Дебют Элеоноры. Глава 27

Глава 27. Тучи сгущаются. Развязка близка. Нападение на Ричарда. Тайное собрание акционеров

Ричард лежал на диване с уксусной примочкой на голове. Ури держал его за руку, считая пульс. Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Хьюго:

— Ну как? — спросил он глазами.

Ури приложил указательный палец к губам, давая понять, что больному нужна тишина. Хьюго исчез, а Ури наклонился над Ричардом, поднеся к его губам стакан с зеленоватой жидкостью.

— Выпей, друг, — попросил он. — Выпей и усни. А когда проснешься, многое переменится к лучшему. Я тебе обещаю. Еще глоток… а теперь усни. Светлых тебе снов!

Ури вышел из комнаты друга и притворил за собой дверь. В гостиной его встретили две пары напряженных глаз.

— Ну как? — читался в них вопрос.

Ури пожал плечами:

— Будем надеяться на лучшее.

Хьюго в ярости сжал свои огромные кулаки:

— Если бы знать, кому разбить морду, то я бы разбил, ей-богу!

На его глазах выступили слезы. Ури встал с ним рядом и успокаивающе положил ему руку на плечо.

— Ненавижу себя! — простонал Хьюго. — Ненавижу за свое бессилие! За неумение помочь!

— Ты здесь, рядом с нами, — это уже немало, — возразил Ури.

Хьюго вытер глаза кулаком, по-детски всхлипывая, затем взял на руки кота и звонко поцеловал его в усатую мордочку.

— Браво, малыш! — сказал он хрипло. — Снял, поди, скальп с мерзавца! Но я бы добавил. Ей-богу, добавил!

— Мистер Хоум приехал, — Ури бросил взгляд за окно и поспешил открыть гостю дверь.

— Рад всех вас видеть! — сказал вошедший, обводя взглядом комнату. — У меня новости, друзья. Интересные новости! А где же Ричард?

— Ричард болен, мистер Хоум, — ответил Ури, подвинув гостю кресло. — Он сейчас в своей комнате. Только что уснул. Думаю, не стоит его беспокоить.

— Болен? Я сожалею…

— Позавчера вечером на Ричарда было совершено нападение.

— О, мой Бог! — ужаснулся мистер Хоум. — Где?

— Здесь, в этой самой комнате, где мы сейчас сидим. Двое громил в масках беспрепятственно вошли в дом. У них были ключи. Собака, конечно же, подняла лай и повалила одного из нападавших. Возможно, даже ранила его.

— Благородное животное! — вздохнул Арчи. — Собака погибла, защищая хозяина. Негодяи были вооружены.

— Да, собаку жаль, — согласился Ури. — Благодаря ей Ричард успел отключить свет во всем доме, а включить его не так-то просто. Никто, кроме хозяина, не знает, где прячется клавиша выключателя и как она выглядит. Мигая фонарями, громилы ринулись за Ричардом. Вот тут-то Базиль прыгнул откуда-то сверху на голову одному из них и превратил его физиономию в кровавую маску.

— Молодчина! Наш парень! — Хьюго с удовольствием погладил кота.

— Ричард успел нажать на кнопку экстренного вызова полиции, — сказал Ури. — Вскоре взвыли сирены, и неизвестные скрылись.

— Ричард ранен? — с тревогой спросил мистер Хоум.

— Нет, в Ричарда не стреляли. Он кому-то нужен был живым. Но утром он хоронил собаку в лесу… не помнил себя от горя… потерял дорогу… провалился в болото… едва выбрался и вернулся домой уже больным, в горячке.

— Думаю, что не столько простуда уложила его в постель, — заметил Арчи, — сколько горе потери друга. Все мы знаем, что собака и кот составляют для Ричарда единое целое с этим загадочным домом, определившим его литературную судьбу. Они — его друзья, его добрые гении.

— Полиция нашла в доме маску, пропитанную хлороформом, — сказал Ури. — Один из неизвестных держал ее наготове, но бросил при бегстве. Маска, конечно же, предназначалась для Ричарда. Его хотели взять живым и увезти. Думаем, что это — дело рук Мардока, вернее, тех, кто стоит за ним. Однако операция провалилась. Ричард успел вызвать полицию. Кот и собака оказали деятельное сопротивление агентам. Базиль сорвал черную маску с лица одного из них и хорошенько поработал когтями. Выбегая из дома, тот «засветился» перед камерой внешнего наблюдения. Вид его был ужасен.

