Потерянный наследник солнца. Глава 2

Глава 2. Луна свергает Солнце


Сражение не продлилось долго. Войска Соляриса пали. Гамары заняли столицу, располагая основные военные силы в её окружении, на случай если придут оставшиеся отряды противника. Соседние королевства на помощь не пришли. Ради приличия погрозили пальцем, в остальном с жадностью стервятников следили за гибелью Империи.


С чего всё начиналось?

     Чтобы не выдать своих революционных настроений, Лунар избралась на пост губернатора, выступая в роли честного политика, который просто хочет навести порядок в колонии. В Солярисе давно велась борьба за равноправие, потому столичных гамар не редко начали принимать на «приличные» работы и должности. У Совета это никаких вопросов не вызвало, и они одобрили её заявку. Позже, не без уловок, гамара собрала большую часть голосов на избирании.



После отправки в Иларджию начали проводиться тайные подпольные собрания. Сначала Лунар сдружилась с гамарами, имеющими хоть какое-то влияние внутри колонии, затем с их помощью устраивала выступления. И вскоре получила одобрение от большинства жителей.


 Несмотря на статус колонии, Иларджия когда-то была полноценным королевством. Потому имела довольно внушительные территории и приличное население, что гарантировало достаточный для нападения сбор армии. Насчёт военной подготовки даже думать не приходилось, так как часть населения и так отдавалась в войска, а другая была вынуждена работать в шахтах и добывать драгоценные камни. Меч в руках они по обыкновению учились держать с детства – отголоски далёкого прошлого.



Оставалось только избавиться от части королевской армии, чтобы точно успеть отхватить жирный кусок, а желательно и столицу – самое важное отсечь голову змее, тогда остальное уже не будет иметь значения. К тому же Солярис одно из самых крупных и влиятельных царств, а в следствии и скрытых врагов у него достаточно.




Лунар смогла добиться разрешения на выезд с другими послами в Гринерию, а после выбить аудиенцию с её правителем. Тот, уже долгие годы точивший на Империю зуб, с удовольствием согласился на маленькую аферу. Так со стороны Гринерии производились непонятные военные действия, которые царство никак не объясняло, основная вооруженная сила была направлена на укрепление границ на востоке, никто не предполагал, что в это же время с запада нагрянут легионы восстания.




Дополнительную поддержку боевых сил она получила ещё от двух королевств, не без помощи правителя Гринерии. И план сработал на ура. Причиной то, излишняя беспечность и самоуверенность военных министров или может неопытность юного правителя – значения не имело никакого.




Собранная орда в пух и прах разнесла королевскую армию и пленила Императора. Это казалось настолько невозможным – лишь цепочкой удачливых обстоятельств, что ладе внутри орды ходили слухи, что Лунар продала душу чужим богам, чтобы забрать эту победу.



Спустя две недели, после падения Императора.

 Лунар и её генералы разместились в Весеннем дворце, где ранее располагался Правительственный Совет, для обсуждения дальнейших действий. Буря давно достигла Соляриса и погрузила светлый город во мрак. Солнце плотно закрыли за своими массивными телами чёрные тучи, и только яркие молнии зловеще освещали фасады мраморных дворцов. Наблюдать за бушующей стихией через цветное стекло витража было не столь жутко. Лунар глубоко выдохнула, заметив, как одно из кипарисов сломавшись упало на аллею. Другие же, сгибаемые сильным ветром, продолжали упрямо держаться. Надолго ли?


 — Ваш-ш-ше Темнейш-шес-ство, – раздалось позади, и женщина повернулась к пришедшему, давая понять, что готова слушать, — С-совет был с-схвачен и c-c-cаперт в темнице, как и ос-с-стальные предс-ставители влас-с-сти.


Она благодарно кивнула и прошла мимо наёмника, усаживаясь за переговорный стол. Несмотря на желания справиться об Императоре, внезапно для самой себя спросила.


 — Зачем ты принял её облик? – обвела подчинённого уставшим взглядом, признавая, как жутко непривычно видеть его в облике маленькой девочки. — Не боишься, что стража примет за сбежавшую принцессу?


Длинные золотистые волосы, заплетённые в косу, свисали с плеча, небесного цвета платье, украшенное сапфирами, поблескивало в полумраке, отражая вспышки молний. Чёрная маска, закрывавшая прячущиеся под ней увечья - единственное различие. Блестящие ярко-голубые глаза.


