Дневник 1993 года. 07 июль

И начался июль...


(В походе я не писала дневник. То есть, нет, я, разумеется, писала походный дневник, он выложен на другом ресурсе, не буду его здесь перепечатывать. Скажу лишь, что поход был очень сложный (для нашей команды сложный, профессионалы считали эту речку детской). В конце-концов это был не Алтай, не Кавказ, а просто унылая и болотистая Карелия со своими камнями и прижимами в порожках. Кроме того было холодно, комарино, негигиенично, потому что купаться никому в голову не приходило, так... Грели воду, размазывали грязь. Стертые на обносах ноги, побитые косточки, обкусанные, обожженые руки, ничего хорошего, правда. И голодно, раскладка нищенская, грибов и ягод нет, рыба спасала не сильно. Но я была в восторге,я была счастлива, сами понимаете, почему. Мы шли с Пашкой в одной лодке, спали в одном спальнике, реально подружились, он обо мне по-своему заботился, я по-своему заботилась о нем, он был после болезни, вялый, не сильный. Обнимались-целовались, было дело молодое, но до серьезного  не доходило, никогда, впрочем, не доходило, мы были моралисты, впрочем, нет, хотя, нет, не доходило... После похода мы пошли к П. домой, распаковывать  вещи, с этого и начинается мой штатский дневник. Но уже в июле.)


18 июля.

Я сразу сказала, что, если буду пить, то домой не поеду. И мы ели цыплят с картошкой, пили ликер, водку, пиво, а потом пошли смотреть фильм про крокодила Данди. В обнимочку. Хорошо мне было. А потом мы пошли мыться, нормальные люди помылись бы сначала. Впрочем, ладно.

19 июля.

После мытья П. еще и побрился, и я пропотела окончательно, стал он просто красавец, попили чаю, разлеглись в разных комнатах, но был заказан массаж... Удовольствие.


Утром я уходила самостоятельно, и ушла, оставив на столе песенку про м-ша и записку: «Пашка, ты самый лучший в мире». Как жалко, что все кончается.

Дома ела и ела, стирала, писала походный дневник, спала под грозу, чуть не поджарив белье, поставленное кипятиться.

В 19:30 я позвонила Ла, пошли на трубу, Ла грустно рассказывал о том, как клеил девочек на Севкиной свадьбе, а, когда подъехал Гу и подошел Бо, я начала травить разные походные байки, напирая при этом не на спортивно-речную, а на походно-бытовую тему: каша по утрам, болота с туманами, спирт ведрами. Вечером опять пишу, даже телика не посмотрела "про Борис Николаеча и эти самые..." (Цитата из Ком.)

Ах, как я уже соскучилась по... Впрочем, он меня выдержал, уже молодец, но как он и сказал из фильма «запланирован был подвиг».

20 июля

Магазины разные молоко сосиски и др дребедень. Потом писала походный дневник, немного поправила песню, конечно, тосковала. Ладно, это для другой тетради.

После магазинов я вымылась и пошла в город, там было хорошо, но с непривычки суетливо. От Новокузнецкой дошла до третьяков, по дороге купив три кассеты аббы, а пива в баночках так и не нашла.

Вечером пришел Ла и начал выпендриваться, отказываясь иметь со мной всякое там. На хрена мне эти предъявы? Ладно, будем воздерживаться, мне норм.

Пошли на трубу, где Бо рассказывал желающим, как он косит сено и про то, как они с моим отцом ходили по Клязьме на байде и за грибами. Более всего, ну, кроме тоски по, меня волнует, что я где-то посеяла телефон Н., а он может подумать, что я какая-нибудь среднепротивная гадина и звонить ему не хочу и сам не звонит. Есть выход позвонить капитану, но вдруг это вызовет его раздражение.. и началось .. бла бла бла.

21 июля

С утра погнали меня к тете Рите за огурцами. Огурцы были в мешке. Мешок размером с крокодила. И весил так же, как крокодил. И царапался. Но дотащила.

А потом дома страдала разной фигней, писала ЗМД, мылась, тут еще Гостья из будущего, хороший фильм.

Позвонила П., взяла телефон Н. П сказал, что на следующей неделе он освободится и тогда уж увидимся. О!

Позвонила Ла, мы пошли гулять, в измайлово, где, сидя на пивном бревне, он поставил мне условие, типа все по-прежнему, только про ПМ мозг не биби. Ха!

