Грязь. Глава 5

Небольшая драматическая пауза. Он замолчал, судя по всему задумался, а я решил поторопить его.
— Какое? Говори.
— Закладки раскидать, платят 250 за одну.
— Почему так мало?
— Это самый высокий курс, мои ребята делают по закладок сто за день.
— "Твои ребята"? Что это вообще? Ты не говорил что работаешь на наркокартель.
— Успокойся, я просто в хороших с ними отношениях, они знают меня, я частично знаю их. Привлекаю людей на работу, реферальная система так сказать, рублю деньги от того что пашут другие люди.
— То есть, ты толкаешь их за решётку?
— Ну почему за решётку сразу, они сами работают неаккуратно, где-то схалявили и всё, поехали далеко-надолго. Ну или...
— Что?
— Можешь брать дозу и бодяжить, бабки поровну. Пятнадцать грамм делим пополам, добавляем штукатурку или детское питание, пятнадцать продаём как за тридцать грамм. Ну или можем что-то бодяжить, а что-то продавать чистое на стороне, деньги так же поровну.
— Мне нужно подумать, это всё таки риск.
— Хуль тут думать? У нас тут в округе никого страшнее бабок нет. Только они действительно следят за тобой.
— А как начать?
— Паспорт с собой?
Я кивнул головой.
— Фоткай себя с этим паспортом. Чтоб и лицо и его было отчётливо видно было.
— Это ещё зачем?
— Чтоб ты шоп не кинул дубина. Если кинешь они тебя только так и поймают.
— Теперь пиши сюда.
Он дал мне юз какого-то аккаунта и я написал ему:
— Нужна работа.
— Фото.
— *Вложение*
— Хорошо, вот координаты 20 грамм *Вложение*
Я посмотрел на Мутного.
— Ну? Чё там?
— Координаты скинули и фотку.
— Ну всё, едь тогда. Я пошёл мне ещё ваши игрушки продавать.
Конечно же он уйдёт бухать, это было его любимое занятие.
— "Эй! А где мне тачку взять?" - крикнул я ему вслед, однако он решил промолчать.
Делать было нечего. Добираться своими путями. Погода переменилась и стала пасмурной. Пешком я преодолел значительное для моих ног расстояние и зашёл в лес. Это была окраина города, рядом пролегала трасса, иногда останавливались грибники. Мусор там был на каждом шагу словно это была свалка. Вся красота девственной природы испарилась в этом месте с первого шага зашедших сюда людей. Банки от газировки, пеноблоки, гипсокартон, пластиковые бутылки и упаковки из-под чипсов - всё это было в действительно красивом лесу.
Однако я здесь не для того что-бы наслаждаться природой. Люди редко ходили здесь, но именно в этот злосчастный день здесь была их целая толпа. Каждый, буквально каждый знает что ты здесь за этим. Он завернёт за дерево и позвонит в полицию. Она будет здесь с минуты на минуту, вот-вот, ключ уже вставлен и осталось только провернуть. Никого не смущает молодой парень, в чёрной толстовке, гуляющий по лесу в который заворачивают только грибники? Конечно смущает, поэтому все так косятся. Взгляды сверлят затылок, ты оборачиваешься чтобы взглянуть на того кто смотрит на тебя, но... там никого и не было. Ты как крот роешься в земле. В твоём телефоне весь компромат на тебя и всем насрать что ты даже не успел заработать ни копейки. Я бы хотел поменять всё это. Отказаться, устроиться на нормальную работу, теперь пути назад точно нет, я по уши в этом. А на что готовы Вы ради счастливой жизни? Пахать без выходных в надежде на то что ваш начальник погладит по голове и выдаст премию в тысячу? Или стирая пот со лба и мозоли на ладошках впахивать на трёх работах что-бы одним прекрасным днём играя в догонялки с инсультом и догоняющим инфарктом всё таки отправиться на заслуженный отдых и вкусить ту самую жизнь о которой мечтал ещё 20 лет назад? О нет, у тебя к сожалению отказало сердце, жизнь увидеть не удалось. Тебе нужны лёгкие деньги? Так вот они, прямо под деревом. Забери, разложи, получи долю. Всем насрать что ты хочешь лёгких денег. Ты просто уедешь на зону и остаток своей жизни будешь прозябать в ней, а когда выйдешь не сможешь нормально жить. Вот они и лёгкие деньги ради лёгкой жизни. Легко не бывает. Только жаль что понять это порой слишком трудно.
