Узел

Такого долгого лета она в своей жизни не помнила. Казалось: лето воцарилось навсегда и осень уже никогда не наступит. Солнце парило, легкие кучевые облака не предвещали дождя, а холодный ночной ветерок улетал вглубь леса и хоронился там до ночи. И день, хоть и был теперь короток, а всё же был летним. И сентябрь, хоть и был месяцем осенним, но покорился лету.

Что остается рачительной хозяйке, имеющей на приусадебном участке пятьдесят туй, пятиметровую ель и пятнадцать сосен мал-мала меньше, в такое лето?
Ей остаётся поливать растения. А главное в этом деле — шланг. (Недавно зять купил ей шланг длинней прежнего, который доставал теперь до самого дальнего угла участка.) Но как определить дозу полива каждого растения, чтобы никакому не досталось меньше других? Вот тут наша хозяюшка придумала, что если установить норму полива - пятьдесят секунд на одно растение, то за это время можно прочитать какое-то любимое стихотворение, тем более, что она их знала без счёта и пребывали они в её памяти без применения. Обнаружив таким образом их двойную пользу, она приступила к поливу.
Конечно, первым в памяти возник Мандельштам:

Возьми на радость из моих ладоней
Немного солнца и немного мёда,
Как нам велели пчёлы Персефоны.

Не отвязать неприкреплённой лодки,
Не услыхать в меха обутой тени,
Не превозмочь в дремучей жизни страха.

Нам остаются только поцелуи,
Мохнатые, как маленькие пчёлы,
Что умирают, вылетев из улья...
.......................................
 
Со стихами полив проходил непрерывно и вдохновенно: казалось, туи отзывались им и одобрительно покачивали своими влажными ветками.

Мандельштама сменил Маяковский:

Ты не думай,
        щурясь просто
из-под выпрямленных дуг.
Иди сюда,
        иди на перекресток
моих больших
        и неуклюжих рук.
Не хочешь?
        Оставайся и зимуй,
и это
        оскорбление
             на общий счёт нанижем.
Я всё равно
        тебя
             когда-нибудь возьму
одну
        или вдвоём с Парижем.
..........................
      
Заканчивая полив пятиметровой ели, она подняла шланг высоко-высоко к небу со словами:

Ещё пышней и бесшабашней
Шумите, осыпайтесь листья
И чашу горечи вчерашней
Сегодняшней тоской превысьте.

Привязанность, влеченье, прелесть!
Рассеемся в сентябрьском шуме!
Заройся вся в осенний шелест!
Замри или ополоумей!
.........................
      
Закончив полив, она заметила, что шланг запутался и в некоторых местах заломился. Из-за огромной его длины, распутать его оказалось не просто. "Смотри, как в жизни, - подумала она, -  вот он, узел, а не развязать, пока шаг за шагом не дойдёшь до основания шланга."
Она подбрасывала шланг высоко кверху, делая им вращательные движения в воздухе и перехватывала руками отвоеванные у заломов участки. Шланг был тяжёлым и работа продвигалась медленно, но, наконец, он был распутан и закручен одинаковыми кольцами на небольшом отрезке земли.


Фото автора