Дизраэли. О заглавиях

Were it inquired of an ingenious writer what page of his work had occasioned him most perplexity, he would often point to the title-page. The curiosity which we there would excite, is, however, most fastidious to gratify

Если самого изобретательного писателя спросить, какая страница его труда доставила ему больше всего хлопот, он без сомнения ответит: титульная. Любопытство, которое мы здесь проявляем, возможно, не встретит сочувствия читатетеля. to gratify one's whims - потакать чьим-либо прихотям fastidious smiles - презрительные улыбки

...

An English novel, published with the title of "The Champion of Virtue," could find no readers; but afterwards passed through several editions under the happier invitation of "The Old English Baron." "The Concubine," a poem by Mickle, could never find purchasers, till it assumed the more delicate title of "Sir Martyn."

Один английский роман, опубликованный под заглавием "Поборник добродетели" не имел успеха, в то время как он же, изданный позднее под заглавием "Старый английский барон" снискал большую благосклонность публики. "Конкубина", поэма Микла (1734-1788), благополучно провалилась, но была принята под более деликатной маской "Сэр Мартин"

...

The Jewish and many oriental authors were fond of allegorical titles, which always indicate the most puerile age of taste. The titles were usually adapted to their obscure works. It might exercise an able enigmatist to explain their allusions; for we must understand by "The Heart of Aaron," that it is a commentary on several of the prophets. "The Bones of Joseph" is an introduction to the Talmud. "The Garden of Nuts," and "The Golden Apples," are theological questions; and "The Pomegranate with its Flower," is a treatise of ceremonies, not any more practised. Jortin gives a title, which he says of all the fantastical titles he can recollect is one of the prettiest. A rabbin published a catalogue of rabbinical writers, and called it Labia Dormientium, from Cantic. vii. 9. "Like the best wine of my beloved that goeth down sweetly, causing the lips of those that are asleep to speak." It hath a double meaning, of which he was not aware, for most of his rabbinical brethren talk very much like men in their sleep.

Еврейские и многие восточные авторы любят давить в заглавиях на аллегории, что отдает некоторым ребячеством. Такие заглавия ничего не объясняют в содержании, и нужно обладать даром отгадчика, чтобы понять, что "Сердце Аарона" это комментарии на высказывания некоторых пророков. А "Кости Иосифа" всего лишь вступительная статья в Талмуд. "Сад орехов" или "Золотые яблоки" трактуют теологические вопросы. "Гранат в цвету" повествует о церемониях, ныне не практикуемых. Жортен (1698-1770) дал это заглавие, уверяя: из всех фантастических заглавий это самое милое. Одни раввин составил скучнейших каталог раввинских авторов и назвал его "Губы спящих". Он пояснил, что это им взято из "Псалмов" Давыдова: "Как лучшее возлюбленное мое вино, которое халкается так сладко, как слетают слова с уст спящего человека". Он даже не подумал о возможном здесь двойном смысле: раббиновы мудрствования похожи на бред спящего человека.

Almost all their works bear such titles as bread-gold-silver-roses-eyes, &c.; in a word, anything that signifies nothing

Во многих восточных названиях без конца встречаются хлеб-золото-серебро-розы и другие многозначительные имена, которые не значат ничего.

Affected title-pages were not peculiar to the orientals: the Greeks and the Romans have shown a finer taste. They had their Cornucopias, or horns of abundance-Limones, or meadows-Pinakidions, or tablets-Pancarpes, or all sorts of fruits; titles not unhappily adapted for the miscellanists. The nine books of Herodotus, and the nine epistles of ?schines, were respectively honoured by the name of a Muse; and three orations of the latter, by those of the Graces

