Полярный волк

«Спаси одного, двух, трёх…»

Навальный сейчас сидит на Ямале. Зона — тройка, особый режим. Командировка красная, как пожарная машина. За Полярным кругом, там, где вечная мерзлота. Погодные условия суровые — как и условия содержания в этой колонии с красивым названием «Полярный волк».

Я слышал об этом лагере ещё с восьмидесятых. А история его тянется из самого ГУЛАГа, где сгинула тьма народу.

Всё бы ничего, но там всегда творился мусорской произвол. Администрация колонии лишала осуждённых элементарных прав. Доступ правозащитных организаций и уполномоченных по правам человека был ограничен. Да что там — обычного юриста не затянешь. Но самое страшное другое: там процветает беспредел со стороны активистов из числа самих заключённых. Людей пытают, унижают, ломают.

Чёрного хода — воровского — нет. Если туда и заезжает какой-нибудь вор или положенец, его сажают отдельно, изолируют от общей массы.

Вчера я попытался объяснить по существу истинное положение дел — и то, в какую прожарку кинули Навального. Сказал, что, возможно, понадобятся другие инструменты, чтобы хоть как-то облегчить ему жизнь, а по сути — сохранить её. Но меня не то что не стали слушать — меня обвинили в безразличии и трусости. «Где вы были, когда мы выходили на акции протеста?» — спросили они. Назвали меня «дрянью» и заявили, что я «читаю жопой».

Я вежливо парировал: лучше уж читать жопой — отдельные тексты действительно стоит читать так, чтобы не засорять и не перегружать голову. А вот когда человек думает жопой — это уже беда. И повод задуматься: стоит ли продолжать разговор?

Я трезво оцениваю свои силы и свой потенциал. Поэтому борюсь с системой изнутри. Помогаю тем бедолагагам, кто действительно страдает в тюрьмах и лагерях. И не только своим знакомым. Способы разные: от элементарных передачек — чай, сигареты, канцелярия, лекарства — до помощи адвокатов, которые идут навстречу по старой памяти.

Сделай минимум, но реально помоги — чтобы человек за забором почувствовал заботу. Не трынди про митинги и протесты. Не горлопань и не свети лицом на площади — тем более сейчас это всё чревато. А спаси одного, двух, трёх. Сколько сдюжишь.