Азбука жизни Глава 6 Часть 213 Абсолютное проникно

Глава 6.213. Абсолютное проникновение

— Сегодняшний концерт потряс меня, Виктория. Это было абсолютное проникновение. Мало того, что ребята шли за тобой, будто на одном дыхании, — ты держала зал два часа. Не отпускала.
— Её переполняет, Диана. Она не может сказать ту правду, о которой уже нельзя молчать. Поэтому и выходит на сцену, и отдаёт всё, до изнеможения. И удивляет, и восхищает.
— Но почему не может сказать? — настаивает Диана.
— Да, почему? — тихо подхватывает Эдуард, и в его голосе — не вопрос, а понимание.
— Когда мы прилетели на ваш концерт в Подмосковье в прошлый раз, — начинает Диана, обращаясь ко мне, — я потом специально увязалась за вами на Кутузовский. Ты достала из шкафа рукопись твоего прадеда, будто драгоценность, и сказала, что в ней — всё. И если я прочту, то пойму то, во что ты проникаешь так легко.
— Но ты же не всё смогла осознать из прочитанного?
— Не смогла. Статья — гениальная. Твой прадед всё предсказал. Но он и сам был властью. Всё держалось на таких, как он — на тех, кто занимался наукой и создавал, а не брал.
— Значит, их было мало, Диана.
— Эдуард, я не спорю. Глупцов и манипуляторов, которые думают только о своём кармане, — большинство. Они и тянут человечество в пропасть. И отец Ксении Евгеньевны в этом виноват. С него можно было требовать. Но не с тех, кто пришёл в девяносто первом. Их даже временщиками не назовёшь…
— Одного из них в обществе называли дубиной, другой был… отмечен, — говорю я тихо, почти шёпотом. — А если серьёзно, Дианочка… Умный в России никогда не захочет во власть. Жизнь слишком коротка. Умный стремится в науку, в технологии — туда, где можно что-то создать. Что освободит. Что даст свободу.
— Какую свободу, Виктория?
— Материальную.
Она смотрит на меня пристально, без уступки.
— Мой прадед не мог сказать правду вслух. Как и я сейчас. Потому что за каждым нашим словом — жизни тех, кого мы любим. И их безопасность — дороже любой правды, которую так жаждет сказать душа.