Было без лишних слов понятно, что последнее поручение выполнено. Но теперь в сердце теплилась грусть от того, что с юной принцессой так жестоко обошлись. С другой стороны, стоило вспомнить несчастные, умытые нескончаемыми слезами лица маленьких гамар, как печаль испарилась. Нет, Лунар не собирается жалеть этот народ. Они не заслуживают сострадания.


 — Маленькая ш-шалос-сть. Когда ш-ше ещ-щё доведётс-ся вновь вернутьс-ся в детс-ство. – уклонился от ответа тот.


Но и Лунар погнала любопытство прочь, возвращаясь к важному.


 — Император как?


 — С-cаперт в клетке. Ш-шдёт с-своей погибели, – довольно ответил тмерр, и даже через маску была заметна его широкая улыбка, — Я выполнил вс-се ус-словия контракта. И с-с Ваш-ш-шего пос-с-своления...


Предводительница одобрительно кивнула.


 — Можешь быть свободен. Получи грамоту у Рейнога, и тебя выпустят. – и неуверенно добавила, — Передай Шаа-Ну, что я благодарна за помощь.


Как только тмерр покинул зал заседаний, к предводительнице пожаловал один из генералов. Столкнувшись с наёмником на выходе, он отступил, пропуская девочку, и проводил её пристальным взглядом. Затем зашёл в зал, закрывая дверь.


— Ваше Темнейшество, – мужчина оглянулся назад, затем поспешно подошёл к ней и тихо продолжил, — Что мы будем делать с этим наёмником?



Гамара бросила удивленный взгляд на подчиненного.


— А с ним надо что-то делать?


Тот стиснул зубы и снова с опаской глянул на выход, будто боясь, что чудовище вернётся. Тихо ответил.


— Просто так отпустите? Я думал мы избавимся от него.


Женщина какое-то время молча смотрела на него, а затем громко засмеялась, несколько раз хлопая по столу ладонью.


— Нэрек, что ты несёшь? – она поднялась с места и встала перед генералом, смотря на него сверху вниз, — У нас контракт. Он выполнил то, что от него требовалось, я ему за это заплатила. Он уйдёт и поминай как звали.


— И всё же это лишние глаза и уши, – не унимался гамар, продолжая гнуть свою линию, — Вам не кажется, что его лучше...?


Лунар демонстративно вздохнула, всем видом показывая, насколько ей этот разговор утомителен.


— Лучше для кого? Это не просто наёмник, Нэрек. – скрестила руки на груди, — Один из лучших. По рекомендации короля Шаа-Ну. Я бы не брала первого попавшегося оборванца. К тому же, тмерр. Ты прекрасно знаешь, что, – она прервалась, задумчиво оглядывая зал, — Думаешь, он, выбирая такой опасный род деятельности, не получил покровительство богов? Даже если ты попытаешься его убить, то скорее навлечёшь на себя какое-то страшное проклятие и умрёшь сам. Он очень нам помог. На этом всё.


— Но как же...?


— Заткнись и не смей больше пререкаться со мной, иначе я всерьёз задумаюсь о твоей отставке.





***



         Император просидел в темнице несколько дней. К нему за это время никто не приходил. Только стража кружила где-то вне видимости. Он не знал, что происходило снаружи, но раз всё ещё здесь, дела плохи. Предоставилось достаточно времени, чтобы уйти глубоко внутрь своей, как казалось теперь, тёмной души. Несколько раз обвинить себя во всех грехах, меньше – сожалеть о содеянном, больше – желать своей скорой кончины. Как правитель Соляриса, он должен был сделать всё, чтобы защитить свой народ, но проиграл. Да и не особо хотел защищать ни этот народ, ни эту Империю. Только был ли он готов пасть с ними вместе? Или утянуть их за собой?



Теперь, ожидаемо, сидел в сырой клетке. С ним особо не церемонились. Приковали цепями. Небрежно набросили до кучи ещё, чтобы туго обтягивали горло, запястья, грудь. Под их тяжестью было мучительно. Одни цепи тянули вниз, другие не позволяли опускаться. Это изнурило физически, но что касалось морального аспекта – был убит намного раньше. Никаких переживаний за будущее илсоритов, да и за своё собственное. Только отголоски разума боролись с полным опустошением. Имел ли он право так поступать с невинными подданными? А мог ли он что-то сделать вообще или крах оказался неизбежен? Только богам известно, что ждёт их в ближайшем будущем. Каторга или полное истребление? Гамары деликатничать не станут. Их ненависть и гнев понятны, как и очевидна разрушительная сила, которую они за собой понесут. И не илсоритам взывать о здравомыслии и справедливости. Но разве на этой странице должна закончиться книга жизни свергнутого Императора?



