||||||| |||||||
ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZ ••••• … «» / °C (©)_ (Yandex Zen) _||||| ±_ ¦ (>) Eq& –
…
…
Войсковая разведка Вермахта.
Вступление.
О существовании немецкой войсковой (фронтовой) разведки в советской военной историографии упоминается редко или не упоминается совсем, а между тем, судя по анализу документов, немцы из Truppenaufklarung (войсковая разведка) наведывались «в гости» на передовую Красной Армии не реже, чем советские разведчики к ним.
Существовал жесткий отбор в Militarische Aufklarer (военные разведчики), который был ненамного легче, чем в знаменитый диверсионно-разведывательный полк Brandenburg zbV 800 (с декабря 1942 года – дивизия), который к концу 1942 года – под давлением обстановки на фронтах все чаще стал использоваться, зачастую из тактических соображений, как обычная пехотная часть, а также для ведения фронтовой разведки в качестве Frontaufklarungsteams (фронтовые разведывательные группы) и проведения антипартизанских операций. [Бранденбург-800: история армейского спецназа нацистской Германии (архив) / Вячеслав Фарис, июль 2007 г.].
Воевавшие в таких подразделениях бойцы значительно превосходили по боевым навыкам среднестатистического солдата Вермахта.
Еще в ноябре 1940 года в составе полка Brandenburg zbV 800 была сформирована 1-я разведывательная рота (1. Aufklarungskompanie), а немного позднее дополнительно сформированы еще две разведывательные роты, о которых известно из работы Юлиуса Мадера. [«Абвер: щит и меч Третьего Рейха. Глава 6. Хронология диверсионно-разведывательных операций абвера (из журнала боевых действий». Ростов-на-Дону: Феникс, 1999 г.].
Вероятнее всего, разведывательные роты диверсионного полка Brandenburg zbV 800 предназначались непосредственно для ведения войсковой разведки в глубине оперативного тыла противника – за линией боевого соприкосновения, как фронтовые разведывательные группы, которые придавались командованиям групп армий, действующих вне основных сил самого полка Brandenburg zbV 800.
Это были невидимые бойцы, подкрадывающиеся в расположение противника, вооруженные боевыми ножами или специальным бесшумным оружием (созданным под маломощный пистолетный патрон с дозвуковой начальной скоростью пули и глушители для P.08 и P.38) и, в полной тишине захватывающие «языка», передвигающиеся между позициями во тьме, или укрывающиеся под защитного цвета маскировкой, чтобы наблюдать и выявлять силы противника. фронтовые разведывательные группы (Frontaufklarungsteams) представляли собой серьезную опасность для своего противника до самых последних дней войны.
Перед началом Второй мировой войны в Вермахте, в пехотных соединениях, в отличие от танковых и панцергренадерских частей и соединений, существовали определенные проблемы с наличием офицеров войсковой разведки, так как командование своевременно не позаботилось об их подготовке. Разведывательные отделы имелись лишь в штабах армейских корпусов. К примеру, в дивизиях в мирное время разведотделов вообще не было, поскольку их появление предусматривалось только при объявлении мобилизации.
С другой стороны, в немецкой армии все подразделения начиная от роты и заканчивая полком (от дивизии и выше уже существовали разведывательные батальоны) всегда четко и неукоснительно следовали воинским уставам, которые гласили, что за полем боя следует вести непрерывное наблюдение, являющееся основным видом визуальной разведки. В процессе боевой подготовки важным фактором была подготовка пехоты, где к отдельному бойцу предъявлялись более высокие требования, чем в родах войск, имеющих дело с техникой.
Немецкая пехота могла рассчитывать только на свои силы и поэтому должна была решать отдельные задачи и принимать самостоятельные решения в постоянно меняющихся условиях местности и боевой обстановки. В многосторонней программе подготовки пехоты следует выделить следующие пункты: наблюдение, боевая разведка, служба охраны, связь, сбор и доставка донесений, использование местности и маскировка на марше, на поле боя, в атаке, в обороне, бой в лесу и в населенных пунктах.
Поэтому на переднем крае всегда велось круглосуточное наблюдение, и немцы знали все – что, кто, где, сколько, и не собирались воевать наобум. При этом задачи по захвату пленных в качестве «языков» на полковом уровне решались линейными стрелковыми подразделениями, а не специальными разведывательными группами, в которых поиск проводился силами от отделения до роты. Внештатные разведывательные группы такой численности были очень актуальными именно из-за отсутствия штатных разведывательных подразделений на уровне полка – auf Regimentsebene.
Разведкой в Вермахте во фронтовом и оперативном тылу занимались разведывательные батальоны дивизионного уровня и войсковая разведывательная авиация. На начало войны у вооруженных сил Германии имелась тактическая, оперативная и стратегическая воздушная разведка, а также радиоразведка и артиллерийская разведка, отличающиеся по возможностям, массовая и, главное, хорошо оснащенная агентура, а также взаимодействие между ними и воинскими частями. На оперативном уровне все это в совокупности давало значительное преимущество при ведении наступательных боевых действий.
Особо стоит остановиться на работе групп, отделов «С» (разведка) в составе немецких штабов, которые непосредственно взаимодействовали с армейской разведкой – абвером. Основной оперативной единицей Вермахта являлся штаб корпуса, и если в советском представлении армия или корпус – это прежде всего войска, то в немецкой структуре – это прежде всего штаб. Структуры штабов немецкой армии (корпусных, армейских, группы армий) имели типовую структуру, где группа 1c являлась разведывательной службой штаба корпуса, а на уровне армии появлялся отдел абвера при штабе.
Разведывательные отделы армий и групп армий поддерживали контакт с разведывательными и диверсионными абверкомандами и абвергруппами, действовавшими при соответствующих соединениях немецкой армии, ставили перед ними конкретные задачи по разведывательно-диверсионной работе в тылу советских войск. Большинство агентов Abwehr перебрасывалось через линию фронта при помощи сотрудников отдела 1c. Диверсионные подразделения абвера чаще всего придавались армейскому командованию, однако вне фронтовой полосы абвер проводил диверсионные мероприятия без участия армейских разведывательных структур. [Вермахт – очень продуманная армия вторжения / МИР (Море История Россия) (Yandex Zen). 22.04.2022 г.].
Передовые отряды – Vorausabteilung.
Основным средством разведки танкового корпуса Вермахта являлся моторизированный разведбатальон, созданный по образу разведывательного батальона танковой дивизии и, хотя в самом начале Второй мировой войны эти батальоны были распущены, корпуса не отказались от ведения разведки, иногда формируя впереди своего движения т.н. передовые отряды из различных подвижных частей.
Как правило, именно эти части выполняли боевую задачу по захвату важных пунктов, наряду с этим получая задания на ведение разведки и получив название – Vorausabteilung («фораусабтайлунг») – подвижные отряды, прорывавшиеся в советский тыл и сеявшие там панику, захватывая стратегические объекты. В отличие от классических немецких разведывательных батальонов, для которых первичным было задание на получение разведывательных данных, а не на вступление в бой.
Корпусной разведывательный отряд вел разведку в полосе шириной до 50 км и глубиной – в зависимости от запасов горючего. Характерными особенностями его работы являлись быстрота действий и скачкообразные передвижения от рубежа к рубежу. Непосредственно разведку вели смешанные дозоры в составе бронемашин, пехоты на бронетранспортерах и стрелков-мотоциклистов, причем удаление дозоров от ядра разведывательного отряда допускалось не более чем на час пути. [Тактический справочник по Германской армии / Генерал-майор И.М. Токарев. – Воениздат, 1940 г.].
Разведывательный батальон Panzerwaffe.
Разумеется, можно задаться вопросом, как реально проводить разведку, передвигаясь на шумных мотоциклах и бронемашинах, когда разведчики, наоборот, должны скрытно проползать перед носом у противника, оставаясь незамеченными. Для разведчиков, действующих на стационарном фронте, это так и есть, но у танковой дивизии – все иначе, поскольку действовать она, по замыслу командования, должна была в «пустоте», то есть на оперативном просторе, где им нет необходимости быть скрытными, как, например, войсковым группам глубинной разведки или диверсионно-разведывательным группам.
В большинстве случаев их было просто некому заметить, так как приоритет ставился на внезапность и быстроту передвижения, дальность бесперебойной связи и, в некоторой степени, на ударную мощь передовых групп. Как писал в своей книге Гейнц Гудериан (Heinz Guderian): «Panzer – vorwarts!» («Танки – вперед!»), что если в войсках не организованы разведка и походное охранение, то они понесут неоправданно огромные потери. Поэтому с самого начала формирования Panzerwaffe в организацию танковой дивизии был включен разведывательный батальон – Aufklarungsbataillon, со штатной численностью 407 человек.
Основными задачами батальона являлось войти в боевое соприкосновение с противником, оценить его силы и возможности и/или вклиниться в его оборону и удерживать плацдарм до подхода основных сил или отойти назад, чтобы затем продолжить наступление вместе с танковыми полками дивизии.
Мотоциклетный батальон – Motorradbataillone.
Еще одним средством маневренной разведки в составе Panzerdivision были мотоциклетные батальоны – Motorradbataillone, численностью около тысячи человек, которые либо заменяли разведывательные батальоны (в различные периоды штатной организации Panzerwaffe), либо дополняли разведывательные возможности танковой дивизии. В штате каждой немецкой танковой дивизии образца 1939-1941-х годов имелся мотоциклетный батальон (Kradschutzen-Bataillon), задачи которого были определены доктриной блицкрига и охватывали весь спектр обеспечения продвижения главных сил. Поразительная скорость передвижения мотоциклетного батальона позволяла ему устремляться далеко вперед от основных сил дивизии, захватывая мосты, переправы и ключевые узлы коммуникаций противника.
