Тайна старого моря. Часть III. Домой. Глава 5

Глава 5
ГОГА ШЕРШАВЫЙ
– А зачем вы, собственно говоря, привели меня в это кафе, Володя? – спросила я Сониного сына.
– Я хочу провести собственное расследование, прежде чем вы решитесь дать показания против Мотыля. Это ведь слишком серьезный шаг, – пояснил Владимир. – Надеюсь, я единственный, к кому вы обратились в этом деле?
– Конечно, я больше никому не рассказывала.
– Толик Католик может в любой момент появиться в своем заведении, и не исключено, что он приведет с собой Мотыля, – размышлял эксперт.
– То есть вы собираетесь взять под прицел эту забегаловку?
– Да, Наталья, непременно. Я каждый вечер буду приезжать сюда.
– Я вам так благодарна, Владимир, вы так много для меня делаете.
– Не стоит благодарности, я просто очень хочу быть вам полезным, – серьезно заявил Сонин сын и, помолчав, добавил: – Может, еще что-нибудь закажем? До закрытия целых три часа.
– Придется взять хотя бы чай, чтобы не вызывать подозрений, – согласилась я.
– Чай как раз вызовет подозрения. У Католика здесь везде глаза и уши, – опасливо произнес Владимир.
– Здесь так все дорого, несмотря на антисанитарию, – заметила я.
– Что делать – придется терпеть, если нам нужна информация. Да вот, кажется, кто-то идет! – замер эксперт.
Поздоровавшись за руку со швейцаром, в зал величаво прошел невысокого роста поджарый франт в светлых обтягивающих джинсах и в пальто с широким соболиным воротником, на голове у него было то ли замысловатое кепи, то ли чалма, из которой сбоку торчало страусиное перо.
– Вот он страус гамбургский! – азартно выговорил Владимир. – Толик собственной персоной!
– Почему страус? – переспросила я, следя за Толиком.
– Перо вон какое нацепил. Одно слово – модельер... А вот и еще один!! – встрепенулся эксперт.
Владимир в предвкушении потер под столом руки, будто давя жирную муху. Продираясь вслед за братом, из табачного тумана появился... Мотыль. Только выглядел он в этот раз как-то необычно: спортивный костюм с лампасами, вытянутый на коленях, белые заляпанные грязью кроссовки и оспы на лице не было. Фотограф, обжигая татуированные пальцы, торопливо докурил чинарик, бесцеремонно затушив его о край стола, за которым расположились еще четверо товарищей.
– Сколько раз я тебе говорил, не туши сигареты о стол! – взвизгнул Толик.
– Харэ кипишить! Сними покрышку! Че как какаду? – процедил Мотыль, присоединившись к собравшимся.
Мы с Владимиром заказали плов, который, как и салат, тоже оказался похожим на кашу, да к тому же совершенно остывшим.
– Откуда в русской кухне плов? – подозрительно принюхалась я к тарелке.
– Это не плов, а каша, как раз под местный колорит подходит, – произнес Володя.
Съев несколько ложек варева, я почувствовала приступ тошноты. Товарищам напротив принесли большую бутыль с надписью «Royal» – так назывался в девяностые годы спирт, в простонародье – «рояль». Это был довольно дешевый напиток, который в большом количестве подделывали бойкие предприниматели, травя народ.
– Ну что, ударим по клавишам? – довольно провозгласил Мотыль и ухватил  бутылку за горло.
Спирт был разлит по стопкам и покатился по венам, вызывав заметное оживление. Официантки метали на стол закуски: мясную нарезку, соленые огурцы и помидоры, сало, жареную дымящуюся картошечку. Один из собутыльников потребовал шашлык.
– Володя, давайте чаю еще покрепче закажем, – робко предложила я.
– Конечно, Наталья, – согласился эксперт. – Я давно хотел предложить – прихватило желудок что-то от этого плова.