Аффектированные заглавия отнюдь не были прерогативой восточных людей: римляне и греки тоже подвизались активно на этой ниве. Были у них и Рога изобилия, или рога изобилия Limones. Были и Цветущие луга Pinakidions и столы Pancarpes, а также все виды фруктов: заглавия отнюдь не неподходящие для того что мы называем "Пестрой смесью". 9 книг Геродота и 9 томов эпистол Эсхина были скромно названы "Музами", а три речи последнего еще скромнее: "Грации"

The modern fanatics have had a most barbarous taste for titles. We could produce numbers from abroad, and at home. Some works have been called, "Matches lighted at the Divine Fire,"-and one "The Gun of Penitence:" a collection of passages from the fathers is called "The Shop of the Spiritual Apothecary:" we have "The Bank of Faith," and "The Sixpennyworth of Divine Spirit:" one of these works bears the following elaborate title: "Some fine Biscuits baked in the Oven of Charity, carefully conserved for the Chickens of the Church, the Sparrows of the Spirit, and the sweet Swallows of Salvation."

Современные фанатики имеет не менее варварские вкусы по части названий, как у нас в милой Англии, так и за рубежом. Некоторые произведения были названы "Спички, зажигаемые божественным огнем", а одно "Пистолет раскаяния". Коллекция случае из жизни св отцов была озаглавлена "Магазин духовной фармакапеи". У нас есть "Банк веры" и "Святой дух за 6 пенсов". Одна из подобных работ носит такое изысканное название: "Славные бисквиты из печи Милосердия, тщательно законсервиронные для циплят церкви, духовные воробьи и сладкие пилюли Спасения".

Sometimes their quaintness has some humour. Sir Humphrey Lind, a zealous puritan, published a work which a Jesuit answered by another, entitled "A Pair of Spectacles for Sir Humphrey Lind." The doughty knight retorted, by "A Case for Sir Humphrey Lind's Spectacles."

Иногда эти косяки имеют своеобразный юмор. Сэр Х. Линд, закостенелый пуританит, опубликовал труд, в котором одну иезуиту отвечает другой: "Пара очков для с. Хэмфри Линда".
Some of these obscure titles have an entertaining absurdity; as "The Three Daughters of Job," which is a treatise on the three virtues of patience, fortitude, and pain. "The Innocent Love, or the Holy Knight," is a description of the ardours of a saint for the Virgin. "The Sound of the Trumpet," is a work on the day of judgment; and "A Fan to drive away Flies," is a theological treatise on purgatory

Некоторые из этих названий развлекают своей абсурдностью, такие как "Три дочери Иова", что значит речь идет о трех добродетелях -- терпении, стойкости и страдании. "Невинная любовь святого рыцаря" повествует об отшельнике, молящемся святой Деве. "Звуки трубы" -- работа о судном дне, а "Веер, отгоняющий мух" -- теологический трактат о чистилище.

...

To excite the curiosity of the pious, some writers employed artifices of a very ludicrous nature. Some made their titles rhyming echoes; as this one of a father, who has given his works under the title of Scal? Al? animi; and Jesus esus novus Orbis. Some have distributed them according to the measure of time, as one Father Nadasi, the greater part of whose works are years, months, weeks, days, and hours. Чтобы возбудить любопытство благочестивых, некоторые авторы используют самые курьезные средства. Некоторые составляют названия, рифмуя слова; так один св отец выдал книгу Scal? Al? animi (души на весах крыльев), другой -- Jesus esus novus Orbis (Новый мир питания Иисуса). Многие делят книги на главы, назывющиеся мерами времени: годы, дни, месяцы, недели и часы.