Рассредоточенные на большой скорости по параллельным дорогам и просекам, мотоциклисты вели дальнюю разведку на расстоянии 20-50 км впереди танковых дивизий. Они выявляли расположение узлов сопротивления противника, скопления резервов, состояние дорог и мостов, направление отступления вражеских частей. Их донесения по радио позволяли командованию дивизии в реальном времени корректировать направление главного удара, обходя очаги сопротивления.
К 1943 году мотоциклетные батальоны стали переформировываться в разведывательные батальоны (Aufklarungs-Abteilung), где мотоциклы дополнялись, а позже и вытеснялись более защищенными бронеавтомобилями – Sd.Kfz. 221, 222, 250 и полугусеничными бронетранспортерами – Sd.Kfz. 250, 251. И хотя мотоцикл оставался средством связи и ближней разведки, он перестал быть основой разведывательных сил. [Глаза, уши и кулак блицкрига: почему без мотоциклистов не было бы стремительных побед танков Гудериана / История Онлайн Второй Мировой (Yandex Zen). 16.12.2025 г.].
Концепция разведывательного батальона при преследовании противника.
Таким образом, наиболее подходящими частями для ведения разведки в танковой дивизии являлись разведывательный и мотоциклетный батальоны. [Разведка и охранение в танковой дивизии Вермахта. 1941-1945. – Военное искусство, 2021 г. | YouTube.].
Одновременно с этим разведывательный батальон и его части могли применяться обособленно не только как передовой отряд – в маневренном бою, как наиболее подвижная часть, но также могли быть использованы для обхода и охвата атакуемого противника. В не меньшей степени разведчики могли бы применяться и для действий на фланге своих частей, чтобы обезопасить основные силы от таких же подвижных частей противника. В случае же, если противник будет разгромлен и начнет отступать, преследование его проще осуществить именно разведывательными частями, так как они более быстры и менее требовательны к переправам в сравнении с основными силами дивизии.
«Иностранные армии Востока».
1 апреля 1942 года один из руководителей разведки на Восточном фронте, курировавший войсковую разведку от дивизии до армии и группы армий (фронтов), генерал-лейтенант Вермахта Рейнхард Гелен (нем. Reinhard Gehlen; 1902-1979) принял командование у полковника Эберхарда Кинцеля (Eberhard Kinzel; 1897-1945) – 12-м отделом Аналитического управления Главного штаба Сухопутных войск (ОКХ) – Fremde Heere Ost (FHO) – «Иностранные армии Востока». В ведении отдела находилась оперативная разведка на советско-германском фронте, но кроме Советского Союза, к сфере деятельности отдела также относились Скандинавия и Балканы. [The General was a Spur: the truth about General Gehlen and his Spring / Heinz Hohne, Hermann Zollinger (1972).].
Еще до того, как Вермахт потерпел поражение в Сталинградской битве (23 августа 1942 года – 2 февраля 1943 года), Рейнхард Гелен понял, что FHO, который должен был заниматься обработкой материалов, поступавших от абвера, составлять сводки и прогнозы, нуждается в фундаментальной реорганизации. Для этого он нанял армейских лингвистов, географов, антропологов, юристов и младших офицеров, которые должны были улучшить работу FHO как организации военной разведки, несмотря на нацистскую идеологию о неполноценности восточноевропейских народов. [Hohne & Zolling, p. 13.].
Немецкая войсковая разведка на уровне полка.
Немецкая войсковая разведка действовала результативно – и очень часто в оперативных сводках для штабов советских соединений встречались, например, такие фразы: «7 января 1945 года немецкая разведка ворвалась в траншеи переднего края на участке 319-й стрелковой дивизии и благодаря низкой бдительности (советской стороны) врагу удалось утащить бойца…».
Более того, в секретных отчетах Красной Армии подробно разбирались их действия и делался вывод о том, что «немецкая разведка тщательно готовится к поиску».
Хотя описанный выше случай все-таки нельзя отнести к категории «традиционного разгильдяйства» (случалось и такое) – он больше относился к категории недостаточной подготовки личного состава, потому что все необходимые мероприятия в войсковой структуре подразделений и частей проводились, в основном, всегда в срок, просто не учитывалась возможность наличия на той стороне хорошо подготовленной разведгруппы, способной на вскрытие укреплений.
Предпринимать что-то большее для устройства оборонительных позиций в условиях неопределенности последующих боевых действий не стал бы никто – просто потому, что на передовой это стало бы граничить с безрассудством. Именно на этом была основана эффективная работа и немецкой внештатной разведки, и советской штатной полковой разведывательной роты – на соотношении цены и качества.
Поэтому укрепления и возводились умеренными, при разумной достаточности в условиях постоянно меняющихся боевых действий, без параноидальных двойных или тройных ловушек, так как делать что-либо сверх нормы было бы неуместным расточительством сил. Иначе все рейды войсковой разведки, успешно работавшей с обеих сторон фронта, никогда бы не заканчивались успехом.
На сайте проекта «Я помню» (в рамках которого собраны тысячи свидетельств от еще живых участников Второй мировой войны) в конце 1990-х годов подвижник военной истории Артем Драбкин (автор книг и сценариев документальных сериалов) привел рассказ одного фронтового разведчика, находившегося в группе, случайно наткнувшейся на разведгруппу немцев. Во внезапно возникшей скоротечной рукопашной схватке они положили девятерых – почти всю группу – потеряв только троих своих.
Но хотя автор об этом и не пишет, сами немцы не считали рукопашный бой доблестью, считая его недопустимым разменом живой силы. Например, когда танки сходятся с танками, хотя в уставе танковых войск задача уничтожать вражеские танки – не первая и даже не третья, а скорее, чтобы не размениваться дорогостоящей боевой техникой, а громить ею тылы прорванной обороны.
Можно также сравнить это с тем, чтобы солдаты, обученные вести штыковой бой, не считали бы его единственно возможным видом боя, а уничтожали противника штатным огнестрельным оружием, вступая в рукопашную только в порядке исключения. Последнее может служить ремаркой к тому утверждению, часто постулируемому квасным патриотами о том, как немцы до дрожи в коленях боялись ближнего боя.
Данная публикация посвящена анализу разведывательных действий, совершаемых именно полковыми внештатными отрядами, ротами или группами немецкой пехоты на Восточном фронте. Анализ основан на работе генерал-майора (на момент написания работы – полковника), начальника 2-го отдела 3-го Управления ГРУ (специальная разведка, проводившая диверсионные операции на территории противника), Сергея Ивановича Сурина (1903-1952): «Войсковая разведка в немецкой армии». Москва: Воен. изд-во, 1944. – 72 с. – (Библиотека разведчика).
Во время войны полковник Сурин служил заместителем начальника разведотдела штаба Закавказского военного округа. В брошюре «Войсковая разведка в немецкой армии» он писал, что немцы шли в боевой дозор с минимальным снаряжением и в легком, не сковывающем движение обмундировании.
Он также привел несколько фактов, когда немецкие разведчики умышленно привлекали к себе внимание шумом – в частности, русской речью, если у них в подразделениях имелись солдаты или офицеры, хорошо говорящие по-русски: расчет был на то, что противник в темноте примет вражеского разведчика за своего, возвращающегося с задания, и тем самым немцам удастся ослабить бдительность неприятеля при захвате пленного.
Однажды в 1943 году – на одном из участков фронта советская разведгруппа заметила нескольких «раненых» немцев, которые лежали и стонали (таким способом разведчики Вермахта, находившиеся в засаде, пытались приманить советскую группу). Однако советский отряд разгадал намерения противника и расстрелял из укрытия «симулянтов», а остальные немцы спешно ретировались. Кроме того, немцы часто в боевых дозорах использовали для обнаружения вражеских разведгрупп, засад и секретов сторожевых собак, посылаемых вперед при просачивании своих разведывательных отрядов в глубину советской обороны.
Автор данной брошюры, полковник Сурин, подробно изложил вопросы организации и техники войсковой разведки в немецкой армии периода Второй мировой войны, подробно осветив методы проведения немцами разведки в различных видах боя. Трофейные документы, цитируемые автором, давали возможность проследить взгляды немецкого командования на войсковую разведку. В свое время брошюра была рассчитана на офицерский, сержантский и рядовой состав Красной Армии.
Текст данной брошюры дается с небольшими поправками, исправлениями некоторых орфографических ошибок (пропуск букв в некоторых словах) и небольшим редактированием содержания для более ясного прочтения современным читателем. Как обычно пишется в обновленных работах – издание доработанное и дополненное, с некоторыми существенными структурными изменениями, например, количеством параграфов и их последовательностью, а также могут быть внесены незначительные изменения по смысловой нагрузке.
Дополненное издание – это прежний текст, плюс возможные дополнения и дополнительные справочные материалы и т.п. (otvet.mail.ru).
Войсковая разведка в немецкой армии.
Содержание.
Введение.
1. Основные источники разведывательных данных.
2. Авиационная разведка.
3. Разведка средствами связи.
4. Артиллерийская разведка.
5. Агентурная разведка.
6. Значение войсковой разведки.
7. Методы войсковой разведки.
8. Наблюдение.
9. Действия разведывательных групп (дозоров).
Вооружение.
Обмундирование.
Снаряжение.
Связь.
Порядок действий.
Примеры действий немецких разведывательных групп.
10. Засада.
11. Разведка боем.
Вооружение.
Снаряжение и обмундирование.
Время разведки.
Подготовка к действиям.
Порядок проведения операции.
Выход из боя.
12. Примеры проведения противником разведки боем.
13. Организация разведки при отходе.
14. Хитрость противника.
15. Противодействие противника нашей разведке.
…
Введение.
В германской армии вся разведывательная, контрразведывательная, а также агитационно-пропагандистская работа была сосредоточена в разведывательных отделах войсковых соединений. Деятельность разведотделов основывалась на своевременном обмене информацией сверху вниз и снизу вверх, между соседними подразделениями, а также внутри штаба (между разведывательным, оперативным отделами и родами войск).
