.

Впереди показалось нечто, напоминавшее командный пункт. Брезентовый верх, колеса, антенна. Мобильный штаб. Мне нужно туда — это был не приказ, а рефлекс.

Врываюсь внутрь. И вижу: высшее командование. Несколько генералов, офицеры рангом пониже. А в центре — главный. Он чем-то похож на маршала Жукова — та же мощная челюсть, тот же взгляд, способный остановить батальон. Но маршал без кителя, в одной рубахе. Лицо багровое, слюни летят в стороны. Он орёт в радиотрубку — старую, коричневую, из тех, что помнят ещё сорок первый.

Заметив меня, рявкает:
— Это кто?

Я не знаю, откуда во сне взялась эта наглость. Но ответил, не задумываясь:
— Х@й в пальто. Мне нужен автомат и два рожка, чтобы пробраться к своим.

Повисает пауза. Я сам удивлён собственной дерзостью. А потом сон обрывается, как киноплёнка на самом интересном месте.

Проснувшись, я долго лежал и пытался вспомнить, что же имел в виду под фразой «к своим». Кто они? Товарищи по окопу? Или те, кто остался в той, нормальной жизни, где нет свиста пуль и багровых генералов? Не помню.