НИКА

             «Твоё имя означает победу. Ника – победа. Запомни это, дочка. Запомни и никогда не сдавайся!» – мама улыбается и протягивает Нике руку. Рука холодная, как лёд. Ника вскрикивает и просыпается.  Правой ладонью она сжимает свою левую ладонь – обе, прижатые к груди, холодные,  как ледышки. Выбравшись из-под вороха одеял, Ника обходит квартиру. Мама до сих пор не вернулась. Она ушла вчера днём и строго наказала никому не открывать  дверь: «Никому! Поняла? Что бы тебе там не сказали. Можно только тёте Маше, если узнаешь её по голосу».
              Печка-«буржуйка» уже остыла, и Нике даже в пальто и бабушкиной шали очень холодно. «Какая же ты буржуйка? Мы ведь никакие не буржуи. У нас даже дрова последние», – шепчет Ника, будто разговаривая  с печью, и с трудом разжигает огонь. Она ставит железную кружку с водой на печку и сидит рядом с ней, закутавшись в одеяло.  От приятного тепла опять клонит в сон и, выпив полкружки горячей воды, Ника возвращается в кровать.
              Теперь ей снится бабушка с иконой в руках. Они идут рядом по яблоневому саду, и Нике очень хочется сорвать большое красное яблоко. Она тянется к ветке, усыпанной плодами, и просыпается…
              Бабушка умерла две недели назад, в день десятилетия Ники. Почти до самой смерти, пока совсем не слегла, она вечерами молилась в своей комнате. Икона у неё была всего одна – небольшая, очень старая, на простой доске. Мама говорила, что всё это предрассудки и, бывало, даже ругалась с бабушкой.  А Ника иногда потихоньку пробиралась в бабушкину комнату, и спрятавшись там за креслом, слушала молитвы. Женщину на иконе бабушка называла Пресвятой Богородицей Марией. Ника думала, что после смерти бабушки мама выбросит икону, но она поставила её на комод рядом с бабушкиной фотографией…
               Желудок сводит от голода, в глазах темнеет. В комнате тихо и  сумрачно. Ника зажигает свечу, берёт в руки бабушкину икону и, глядя в глаза женщине в синей одежде, шепчет: «Дорогая Богородица Мария, пожалуйста, помоги нам с мамой. Пожалуйста, не дай нам умереть. Очень тебя прошу, дорогая  Мария». Потом она поочерёдно целует икону и бабушкину фотографию  и отрывает листок настенного календаря: понедельник,  двадцать девятое декабря 1941 года. Бледный месяц смотрит в окно с холодного  ленинградского неба…
                Мама, ушедшая на Дерябкин рынок обменять золотые серёжки на продукты, так и не вернулась. Нику спасла соседка тётя Маша – одинокая вдова, работавшая медсестрой в госпитале. Вместе им удалось пережить блокаду. Свою дочь, крохотную недоношенную девочку, родившуюся через десять лет после окончания войны, Ника назвала Марией…
               

                *К 80-летию  снятия  блокады Ленинграда.
                В память о погибших и выживших…