Разведывательные отделы были тесно связаны с органами полевой жандармерии (нем. Feldgendarmerie) и тайной полевой полиции – ГФП (нем. Geheime Feldpolizei). (Схема 1. Организация разведывательного отделения штаба дивизии немецкой армии). (Отдел Ic – разведка и контрразведка).
Обязанности офицеров разведывательного отделения и переводчика (штаба дивизии).
Третий офицер Генштаба (начальник разведки армии – начальник отдела штаба армии, начальник разведывательного отделения разведывательного отдела штаба армии, начальник разведывательного отделения штаба дивизии).
В его обязанности входили: организация наблюдения и разведки разведывательными частями, средствами связи и в бою; обработка разведывательных данных, поступающих от войсковых частей и воздушной разведки; допрос военнопленных, перебежчиков и местного населения; изучение оперативно-тактической обстановки.
Подготовка оперативного приказа пункта о противнике и постановка войсковым частям задач по разведке; участие в разведывательных авиационных полетах командира дивизии и начальника оперативного отделения (штаба дивизии); наблюдение за сохранением военной тайны и выполнением требований по скрытому управлению; организация контрразведки, борьба с саботажем, мятежами и взятием заложников; рекогносцировка, оборудование и охрана КП командира дивизии.
Организация пропаганды в войсках, составление отчетов для прессы, военная цензура; связь с гражданской администрацией, охрана и усмирение занятых областей; установление связи с офицерами иностранных армий, ведение переговоров с противником.
Третий офицер для поручений (0З – отвечавший за соблюдение режима секретности в служебной переписке и совместно со службой связи обеспечивавший безопасность каналов связи – непосредственно к разведке его относить не следует – А.П.) являлся заместителем начальника разведывательного отделения и офицером связи с соседними частями и войсками.
В его обязанности входило: руководство делопроизводством отдела; выбор наблюдательных пунктов командира дивизии и организация наблюдения; организация связи с авиацией и руководство выкладкой опознавательных полотнищ; ведение журнала приказов и донесений отдела; организация рассылки приказов и донесений оперативного и разведывательного отделений; регулирование движения на пути к командному пункту командира дивизии; выдача справок отставшим от своих частей военнослужащим и направление их в части.
Переводчик (в вышестоящих штабах – несколько) в звании зондерфюрера (нем. Sonderfuhrer) – «фюрер-специалист» или «особый руководитель» – в Германии 1937-1945 годов, лица, назначенные во время Второй мировой войны исполнять обязанности офицера или унтер-офицера в различных сферах деятельности, где требовались их профессиональные способности, без учета их военного опыта, отвечал за допросы пленных и местных жителей, а также занимался прослушиванием передач советского радио.
Обязанности переводчика заключались в допросах военнопленных, сопровождении квартирьеров, переводе объявлений, написанных на иностранных языках, чтении и оценке иностранных карт, схем, донесений, приказов и уставов; выполнении специальных заданий начальника разведывательного отделения по контрразведке и по ведению пропаганды среди местного населения (по документам 45-й пехотной дивизии).
Разведывательный отдел штаба армейского корпуса выполнял следующие функции: получение сведений и их оценка; разведка, допрос военнопленных и перебежчиков; изучение положения противника; изучение боевого состава, организации, вооружения и снабжения противника.
Служба связи (свои линии связи, сокрытие замыслов от противника с помощью средств связи).
Контрразведка, борьба со шпионажем; борьба с саботажем; борьба с пропагандой противника; наблюдение за перепиской (цензура); общение с иностранными офицерами и корреспондентами; ведение журнала секретной переписки разведывательного отдела (по документам 6-го армейского корпуса).
В германской армии каждая пехотная дивизия для ведения войсковой разведки имела по штату разведывательный отряд в составе следующих подразделений: рота тяжелого оружия, самокатная рота и кавалерийский эскадрон.
Боевой состав такого отряда составлял 310 человек, 216 строевых лошадей, 13 ручных пулеметов, 4 станковых пулемета, 6 5cm минометов leGr.W.36, 3 3,7cm пушки Pak 36, 2 7,5cm пехотных орудия leIG 18, 9 автомашин и 4 бронемашины. В каждом пехотном полку функции войсковой разведки в подвижных формах боя обычно выполнял (велосипедный) самокатный взвод (45 человек, 4 пулемета, 45 велосипедов).
В пехотном батальоне не было специальных разведывательных подразделений, так же как не было специальных лиц, занимающихся разведкой; поэтому разведку организовывал сам командир батальона, техническими исполнителями которой являлись подчиненные ему подразделения.
В начале войны с Советским Союзом еще не все немецкие пехотные дивизии имели разведывательные отряды (батальоны), предусмотренные штатом.
В немецких танковых дивизиях имелся штатный разведывательный орган – разведывательный отряд, который состоял из роты тяжелого вооружения, одной или двух мотоциклетно-стрелковых рот и роты бронемашин или бронетранспортеров – всего до 407 человек, 60 пистолетов-пулеметов, 29 ручных пулеметов, 2 станковых пулемета, 11 противотанковых ружей, 2-4 миномета 8cm s.Gr.W.34, 3-5 пушек Pak 38 калибра 5cm, 2 пехотных орудия 7,5cm leIG 18, 24 бронеавтомобиля, 100-120 мотоциклов и 70-80 автомашин.
Кроме того, в состав танкового полка входил взвод легких танков (5 машин), так же, как и в состав танкового батальона, – взвод легких танков (5 машин) и взвод мотоциклов, выполняющих разведывательные функции.
Практика боевых действий на западноевропейском ТВД 1939-1940 годов, когда немецкая армия почти беспрепятственно оккупировала Польшу, Норвегию, Бельгию, Голландию, Францию, Грецию и Югославию, подтверждала немецкому командованию правильность организационных форм разведывательных подразделений.
При успешном наступлении немецких войск, действовавших в условиях сопротивления вооруженных сил оккупированных стран, наличие сильных подвижных разведывательных отрядов в пехотных и танковых дивизиях полностью обеспечивало германскому командованию выполнение разведывательных задач и не вызывало необходимости обучать всю пехоту ведению войсковой разведки в сложных условиях боя.
Иное увидела и постигла на своем опыте немецкая армия в войне с Советским Союзом, когда планы «молниеносной войны» на Востоке потерпели фиаско. Формы боевых действий, доселе присущие немецкой армии, сменились для нее на советско-германском фронте новыми, к которым войсковые разведывательные органы дивизии не были подготовлены: позиционная оборона, отступление, бои в окружении.
Войска также оказались не подготовленными к ведению войсковой разведки, когда стало ясно, что, столкнувшись с этими «новыми» формами боя, немецкая армия вынуждена была изыскивать и новые методы войсковой разведки. Вот почему с начала 1942 года для немецких командиров соединений и командующих армиями было выпущено множество инструкций, приказов, памяток и учебных брошюр по вопросам ведения войсковой разведки.
Также ввиду больших потерь в людях, технике и вооружении, немецкое командование вынуждено было пойти на сокращение разведывательных отрядов некоторых дивизий. На основании секретного указания 1-го отделения организационного отдела Oberkommando des Heeres (OKH) от 09.08.1942 года разведывательные отряды и противотанковые дивизионы некоторых дивизий были объединены и переименованы в Bewegliche Division (переводятся как «подвижные дивизии»).
Кавалерийские эскадроны разведывательных отрядов в подвижные дивизионы не вошли и поэтому использовались как пехотные подразделения, а при отступлении обычно выполняли роль охранения арьергардов.
Такие объединения были произведены в 376-й, 82-й и некоторых других дивизиях, где боевой состав подвижного дивизиона имел следующую структуру: две самокатные роты, две противотанковые роты, на вооружение которых имелись 24 орудия, 4 тяжелых и 12 легких пулемета.
Задачи подвижного дивизиона (по показаниям пленных) сводились к следующему: в наступлении – действие в авангарде, высылка разведывательных дозоров, охранение предмостных позиций; в обороне он являлся дивизионным резервом для отражения пехотных и танковых атак противника.
Практически получилось так, что противотанковые подразделения подвижного дивизиона большее время были оторваны от самого дивизиона и по батареям раздавались пехотным полкам дивизий. Таким образом, в оборонительных боях объединение разведотряда и противотанкового дивизиона фактически не имело никакого значения.
Противотанковые роты дивизиона должны были перейти на более крупный калибр орудий, так как противотанковые пушки 3,7cm Pak 36 – основное противотанковое орудие Вермахта до 1942 года, 4,2cm PaK 41 (годы производства 1941-1942 гг.) и даже 5cm Pak 38 – в 1943 году пушку сняли с производства как устаревшую и неспособную противостоять новым танкам противника – оказались неэффективными в бою.
Подвижный дивизион в отношении тактической (войсковой) разведки был подчинен непосредственно командиру дивизии и, соответственно, получал задачи от начальника штаба дивизии.
Части немецкой армии пополнили и усовершенствовали методы действий своей разведки, почерпнув многое из примеров боевых действий разведывательных подразделений Красной Армии. Поэтому при организации разведки немецкое командование принимало решение, соблюдая основные принципы ведения разведывательной работы, никогда не действовать по шаблону, а неустанно искать новые приемы.
С другой стороны, передовые части всегда должны были быть исключительно бдительными, чтобы любую разведывательную задачу противника вскрывать своевременно и, своей выдержкой и неожиданными для врага дерзкими контрмерами, пресекать ее в самом зародыше, уничтожая разведывательные группы противника, захватывая пленных и документы убитых.
Вопросы организации немецкой авиационной разведки, разведки средствами связи, артиллерийской и агентурной разведки будут затронуты лишь в общих чертах.
