Маскарад

---

Пролог

Мне пришло письмо от неизвестного адресата и отправителя — и это пробудило во мне пружинистый скачок импульса по блуждающему нерву, плеяду тревожного замешательства, галопом снующего к сакраментальному вопросу: «Кто и зачем мне это прислал?»

Я вскрыл конверт и извлёк оттуда телеграмму:

«Привет. Я желаю пригласить тебя на вечеринку в масштабе твоего небольшого городка подсознания. Она будет стилизована под маскарад».

Я не стал долго размышлять и решил принять приглашение. Ведь меня одолело любопытство — разузнать поподробнее, что же меня ждёт в моём собственном подсознании.

Может быть, там я найду ответы, которые давно мучают и не дают мне покоя. Или мне посчастливится встретить кого-то особенного, кто изменит мою жизнь. Кто знает — и сможет объяснить, что может случиться в сонном мире, где всё возможно.

Ведь я мечтаю о стабильном быте, который смогу планомерно организовать. Я вижу себя подъезжающим к шикарному ресторану и знакомящимся там с привлекательным и заботливым партнёром, который разделяет мои увлечения. Этот партнёр будет мотивировать меня к новым карьерным достижениям, что позволит мне накопить капитал и открыть свой бизнес.

Мой бизнес будет успешным, и я смогу жить за границей, ни в чём себе не отказывая. Отдыхать на роскошных курортах и посещать гламурные вечеринки вместе со знойной любовницей-мулаткой, а моя любящая жена подарит мне много детей. Я дам им всё то, чего не имел сам, и обеспечу им качественное высшее образование.

К своему юбилею я надеюсь мирно умереть в своей постели, окружённый любящей семьёй и друзьями.

---

Глава 1

Я очнулся в тёмной комнате, где единственным источником света была неоновая вывеска на стене: «Добро пожаловать в Маскарад». Я встал с кровати и осмотрелся.

Напротив кровати, у занавешенного бардовой шторой окна, на табурете стоял телефон — по виду напоминавший стационарный. Стоило только обратить на него взор, он тут же зазвонил. Я решился попробовать — за неимением альтернатив — взять трубку:

— Алло, кто это?

— Здравствуйте. Вы оставляли заявку на вакансию разнорабочего в ритуальных услугах. Приходите к нам сегодня на собеседование по адресу Бумажная улица, 33. Там вы в полной мере сможете ознакомиться со спецификой работы и, исходя из этой информации, посмотрите и сделаете вывод, стоит ли вам этим заниматься. Сами понимаете: нам нужны стрессоустойчивые люди, умеющие махать лопатой и не задающие лишних вопросов.

Не успев ответить ничего вразумительного, звонок резко прервался длинными гудками, которые своими звуковыми волнами свинца обострили чугунную мигрень.

— Ай, блин... Голова раскалывается. Где я нахожусь? И кто все эти фанатики в масках зверей?!

Лихорадочно пробежав глазами, я проанализировал танцующие фигуры и сделал выводы: из всех здесь присутствующих никто мне не желает зла, лишь ощущается чувство безопасности от ауры этих людей. Но в то же время я понял, что моё пребывание в этом месте ограничено из-за обострившегося нюха, улавливающего запах подожжённого фитиля. По этому запаху я смогу отыскать загадочника и выбраться отсюда целым и невредимым. Но для этого мне нужен знак свыше.

Устремив свой взор вдаль, я разглядел баннер, гласящий о призыве «прогуляться на суше». Это побудило меня к действию.

---

Глава 2

Проталкиваясь через веселящиеся фигуры теней, я натыкался на лица бывших мёртвых знакомых, знаками направлявших меня к выходу. Последовав их примеру, я слился с толпой и за мгновение смог сфокусироваться и добраться до выхода на улицу.

Выйдя на свет, я ступил на поверхность, покрытую дождливым туманом и песчаным гололёдом. По нему я пробирался, как скалолаз, — до звучания музыки, доносящегося из музея искусств напротив панелек многоэтажки. По ритмике ударной установки я смог различить азбуку Морзе, настукивающую число 33.

Сложив пазл головоломки в уме, я сделал умозаключение, что этот набор цифр может быть связан с номером квартиры в этом здании. Я незамедлительно вошёл в него и направился к лифту.

---

Глава 3

Зайдя внутрь, на пороге я ощутил на себе невидимые взгляды жильцов из облупившихся стен, доносящих монотонным голосом призыв:

— Уходи отсюда, пока можешь. Они тебя достанут и снимут скальп живьём. Беги, дурак!