Пошли домой, Ла как-то сразу позабыл свои иф зен(if then) и отношения выяснять перестал.

Решали задачу о спасаке, погруженном в воду, потом запутались, Ла сказал, что все поест турбулентность и мы поперлись на трубу гулять. Се и Мар рассказывали про свое путешествие на теплоходе по Волге, всякие эти провинциальные городки.., я рассказывала про реку. Присутствовал Гу. Съездили с ним на заправку, трепались за жизнь. У меня бронхит, болит все.

Н. трубку не берет, читала мисХ. Ну...

22 июля.

С утра заявляется Ла и говорит, что мы должны сопровождать его мать и тетку в церковь, где они хотят окреститься. Были, смотрели, все очень интересно.  Я молилась, еще и как учила Ленка, простить обидевших меня, как я прощаю своих обидчиков. Но пока, вроде не обижают. Все эти начальники и др. это ж так, бубнить.

Потом мы поехали домой и Ла устроил мне химическую завивку. Ничего получилось хорошо с элементами.

Сходили в отдел заказов, купили разной фигни, потом позвонили Се, Ле и пошли в куски. Ле сразу сказала, «рассказывай все по-порядку» и тут-то я отвела душу, изложив ей час за часом каждое событие в этом походе. 

Потом пришли Се, Боря и Маринка. Мы сидели на бревнах, трепались, ребята собрались идти на Истру. И это хорошо. На обратном пути я плакалась Ле по поводу беспросветности существования, Ле одновременно успокаивала и меня и плачущую катю.

Дома наконец-то дозвонилась до Н., он меня полечил психотерапией очень классно, но пессимизм мой остался таким, как и был. Он сказал, что мои акции поднялись высоко, но не кричал, как обычно, что ему осталось лишь открыть бутылку коньяка.

23 июля

Пришел Ла, а папка уехал ловить Р.  Мы же поехали в Черемушки, брать немного денег. Приехала туда, в сбере встретила майкла, которой говорил что-то, потом застеснялся и убежал. Ла сказал, что представлял моего начальника менее п-тым (не буду писать это слово целиком.)

Приехали домой, Ла сказал, что ему надо кормить бабушку, я сказала, чтоб шел, он стал обижаться, что я его не поуговаривала, потом пришел через полтора часа. Я погладила за это время. Извраты наши заключались в том, что Ла заставлял меня дышать ингалятором, от которого я кашляю еще сильнее.

Позвонили Се, Мар, позвали Бо. Ребята стали составлять у  Се раскладку, я не иду в поход, у меня ж бронхит. Но пока мне тяжко с другим кэпом, который к тому же не кэп, а сред. лейтенант.

Играли в переводного, пили борькино пиво, Севкино вино. Грустно мне от алкоголя в любом виде, нестабильно, тоскливо.

Вечером позвонил Н., я отказалась завтра с ним идти за ваучерами или сдавать их что ли, он обиделся и предложил звонить в воскресенье вечером.



24 июня

И были магазины с утра: универсам, труба, Лазо, еще были странные объявления, что отменяют деньги. А пусть хоть все и отменяют, у меня все равно их нету. Мамка стала переживать, я спросила, сколько у нее, чуть не лопнула от смеха.Мы ваще богачи.

Упаковывали у Лягушкина вещи. пришел Бо, мы терроризировали Кешку,Кешка говорил нам, что "олешка шкелет, а тихон прорва ушастая"

Бо плакал, что ему надо в молочный, мы пожалели его, пошли в молочный с ним, но, он оказался хрю, впрочем, как всегда, поимев в молочном свой интерес он отказался ехать с нами в Новогиреево, где мне нужно было купить картофана.  Мы с Ла вернулись оттудова, он притащил телегу и стал увязывать байду.

Я ж рисовала жирафа, потому что Н. сказал, что возможно соберет в пятницу что-то типа новоселья, но выяснилось, что у меня нет лака, если я его не куплю, то жирафа рисовала зря.

Позвонил Н., попросил почитать Эмануэль. Вот, еще странность. Ла устроил небольшой (большой) и... (ведь даж Ли сказала, что Ла мой брат) Может это и отвлекает, но плакать охота. Да почему бы мне сейчас не плакать?

Пошли к Севе, пока не вернулся его папа, сидели у него, потом договорились, что завтра я донесу им что-то до вокзала.