Этот вопрос заставил осознать и то, что жизнь была изначально упущена. С детства было известно, что ему предстоит стать тем, кем никогда не хотел. Судьба, которой он всеми силами старался избежать, но по итогу так и не смог ничего сделать. Обречён с рождения. Отмечен позорным клеймом, которое приходилось скрывать ото всех, как и свои истинные желания. Неужели таковым было решение богов? Найдётся ли тот бог, что позволит ему изменить свой приговор?


А хотел ли он что-то менять?



Смешно было от того, что он внезапно уверовал в тех самых богов, которых его народ так старательно игнорировал прежде, отрицая веру и пользу поклонения этим древним чудовищам.



Уши дрогнули, когда чуткий слух уловил непонятную возню. То не были привычные разговоры стражников. Нечто другое. Позже послышались шаги. Кто-то неспешно прошёлся поблизости, останавливаясь перед его камерой. Император с трудом поднял голову, желая увидеть пришедшего.


 — Приве-ет.


К стальным прутьям прислонилась маленькая девочка. Увидев её, парень поддался вперёд, но цепи не позволили наклониться.


 — Наррея? Что ты тут делаешь? Уходи, здесь опасно. – он заговорил впервые за дни заключения, от того и голос его прозвучал крайне сухо и тихо.


Девочка лишь хихикнула в ответ и стянула маску, открывая вид на шрамы, тянущиеся от уголков губ.


 — Ты... – удивление на его лице быстро заменила вернувшаяся усталость.


 — Давно не виделис-сь, Мэ Диэлль, – тонкий раздвоенный язык на миг выглянул из приоткрытого рта.


Знакомый голос, бывший когда-то родным.



— Эру.



Блондину не составило труда узнать в наёмнике своего друга детства. Единственный тмерр, которого он видел в своей жизни. Больше походило на сон. Как долго Диэлль мечтал увидеться с единственным близким в его жизни человеком. Что-то болезненно дрогнуло внутри. Он попытался ухватиться за это чувство. Не успел. Оно исчезло, словно его и не было.



— Что... ты тут делаешь?

Тот, ничего не отвечая, широко улыбнулся, открыв вид на острые клыки. Наивно поинтересовался, обхватив маленькими пальчиками прутья:



— Это единс-с-ственное, ш-што тебя волнует?



— Уже да.



Эру усмехнулся.



— Вот как, с-сабавно.



Диэлль невольно отвёл взгляд. К чему эти вопросы?




— Я думал не увижу тебя больше.


В груди всколыхнулся жар, поднимая с глубины самые страшные чувства. Если бы он только мог заплакать, непременно бы сделал это. Больше некому его осуждать.



 — Какими бы ни были притщ-щины, рас-све мог я тебя ос-с-ставить в такое время?


Диэлль склонил голову, под давлением железа, роняя взгляд на сырой каменный пол.


 — А если бы сложилось иначе? Ты бы... – и умолк, не зная, готов ли услышать ответ.


 — Я думал, ш-што убийт-с-са и вор не будет ровней для кронпринтс-са.


— Думать никогда не было твоей сильной стороной. – раздраженно отозвался эльф. Хотелось сказать совсем другое. Что не мог забыть все эти годы, что не простил, но всё равно ждал. Но губы сухо произнесли, — Я скучал.



— А как с-с-скучал я, – с искренней печалью ответил наёмник, поддаваясь вперёд, — Вос-смош-шно, у нас-с будет ш-шанс-с-с вс-сё ис-с-справить?



— Прекращай, это звучит ужасно.



Наёмник хмыкнул. Руки вспыхнули ярко-зелёным, и он прошёл сквозь преграду, попадая внутрь камеры. Очевидно, за столько лет Эру неплохо так освоил магию. Наверняка мог делать и что посерьёзнее, чем проходить сквозь стены. Заметив, что призрачные всполохи заворожили, Диэлль тряхнул головой.