Мне стало не по себе, но я собрал всю волю в кулак и нажал на кнопку. Лифт не приехал. Я посмотрел на индикатор и увидел, что он был занят.

Я подождал несколько минут, но ничего не изменилось. Я решил, что не буду терять время, и уже собирался подниматься по лестничной клетке. И тут мне вспомнился примечательный случай из юности. В возрасте 14 лет я столкнулся с издевательствами со стороны одноклассников. Тогда я решил дать им отпор, вызвав на бой одного из старших задир, несмотря на его превосходство в силе. Во время боя я потерпел поражение, но моё мужество впечатлило моих недругов. Они признали меня «настоящим мужиком» и прекратили надо мной издеваться. После драки я получил травму носа в виде смещения перегородки и двух внутренних гематом. Вскоре они воспалились, и мне пришлось ложиться в больницу. После выписки я зарекся брать на себя ответственность и больше никогда не позволять другим обижать меня.

И тут я почувствовал: воздух в подъезде стал тяжёлым, словно налился свинцом. Запахло гарью и мокрой шерстью. Стены дрогнули.

Вдруг ко мне начали через щели открывающихся ставен ломиться враждебные чёрные мантии с топорами и кинжалами в руках.

Напугавшись до смерти, в состоянии аффекта я прижался к зашарпанной стене и нащупал рукой подвернувшуюся швабру, отдавая себе отчёт в том, что всё хорошее — давно забытое старое.

Отломав от неё черенок, я кровожадно, не щадя, начал истреблять заострённым концом всю нападающую нечисть.

---

Глава 4

Ликвидировав всех до единого и замаравшись по локти в их крови, я забрал у одного, напоминавшего на вид культиста, топор и, преодолев один этаж выше, смог увидеть перед собой длинный коридор со множеством дверей. Я начал их поочерёдно открывать, но все двери вели в пустые или занятые комнаты. Я был разочарован и решил вернуться в зал.

Но тут я заметил, что одна из дверей была заперта. Я подошёл к ней и попытался открыть. Она не поддалась. Я почувствовал, что за этой дверью что-то важное и интересное. Я решил, что должен попасть туда любой ценой.

Встав в стойку и замахнувшись топором, я принялся рубить по двери. Я услышал, как дерево трескается и ломается. Я продолжал рубить, пока не сделал достаточно большое отверстие, чтобы пролезть внутрь.

Я бросил топор и просунулся в комнату. Я ожидал увидеть что-то удивительное и захватывающее. Но то, что я увидел, превзошло все мои ожидания.

---

Глава 5

В комнате был сад. Но не обычный сад, а стоящий особняком одноэтажный дом, украшенный венками, крестами и надгробными плитами разных форм и размеров. Я понял, что меня ожидает встреча с сакральным миром усопших — к чему в какой-то степени я был подготовлен и примерно догадывался, что меня может поджидать по ту сторону изнанки жизни.

Ведь когда-то у моего отца умер лучший друг. Он водил меня в морг проститься с ним. Там, кроме его окоченевшего тела, я наблюдал ещё с дюжину трупов.

Их лица были искажены гримасой боли и страдания, кожа была натянутой, а оттого казалась вытянутой, с заострёнными краями бледной плоти. Глаза напоминали марианскую остекленевшую впадину, от которой стояло амбре гнилого запаха смердящего разложения. Их вид был похож на кукол, выполненных на заказ, которыми, наигравшись вдоволь, выбросили за обочину, отрезав им нити импульсов жизни за ненадобностью.

Тогда мне было не по себе от гнетущей мраком атмосферы уныния и скорби, передававшейся от тусклой лампочки Ильича, еле освещающей лучами света приоткрытую выходную дверь. Из-за разыгравшегося воображения дверь грозилась захлопнуться, оставив меня наедине во тьме с восставшими мертвецами, готовыми в любой удобный им момент наброситься, повалить навзничь на пропитавшийся нечистотами липкий пол и утащить за собой в могилу — как только я закрою глаза от страха немого ужаса.

Папа, заметив паникший взгляд и искажённую гримасу испуга на моей физиономии, решил успокоить меня, положив свою грубую от мозолей руку на моё хрупкое ноющее плечо, и рассказать мне одну причу.

Он поведал мне о том, что ему приснился вещий сон, где его встретили почившие друзья, умершие насильственной смертью от рук заказных киллеров. Это и не удивительно — ведь они в своё время являлись бандитами, некими всадниками апокалипсиса, сгубившими немало жизней и поломавшими без сучка и задоринки судьбы родных домочадцев, оказавшихся без кормильцев семьи и опоры на безбедное существование.