— Агентов, скорее всего, уже ликвидировали за провал операции, — заметил Хьюго.

— Возможно, — согласился Ури.

Мистер Хоум глубоко задумался, сложив пальцы домиком.

— Друзья мои… Вы считаете, что все это произошло из-за Элли? — тихо спросил он.

— Думаем, что да, — ответил за всех Ури. — Элли и Ричард были друзьями. Они много времени проводили вместе. Агенты об этом знали. Потеряв ее след, Мардок вполне мог обратить свое внимание на Ричарда и подвергнуть его допросу с пристрастием в одном из тайных замков посвященных.

— Странно, что они не сделали этого раньше, — заметил Арчи.

— Раньше они гонялись за девушкой-двойником. Ричард же был вне подозрений, так как сам разыскивал Элли. Помните его печальный визит в усадьбу Сент-Мор? Мажордом — человек Мардока — непременно доложил об этом начальству.

Мистер Хоум покачал головой:

— Ну что же… Не стану спорить, — вздохнул он. — Однако имеет место еще одна версия. Ведь Ричарда могли разоблачить… его могли вычислить как представителя тайной оппозиции… как сторонника добра… как светлого литератора…

Друзья переглянулись.

— Немыслимо! — воскликнул Арчи. — Ричард неуловим!

— Его разоблачению могли невольно поспособствовать сами читатели, — пояснил мистер Хоум.

— Как так? — вскричал Хьюго.

По лицу Ури пробежала легкая тень.

— Мы ждем объяснений, мистер Хоум, — сказал он. — Читатели недовольны Ричардом?

— Напротив! Ричардом они как раз довольны. Читатели воспринимают Ричарда как гениального литератора, несущего в мир свет и добро. Они им восхищаются, ставят его в пример другим авторам и неосторожно пишут об этом в издательство. А вот «Снежной кошкой» в целом они, мягко говоря, недовольны. В издательство поступило несколько писем от влиятельных и почетных горожан; одно из них — от профессуры нашего университета, с требованием пересмотреть литературную работу издательства, его смысловое и духовное ядро.

— Неужели? — изумленно прошептал Арчи.

Хьюго дружески хлопнул его по плечу:

— А ты думал! Читатели — они ведь не глупее нас с тобой! Разобрались, что к чему и кто есть кто. Да они уже давно по горло сыты эстетикой зла!

Ури быстро переглянулся с мистером Хоумом.

— Похоже, час пробил? — глазами спросил Ури.

Мистер Хоум слегка прикрыл веки в знак согласия и вслух произнес:

— Общественность взволнована и настроена решительно. Люди выбирают добро, и «Снежной кошке» придется с этим считаться!

— Но ведь найдутся и те, кто выбирает зло? — неуверенно спросил Арчи.

— Несомненно, — кивнул Ури, — но они пассивны и не станут высовываться. Разбредутся, как пауки, по темным углам. А те, кто стоят на стороне добра, напротив, открыто заявляют о своих желаниях и готовы к решительным действиям. Они будут открыто бороться за свои интересы. «Снежной кошке» придется изменить концепцию или…

— Или?.. — переспросил Хьюго.

— Или они нарушат главный вселенский закон, со всеми вытекающими для них последствиями.

— Закон о свободной воле?

— Вот именно, — подтвердил Ури. — Итак! Давайте определимся, что мы имеем на текущий момент против «Снежной кошки»?

— Концентрация тьмы на страницах альманаха превышена, — сказал Арчи. — Люди стали задыхаться в атмосфере эстетизированного зла. Они выражают протест.

— Хорошо, — кивнул Ури, — что еще? Как обстоят дела с новым литературным проектом «Малое добро. Шаг к Свету»?

— Проект неофициально «заморожен» на неопределенное время, — ответил мистер Хоум.

— Так… — протянул Ури. — По этому пункту мы ничего не сможем предъявить. Пока не сможем. Да и по первому — тоже. Что у нас остается?

— Остается Ричард! — сказал Арчи. — Закулисные силы издательства охотятся за ним. Была совершена попытка похищения — разве этого мало?