— Да и как исправлять? Не уверен, что могу что-то сделать, когда Империя пала. И что можешь ты, когда...?



Илсорит прервался из-за вспыхнувшей в горле от обезвоживания колкой боли. Закашлялся. Эру тем временем уселся напротив.



— Глупый. Я не о том.



Эру осёкся на полуслове. Голова чуть повернулась в сторону коридора, откуда донёсся металлический лязг. К счастью, патрульные прошли в другой коридор. Несмотря на то, что их могли застать в любой момент, наёмник был спокоен и до безобразия никуда не торопился. Сейчас самое важное для него стояло на коленях, обмотанное цепями.



— Ты ш-ше с-снаеш-шь, кроме меня у тебя никого не ос-сталос-сь. – тихо проговорил он, и голос начал стремительно меняться. — Ну, пощ-щти. И я знаю, как ты ненавидел мир, в котором вынужден жить. – сымитировал голос Нарреи, её манеру речи, даже присвистывание змеиное пропало, — Уверен, за эти годы ничего не изменилось, и ты остался тем самым мальчиком, мечтающим вырваться из золотой клетки. Теперь она разрушена, почему не упорхнуть?


Замечание оказалось как нельзя точным и издевательским. Диэлль судорожно выдохнул, и лёгкие сдавило, заставляя скривиться от боли.



— Попробуй улети с отрезанным крылом. – шикнул он, не в настроении на бестолковые аллегории, — Сейчас всё иначе. Меня казнят. Попытаешься спасти, сгинешь сам.



— Ты настолько в меня не веришь? – Эру поджал губы, сдерживая очередную довольную улыбку, — Я сейчас расплачусь.



— Потом поплачешь. Вытаскивай меня отсюда живее. Поговорим, когда будем далеко от города.




Наёмник прижал руку к груди, изображая крайнее потрясение.



— Ах, не будь таким жестоким, мы так долго не виделись, а ты уже приказываешь?



Эльф с трудом вздохнул и поднял тяжёлый взгляд на… друга, вынудив того наконец перейти к делам насущным.



— Я говорил со своим богом. – произнёс Эру, поднимаясь, — И он сказал, что твоя жизнь подходит к концу. Кем бы ни был твой небесный покровитель, он распорядился твоей судьбой именно так.



— Что ж, ожидаемо. – отстраненно промычал парень.


В какой-то степени был даже рад. И тмерр это почувствовал.



— Я попросил о помощи. – прошипел он, вырывая цепи.



Лязг оглушил. Но за шумом последовала легкость – крепкая хватка ослабла, и блондин обессилено свалился на холодный пол. Наёмник опустился рядом, приподнял, аккуратно стягивая оставшиеся цепи, что подобно цепким лианам обвивали хрупкое тело.



— Помощи? У кого? У бога?! – Диэлль схватился за пышный ворот лазурного платья, — Зачем?



— Чтобы спасти тебя, дурак, – осторожно убрав его руки, тмерр освободил чужую шею от оков, — От этой судьбы, от гнева богов. Я попросил защиты.



— И что отдал взамен?


 Ответ прозвучал не сразу. Сняв последнюю цепь, Эру отбросил её в сторону.



— Все жизни, унесённые восстанием. Он забрал души, что пали тогда на поле боя, заберёт и тех, кто ещё не пал.



— Всех?


Это означало, что забранные им почившие после смерти попадут в небесные чертоги на услужение богу. Превратятся в безвольную тень, что будет бродить по коридорам и немо обожать своего хозяина. Они не попадут в мир мёртвых, у них не будет возможности переродиться. Сродни заточению в тюрьме, только навечно.



— Они и без того бы погибли. – ожидая осуждения со стороны друга, зачастил, — Я наёмник, Диэлль. Мне плевать на жизни чужих людей и что там с ними будет после. Я хочу спасти твою. А от бога может спасти только другой бог.


Он хотел сказать что-то ещё, но блондин вяло хлопнул его по губам.



— Я понял. Можешь не оправдываться.



От непривычной лёгкости по телу разлилось изнеможение. Хотелось уснуть вот так на коленях друга, как бывало в детстве. И ни о чём не думать. Ни забот, ни печалей, ни всего остального, что так обременяло жизнь.



— Так, не подходящее время, друг мой. Нам нужно уходить.



Эру помог парню приподняться. Тот закрыл лицо руками, пытаясь согнать с себя усталость.