– Ваше здоровье вашим и нашим! – выкрикивал Мотыль, опрокидывая рюмку за рюмкой.
– Странный он какой-то сегодня. В экспедиции вообще не пил. Может, это не Мотыль вовсе, – задумалась я.
– Вы, как всегда, правы, Наталья. Это действительно не Мотыль, – громко прошептал, наклонившись к самому уху, Владимир – караоке и гул в зале сильно мешали общению.
– И кто же?! – я оцепенела от собственной догадки.
– Гога Шершавый, – озвучил мои мысли эксперт. – Все совпадает. Смотрите: Мотыль привез ему поддельные документы – возможно, даже на свое имя, ведь братья похожи, как две капли воды. Толик Католик вообще им как неродной, посмотрите.
– Это точно Толик?
– Конечно! Я полдня наводил на всех троих справки. Да вы посмотрите на него – такую эффектную внешность вряд ли еще можно найти на Уралмаше.
– Так получается, что сейчас два Мотыля?!
– Ну да. Гога снова вернулся в родную стихию. Сегодня во что бы то ни стало, я должен проследить за ним. А вам лучше поехать домой.
– Нет, я домой не поеду, посижу с вами до конца.
– Думаю, они здесь надолго, – предположил эксперт.
Компания действительно просидела до самой ночи. А я так и не дождалась,  когда же от выпитого Шершавый упадет замертво, но, вероятно, сыграла свою роль гора шашлыков, подтверждая слова профессора Преображенского о том, что «мало мальски уважающий себя человек оперирует закусками горячими».
– Ну что, братан, – порядком захмелевший Мотыль хлопнул по плечу Толика, который, несмотря на свою малохольность, спиртного употребил ничуть не меньше. – Пора рвать когти. Ты у нас Бобёр сегодня, вызывай такси. Балконщики, на выход, мать твою!
– Что он сказал? – прошептала я.
– Ну типа пора уходить. Ты у нас сегодня богатый, поэтому вызывай такси. Квартирные воры, на выход! – перевел Володя.
– Слышь, Копченый, – громко икнул Гога, обратившись к невысокому смуглому мужичку.  – А где Жиган, что-то не видно его?
– Бан держит, – коротко ответил мужичок. – На гоп-стопе недавно чуть не попался. Вздернул малину у гагары одной. Но винта дал вовремя.
– На гоп-стопе?! – презрительно усмехнулся Гога. – Он же больше, чем на бакланку, не способен! Фраер гребаный, еще Жиганом себя называет.
– Да ты, Гога, попридержи метлу, – заступился за товарища патлатый собутыльник с длинными, как у орангутанга, руками. – Жиган – фартовый!
– Лады, я сегодня не скипидарный, – добродушно обнажил фиксу в улыбке Шершавый. – Засмолить есть?
– Держи, – Толик достал из кармана портсигар.
– О! Мальборо? – потянулся за сигаретой Гога. – Малина ваще!
С этими словами Шершавый покинул заведение, а за ним последовали и остальные собутыльники. Мы, накинув на ходу верхнюю одежду, осторожно последовали за процессией, прячась в кустах.
– Красота! – сплюнул, закурив Гога. – В таких местах фартово ставить на уши!
– Да мы как-то с уркаганом одним на проспекте Культуры так жида убили! – сипло произнес «орангутанг». – За гагарой одной битый час фигарили. А потом все пошло как на мази. Напарник мой – известный фраер на катушках.
– Не бзди, Халявщик! – сплюнул окурок Шершавый и начал шумно справлять нужду прямо на бульваре.
– Такси-то ловить? – тихо проговорил юркий мужичонка, с виду напоминающий нахохленного воробья.
– Слышь, Чайка, крыльями-то не маши, пусть Чудачок авто ловит – у него лучше получается, – подтянул штаны Гога.
Четвертый мужичок, самого интеллигентного среди приятелей вида, за все время не проронивший ни одного комментария, молча вышел на дорогу и махнул проезжающему жигуленку.