1. Основные источники разведывательных данных.
Как свидетельствуют документы, показания пленных и, наконец, опыт войны, в германской армии основными источниками получения сведений о противнике являлись:
– авиационная разведка;
– войсковая разведка;
– разведка средствами связи;
– артиллерийская разведка;
– агентурная разведка.
Данные, полученные при помощи указанных источников, дополнялись изучением захваченных трофейных документов, допросами военнопленных и местных жителей. Немецкий генерал-фельдмаршал Кюхлер (Georg von Kuchler; 1881-1968) в директиве от 2 января 1943 года следующим образом охарактеризовал значение разведки:
«Наступательные намерения противника только тогда могут быть раскрыты вовремя, когда все командиры, от командира роты до командующего армейской группой, будут ежедневно подвергать критической оценке положение противника путем сопоставления данных всех видов разведки, полученных за день…».
2. Авиационная разведка.
Авиационная разведка занимала ведущее место в общей системе разведки Вермахта и почти на всех участках фронта велась непрерывно. Обычно авиационная разведка организовывалась командованием армии и армейских групп. Данные авиационной разведки сразу передавались действующим войскам.
Если отдельные разведывательные самолеты противника действовали над полем боя, то данные разведки передавались командирам соединений первой линии по радио, часто открытым текстом. Авиационная разведка велась на глубину свыше 500 км, при этом степень насыщенности определенных направлений средствами авиационной разведки определялась командованием в соответствии с важностью этих направлений.
Внимательное и повседневное изучение наблюдателями курсов полетов разведывательных самолетов противника обеспечивало в какой-то мере выявление этих «важных направлений», что, в свою очередь, способствовало более правильному прогнозу действий противника.
Очень большое внимание немецкое командование уделяло воздушной фотосъемке объектов, при которой снимки быстро дешифровались, и данные в виде фотосхем передавались в действующие войска. Авиационная разведка велась не только специальными разведывательными самолетами, но и (попутно, целенаправленно или даже случайно) боевой авиацией – бомбардировщиками, а над полем боя – и истребителями.
Авиационная разведка в немецкой армии обычно выполняла задачи следующего характера:
– разведка аэродромной сети и промышленных объектов;
– разведка железнодорожных перевозок;
– разведка движения войск по шоссейным и грунтовым дорогам;
– выявление районов сосредоточения танков;
– наблюдение за передвижениями войск противника на поле боя и в тактической глубине;
– уточнение районов огневых позиций артиллерии противника;
– фотографирование.
Разведка поля боя и тактическая разведка производились с высоты 1500-3000 м; дальняя авиаразведка велась на высоте 5000-7000 м. Основным разведчиком тактической глубины продолжали оставаться Focke-Wulf Fw 189 Uhu и Henschel Hs 126. Дальняя разведка велась самолетами Junkers Ju 88, Heinkel He 111 и в ночное время – Dornier Do 217.
Командующий немецкой северной группой армий генерал-фельдмаршал Кюхлер в своей директиве от 02.01.1943 года указывал: «Авиационная разведка должна давать полную картину движения противника по путям и железным дорогам, ведущим к линии фронта…»
В той же директиве он, в целях выяснения намерений советских войск, требовал от авиаразведки, чтобы «…пассивные в данное время участки фронта не оставались без внимания. Важно держать под постоянным наблюдением движение противника по главным путям снабжения до самой линии фронта. Такие данные, как сосредоточение машин и повозок, движение и расположение солдат в населенных пунктах, появление лагерных огней, свежеутоптанные тропинки и колеи от машин на обледенелых реках, дают основание сделать вывод о том, что противник готовит наступательные операции».
3. Разведка средствами связи.
Радиоразведка в немецкой армии являлась армейским средством разведки, которая велась специальными радио/разведывательными подразделениями и имела задачи:
– установление общей системы радиосвязи (путем пеленгации радиостанций противника) и определение по ней группировки войск;
– перехват незашифрованных радиограмм и открытых радиопереговоров;
– перехват зашифрованных радиограмм с целью дешифрирования кода противника;
– дезинформацию противника;
– подслушивание телефонных и телеграфных переговоров.
Для перехвата передач с радиостанций частей противника и их пеленгации немцы также практиковали расположение некоторых отделений радиоразведки как можно ближе к фронту и размещение их у КП полков и батальонов.
При получении путем радиоперехвата сведений о наступлении или отходе, о смене или перегруппировке частей противоборствующей стороны, об указании целей для артиллерийских наблюдательных пунктов, об обнаружении местоположения штаба, а также о результатах действий своих войск, немцы незамедлительно передавали их в высшие штабные инстанции. В свою очередь штабы, быстро обработав эти данные, отправляли их с выкладками и замечаниями войскам и соседним частям.
Немецкое командование справедливо считало, что радиоразведка являлась важным видом разведки, особенно в периоды нелетной погоды, когда эффект от авиационной разведки заметно уменьшался.
4. Артиллерийская разведка.
Артиллерийскую разведку немцы вели артиллерийским наблюдением, методами инструментальной разведки, а также путем определения целей с самолетов и с аэростатов наблюдения. В подвижных формах ведения боевых действий артиллерийское наблюдение осуществлялось путем выброски с передовыми частями специальных разъездов для корректировки огня во главе с артиллерийскими офицерами (Schiessende Kommandanten – А.П.).
Эти разъезды также следили за тем, чтобы свои войска не попали под дружественный артиллерийский огонь.
При стабилизации фронта артиллерийские батареи организовывали сеть основных НП, на которых располагались командир батареи с группой наблюдателей, и передовых НП, выбрасываемых как можно ближе к расположению противника (на его фланги).
Все НП, как правило, имели радиостанции и корректировали стрельбу по радио. Основные НП обычно располагались при КП тех подразделений и частей, коим придавались или которые поддерживали выславшие их батареи.
В артиллерийских частях при танковых частях наблюдение велось из подвижных пунктов, оборудованных в танках. Оптическое наблюдение дополнялось разводкой светометрических и звукометрических батарей, артиллерийских самолетов и аэростатов наблюдения. Генерал-фельдмаршал Кюхлер в своей директиве от 02.01.1943 года, говоря об артиллерийской разведке, указывал:
«Чем больше противник строит свои наступательные операции на базе сильной артиллерийской подготовки и артподдержки, тем большее значение приобретает артиллерийская разведка наблюдением и всеми другими артиллерийскими средствами, включая привязной аэростат. Сведения, добытые этим путем, дополняются данными, получаемыми при помощи самолетов-корректировщиков.
На всех участках фронта, даже пассивных, должна быть ясная картина группировки артиллерии противника: сколько имеется батарей (увеличилось или уменьшилось их количество за последние дни), расположение огневых точек, их запасные позиции и т.д. Только в таком случае можно надеяться, что наша артиллерия во взаимодействии с авиацией в состоянии будет нанести решительный удар по неприятельской артиллерии. Артиллерийская разведка не должна рассматриваться как область, касающаяся исключительно артиллерии.
О результатах артиллерийской разведки необходимо как можно скорее информировать руководящие и нижестоящие штабы, так как эти сведения являются важными дополнительными данными для правильной оценки положения противника. Об этих результатах разведки должен быть немедленно информирован и соответствующий штаб авиационного соединения, чтобы он имел полные данные для воздушных атак на артиллерию противника на всех участках фронта».
5. Агентурная разведка.
Германское командование, применяя методы шантажа, обмана и физического насилия (в общем, все как у всех, может быть, только в несколько гипертрофированном масштабе), широко практиковало вербовку агентуры. При отходе немцы часто оставляли в населенных пунктах свою агентуру, которая при появлении немецких самолетов подавала цветными ракетами сигналы, указывающие на наличие или отсутствие в этих пунктах советских войск и их принадлежность (цвета – по роду войск).
Для подготовки диверсантов и шпионов немцы организовали ряд специальных школ со сроком обучения в несколько месяцев, выпускников которых затем засылали в тыл противника группами по 3-5 человек с целью организации диверсий и разведки. Группы проникали через советские боевые порядки под видом беженцев или местных жителей, а иногда перебрасывались по воздуху и, находясь во фронтовой глубине, немецкие агенты пытались установить численность и дислокацию располагающихся по месту их нахождения войск, а также их действия.
Собранные сведения эти группы передавали или сигналами из прифронтовых сел, или при личной явке по назначенному адресу, либо непосредственно в штабы немецких боевых частей.
Часть агентуры немецкое командование насаждало в тылу противника, снабжая ее радиоаппаратурой. Иногда немцы включали в состав своих разведывательных групп переметнувшихся на сторону врага людей, которые, пользуясь знанием своего родного языка, способствовали успешным действиям немецких разведчиков.
Захваченные 09.05.1943 года лица, переметнувшиеся в свое время на сторону противника, показали, что они находились в составе разведывательной роты специального назначения, которая, дислоцируясь в 100-150 км за линией фронта, использовала их для выброски мелких десантно-парашютных групп с целью совершения диверсий и шпионажа в тылу противника, для борьбы с партизанами, а также для ведения войсковой разведки с целью захвата пленных.
Эта разведывательная рота состояла из нескольких групп по 8-10 человек, а вся подготовка к действиям проводилась в глубоком тылу. Для ведения войсковой разведки группа перебрасывалась ночью на автотранспорте на передний край и после выполнения задачи сразу же возвращалась обратно в район постоянной дислокации роты.
Также немцы засылали в тыл противника диверсионные группы с задачей захвата в плен офицеров, которые обычно состояли из 10-14 человек. По показаниям одного диверсанта, было установлено, что в одном из городов немцы создали диверсионно-агентурную школу со сроком обучения два месяца, в которой обучалось 150 человек различных национальностей.
