Коренные браконьеры Севера

четверг, 19 октября 2023 г. Западная Сибирь. Крайний Север, Югра, таёжное село Саранпауль. Пасмурно. Холодно. Нужно наловить рыбы на зиму. Иду с удочкой. Вышло из туч солнце, - впервые за десять дней. Подошла к берегу сегодня после пустых дней, рыба. Начался неплохой клёв. Обрадовалась: наловлю и себе, и лайкам. Подошёл рыбак, с которым часто пересекаемся последнее время, стал на своё место, где постоянно рыбачит, я же – на своём кидаю спининг.

Слышу, - выше по Ятрии неводят в ямах. И спускаются на зелёной ржавой казанке трое местных. Полагаю, что проплывут мимо, а те тормозят, причаливают, выходят. Нагло располагаются рядом. На носу казанки сырой невод. - Кидали выше нас по Ятрии. Всё ещё не верю своим глазам: заводятся и заходят внаглую на тонь прямо передо мной, едва не порвав леску спиннинга. Та цепляется за ветку топляка от волны, с трудом вытягиваю, сматываю, хорошо, что не оторвала оснастку. Просто столбенею от наглости нациков.

Слышу один нерешительно говорит: «Может не надо? - Там же женщина рыбачит…». Хозяин лодки, (по морде-лица определяю: ненец – круглая, широкая, наглючая, беспринципная), за мотором сидя, отвечает, типа: «Ну и пусть…». – Чётко понимают, что делают мерзость, что так не положено у нас на Севере наглеть. Необходимо, как минимум, спросить разрешение, поздороваться, ибо место занято, притом женщиной в возрасте, не молодым мужиком! А мотором, неводом, с ямы, с заводи они выгребут всё живое подчисту, лишив рыбака рыбы. осознанно отнимают у меня и рыбное место, и рыбу. Это то же самое, что залезть в квартиру чужую и обворовать!

Так поступают самые грязные воры, что живут воровством, - шакалят (крысы!). А здесь, - браконьеры из местных, из хвалёных по всему миру «коренных» жителей Севера, - жадные, хитрые людишки! Давно забывшие заветы своих предков: не воруй, не убивай, не грабь, не бери у тайги последнего, уважай Закон тайги, старших.

Кричу, вы,- мрази! Что творите?!.. А те, слыша, молча упорно гребут, закругляют тонь селёдочным неводом, тогда как тугун (сосьвинская  селёдка под запретом лова в нерест! Тем более, - неводами с мелкой ячеей! Выгребают всю рыбу, распугивая остальную, что не цепанули. Мой же сосед – рыбак, к ним подсоединяется и тянут вместе вчетвером невод на галечник. Сматываю удочку. Едва отцепила зацеп, благо не оторвала хоть снасть. Иду к браконьерам. - глянуть на их морды.

-Вы что творите?! Те выгребли окуня, щуку, - стоят довольные. Непроницаемые лица не людей, а падали, ни капли совести, раскаяния, чести, мужского достоинства. Рожи -круглые, сытые. Двое всё же смотрят с опаской, стараются спрятать лица, чтоб не узнала, кто такие?!.. Только суть не в угрызения совести, а в страхе наказания за браконьерство. Между собой называют известные фамилии, известных в селе людей, в том числе из элитной учительской среды.

А главный наглеет. Смотрит на меня с вызовом. Передо мной - четыре мужского рода особи! Четыре скота! Четыре пропастины! Мои лайки подскочили, лаят, отзываю их. Не хочу, чтоб запачкались о людскую грязь. Те глядят на лаек.

Говорю: «Чтоб поперёк горла вам эта рыба встала!».  – Все саранпаульцы! Все разрекламированные националы - национальные меньшИнства. Рожи - по циркулю. Их вознесли до высот, рекламируя нефтяной Клондайк, имея на том огромные доходы от нефтедобытчиков. Вот и наглеют! А в начале двадцатого века наименование этноса  было- самоеды, так как ели людей, - каннибалы, ели друг друга в том числе. В России, чтоб традиционно уйти от правды, переименовали в примлемое слово "ненец", почти "немец". Выходцы с одного местечка на земном шаре. Только гены людоедов не изменить.

«Главарь» нашёлся, -решил подкупить меня (повязать), хитро традиционно предложив: «Может рыбы надо?..».