– Чайку в багажник! – пошутил Шершавый, усаживаясь рядом с водителем. – Остальные в зад!
– Старых Большевиков, пятнадцать, – проскользнул на заднее сиденье Толик.
Поглотив своих пассажиров, машина газанула и скрылась в темноте.
– Ну что, неплохо мы с вами сегодня поработали, Наталья, – подытожил Володя, когда мы вышли из укрытия. – Остается только узнать, что это за хата такая на Старых Большевиков, пятнадцать.
– Так Толика же, наверно! – предположила я.
– Нет, Толик живет на Кобозева, 6. Это я хорошо запомнил. На прошлой неделе там маньяка повязали, – размышлял Володя.
– Маньяка?!
– Ну да, дело о «маньяке с Кобозева», вы разве не слышали?
– Я стараюсь не читать криминальную сводку…
– А мне, к сожалению, приходится, работа обязывает, – вздохнул эксперт.
– Мне теперь не по себе как-то совсем после этого сборища стало, – пожаловалась я. – Они же жида какого-то убили. Чем не маньяки? А с одним из братьев мне еще в издательстве встречаться…
– Да не убили они никакого жида. Это в переводе с воровского жаргона означает – «неплохо обогатиться», – спокойно разъяснил Володя.
– Откуда вы воровской сленг знаете? – спросила я.
– Интересовался в свое время, словари собирал. Я вообще люблю словари скупать всякие. Хобби такое. Да и работа опять же обязывает, – признался эксперт...
– Садитесь! – внезапно окликнули нас сзади.
Оглянувшись, я увидела неслышно притормозивший черный мерседес – из окна которого добродушно улыбался мужчина лет тридцати с лицом положительного героя из советского кинематографа.
– Да присаживайтесь! – поправился он. – Куда подвезти?
– На Юго-Запад, улица Академика Бардина, два, корпус один, – уверенно выпалил Володя.
Дверца автомобиля мягко отворилась, и мы оказались в пахнущем кожей прохладном салоне.
– На Юго-Запад, так на Юго-Запад – хороший район, – обрадовался водитель и плавно крутанул баранку.
– Да, хороший, – спокойно проговорил Володя. – Всю жизнь там живу.
– А я вот за городом живу. Меня Саша зовут. Вы, наверное, удивились, что перед вами остановился в такой машине. Но на самом деле этому мерседесу уже восемнадцать лет. Я его по объявлению купил. Отремонтировал маленько и вот, езжу.
– Ничего себе! – наконец пришла в себя я.
– А я всю жизнь мечтал о мерседесе. Поставил себе цель с детства – вырасту, куплю мерседес, построю большой дом и женюсь на Наташе, – продолжал свой рассказ Саша.
– На Наташе? – невольно рассмеялась я.
– Да, а что? – обернулся ко мне водитель. – Разве не может быть у человека мечта. Вот такая девушка, как вы, мне нужна! Вы не Наташа случайно?
– Нет, – резко ответила я, взглянув на погрустневшего эксперта.
– Эх, жаль, – вздохнул водитель и обратился к Владимиру: – Вы меня ради бога извините, что болтаю всякое. Просто поделился своими мыслями. Я человек одинокий, даже поговорить не с кем. Вот разве только с пассажирами – частенько таксую по ночам, когда не спится.
– А вот и наша деревня, вот наш дом родной! – нараспев произнес Володя, обрадовавшись моему выбору.
– Всего хорошего! – лучезарно улыбнулся водитель, когда мы вышли на своей остановке…
– Наталья, может, на ты перейдем? – воодушевленно предложил Владимир. – Нас уже так много связывает…
– Давай, – кивнула я. – Давно пора.
Володя, счастливо улыбаясь, пожелал мне спокойной ночи и, что-то напевая под нос, скрылся за дверью своей квартиры.
Продолжение следует.