— Я оказался в пространстве, не поддающемся никакой рациональной логике, но ощущаемом лишь шестым чувством как разряженная обстановка, где преобладает позитивная аура мощей, дарующих благодать всяк сюда входящему. Похожая по своему устройству на келью в монастыре, где покоятся души моих братанов, встретивших меня не свойственной им при житье добродушной улыбкой чеширского кота, готовых ответить на любой мой вопрос.

— И что же ты им вопросил?

— Когда же я уйду на покой и встречусь с ними вновь? В чём отличие между нашими мирами и есть ли оно? Виделись ли они с богом и как он на них повлиял? Как относится к враждебности близкого своего — и так далее в таком роде... Всего, конечно же, я не упомню, но ответы свои я заблаговременно получил. Первый из них заключается в том, что только одному богу угодно знать, чей час пробьёт в последний раз куранты. Во-вторых, ада так такового там нет — он находится лишь на нашей бренной земле, на которой превалирует физическая оболочка и её потребности, продиктованные необузданной волей. Есть только кривда, которую он выправляет своей внеземной, пронизывающей от рогов до копыт любовью, неподвластной законам времени и пространства. В-третьих, нам не дано обуздать его разумом знаний — лишь в посмертии, при личном визите на смертном одре, он раскроет свой лик, и в отражениях его увидим себя, растворившись в нём, станем едины с природой мироздания. В-четвёртых, они дали мне напутствующий совет напоследок: постарайся поменьше грешить, а как только нахал грубо плюнет в лицо — в тот же миг прости ты его, и по возможности всех без обид.

После, доехав до места похоронной процессии, я посмотрел на печальных горемык и их спектр искренних эмоций от утраты дорогого человека. Ведь этим неравнодушным людям он приходился любящим отцом, преданным братом, любезным зятем, заботливым семьянином. Тогда ко мне пришло осознание, что все мы здесь когда-то окажемся, и нас также будут провожать и ставить свечи за упокой души.

И я подумал: до этого последнего пути надо сделать всё возможное, чтобы оправдать надежды наших близких и родных.

---

Глава 6

Прогнав от себя дурные мысли и упаднические настроения, я зашёл внутрь дома, где меня встретила за стойкой регистрации умопомрачительно внеземной красоты женщина. Она выделялась изогнутыми оленьими рогами, роскошной угольной шевелюрой, вплетённой в ночное небо шелковистых волос, и крыльями летучей мыши, обличающими фигуру гибкой лозы. Лицо — душистой ягодки млечного сияния.

Увидев меня на пороге обескураженным от такой гостеприимности и радушия, она заговорила со мной, облокотившись локтями за стойку, уперевшись подбородком в изящно тонкие ладони, тем самым обнажив через декольте свою упругую грудь, обтянутую платьем из ткани органзы. Она разрядила повисшую тишину взглядом — красные склеры, жёлтая радужка, чёрные зрачки томного кокетства — и возбуждённо промолвила:

— Ну здравствуй, мальчиш-кибальчиш. Меня зовут Тиншемет... Ты даже себе и на йоту представить не сможешь, как мы тебя, заблудшего пасынка, заждались! Но ты оказался лёгок как на помине: я только подумала тебе позвонить перед сном, а ты уже явился в аккурат не запылившись. Это хороший знак, не правда ли?!

— Я понимаю, к чему ты намекаешь и хочешь склонить, но позволь мне тебя перебить: не на того ты молодца нарвалась, ведунья. Я многое повидал и достаточно пожил, и многих супостатов на лопатки положил. И поэтому тебе не увести меня от узкой тропы к саду эдема, непоколебимой истины!

— Ну да хватит уже выпячивать колесом грудь и бить в неё, словно в гонг, как кинг-конг, глупый ты человечишка... Это я так, проверила верность твою в несокрушимую веру испытанием прелюбодеяния. Тебя ожидает чужой, прошу не задерживаться здесь надолго. Но если передумаешь — то я буду не против... — Тиншемет приподняла брови, заигрывая, приоткрыла рот, провела змеиным языком по губам, резко вскочила в мою сторону и щёлкнула своими клыками у кончика моего поленявшего от её демонической ауры носа. — Так уж и быть, за твою стойкую прыть я дам тебе ключ от двери в небесную синь канцелярий. Используй свой выбор с умом, проказник.

После этих слов из ниоткуда материализовалась дверь. Взяв ключ из её когтистых пальцев рук, я поспешил вставить его в замочную скважину и отпереть. На пороге меня поприветствовал старец, напоминавший своим нимбом Еноха. Он промолвил:

— Мы тебя ждали, заходи скорее, не томи.