— Как? Я не уверен, что смогу встать, не то что далеко уйти.



— Я понесу тебя. – настоял наёмник, пытаясь поставить Диэлля на ноги. Но из-за разницы в росте это далось гораздо труднее.



— Надеюсь, хоть облик сменишь.


Илсорит ухватился обеими руками за решетку, стараясь удержаться. Ноги едва заметно подрагивали. Эру же опустил голову и, оглядывая своё крохотное тельце, хмыкнул.



— Надо будет, унесу хоть будучи жуком. – покосившись на дверь камеры, бросил, — Ты постой пока. Открыть надо.


Но стоило ему подойти к решётке, как поблизости послышался нарастающий грохот тяжёлых шагов.



— Наверное, стоило разговоры на потом оставить? – нервно улыбнулся Диэлль, прижимаясь щекой к ржавому железу. — Я скоро упаду, Эру.


Раздался напуганный возглас. Гамары заметили трупы выставленной к Императору стражи и мигом бросились сюда, заставая нарушителя на месте преступления. Судя по кожаной патрульной форме, отсутствию шлемов и неотёсанному виду это были обычные выходцы их колонии. Не воины.



— Что ту происходит? – спросил один из патрульных, держа меч наготове.



— Как ты сюда попала, отвечай!



Они подступили ближе, озираясь по сторонам. Вид девочки, к тому же запертой с Императором, сбил их с толку. И Эру этим воспользовался.



— Меня закрыл здесь злой дядя, – дабы скрыть шрамы, наёмник обернулся на Диэлля. На лице заиграли жилы, разглаживая кожу. Когда от увечий ни осталось и следа, он повернулся обратно к мужчинам. — Один из ваших. Убил вон тех. – указал пальчиком на выход, — Сказал, чтобы тут ждала. А он пойдёт к какой-то Лунар разбираться.


Те с сомнением переглянулись. Самый крупный кивнул на выход. И один из мужчин поспешил, видимо поднимать остальную охрану. Осталось двое. Здоровяк обратился к девочке.



— Как выглядел?



— Да откуда мне знать? Все вы гамары на одно лицо.


Мужчина задумчиво почесал бороду.



— А этого кто освободил? – влез второй, с подозрением поглядывая на Диэлля.



— Сам-то как думаешь, глупец? Я, наверное, цепи порвала, больше то не кому...


Гамар плашмя ударил мечом по решётке рядом с наёмником, заставляя замолчать.



— Мерзость какая, не вякай! И отвечай на вопросы, которые тебе зада...


Здоровяк его одёрнул.



— Разве принцессу не должны были с остальными, того…?


Тот улыбнулся.



— Раз должны, значит устроим. Да и этого обратно заковать надо. – деловито указал на дверь соратнику, — Открывай.



— Не будем ждать других?



— Да что мы с этими двумя не справимся что ли?


Хмыкнув, громила поплёлся к выходу.



— Пойду ключи поищу.



— Пояса осмотри, там должны быть, – крикнул тот ему вдогонку, а затем вернул недобрый взгляд на девочку.


Эру изогнул бровь.



— Что смотришь?



— Не терпится увидеть твою голову на пике.



— Успеешь наглядеться, отродье.



Диэлль к тому времени сполз на пол. Прижавшись спиной к решётке, обхватил себя руками, унимая дрожь. Сердце было крайне спокойно, в то время как разум метался в панике, от того разболелась голова. Так страшно ему не было никогда. Даже на поле боя. Одно дело погибнуть самому, другое – забрать с собой друга. Пугала собственная беспомощность. Парень мельком посмотрел на стоящего к нему спиной наёмника. Он в заметном напряжении ждал. Хотелось верить, что его бог действительно поможет.


Патрульный вернулся.



— Нашёл?


Тот буркнул.



— Нашёл. – и подошёл к двери, просунул ключ в скважину, провернул. Щелчок. Обратился ко второму, — Ты хватай мелкую, а я займусь...



С губ сорвался удивленный выдох, когда маленькая ручка девочки вцепилась в его предплечье. Пальцы вжались в смуглую кожу, и из-под ногтевых пластин полезли когти, проникая под покровы. Под сильным давлением рука мужчины хрустнула. Всё это случилось за считанные секунды.Он поднял ошарашенный взгляд на девочку, встречаясь с парой сияющих жёлто-зелёных глаз.