Диверсанты были разбиты на три группы, две из которых были стрелковыми, а одна – саперная. По окончании обучения всех диверсантов перебрасывали ближе к линии фронта, где они в течение месяца изучали обстановку, а также передний край обороны, после чего их забрасывали в советский тыл для последующих действий.
6. Значение войсковой разведки.
Войсковая разведка в немецкой армии являлась одним из основных видов разведки. Она велась всеми командирами, независимо от того, была ли им поставлена задача на разведку или нет. Задача на разведку ставилась командиру стрелковой роты командиром батальона или командиром полка. Объект разведки выбирался лично командиром роты. Приказание на разведку отдавалось за несколько дней до ее проведения, на каждую операцию в отдельности.
Командиры немецких частей и соединений уделяли большое внимание организации и ведению войсковой разведки. Так, например, командование 47-го немецкого танкового корпуса в директиве от 03.01.1943 года указывало:
«Ввиду трудности ведения авиационной разведки зимой, для вас и для высшего командования почти единственным способом что-либо узнать о противнике является войсковая разведка. Мы сможем сберечь силы и в то же время быть гарантированы от неожиданностей только при наличии первоклассной наземной разведки».
Войсковая разведка у немцев выполняла следующие задачи:
– захват пленных и документов;
– определение очертания переднего края обороны противника, а также определение группировки его войск, мест флангов и стыков;
– наблюдение за сменой частей и появлением новых войск противника, особенно танков и кавалерии;
– уточнение огневой системы;
– наблюдение за всеми передвижениями и действиями войск противника во время боя;
– вскрытие и установление инженерных препятствий.
Генерал-фельдмаршал Георг фон Кюхлер (1881-1968) в своей директиве от 02.01.1943 года указывал: «Сведения, получаемые от пленных, являются крайне важными не только для выявления намерений противника, но и часто дают важные цели для артиллерии и тяжелого пехотного оружия – для ведения беспокоящего и уничтожающего огня в течение дня и ночи. Поэтому все действующие дивизии должны все время стремиться к захвату пленных».
И далее там же: «Постоянное наблюдение за привычками неприятельских солдат, находящихся на позиции, точное установление месторасположения их постов, изучение местности, применение разных хитростей, введение в заблуждение противника, устройство ловушек и, что еще важнее, хорошо подготовленные и энергично проведенные ударные разведывательные операции должны облегчить успех наших войск в захвате пленных».
В условиях стабильного фронта немцы ставили перед своими разведывательными органами задачу разведать фронт противника до мельчайших подробностей: его группировку сил, размещение тяжелого оружия, дислокацию штабов, резервов и т.д. Только таким образом, считали они, «…можно будет обнаружить любые изменения у противника и извлечь из этого необходимые выводы для боевого руководства».
При стабилизации фронта основным средством войсковой разведки в немецкой армии являлись линейные пехотные части. Так, в п. 9 приказа по 15-му моторизованному полку от 19.10.1942 года за N 454/42 указывалось: «Перед наступлением всегда выяснять путем наблюдения и активной разведки следующие вопросы: а) очертания переднего края обороны противника, расположение и состояние гнезд сопротивления; б) разницу в группировке противника днем и ночью; в) препятствия, минные поля; г) возможности удобного подхода к противнику».
Приказ по 22-й немецкой танковой дивизии от 5 декабря 1942 года за N 968/42. Секретно, гласил: «Необходимо усилить разведку и наблюдение за противником по следующим вопросам: – Какие инженерные укрепления имеются у противника? – Подтягиваются ли противником новые силы для наступления? – Интенсивность движения колонн противника и подвоз боеприпасов. – Слышимость шума танков и моторов в ночное время. – Усиливается ли деятельность артиллерии противника? – Не оттягивает ли противник силы с нашего фронта?»
Поимка пленных способствовала созданию ясной картины о противнике, а усиление разведывательной деятельности противника должно свидетельствовать о его наступательных намерениях».
Ослабление ведения войсковой разведки рассматривалось германским командованием как тяжкое преступление, поэтому оно стремилось к тому, чтобы солдаты считали службу в разведке элитной. С этой целью в немецкой армии для состава разведывательных подразделений также был установлен ряд льгот.
Так, пленный командир взвода 24-го авиадесантного пехотного полка (24. Infanterie regiment der Luftwaffe) показал, что за доставку командованию новых данных о противнике командира разведывательной группы награждали Железным крестом 2-го класса. Правом награждать этим орденом обладал командир батальона, но обычно в таких случаях сам командир дивизии, которому командир батальона без промедления докладывал об успешных действиях разведывательной группы, через 1-2 дня награждал разведчиков.
Командир 82-й пехотной немецкой дивизии (82. Infanterie-Division) генерал-майор Бенш (Альфред Бенш, командовавший дивизией с 6 июля 1942 года по 31 января 1943 года, стремясь заинтересовать солдат выгодами службы в разведке, в своем приказе писал:
«Я приказал за хорошие успехи в службе подслушивания, наблюдения и разведки немедленно выдавать ордена, объявлять благодарность в приказе по дивизии, давать особые отпуска вне очереди или выдавать особенно хорошие товары из военного магазина. Таким же образом награждать за отличные успехи в караульной службе…».
7. Методы войсковой разведки.
Основными методами войсковой разведки в немецкой армии являлись:
– разведка боем (силовая разведка), проводимая подразделениями силой от взвода до батальона при поддержке артиллерийско-минометного огня;
– действия разведывательной группы (дозора) силой до взвода – методом поиска, налета;
– устройство засад на путях движения разведывательных групп противника (проводилась группой в составе 10-30 человек);
– выброска в ближайший тыл противника агентурно-диверсионных групп с задачей установить расположение и направление движения советских войск, а также для захвата в плен офицеров;
– наблюдение и подслушивание.
По показаниям пленных, разведывательная операция проводилась только тогда, когда наблюдением были установлены изменения в группировке противника и в его огневой системе.
Выбор способа действий зависел от поставленной задачи и расположения противника. Так разбирая разведывательную операцию 216-го пехотного полка 86-й пехотной дивизии (216. Infanterie regiment der 86. Infanterie division), проведенную на рассвете 06.11.1942 года и не давшую результатов (кроме потери восьми человек убитыми и 23 ранеными), командование 86-й пехотной дивизии отмечало: «Если же, помимо всего прочего, создается необходимость в разведывательных действиях, то представляются две возможности:
а) действия мелкими разведывательными группами (одно-два отделения) ночью с целью снятия часового;
б) проведение крупных разведывательных операций (силой до батальона) днем после тщательной подготовки при соответствующей поддержке всех видов оружия».
Немецкое командование требовало организовывать разведку продуманно, с учетом всех особенностей обороны противника, ее сильных и слабых сторон, а также боевой выучки советских войск. Подготовка к операции велась скрытно; немцы стремились замаскировать свои действия так, чтобы ни малейший признак не мог выдать подготовительных мероприятий к проведению ночного поиска или разведки боем.
Немцы справедливо полагали, что маскировка увеличивала шансы на успех действий, способствовала уменьшению собственных потерь и тем самым повышала боевую силу группы, а пренебрежение маскировкой влекло за собой неоправданные потери в личном составе и срыв внезапности действий. Действия разведывательных групп должны были быть решительными и с использованием элемента внезапности, что обеспечивало их решающий успех.
При разведке немцы обращали особое внимание на обеспечение своих флангов, для чего назначались группы охраны, которые занимали свои позиции непосредственно перед началом действий разведывательных групп. При проведении разведывательных операций действия разведывательных групп и отрядов прикрывались сильным артиллерийским и минометным огнем.
Разведывательные группы и отряды немцев атаковали объект после того, как артиллерия и минометы, совершив короткий и сильный огневой налет на объект, переносили огонь на окаймление последнего и в достаточной степени парализовали огнем организованное противодействие со стороны противника.
Разведывательные действия немцев, возникая внезапно, протекали достаточно быстро и решительно, иногда вся операция заканчивалась в течение 15-20 минут.
Подготовка разведчиков проводилась в основном на местности с задачей «тренироваться в умении по-кошачьи подползать к любой цели, внезапно открывать огонь из укрытия, быстро исчезать при встрече с сильным противником» (указания штаба 2. Panzerarmee). Если группа состояла из опытных солдат, хорошо знающих боевую службу, то заблаговременной тренировки не проводилась.
8. Наблюдение.
Немцы считали, что хорошо организованное наблюдение являлось важнейшим методом войсковой разведки, которое велось непрерывно во всех видах боя.
Сеть наблюдательных пунктов располагалась немцами на господствующих высотах, деревьях, колокольнях, башнях и специальных вышках с большим сектором наблюдения, которые были хорошо оборудованы, имели оптические приборы (стереотрубы, бинокли) и к тому же все они были обеспечены телефонной связью, так же как и артиллерийские наблюдательные пункты, и имели ракеты для ночного освещения местности.
В качестве командирского НП немецкие разведчики использовали также танки. Так, например, 12.04.1943 года в районе ручья Корделевский (юго-западнее Красного Бора, бассейн реки Невы, включая бассейны рек Онежского и Ладожского озера) немцы с целью разведки переднего края для наблюдения и корректировки огня применили танк в качестве передового наблюдательного пункта. Когда танк был подожжен, а экипаж при отходе уничтожен, при осмотре в танке были обнаружены радиостанция и карта с нанесенными на ней районами, подлежащими подавлению артиллерийским огнем.
Наблюдение при широко развитой системе наблюдательных пунктов немцы дополняли данными разведки, полученными из других источников. Так, генерал-фельдмаршал Кюхлер в своей директиве от 02.03.1943 года писал:
«Каждый вид разведки может дать только часть требуемых сведений. Из многочисленных, собранных воедино, как мозаика, данных разведки командование создает полную картину о положении противника. При этом обязательна также разведка наблюдением с помощью бинокля, стереотрубы и без них. Пехотные и артиллерийские наблюдатели путём многочисленных наблюдений должны создать полную и ясную картину для своего командования относительно сил противника и изменений в его группировке перед своим фронтом.
