Глава 20

Таня, подоткнув халатик, мыла пол. Она одёрнула его  как-только вошёл Вадим и тыльной стороной ладони вытерла взмокший лоб, выпрямившись в рост, приветливо улыбнулась ему.

 В комнате было тепло, в маленькой печурке потрескивал огонь. Вскипевший чайник попискивал, отставленный на припечку.

 Стол был покрыт белоснежной скатертью, пахло вымытым полом, наваристым борщом, хрустящими в белизне простынями и волнующим запахом молодой женщины и у Вадима остро появилось желание…

То ли от чистоты, то ли от возникшего голода к острым ощущениям, он нетерпеливо переступил с ноги на ногу, протягивая Татьяне полную авоську.

-  О?! – Воскликнула с вопросом Таня, - шампанское! Зачем?
-  Праздник у меня сегодня. Три приглашения получил на работу, посоветоваться надо…
Таня приняла авоську, отвечая:

-  Балуешь ты меня, всё несёшь, несёшь и несёшь, не удобно даже. – И она водрузила авоську на стол, обернулась к Вадиму, - ну чего встал? Проходи, снимай обувь, ужинать будем, вот только пол домою, маленько осталось.

Вадим снял сапоги, выставил за дверь, расстегнул куртку и на цыпочках перешагнул черту мокрой грязи.
Осторожно прошёл к столу снял куртку, повесил на спинку стула, расстегнул ворот рубахи и сел на застланную кровать. С удовольствием облокотился на подушки, счастливо смотрел на Таню.

 Она, нагнувшись над ведром, выполаскивала тряпку, приятно глазу, округлив полумесяцы манящих бёдер.

 Полные, крепкие ноги высвечивали белизной из-под коротенького халата. Домывая пол, она сноровисто перемещала своё крупное тело, развернувшись к Вадиму лицом.

 Из-под расстегнувшегося, по верху халата, колыхалась в теснине бюстгальтера налитая грудь и эта волнующая поза, заставляла сладко трепетать мужское желание…

 И только платок, как бы смазывал, яркую прелесть Татьяны.
 Вадим давно привык к её головному туалету и уже не обращал на него внимание. У Тани были места куда более привлекательные, чем этот несуразный платок.

-  Халатик то приподними…- С мужским желанием попросил Вадим, - мешает.
-  Ещё чего! – С напускной строгостью отозвалась Таня, продолжая заниматься своим делом, - ты и так ненасытный, а мне на работу, отвернись лучше.

-  Как на работу?! Ты же была с утра.
-  Была да вернулась. Подруга попросила подменить её в ночь, а она за меня в день. У неё какие-то проблемы…
-  И когда теперь?
-  С ноля часов и до утра.
-  Вот чёрт! Как досадно. – Промолвил Вадим.

-  Почему? До одиннадцати часов мы вместе. – Таня домыла пол, отжала тряпку и расстелила её у порога. Устало выпрямилась и вышла выносить воду.
Вадим тихо выругался.
Он не любил, когда Таня работала в ночь, маялся, скучал.
 
Таня вернулась. Сполоснув у рукомойника руки, лицо, стала собирать на стол. Вадим схватил её за бёдра и опрокинул в кровать.
-  Перестань Вадим. Давай ужинать…
-  Потом. – Целуя и расстёгивая халатик, задохнулся от возбуждения он…

Потом они отдыхали и Вадим рассказывал Татьяне о предложенных работах. В окончании изложения, спросил:
-  Как думаешь куда пойти?
-  Не знаю… Но в армию не ходи, может в институт этих почвоведов?.. На такси тоже не надо, там деньги варятся, убьют ещё… А вообще решай сам.

-  Почему сам, а ты? Я же серьёзно к тебе отношусь, не развлекаться к тебе хожу, жить хочу вместе, законно!

-  Тогда в институт к почвоведам, - улыбнулась Таня и погладила ему волосатую грудь, - всё равно будешь учиться, а у почвоведов как бы родственный профиль, при случае, помогут.
-  Да не буду я учиться! Да ещё в сельхозке, с меня и среднего образования хватит.
-  Из-за неё?
-  Ты не обижайся, Таня, давай никогда не касаться этой темы, я люблю тебя и только тебя!
-  Вадим, милый, тебе учиться надо. Ещё неизвестно как жизнь повернёт, а она тётка коварная! А мне, за грамотным мужиком и любить, и рожать не страшно.
Она теснее прижалась к нему.
 Вадим обнял её, ответил:

-  Я тебя о работе спросил, а ты об учёбе…
-  И не надо пока. По работай, оглядись, а потом дерзай!

-  Ты прямо как мать моя, покойница.
-  А я и есть мать, в будущем…
-  Ладно. Согласен с будущей мамой, - засмеялся Вадим, - в понедельник пойду устраиваться в НИИ.

-  В понедельник не ходи, день тяжёлый, иди во вторник.
-  И здесь согласен! Слушай Тань, давай распишемся.

-  Ты Вадим как маленький мальчик, заладил одно и тоже, я же от тебя не убегаю.
-  А вдруг… Мне же хочется, чтоб как у людей – свадьба, горько и потом чего ты живёшь в этой конуре, а у меня дом, хозяйство и ты должна жить в нём.

-  Пока нет Вадим. Ты же знаешь, третьего января у меня заканчивается срок и, я получу паспорт, потерпи.

Вадим попытался подмять под себя Таню, но она увернувшись - нагая, соскочила с кровати, успев прихватить халат.
-  Хватит. – Сказала она, торопливо влезая в халат и застёгивая его на все пуговицы, - ты меня совсем заездил! Вон глянь, с лица сошла, круги под глазами, девки, на работе смеются.

-  Это они завидуют.
-  Вставай давай, боров гладкий! Есть будем.
-  Утопиться, что ли?.. – Влезая в штаны, ответил Вадим.

-  Ладно плакаться, - улыбнулась Таня, отойдя к середине комнаты и настороженно наблюдая за Вадимом, - и так всю имеешь, бугай ненасытный!

-  Иметь то имею, - согласился он, - да вот только пойти с тобой не куда, платок этот…
Вадим поднялся, Таня отошла к двери, сказала:
-  Не подходи, укушу.

Вадим рассмеялся, снял со спинки стула куртку, извлёк из кармана свёрток, протянул Татьяне.
-  Что это? – Спросила она.
-  Примерь.

Таня не доверчиво протянула руку взяла свёрток, осторожно развернула и с радостным визгом бросилась Вадиму на шею, целуя в нос, в губы, громко повторяя:
-  Мальчик мой! Ну какой ты хороший, хороший! Хороший!
-  Ну вот совсем зацеловала. – Слегка обнимая её, улыбался Вадим, - ты примерь с начала, а то вдруг да мимо.

Таня отстранилась, счастливыми повлажневшими глазами, смотрела на парики. Встряхивала, любуясь то одним то другим подарком, тихо попросила:
-  Ты выйди пока, я позову.
-  Хорошо я покурю. – И Вадим, надев куртку, вышел.