---

Эпилог

Сделав всё так, как он попросил, мы переместились в пространстве в иное измерение реальности, где земля над головой, а облака под ногами; липкие стены, жидкий потолок со скошенными углами; корнями плотно вросший в гороховый пол из твёрдой воды на мостовой, где хлопья кристаллов водят хоровод кругами спирали, вздымающей Сатурн — торнадо осколков ощущаемой боли от ломки зависимых амбиций, цели, успеха, стремящихся вдаль дартсовой орбиты — к прожигающей тёплыми рентгеновскими лучами госпоже Удаче Белого солнца пустыни. Из неё, словно джинн, воплотилось оно — ни на что не похожее существо:

— Привет, — сказал Чужой. — Я рад, что ты пришёл.

— Кто ты? — спросил я.

— Я твоё подсознание, — ответил Чужой. — Та часть тебя, которую ты не понимаешь, которая хочет тебе помочь и сделать тебя счастливым, знающая твои тайны и желания, создавшая этот маскарад.

Я был ошеломлён. Я не мог поверить, что говорю со своим собственным подсознанием.

— Зачем ты это сделал? — спросил я.

— Я сделал это для тебя, — ответил Чужой. — Для того чтобы ты мог отдохнуть от своей скучной и однообразной жизни. Почувствовать себя свободным и беззаботным. Поиграть в разные роли и познать себя по-новому. Встретить новых людей и пообщаться с ними. Насладиться красотой и чудесами этого мира и быть счастливым.

— Но почему ты не можешь просто сказать мне это напрямую? Зачем мне пришлось вымещать горой трупов красную дорожку, идя чуть ли не по их головам, только ради того, чтобы выслушать твой полоумный бред про райские гущи чудес мира, в котором страдают ни в чём не повинные люди? Ты что, реально сумасшедший психопат?! Считающий всё это игрой актёра погорелого театра?!

— Потому что ты бы мне иначе не поверил, — ответил Чужой. — Подумал бы, что я выдумка и иллюзия, пытающаяся тебя обмануть.

— Скажи мне честно: что мне прямо сейчас мешает прорубить скворечник у тебя в голове и не поселить туда обитателей местных глубин?!

— Ты не сможешь, — ответил Чужой. — Но ты можешь мне довериться. Поверить тому, что я хочу тебе помочь. Ведь всё то, что с тобой приключилось, вызвано лишь плодом твоего воспалённого воображения — побочным эффектом злоупотребления антидепрессантами вперемешку с алкоголем. Те, кто стоял на твоём пути, — это демоны, жаждавшие довести тебя до самоубийства. Но ты оказался не из робкого десятка и сдюжил встретиться с самым главным врагом твоих бед и несчастий — с самим собой. Я наблюдал за тобой чужими глазами — не удивляйся, в этом измерении возможно всё что угодно — и восхитился твоей храбростью противостоять слабостям и страхам лицом к лицу, не поддавшись гипнотическим чарам Лилит. Я принял решение сделать тебе подарок в знак примирения инь и ян.

Я посмотрел в глаза Чужого и увидел в них искренность и доброту. Я почувствовал, как во мне растёт доверие к нему. Вспомнив ту притчу, решил применить её мораль на практике.

— Хорошо, я поверю тебе, — сказал я. — Но если обманешь — пощады не жди.

Чужой улыбнулся.

— Спасибо, — сказал он. — Это значит для меня очень много.

— Пойдём, — сказал Чужой. — Я хочу показать тебе что-то особенное.

Он взял меня за руку и повёл в центр сада. Он остановился перед большой раковиной, напоминавшей по конструкции гроб.

— Смотри, — сказал Чужой. — Это твой подарок.

Он открыл раковину, и я увидел внутри мощевик, вылитый в форму черепашьего панциря. Я взял его и поднёс к своей груди, почувствовав, как он согревает мою диафрагму.

— Это символ нашей неразрывной связи, — сказал Чужой.

Я посмотрел на Чужого и улыбнулся.

Мы обнялись, и я почувствовал, как моё сердце наполняется счастьем.

— Тебе пора покинуть гавань вимукти и отправиться обратно к бодхи на вселенском кресте... — сказали мы синхронно, в унисон.

Проснувшись в холодном поту и с чувством умиротворённого Будды, я извлёк для себя из этого галактического путешествия важную заповедь, оставившую за собой эпитафию: мы живём не ради будущих воспоминаний о триумфе, а ради прошлого, которое было счастливым, даже если в нём были обиды.

---