Кроме того, разведка наблюдением, путем выявления важных целей, представляет данные для непосредственного действия оружием и ведения боя местного значения. Например, большое значение для успеха обороны на том или ином участке имеет выявление нового пулемета или противотанкового оружия, установление усиленного движения по тропинкам на стороне противника, расположение неприятельского наблюдения на дереве, обнаружение неприятельского офицера и т.п. Нельзя допускать ни малейшего притупления внимания и вести непрерывное наблюдение даже на пассивных участках фронта».
В своей директиве командир 384-й немецкой пехотной дивизии (384 Infanterie division), генерал-лейтенант Эккардт Фрайхер фон Габленц (Eccard Freiherr von Gablenz) за N 978/42 от 15.09.1942 года, отмечая небрежное несение службы наблюдения, писал: «Кто вблизи от врага спит на посту, тот наказывается смертной казнью. На этот счет не должно быть никаких сомнений».
Показаниями пленных было установлено, что во взводах и ротах специальных наблюдательных пунктов не имелось, а ведение наблюдения вменялось в обязанность всем часовым и патрулям. Командир роты также не имел специально оборудованного наблюдательного пункта, но, заходя в отдельные ДЗОТы, он вел наблюдение за теми объектами, которые его интересовали.
Все данные о поведении противника заносились немцами в журнал наблюдения, в котором указывалось время и результат наблюдения. Часовые в установленное время письменно доносили командиру взвода о результатах наблюдения, из которых последний выбирал отдельные сведения и включал их в боевые донесения, направляемые в роту.
Командир роты доносил важнейшие данные в батальон, где вопросами разведки занимались командир батальона и его батальонный адъютант. Помимо этого, наблюдение вел дежурный по окопу офицер или унтер-офицер (приказ 126-й пехотной дивизии от 11.04.1942 г.). Командиры батальонов, полков и дивизий имели специальные наблюдательные пункты или использовали НП приданной им артиллерии.
На НП полка и дивизии обычно находились командир наблюдательного пункта (лейтенант или фельдфебель), чертежник и радист (они же связные). Командир наблюдательного пункта должен был обладать хорошим зрением, чтобы хорошо рассмотреть передний край противника в стереотрубу, и хорошо разбираться в тактике.
Ночью немцы продолжали вести разведку путем прослушивания, которое осуществлялось путем отправки групп к переднему краю противника, а также в направлениях возможного нахождения советских наблюдателей – ночных подслушивателей. В задачу групп прослушивания входило своевременное предупреждение своего командования об изменениях в расположении частей противника, а также информация о прохождении советских разведывательных групп в немецкий тыл.
Так, например, в ночь с 25 на 26 ноября 1942 года противник через своих слухачей своевременно установил подход и сосредоточение советских войск на исходном положении перед наступлением.
В ночное время часовые противника в целях лучшего наблюдения систематически освещали местность осветительными ракетами. При отходе немцы организовывали наблюдение так же тщательно. Так, по показаниям пленного обер-лейтенанта, в июле 1943 года на орловском направлении немецкое командование требовало от командиров рот четкой организации наблюдения, причем НП организовывались на флангах и впереди.
Результаты наблюдения в первую очередь докладывались командиру роты, затем – командиру батальона и далее – до командира дивизии.
9. Действия разведывательных групп (дозоров).
Боевой состав разведывательной группы обычно составлял от отделения до взвода, иногда до роты. Количественный состав колебался в зависимости от обстановки и характера объекта разведки. Группу возглавлял офицер, фельдфебель или унтер-офицер, занимающий должность не ниже командира взвода. По показаниям пленного, командир 268-й немецкой пехотной дивизии запретил ведение разведки большими разведывательными группами, так как они несли значительные потери.
Так в одном из оперативных документов командир 86-й пехотной дивизии сообщал командованию 23-го немецкого армейского корпуса: «С 01.11.1942 года дивизией было предпринято 11 разведывательных вылазок. Потери: 2 убитых, 7 раненых, пленные не взяты. Проведенная на рассвете 06.11.1942 года, согласно приказу, разведка одной из рот 216-го полка стоила 8 убитых, 23 раненых. Пленные не взяты. Причины потерь:
а) хорошо организованная система обороны противника как на переднем крае, так и в глубине;
б) высокая бдительность противника в результате деятельности собственной разведки;
в) хорошо пристрелянный заградительный огонь артиллерии противника;
г) очень ограниченное время для подготовки. Опыт этих и предыдущих разведок показывает, что подобные разведывательные предприятия при сплошной, сильно укрепленной линии обороны противника заранее обречены на неудачу.
Противник может даже при удавшемся местном прорыве сосредоточить огонь всех видов оружия на разведывательной группе, при этом неизбежны большие потери. Для того чтобы подавить огонь артиллерии противника собственной артиллерией и тяжелым оружием, требуется затрата такого количества боеприпасов, которое выходит за рамки подобных операций».
Командование дивизии СС «Великая Германия» (SS-Division Grossdeutschland) характеризовало действия своей разведки следующим образом:
«Ввиду сильно укрепленного фронта обороны и сплошного массированного прицельного огня русских, ведение разведки большими группами не дает результата. Необходимо перейти к ведению разведки одним-двумя отделениями при поддержке сильного артиллерийского и минометного огня. Действиям разведывательных групп должна предшествовать тщательная подготовка. Каждый пехотный полк должен представлять к 18:00 в штаб дивизии сведения о результатах работы разведывательных групп».
Этот документ свидетельствовал о том, что в условиях стабильного фронта противник вынужден был, наряду с проведением разведки боем, также широко практиковать ведение разведки мелкими группами в составе одного-двух отделений. При этом для обеспечения выполнения задач разведывательным группам отпускалось большое количество артиллерийских снарядов и мин.
Принцип отбора – добровольный, но если число желающих пойти в разведку было недостаточно, командир роты сам мог отобрать и назначить в состав разведывательной группы наиболее подготовленных бойцов. При объявлении записи желающих идти в разведку первыми подписывались офицеры и унтер-офицеры с целью поднятия своего боевого авторитета.
По приказу командира 511-го пехотного полка 293-й немецкой пехотной дивизии каждая рота должна была в течение месяца провести на своем участке не менее одной разведки с целью захвата пленного или изучения переднего края и огневой системы своей обороны.
Разведке боем часто предшествовали действия мелких разведывательных групп с целью уточнения режима обороны на переднем крае боевого соприкосновения. При высылке разведывательной группы в составе свыше взвода ей придавались саперы и, при необходимости, – поддержка осуществлялась огневыми средствами.
Если разведка высылалась мелкими группами, саперы не придавались: группа проделывала проходы в проволочных заграждениях и минных полях самостоятельно, и ее действия обычно поддерживались только огнем выславшей ее роты. Время для ведения разведки выбиралось различное, группы действовали и днем, но в большинстве случаев все-таки – ночью, в промежутке от 02:00 до 04:00 (при этом учитывалось время наименьшей, по мнению немцев, бдительности войск противника).
Вооружение.
Немецкие солдаты, идущие в разведку, вооружались преимущественно автоматическим оружием: легкими пулеметами, пистолетами-пулеметами, пистолетами, ручными гранатами, кинжалами (штыками), взрывчатыми веществами и противотанковыми гранатами (для подрыва ДЗОТ и жилых землянок), минами, ножницами. Иногда в группах имелись ранцевые огнеметы.
Обмундирование.
Обмундирование солдат, идущих в разведку, должно было быть легким, не сковывающим действий. Зимой – комбинированный костюм с капюшоном (одна сторона костюма белая, другая – стального цвета); на ноги разведчики обували бурки или валенки, на голову надевали пилотку.
Снаряжение.
Снаряжение солдата должно было быть максимально облегчено. Перед выводом на разведку солдаты, как правило, получали вино (так по тексту брошюры С.И. Сурина).
Связь.
Связь для управления разведгруппой осуществлялась посредством радиостанции легкого типа, при помощи ракет, электрофонарей и прочего. К проводной связи немцы прибегали довольно редко, так как опасались, что противник мог использовать линии связи для организации засады.
Порядок действий.
Порядок действий небольшой разведывательной группы обычно был следующим: впереди двигались дозорные и саперы, на расстоянии 100-150 м от главного дозора двигалось непосредственное охранение ядра в количестве 4-5 человек (группа обеспечения). Далее, в 150-200 м следовало ядро (ударная группа), усиленное 1-2 ручными пулеметами и, имея боковые дозоры на удалении 100-150 м.
Позади основной ударной (передней) группы двигались санитары. Командир роты, руководящий разведкой, обычно не выдвигался за передний край расположения своих войск.
Такая разведывательная группа при встрече с разведывательными подразделениями или охраняющими частями противника в бой не вступала, а, прикрываясь огнем ручных пулеметов, поспешно отходила в свое расположение. Однако бывали случаи, когда разведывательная группа, при своем обнаружении противником, вызывала артиллерийский и минометный огонь и, под его прикрытием, производила короткий налет на объект с целью захвата пленного.
Разведывательная группа противника в боевом составе численностью 30-40 человек, при подходе к объекту принимала боевой порядок, показанный на схеме 2. При блокировке огневой точки разведывательная группа противника старалась занять порядок, показанный на схеме 3. Так, например, на участке одной из советских частей противник выбрал для захвата пленного окоп боевого охранения, заранее произведя пристрелку артиллерии по соседним огневым точкам и в глубину обороны. После пристрелки на этом участке артиллерия больше огня не вела.
