Кощей

Моё сердце разбивалось раз за разом, но боль не становилась слабее.

Иногда оно трескалось посередине, иногда от него откалывался маленький кусочек, иногда покрывалось мелкими болезненными трещинами, грозя рассыпаться в песок, а иногда взрывалось — и от него не оставалось ничего.

Порой я доставал его, всматривался в каждую трещинку, вспоминая историю её возникновения, нежно поглаживал и осторожно убирал обратно.

Порой отращивал новое взамен разбитого и обещал беречь его.

В последний раз сердце разбилось особенно больно.

Оно разорвалось во мне на осколки, и при каждом движении их острые грани впивались в тело ноющей, неотступной болью.

Измождённый, я шёл, ничего не видя перед собой. Шёл так долго, что сбился со счёта дней и ночей. Постепенно осколки нашли друг друга и срослись.

Я очнулся на маленьком острове посреди моря. Он был необитаем, и на многие километры вокруг не было ничего, кроме песка и воды.

Сначала я просто спал, просыпаясь лишь для того, чтобы вспомнить: нужно дышать. Потом несколько лет сидел на берегу и смотрел на солнце, которое утром выскакивало из моря, как воздушный шар, а вечером ныряло в него, как баскетбольный мяч.

Потихоньку я оживал, и вместе с жизнью возвращался страх. Я больше не мог позволить себе разбить сердце.

Тогда я отправился в середину острова и нашёл тихую красивую поляну в лесу.

Расчистил её и построил дом.

Но вскоре этого показалось мало. Я снёс дом, возвёл замок с высокими стенами, вырыл вокруг него огромный ров и перебросил к воротам подъёмный мост.

Этого тоже оказалось недостаточно. Я начал строить крепостную стену. Камень за камнем собирал их на острове и возводил стену — выше, выше, выше.

С каждым камнем чувствовал себя всё более защищённым и свободным. На строительство ушли столетия, но оно того стоило.

Я жил в замке, окружённый неприступной стеной. Ко мне прилетели птицы, пришли животные и поселились в лесах.

Трава за стеной была изумрудной, воды рек — прозрачными и чистыми.

Наконец-то я был в безопасности.

Спустя ещё годы люди всё-таки узнали, где я. Они приплывали на кораблях и стучались в ворота, просили впустить их и обещали больше никогда меня не обижать. Прилетали на самолётах и сбрасывали мешки с письмами, в которых клялись в верности и бесконечной любви.

Приходили пешком, ставили вокруг стены палатки и шатры, умоляли принять их обратно и говорили, что всё изменилось, что они повзрослели.

Но я молчал. Заперся в самой далёкой комнате замка, запечатав двери и окна, чтобы не слышать их голосов.

Когда терпение людей иссякло, они привезли пушки и начали палить по высокой стене. С самолётов сбрасывали бомбы, и те разрывались во дворе, калеча замок.

Тогда я спустился в подземелье и заперся за сотней дверей и замков.

Прошло время. Люди ушли, почти разрушив замок и расписав его стены неприличными словами.

Один из них, уходя, прибил к воротам табличку:

«Здесь прожил свои последние годы и умер в одиночестве Кощей».

Сердце моё было разбито.