25 июля.
Проводила ребят до вокзала, донесла Лягушкин рюк, пожалела, что так испортилась погода, потому что они могут замерзнуть там, но, даже провожая их, мне совсем не хотелось идти с ними.

Вернулась домой, дочитала девять с половиной недель, позвонила Н. он хотел перезвонить, я пошла к Ле, купив по дороге мороженное. Свое съела с жадностью удава, потому что мне снилось мороженное, правда еще мне снился капитан. Поболтав, пошли гулять, после прокорма и одевания катьки.

Ле интересно рассказывала про все свои «эпизоды», но тут я не собираюсь это переписывать, хоть в дневнике все указано и даже про любовь.

26 июля
Родители уехали с утра за грибами, предоставив мне полную свободу.  Я оригинально освободилась, убирала квартиру, позанималась баллистикой для порноромана, мне позвонила ГГ и позвала на работу. В 13:00, не дождавшись звонка Н, я уехала. На работе обломилось мне 3,8 шт. старыми деньгами, я поболтала с Андреем о походе, напирая, конечно на киносъемки, с дизелем и гг о бытовых штучках, с зубом о морально-лирической стороне данного мероприятия.

Потом уехали домой, ой, что творится в сберкассе! Ужасы разные.

Дома смотрела МВИН, один из лучших фильмов вообще. позвонила Н, позвала Ле гулять, начался дождь, катя хныкала, я ей спела песню, она вроде сначала успокоилась, а потом как еще больше запищит! У нее случилась громобоязнь, или заболел живот, мы пошли домой, под сильным ливнем, я промокла насквозь, это было классно.

Дома занималась баллистикой, написала песенку про лягушку, и сон.

Ну, разумеется, еще про адмирала, про его качетвенные характеристики и прочие частности.


27 июля

Ходила по всем магазинам, искала лак. Булочная на первой вл. , хоз на ней же, тридцатка хоз на вешняках, 64 троллейбус,  напольный, молостовых, 77 дом. Устала ругаться. Вот, проблема нигде нет мебельного лака. Ищите мне лак!

Позвонила Ле и мы пошли гулять с вовкой и катей. зашли в хоз у них, тоже хрен. Потом я им долго рассказывала про поход, но, честно говоря, с вовкой я чувствую себя не очень уютно.

Пришла домой поела блинов, третий день ем блины и сгущенку, а больше ничего не ем.

Пришел Ла, рассказал, как они сходили на Истру и пошел к Се сушить лодку.

Посмотрела МВИН, поехала к Н. Самый прикол, что я там была, но заблудилась, потому что в первый раз меня туда вели и я не запомнила. Нашлись, взяла ключи, мы поболтали. Н. меня довел до метро, а у себя меня встретили ребята, я им позвонила потому что.

Ребята рассказывали, как сходили, и мне не было завидно, хотя, если б я знала, что П. мне не позвонит, я б с ними тоже сходила... Или не сходила.

28 июля.

С утра занимались магазинами, ходили, как дураки везде, купили на совх. ботинки симод, хорошие, которые хотела купить Ле, вот, они «женщины — порождение крокодилов» (цитата из П.) главное опередить Ле.

Дома приняли душ и пошли по дальнейшим магазинам. Посмотрели МВИН и пошли к Ле. Вовка показывал свою коллекцию и принес мне лак. Правда, как выявилось дома, он уже схватился в бутылке прям. Гуляли в кусках, болтали, потом туда пришел старый стукач Бо.


По дороге в куски Ла развивал мне тетатет свои мысли по поводу Н.  Он сказал, что на свадьбе Ле паша на меня не западал, а все мои шизоидные мысли по ПМ навеяны на меня именно Н., чтоб отомстить Ла, что мы не пошли с Н. этим летом в поход. Сложновато. Впрочем не удивительно, эту мысль я уже высказывала год назад, но теперь уж позабылось, кто ее автор. Умная мысль, значит моя.

Вечером мне позвонил П., восторг! Мне было так хорошо и легко с ним разговаривать, и так плохо потом, что резец нагрелся от рук. Но на самом деле, я себя так люблю, что еще резать что-то, что я дура чтоль.

Вовкин лак, разведенный растворителем превратил утро в африке в полярную ночь.  Нарисовала жирафам сугробы, чтоб уж наверняка.  Супер вышло!!!