При этом наблюдение советских передовых постов отмечало только движение отдельных солдат и небольших групп. На третьи сутки после пристрелки, во второй половине ночи, группа немецких разведчиков начала подползать к советскому окопу, когда была замечена боевым охранением, которое открыло по ней пулеметный огонь. Тогда разведывательная группа противника вызвала артиллерийский и минометный огонь, которым был окаймлен окоп в советском боевом охранении, и под его прикрытием коротким налетом ворвалась в окоп.
При ведении разведки с форсированием реки немцы применяли следующий метод: к намеченному объекту под прикрытием обычного пристрелочного, артиллерийского и минометного огня параллельно высылались две группы, одна отвлекающая в 2-3 человека и, основная – в 9-10 человек. Отвлекающая группа, действуя открыто, привлекала на себя внимание, тогда как захватывающая группа в это время скрытно нападала на объект с целью захвата пленного.
На болотистых участках и в плавнях немцы вели разведку действиями отдельных групп по 10-15 человек на плотах или лодках, организуя засады на основных направлениях.
С целью сохранения элемента внезапности немецкое командование при ведении разведки применяло метод, когда под покровом темноты группа подходила к объекту на максимально близкое расстояние, а затем днем, выждав момент ослабления бдительности передовых постов противника, внезапно атаковала огневую точку и под прикрытием заградительного огня отходила на свой оборонительный рубеж.
Разведывательные поиски с целью захвата «языка» немцы подготавливали в течение длительного времени, иногда до 14 суток. Поиски осуществлялись главным образом разведывательными группами от рот и батальонов, возглавляемыми унтер-офицерами. В подготовительный период унтер-офицер, выделенный для ведения поиска, совместно с группой наблюдателей в 2-3 человека вел тщательное наблюдение за объектом. Накануне дня, намеченного для поиска, унтер-офицер подробно знакомил весь состав разведывательной группы со своими наблюдениями.
На местности, под руководством одного из офицеров-разведчиков, увязывались все вопросы взаимодействия, личный состав подробно знакомился с местностью, на которой предстояло действовать, назначались азимуты движения по компасу к намеченному объекту и обратно. Всему составу разведывательных групп вменялась в обязанность запоминать в процессе движения ярко выраженные ориентиры. Движение совершалось скачкообразно от одного рубежа к другому.
С продвижением группы нападения охранение, движущееся на флангах, меняло свои огневые позиции и переходило на новый рубеж с таким расчетом, чтобы не нарушалась огневая и зрительная связь с группой. По показаниям пленного, командир взвода был обязан установить число огневых точек и их вооружение.
При смене подразделений командир взвода получал от своего предшественника данные о расстоянии до переднего края противника, наличии боевого охранения и месте его расположения, а также примерный численный состав противостоящих подразделений.
С марта 1943 года до середины мая 1943 года 8-я рота 24-го немецкого авиадесантного пехотного полка вела разведку шесть раз. Разведывательным группам ставилась задача определить конфигурацию переднего края противника, вооружение огневых точек и численность часовых. Численный состав разведывательных групп не превышал одного отделения (10-11 человек). Немцы вели разведку, как правило, ночью, в самые темные часы. Группа в таком составе ни в коем случае не должна была искать сближения с противником.
9-я горнопехотная дивизия (Вермахт).
Ниже в тексте говорится о 9-й горнострелковой дивизии, которая делилась на группы «Норд» и «Ост». Группа «Норд» (нем. 9. Gebirgsjager-Division «Nord») сформирована из горнострелковой норвежской дивизии «Kreutler» в марте 1944 года и 139-го горнопехотного полка, получившего условное название z.b.V 140 07.09.1944 года. Известным командующим был генерал-майор Маттиас Кройтлер. Дивизия вела боевые действия в Финляндии во время Лапландской войны, а также подавляла антифашистские выступления в Норвегии.
Группа «Ост» (нем. 9. Gebirgsjager-Division «Ost») появилась на основе боевой группы «Земмеринг», была создана 12 марта 1945 года, уже на исходе войны. Была задействована в Штирии (исторической области в Австрии и Словении), ведя оборонительные бои с частями советских войск и Югославской народной армии. Командовал группой полковник Герберт Август Вольфганг Райтель.
Тогда как в работе Буркхарта Мюллера-Гиллебранда «Сухопутная армия Германии 1933–1945 гг.» – М.: Изограф, Изд-во Эскимо, 2002. – 800 с., илл. – в перечне дивизий Сухопутных войск, Военно-воздушных сил и Военно-морского флота, III. Горнострелковые дивизии, на странице 762 указано: «9-я. В апреле 1945 г. находилась на Востоке в стадии формирования».
Вся эта информация приводится к тому, что обе они никак не могли принимать участие в боевых действиях, описанных в брошюре, на территории Советского Союза, но почему-то именно какое-то одно из этих соединений указано далее в работе С.И. Сурина.
Пленный обер-ефрейтор 6-й роты 204-го горнострелкового полка 9-й горнострелковой дивизии показал об организации и действиях немецкой охранительной разведки следующее:
«Каждая рота ведет разведку перед передним краем противника на своем участке через каждые 2-3 дня, высылая разведывательные группы в составе 6-8 человек. Разведка ведется на небольшую глубину и осуществляется ночью до рассвета или вечером до темноты. Обычно разведывательная группа возвращается через 2-3 часа, выполнив задание или не выполнив его. Разведывательная группа, как правило, избегала боевого столкновения с противником. Основные задачи, которые решали разведывательные группы, – это разведка переднего края противника, его огневых точек и системы огня, а также, главным образом, захват (внезапно, без открытия огня) контрольных пленных. Вооружение разведывательной группы: 1-3 автомата, 4-5 винтовок и по две ручные гранаты на каждого солдата».
Примеры действий немецких разведывательных групп.
Примеры действий немецких разведывательных групп. Там, где советские офицеры и бойцы всегда были бдительны и готовы к инициативным, находчивым и решительным действиям, немецкая разведка успеха не имела. Так, разведывательная группа немцев численностью в 19 солдат (из них четыре сапера) под командованием унтер-офицера имела задачу ворваться в траншеи, захватить пленного и подорвать несколько землянок и дзотов. В течение нескольких дней разведывательная группа тщательно и непрерывно изучала методом наблюдения пути подхода к переднему краю советских позиций.
Вооружение группы состояло из автоматического оружия и гранат. Кроме того, группа имела ножницы для резки проволоки и 10 противотанковых мин. При подходе к переднему краю противника группа расчленилась на две фланговые подгруппы по 6 человек в каждой, с задачей проникнуть в советские траншеи и своими действиями обеспечить действия третьей, центральной подгруппы в составе 6-7 человек (из них четыре сапера для подрыва дзота и землянок).
Центральная подгруппа противника с тыла охранения не имела, из-за чего была обнаружена советским боевым охранением, которое пропустило ее, а затем внезапно атаковало сзади. В результате противник потерял до 10 человек ранеными и убитыми и, бросив оружие и снаряжение, отошло на исходные позиции. При этом советскими бойцами были захвачены в плен два солдата и взято 13 пистолетов-пулеметов, ножницы, 10 противотанковых мин и документы.
03.01.1943 года около 09:00 группа противника в количестве десяти человек пыталась вести разведку советской обороны, которая была своевременно обнаружена часовым, доложившим об этом командиру, не открывая огня. Последний предупредил о приближении противника соседнюю огневую точку.
Подпустив группу противника на 70-100 метров, советская огневая точка открыла по ней сильный огонь. Противник, понеся потери, стал в беспорядке отходить; одновременно в обход отходящему противнику командир взвода выслал группу с задачей захватить пленного. Преследуя противника и ведя с ним бой, советская группа захватила двух пленных и без потерь вернулась обратно.
Далее по тексту говорится о немецкой 6-й авиадесантной пехотной дивизии, действующей на великолукском направлении в декабре 1942 года – тогда как 6. Fallschirmjager-Division была официально сформирована во Франции в июне 1944 года под командованием генерала Рюдигера фон Хейкинга (Rudiger von Heyking; 1894-1956), поэтому принимать участие в боевых действиях на территории Советского Союза она никак не могла, но почему-то опять именно это соединение указано в брошюре С.И. Сурина.
Далее по тексту говорится о немецкой 6-й авиадесантной пехотной дивизии, действующей на великолукском направлении в декабре 1942 года. Однако 6-я парашютно-десантная дивизия (6. Fallschirmjager-Division) была официально сформирована во Франции в июне 1944 года под командованием генерала Рюдигера фон Хейкинга (Rudiger von Heyking; 1894-1956), поэтому принимать участие в боевых действиях на территории Советского Союза она никак не могла. Но почему-то именно это соединение указано в брошюре С.И. Сурина, изданной воениздатом в 1944 году. [6. Fallschirmjager-division / Axis History Factbook. 14 August 2008.].
Итак, по брошюре С.И. Сурина, утром 18.12.1942 года взвод 5-й роты 6-й авиадесантной пехотной дивизии, только что прибывший на великолукское направление, получил задачу установить, занята ли деревня Литвиновка советскими частями. В 09:00 взвод выступил из села Савина и стал продвигаться в сторону Литвиновки.
Впереди взвода, на удалении одного километра, двигался дозор из семи человек во главе со старшим ефрейтором, в то время как командир взвода (унтер-офицер) двигался со взводом и не выслал в стороны охранения, ограничившись назначением наблюдателей, которые продвигались в общем строю взвода. Дозор имел два 5cm миномета, 5 пистолетов-пулеметов, 2 пистолета и по две гранаты на каждого солдата. Связь дозора с ядром осуществлялась связными. Советские разведчики своевременно обнаружили движение противника, устроили засаду и захватили в плен весь состав головного дозора, а ядро взвода ружейно-пулеметным огнем вынудило отойти.
Следующие примеры показывали, что противник, несмотря на все требования командования, не всегда был хорошо подготовлен к действиям в разведке.