Люди не перестали коситься на меня. Их взгляды по-прежнему прошивали душу насквозь. Надо было бежать. Страшная паника окутала тело и единственный вариант избежать наказания это бег. Нет, я не раскладывал закладки, я не хотел работать им. Я хотел уничтожить это. Я ничего не разложил, пожалуйста отпустите! Давайте договоримся, я отдам всё что есть, я не хотел этого делать, я только устроился, это моя ошибка. Простите на первый раз!
Действительность отошла на второй план. Деревья мелькали меж глаз, ноги заплетались, а происходящее в голове было настолько реалистично, что мысленно я уже гнил в тюрьме. Мой мозг снова был подвержен психической атаке от себя самого. Мокрая листва уже буквально превратилась в кашу от моих ног. Нужно работать ночью, так хотя-бы меньше людей. Я быстро зашёл домой и захлопнул дверь. В грязном зеркале отражалось моё уставшее лицо. Мешки под глазами обозначали бессонницу, отёки отображали моё состояние. в детстве мне навязывали стереотипное мнение о наркоманах. Точнее о их внешнем идентификаторе, мне показывали гниющих, изуродованных, ближущихся к старости людей. Но вот что забавно, с тех врем;н прошло около 10 лет и эта самая пелена стереотипов, пришитая к глазам, казалось бы накрепко, стремительно слетает с моих глаз и смотрит прямиком на отражение в зеркале. Было и без слов понятно что я не высыпаюсь, но внешне я был просто уставшим. Я зашёл к себе в комнату, сел на кресло, и достал из штанов небольшой брикет замотанный синей изолентой. Дом был таким же как и всегда, но может что-то поменялось во мне. Старые потрёпанные стены, висящая на одной из них карта мира, довольно протёртая и немного прожжённая в углу. Канцелярским ножом я сделал несколько надрезов по свёртку, а затем словно в кино высыпал всё на стол и с помощью подручных вещей запихнул всё по зиплокам. Их у меня было достаточно, где-то пришлось достать ещё немного, а сколько-то уже было.  Никогда не думал что стану промышлять таким. В последние дни меня словно подменили и я как никогда прежде начал совершать множество ошибок. В шкафу лежала точно такая же (только старая) синяя изолента, она никогда мне не пригождалась, я скорее предполагал что буду перематывать провода, чем делать закладки.
Ночь опрокинулась на улицу. Стемнело и похолодало. Толстовка всё так же была на мне. Август наступал на пятки и это было заметно. Фонари порой светили слишком ярко, а некоторые наоборот не светили вовсе.  Куда не доставало белое свечение фонарей туда летел свёрток. Тип в темной толстовке. Ид;т с битой, волочит е; об асфальт и создаёт не совсем приятные ушам звуки. На ней были вмятины и капли крови? Он увидел что я пялюсь на его биту и подмигнул мне издав звук "тц" с характерным щелчком. Он осмотрел меня с ног до головы, но на это понадобилось меньше пары секунд. Не оборачиваясь он пош;л дальше, вс; так же скрипя об асфальт. Да уж, ночью здесь царит полное беззаконие. Последний свёрток улетел и был сфотографирован.
— "Мужчина, что фотографируем? Природу? Давайте-ка пройдём со мной, сейчас посмотрим ваши фотографии" - он стоял спиной ко мне
Дрожь заполняет тело. Кровь приливает к ногам. Бей или беги. Бей или беги. Бей? Беги?