— Ничтожно мало, — вздохнул Ури, — ведь у нас нет доказательств. Мы не сможем предъявить «Снежной кошке» официальное обвинение. Нам даже не известна в точности цель похищения Ричарда.

Повисла тяжелая пауза.

— «Снежная кошка» — страшный и могущественный противник. С этим не поспоришь, — сказал мистер Хоум после некоторого раздумья. — Но время сейчас работает не на нее. Его становится все меньше и меньше. Еще чуть-чуть — и придется держать ответ перед властями города за отсрочку нового литературного проекта. Письма общественности тоже нельзя будет проигнорировать. На них нужно будет ответить. А ответить-то, по сути, нечего.

— Да… Времени на плетение интриг у кошатников не осталось. Следовательно? — спросил Арчи.

— Следовательно, — продолжил мистер Хоум, — от Мардока сейчас стоит ожидать быстрых и неординарных действий.

— Интересно, каких именно?

— Сегодня после полуночи состоится тайное собрание акционеров. Совершенно секретно. Собственно, с этой новостью я сегодня и пришел к вам, — сказал мистер Хоум и, понизив голос, добавил: — Собрание состоится без участия господина Рафаэля.

Хьюго присвистнул:

— Ничего себе!

Ури и Арчи озадаченно переглянулись.

— На этом собрании, я полагаю, — продолжил мистер Хоум, — как раз и определится порядок дальнейших действий со стороны «Снежной кошки» и прозвучат ответы на многие интересующие нас вопросы.

— Что же получается? — вскричал Хьюго. — Мардок отстранил от участия в собрании законного совладельца издательской сети?

— В том-то и дело, что Мардок не считает господина Рафаэля полноправным совладельцем. Они ведь духовные антиподы. Рафаэль Энджел был и продолжает оставаться для «Снежной кошки» чужаком, противоречащим основной концепции издательства. Мардок его и боится, и ненавидит одновременно, тем более что не знает его в лицо. Мистер Энджел ни разу не переступил порог офиса. Он действует исключительно через поверенного.

— И все же Мардок обязан был пригласить совладельца на собрание акционеров! — не унимался Хьюго.

— Верно! — согласился Ури. — Пожалуй, на сегодня это единственная фактическая ошибка Мардока, за которую его можно призвать к ответу. Но она будет иметь для нас вес лишь в совокупности фактов. А фактов нет. И времени, кстати, тоже не остается. Если версия мистера Хоума верна и Ричард расшифрован — Мардок, несомненно, потянет за эту нить… и тогда…

— Я понял, — мрачно пробасил Хьюго, — одному из нас — кровь из носу — необходимо проникнуть на собрание акционеров.

— Хорошо бы! — подтвердил Ури. — Тогда мы будем знать о ближайших планах врага. А если посчастливится, то получим фактические доказательства их преступных действий. Факты! Факты! Дайте мне факты! Без них мои руки связаны. Собрание будет проходить в офисе? — спросил Ури у мистера Хоума.

— Нет, в городском доме лорда Мардока, в библиотеке.

— Отлично! Кто рискнет проникнуть на собрание?

— Да кому же, как не тебе, Ури, взяться за это дело? — сказал Арчи. — Никто из нас не обладает паранормальными способностями. Только ты один умеешь появляться и исчезать, как привидение.

— Я бы так и сделал, если бы мог. Но есть обстоятельства, вынуждающие меня уступить славу героя одному из вас.

— Если так, то пойду я, — ответил Арчи.

— Нет, я! — вызвался Хьюго.

Ури покачал головой в знак несогласия.

— Под тобой, Хью, карниз провалится, — сказал он Хьюго. — Да и твоя яркая внешность слишком заметна. — Он повернулся к Арчи. — А у тебя, друг, будет иное задание.

Мистер Хоум тоже сделал попытку предложить свою помощь, но Ури горячо возразил:

— О вас и речи быть не может! Мы не имеем права вами рисковать. Эх, жаль, что Джонни нет в городе! Он бы идеально подошел для нашей цели! — Ури задумался. — Что же делать? — тихо спросил он самого себя. — Кто пойдет в дом к Мардоку?

— Пойду я, — прозвучал ответ.

Все вздрогнули от неожиданности и обернулись на голос. В дверях стоял Ричард.