29 июля.

Поехали с Ма и т. Ритой на рынок в Выхино. Точнее они там уже были с ночи, то есть не ночь там провели, а они ехали со смены, с ночи. Потом вроде хотели ехать в Вешняки, но мне надоела их критика в мой адрес и я смылась.

Мы с Ла ходили в кучу магазинов, потом смотрели МВИН вот фильм классный. Пошли к Се и там упаковывали лодку, Ла упаковывал, не я. Отнесли лодку домой, гуляли, на Зевательном встретили Гу и Ок. Поехали с ними в кишлак покупать стиморол, потом домой.

30 июля.
С самого утра я гладила цивильные вещи, одевалась в красивые одежды, потому что на том сейшне, куда меня пригласил Н., обещался быть ПМ.

Я приехала в 10, галька со мной поготовила салатов, почистили много картохи и пошли все смотреть порну. Гальке надо было к врачу, она уехала, я смотрела возвращение памяти, уснула прям.

Поставила варить картоху, тут пришел Н. с комсомольским секретарем. Они сразу же побежали за пивом. Картошка сварилась. Н и КС (в просторечии юра) начали пить . Тут пришел ПМ, правда ли мне показалось, но он обрадовался, встретив меня. Сказал, что не ожидал. Выпили уж вчетвером. Пришла Галька. Выпили впятером. Мы обещали спеть песню из двенадцати куплетов, я стала ее записывать по пашкиному приказу, чтоб он ее мог петь, пришел Андрей, друг паши по институту, который тож работает в В. Еще выпили, все хорошо устроилось, особенно стало хорошо, когда пришел Ком.

Тут П. удивился, и сказал, что Н. великий, потому что думал, будто бы Ком. не придет.

Еще посидели и спели песню. На 9 м куплете вдруг пришел Лазарь и еще какой-то дюже занюханный дядя, который тут же начал орать: «мыкола, мыкола». Хм, ну дядя коля воще страшноват и алкаш, что там говорить о его спутнике.

П. начал суетиться и говорить, что ему надо домой. Мы с ним, а было десять часов, решили тихо испариться, но Андрей и Юра ушли с нами. На автобусной остановке П. по моему наущению заявил, что не готов оставлять Ком. у Н. и позвонил. Но Ком, выйти не смог, видимо, его уболтали, мы только зря прождали.

Мы пошли в метро, и П. меня поехал провожать, мне было неудобно, но ладно. По дороге я что-то болтала, как заведенная, он ржал, завел меня в подъезд, я уехала на лифте.

А теперь мне очень плохо.

31 июль

Встала я очень рано и начала всем звонить. Севе (он отказался ехать в Х.), Н. (у него после вчерашнего было все нормльно), П. на работу (у него оказалась злая секретарша, которая не стала его звать к телефону), Ком. (он почему-то страшно обрадовался, что я ему звоню, сказал, что вчера доехал, как огурчик), Н., (чтоб доложить, что Ком. в порядке), Боре (но он еще вчера уехал в Х.) Я собрала шмоточки, взяла балалаечку и поехала тоже в Х.

По дороге треснула струна. Я загадала, что, если на бобышке, то... Ага, на бобышке. 

Пришла поплутав, ну, совсем же дура, а Бо стирает одеяло.  Проснулись Ла и Гу, мы поели. Они со страшного бодуна, оставили Бо спать, а сами поехали воровать песок. Доехали до Электростали, там поели блинов в блинной на 230 р. втроем, холява.  На обратном пути надыбали песка.

Диалог.

я: - Серега, я тащусь от твоей сигналки, (дистанционная), да я вообще от тебя тащусь!
Гу с определенным взглядом на публику: - Так в чем же дело?
Я: - Да, не, я чисто по-человечески (цитатка из пм)
Гу возмущенно: - а я что по-собачьи что ли предлагаю?

Когда мы приехали Бо хотел есть и мы с честными глазами удивлялись, почему это он так рано захотел есть, а мы нет. Бо изготовил обед, плавно переходящий в ужин. В хот пошло цинандали, гитару пустили по кругу, все пели с такой большой душой, что просто грусть подкатывала к глазам.

Гу по-пьяни делал мне разные недвусмысленные намеки, но я, помню уроки прошлых лет и более на подобные провокации не поддаюсь.

Поработала массажистом, вспомнила пациента.