БЕГИ!

Телефон вываливается из кармана, ты руками придерживаешь их чтобы ничего не упало. Если упадёт телефон или ключи - считай пропало. Ноги перебирают всё быстрее и быстрее. Лёгкие начинают гореть, но сдаваться слишком рано.
— Слышь, шлюха, стоять нахуй! Если не остановишься мы тебе голову откусим.
— Стоять, сука!
Ещё один вырнул откуда-то из-за угла. Я бежал что было мочи, бежал что было сил и у меня получилось оторваться. Ещё долго мои ноги не останавливались. Я занырнул за дом, прыгнул за машину и начал прислушиваться.
— Ну не здесь же он.
— Да может здесь, давай проверим.
— Да проебали мы его! Всё потому что жрать меньше надо, гандон.
— А сам то?
И ругаясь между собой они не заметили убегающий силуэт который проскользил мимо них и ушёл к себе домой.
Я написал администратору:
— Всё сделал.
— Ещё брать будешь?
Курсор в чате мигал и я не знал что ответить. Этот риск был излишен, эти деньги того не стоят.
— Я не хочу больше работать.
— Как это?) По-моему очень даже хочешь! А если не захочешь, мотивация всегда тебя сможет найти!)
Я написал Мутному:
— Чё за ***ня? Я не могу выйти отсюда? Ты не говорил мне об этом.
— А ты не спрашивал.
— Я не буду больше закладки прятать, за мной два мужика только что каких-то гнались.
— Бля, я поговорю конечно, но обещать не буду.
Прошло два дня. В новостных пабликах начала фигурировать какая-то дружина которая поможет отчистить город от наркотиков. Полиция тоже взяла это дело и начала активно патрулировать улицы в ночное время. Мутный "кормил завтраками" и не давал точного ответа. Я начал названивать ему.
— Меня сейчас искать начнут, а ты сидишь на жопе ровно, чё такое то?
— Да доебал, сейчас схожу и спрошу. По телефону такие дела не обсуждаются.
Я вышел из дома и побежал до Мутного, я должен проследить за ним. Особо скрываться не пришлось, это было почти рядом и он не оборачивался. Мутный сквознул в подъезд, а спустя минуту и я за ним. Лифт поднимался на пятый этаж значит мне туда. Возле крайней двери стоял Мутный, который почти сразу-же туда зашёл. Я подбежал послушать.
— Я же говорил, не стоит твоих дружков на работу брать, от них одни проблемы. Чё за ***ня, а?
— Я поговорю с ним.
— Чё говорить? Чё говорить с ним нахуй? Жду миллион тогда поговорим. Миллиона не будет - поговорим по другому.
— Какой миллион ты чё гонишь? За что?
— Ты сука со мной не общайся так да? Я тебя могу отсюда вышвырнуть и глазом не моргну.
— Ничего не произошло же?
— Вон отсюда нахуй!
Послышались шаги. Я отбежал к лестничному пролёту. Дверь закрылась, шаги послышались около лифта. Я выглянул и спросил:
— С чего мы должны?
— Я чё ебу? Денег отдам и всё уладим надеюсь. Ты точно стаф не ****ил?
— Конечно, мне же деньги нужны, а не доза
— Точно?
— Абсолютно... а.. кстати...
— Чего?
— Откуда такая рубашка? Они вроде по тысяч десять стоят.
— С магазина.
— А деньги?
— Забыл? Реферальная программа ещё работает. Но скоро прекратится потому что он меня заебал уже. Процент всё меньше, хотя людей я привожу больше.
— А работать я больше не буду?
— Не знаю, может придётся, но постараюсь утрясти.
— А с колёсами что?
— Толкать хочешь?
— Нет, ты говорил про машину на штрафстоянке. Может там получится?
— Погоди пару дней, полиция закончит свой акт доброчестия и вылазок по ночам, тогда сделаем.
Мы разошлись по домам, осталось лишь ждать.