Мерзко! Ощутила рвотный позыв. Ответила: «Ворованное не беру!». Хотела сказать: "У обваленных в дерьмо брать, себя потом не отмыть". Смолчала, так противно! Отозвала лаек, чтоб не пачкались, стоя рядом с дерьмом и мы ушли с реки.

Солнце опять нырнуло за чёрные тучи. Черно на душе до чёртиков, омерзительно. Подумала:
- Отомстят! Такие твари, помнят! Могут и в спину стрельнуть. Им не привыкать. – Обычное явление стрелять с форточки, с кустов, прячась за шторки. Трусы и падаль!

Лайки послушно бегут вперёд, останавливаются, не понимают, что происходит, отчего хозяйка нервничает и уходит рано с рыбалки. Тогда, как на галечной косе Ятрии (тетеревиной реки) местные подонки- браконьеры, как стервятники, точнее – падальщики, выгребают в мешки браконьерский куш.

– Неужели, им жрать нечего?!.. Не с голода ведь пухнут! Рожи лоснятся жиром. Если и дальше кризис военный углубится, то тут, в таёжной глуши,  как в тридцатые годы прошлого века, в сталинские годины, местные аборигены начнут друг друга топить в прорубях, расстреливать, обворовывать и съедать в прямом смысле. Они сейчас пьют горячую кровь живого оленя. Такой традиционный обычай восхваляется прессой, чиновничеством. Сплошняком едят горячее мясо живых оленей. Особо ценится сердце оленя, что ещё бьющееся – живое. В нём адреналин, оттого пьянеют и впадают в экстаз.

Человеку, который ест живого оленя, ничего не стоит стрельнуть с форточки в спину человеку. Он умело разделает и человека… Им ничего не стоит зарезать человека, пырнуть ножом. До старости тут не доживают. Примеров не счесть. Сосед, что снизу, сидит по сто пятой: зарезал мужа сестры. Отсидит, вернётся ещё и героем. У другого соседа нашего дома брат по контракту сейчас зарабатывает деньгу на войне. С детства "чалит" по зонам, сидел – зарезал одноклассницу. Теперь искупает вину на юге и денежки получает за то. Порой, слушая претензии Европы к России в отношении русских, хочу возразить лишь одно: Россия многонациональна, и русских в ней не так много, а русскими именуют, кого угодно, только не русского человека.

Ловля неводами строго запрещена. Считается браконьерством. Только у этих нелюдей  в покровителях известные в селе фамилии.
О Законе Тайги сейчас никто не вспоминает. Местный люд живёт сегодняшним днём: обворовать соседа считается честью, стрелять по насту беременных лосих – норма. Сами же жалуются: не оставить сегодня  технику на зимнике – украдут свои же, - родственники, соседи. Рассуждают браконьерничая, - не они съедят, так съест сосед, родственник. Так пусть же брату не достанется! Понятия совести нет! Чести нет! Одно сдерживает, - закон зоновский, только спроса того опасаются, ибо село живёт им.

На днях расхваливают по телевизору волонтёрство одной хлебопекарни, те начали выпускать квадрокоптеры. -По пятьдесят тысяч штука. Покупают у них волонтёры. Жалуются, что государство берёт с продаж коптеров налог. Вначале подумала: «Есть же люди!». А как начали роптать за взымаемый налог, поняла: не в патриотизме дело, не в заботе о солдатах и в жажде победы, а спешат нажиться на войне, торопятся, пока востребовано оружие. Смотрю на людей, на деградацию общества, на то, что происходит в мире, и страшно за будущее. – А есть ли оно?.. Радует, что хоть пожили и вспомнить  найдётся что светлого.



Ключевые слова: Браконьеры, река, рыба, мрази, самоедь, самоедь, самоеды, националы, аборигены, Западная Сибирь, Крайний Север Югры, Саранпауль, таёжное село, река Ятрия, война, деградация людей, коптеры, закон тайги, тугун, Сосьвинская селёдка, рыбак.

Анонс. Браконьерский лов рыбы неводом на реке Ятрия в селе Саранпауль Хмао-Югра местным аборигенным населением.

Фото автора. 27 октября 2009 год. Река Ятрия. Ледостав. Саранпауль. Западная Сибирь. Крайний Север, Хмао-Югра.

Браконьеры Севера