Мишаня эпизод 2

Эпизод второй:
Лица. Судьбы. Память.

Миша дружил с Лехой «Сухачом» — Алексеем Егоровичем Сухачёвым.
На той фотографии он слева, в белой сорочке.
 Родом он был из Курской области, но вся его жизнь, вся деятельность развернулась на тюменской земле, в Сургуте.
Его называли по-разному: кто «смотрящим» в городе, но для нас он был, прежде всего, вором.
В этом мире всё переплетено — Воронеж, Москва, Сургут.

В 1997 году в Москве состоялся к нему «подход».
В «воровскую семью» Сухача ввели две значительные фигуры: Александр Окунев («Саша Огонёк») и Андрей Исаев («Роспись»). Судьба обоих крестных отцов сложилась трагично.
Андрей Роспись, о котором я ещё расскажу, погиб в Познани от руки киллера.
Саня Огонёк же, несколько лет назад, под давлением обстоятельств, отрёкся от звания.

Но вернусь к Сухачу.
На благодатной, нефтяной тюменской земле он развернул широкую деятельность.
Газ и нефть в те годы были не просто ресурсами — они были стимулом, искушением, полем для освоения особого рода.
Однако в 1999 году его жизнь оборвалась взрывом у подъезда собственного дома.

Здесь — деталь, которую мало кто знает и которая навсегда вписала эту историю в странный, почти мифический контекст.
В тот момент у Сухача гостила певица Любовь Успенская.
По рассказам, она вышла на балкон как раз в ту минуту, когда подъехал его автомобиль.
 Таким образом, гибель Алексея произошла у неё на глазах.
Разумеется, эти обстоятельства впоследствии замалчивались.

На другой фотографии — лица той эпохи. Вова Щавлик (пропавший без вести), Саня Огонёк в центре, и покойный ныне Сергей Аким. Интересно, что на снимке Аким и Огонёк стоят вместе, хотя позже, во Владимирском централе, Саня нанёс Акиму удар заточкой — пардон, в зад. Аким, волгоградец, обосновавшийся в Липецке, — персона уже другого порядка.

Роспись и Сухач — фигуры действительно значительные, хотя и неоднозначные.
Оба погибли в 36 лет. И Огонёк, даже отрекшись, оставил в том мире незабываемый след.

А об Андрюхе Росписи можно рассказывать долго. Он был колоритен, как персонаж из кино: по ночной Москве рассекал на «Харлее», в кожаной косухе, с волосами до плеч.
Родом он был с Мазутки — района, который многое определял.

P.S. Повторюсь, дабы не быть превратно понятым: я не стремлюсь романтизировать или пропагандировать этот мир.
 Как метко сказал один мой покойный товарищ, мир это, в основной своей массе, — мир дешёвый.
 Грязный и жестокий.
 Но он был.
В нём жили, дружили, предавали и гибли конкретные люди.
Их истории — часть памяти, которую не вычеркнуть.
 Это просто было.
Спасибо, что понимаете.