Some have borrowed their titles from the parts of the body; and others have used quaint expressions, such as-Think before you leap-We must all die-Compel them to enter. Some of our pious authors appear not to have been aware that they were burlesquing religion. One Massieu having written a moral explanation of the solemn anthems sung in Advent, which begin with the letter O, published this work under the punning title of La douce Moelle, et la Sauce friande des os Savoureux de l'Avent

Еще другие заимствуют названия от частей тела или пользуются такими косолапыми выражениями, как "Подумай перед прыжком", "Мы все умрем" (кстати, так называлась известная песня гр "Двери"), "Заставь его войти". Многие из таких благочестивых авторов отнюдь не помышляют, что они превращают веру в бурлеск. Некий Массье, написав моральное объяснение на торжественные анфемы (многоголосые хоры в протестанских церквах), которые поют на Адвент (праздник в католцеркви), те, которые начинаются на О, выдал свои потуги как "Нежный костный мозг (moelle) и пикантная приправа к костям спасителя на Адвент"

The Marquis of Carraccioli assumed the ambiguous title of La Jouissance de soi-meme. Seduced by the epicurean title of self-enjoyment, the sale of the work was continual with the libertines, who, however, found nothing but very tedious essays on religion and morality. In the sixth edition the marquis greatly exults in his successful contrivance; by which means he had punished the vicious curiosity of certain persons, and perhaps had persuaded some, whom otherwise his book might never have reached

Маркиз Караччоли довольно-таки двусмысленно назвал свою книгу "Наслаждение самим собой". Соблазнившись эпикурейским духом, идущим от названия, книги весьма успешно продавалась среди либертэнов, которые, однако, не находили там ничего, кроме скучнейших эссе о религии и морали. В 6-ом издании маркиз похваляется своей замечательной выдумкой: он-де наказал порочное любопытство некоторых персон, а, возможно, даже и убедил кое-кого из них на путь истинный, чьего внимания он иным способом навряд ли бы достиг.

If a title be obscure, it raises a prejudice against the author; we are apt to suppose that an ambiguous title is the effect of an intricate or confused mind. Baillet censures the Ocean Macromicrocosmic of one Sachs. To understand this title, a grammarian would send an inquirer to a geographer, and he to a natural philosopher; neither would probably think of recurring to a physician, to inform one that this ambiguous title signifies the connexion which exists between the motion of the waters with that of the blood.

Если название темно, это вызывает предубеждение против автора; мы склонны предположить, что двусмысленное название свидетельствует о путаных и скомканных мозговых извилинах. Байе принесли для оценки "Макромикрокосмический океан" некоего Сакса. Ничего не поняв из названия Байе послал книгу натуралисту на отзыв, тот географу. Никому в голову не пришло призвать на помощь врача, хотя книга как раз была о движении воды в крови.

He censures Leo Allatius for a title which appears to me not inelegantly conceived. This writer has entitled one of his books the Urban Bees; it is an account of those illustrious writers who flourished during the pontificate of one of the Barberinis. The allusion refers to the bees which were the arms of this family, and Urban VIII. is the Pope designed.

Байи также порицал книгу Лео Аллатьюса (Леоне Аллаччи, 1586-1669) за неправильный выбор названия, который сбивал с толку читателей. Книга была названа "Городские пчелы", в ней говорилось о знаменитых итальянских писателях, которые ошивались в Риме во времена папства Барберини. Аллюзия была на пчел, которые были в родовом гербе этого рода, а "городские" (urban) намекали на имя папы (Urban VIII).

...

It is related of Pinelli, the celebrated collector of books, that the booksellers permitted him to remain hours, and sometimes days, in their shops to examine books before he purchased. He was desirous of not injuring his precious collection by useless acquisitions; but he confessed that he sometimes could not help being dazzled by magnificent titles, nor being mistaken by the simplicity of others, which had been chosen by the modesty of their authors.

Рассказывают о Пинелли, знаменитом книжном коллекционере. Книжные торговцы позволяли ему в течение часов, а то и дней копаться в их лавках, на предмет экзаминации их книг. Пинелли не желал поганить своей коллекции бесполезными покупками. И все же нет-нет да и попадал впросак, то не в силах удержаться от покупки какой-нибудь дряни с замечательным заглавием, то не покупая книгу с простым, где скромность удерживала интересного автора от саморекламы.