1 января 1943 года в районе южнее п. Старый Белоостров разведывательная группа противника в составе 18-20 человек заняла исходное положение в 150-200 метрах от советского проволочного заграждения и выслала к проволоке дозор из трех человек, по-видимому, для проделывания прохода. Оставшиеся приняли следующий боевой порядок: центральная группа из восьми человек продвигалась непосредственно за дозором и представляла, по-видимому, группу захвата.
Вражеские солдаты двигались осторожно, соблюдая интервал в 40-50 метров. Справа и слева от центральной группы расположились по одной группе обеспечения, в каждой из которых было по четыре-пять человек, и они начали окапываться. За дозором был проложен телефонный провод. При подходе к советскому проволочному заграждению дозор противника наскочил на минное поле, а советское боевое охранение открыло огонь по обнаруженной разведывательной группе, которая, бросив четыре катушки кабеля, поспешно отошла в свое расположение.
В районе Старого Рынка (вероятно, в черте города Калинин, ныне – Тверь), перед началом разведки противник с вечера разрушил артиллерийским и минометным огнем два советских дзота; в 06:00 он начал вести разведку в этом районе группой в составе десяти человек, действуя методом блокировки дзотов с тыла двумя обеспечивающими группами по три человека в каждой и одной захватывающей группой в четыре человека.
В дзоте, который противник блокировал, никого не было. При встрече с часовым разведка противника не предприняла никаких действий по захвату «языка» и залегла в траншее у дзота. Только тогда, когда часовой стал забрасывать противника гранатами, немцы, забрав раненых, отошли на исходный рубеж, оставив на месте два фугаса весом по 5 кг каждый.
Если противник перед выступлением в разведку произвел тщательную подготовку и, если советские подразделения несли боевую службу недостаточно бдительно, то противнику удавалось успешно выполнить свою задачу. Так, например, 17.02.1943 года в районе Залозье (деревня в Тверской области) противник перед действиями своей разведывательной группы совершенно прекратил ведение огня.
В 07:00 группа противника из пятнадцати человек скрытно подошла к маскировочному забору, который преодолела при помощи лестниц и, разделившись на три группы, проникла в глубь обороны, где блокировала дзот и землянку.
09 июня 1943 года в районе поселка Аннино (Ленинградская область) разведывательная группа противника (18 человек) под прикрытием темноты подошла к советскому проволочному заграждению и замаскировалась. В 09:30, когда советские бойцы, за исключением 3-4 наблюдателей в роте, легли отдыхать, разведывательная группа противника, быстро преодолев проволочное заграждение при помощи соломенных матов и плащ-палаток, ворвалась в траншеи.
Младший командир и два советских бойца при этом были убиты. Немцы, захватив у них личные документы, через 15 минут без потерь отошли в расположение своих частей. Когда противник ставил перед своей разведкой активные задачи, он увеличивал боевой состав подразделения, назначенного для разведки, до роты пехоты.
Так, например, в ночь на 01.05.1943 года рота немцев, частично переодетых в красноармейскую форму, с советским оружием, имела задачу – двумя группами обойти с флангов советский батальон, занимавший оборону на правом берегу реки Северский Донец (севернее Ящиково – поселка Луганской области), и захватить пленных, а при благоприятной обстановке – отбросить батальон на левый берег реки.
Одна группа противника в составе семидесяти человек имела задачу – обойти батальон с севера и нанести удар с тыла, вторая – в пятьдесят человек – должна была обойти батальон со стороны Ящиково и ударить во фланг.
В это время на том же участке действовала и советская разведывательная партия (партия – так в тексте) в семнадцать человек, просочившаяся через передний край противника и организовавшая засаду на дороге вблизи пгт Славяносербск (балка Суходол). Освобождение Славяносербского района произошло 2 сентября 1943 года. В пятисот метрах северо-восточнее Славяносербска в 01:40 головной дозор был окликнут на русском языке: «Стой! Пропуск!»
Старший дозора смело направился к окликнувшим, будучи уверен, что это свои саперы, минирующие участок. Второй дозорный, следовавший за первым, был расстрелян в упор. Разведывательная партия, бросившись на выручку дозору, открыла огонь из пистолетов-пулеметов и забросала противника гранатами. Противник потерял убитыми троих человек, ранеными десять человек и, оставив один 5cm миномет с 45 минами, отошел в исходное положение.
Пример действия немецкой разведывательной группы в тылу советских войск.
Район советской обороны, который интересовал немецкое командование, хорошо просматривался со стороны противника. Непосредственно перед передним краем обороны протекала река, восточный берег которой был занят противником. Ночь на 12 февраля 1943 года была темной, разведывательная группа противника была облачена в белые маскировочные халаты, все имущество и оружие также было окрашено в белый цвет или обернуто бинтами.
За пятнадцать дней до проведения разведки противник ежедневно вел методический артиллерийский и минометный огонь с целью уничтожения советского проволочного заграждения, в результате чего оно было порвано во многих местах и для его преодоления не требовалось больших усилий.
12 февраля 1943 года, около 06:00 группа противника в тридцать-сорок человек перешла реку и преодолела проволочное заграждение. Советский часовой у пулемета заметил в 15 метрах позади себя подползавших четырёх немцев – он дал сигнал голосом и бросил в них две гранаты, на что противник огнём не ответил и продолжал лежать на месте.
В это время основные силы разведывательной группы противника, разделившись на две части, углубились на 70-100 м в оборону, причем одна группа в 4-5 человек была выделена для прикрытия в случае подхода подкрепления противнику из глубины обороны. В дальнейшем группа выдвинулась на 150 метров от восточного берега реки Нижний Верман и расположилась в 10 метрах от советской траншеи. Основные две группы зашли сзади – с тыла, первая – к землянке отделения автоматчиков, вторая – к окопу автоматчиков.
Приблизительно в 06:03 противник подал свистком сигнал, по которому все группы противника с криком: «Рус, сдавайся!» стали бросать гранаты и вести по траншее огонь из автоматов. После пятнадцати минут боя противник сумел занять землянки пулеметного расчета и отделения автоматчиков. Окопы и дзоты не были подготовлены к ведению огня в тыл, и поэтому советские солдаты попали в невыгодное положение.
После тридцатиминутной перестрелки противник подал сигнал красными и зелеными ракетами, по которому был открыт сильный артиллерийский огонь из двух артиллерийских и трех минометных батарей с целью окаймления действий своей разведывательной группы. Под прикрытием огня артиллерии и минометов противник успешно отошел на свои позиции. Для прикрытия отхода разведывательной группы противник израсходовал до 1200 снарядов и мин.
Успешное действие группы противника объяснялось:
хорошим изучением объекта нападения;
правильным распределением сил для блокировки землянок, уничтожения живой силы и обеспечения действий разведывательной группы;
скрытностью действий;
заблаговременным разграждением заграждений;
хорошей маскировкой разведывательной группы.
На некоторых участках фронта немцы стремились незаметно вклиниться в глубину обороны подразделений противника с целью нарушить связь, добыть документы и захватить пленного.
Другие примеры действия немецкой разведывательной группы в тылу советских войск.
Другой пример действия немецкой разведывательной группы, произошедший 14 января 1943 года. До двадцати немецких автоматчиков скрытно прошли мимо огневых точек на переднем крае обороны в районе северо-восточнее Сорокино и углубились на 2-3 метра в сторону тыла, где установили место расположения КП 3-й роты одного из советских полков. Зайдя с тыла и флангов, противник атаковал жилые землянки стрелковой роты и забросал их гранатами, в результате боя гарнизон командного пункта роты понес потери.
24 июня 1943 года в районе села Задушное (Орловская область) командир взвода лейтенант Иванов отошел на 50 м от землянки без оружия, когда на него напали немцы в количестве трех человек, среди которых был офицер. Ударом кулака он сбил одного немца и поднял крик. Другие, увидев, что их затея не удалась, быстро скрылись в лесу.
Инструкции немецкого командования своим разведывательным группам.
Командиры некоторых немецких частей даже разрабатывали специальные инструкции по разведке и, в этом отношении характерно указание командира 336-й пехотной дивизии генерал-майора Вальтера Лухта (1882-1949) об организации и действиях при поиске.
«336 пд КП дивизии, 18.11.1942 года / Оперотдел N 1025/42 / Секретно.
Инструкция N 1 по действию разведывательных групп.
Короткие зимние дни и связанное с этим ограничение деятельности своей авиаразведки обязывают нас наблюдать за действиями противника при помощи разведывательных групп более интенсивно, чем до сих пор. Кроме того, необходимо держать инициативу в своих руках и быть хозяином на предполье.
Так как противник также знает участок, лежащий перед нашим передним краем обороны, и в свою очередь высылает разведывательные группы, хитрость и введение противника в заблуждение играют значительную роль при проведении поисков. Численность и состав разведывательных групп зависят от поставленной задачи и глубины разведки. Группа должна быть не меньше отделения и только в исключительных случаях – больше взвода.
При разведке боем должно быть организовано наблюдение за действиями разведывательных групп силами средств, поддерживающих их. В этом случае рекомендуется придавать разведывательным группам передовые посты наблюдения артиллерии и подразделений тяжелого пехотного вооружения, оснащенные радиостанциями.
Целесообразно придавать разведывательным группам саперов как для устранения препятствий и минных полей противника, так и для уничтожения его опорных пунктов. Однако лишь тщательная подготовка и плановая огневая поддержка не всегда обеспечивают успешное выполнение задач разведывательным группам. Только смелость, решительность и применение новых хитростей могут привести к успеху.
При встрече с противником разведывательная группа должна захватить пленных и уничтожить по возможности остатки его разведки. Нельзя допускать возможности устройства противником засад на обратном пути разведывательной группы; поэтому, как правило, движение в направлении туда и обратно не должно проходить по одному и тому же пути.
Также ни в коем случае не следует упускать возможность перехвата возвращающейся разведывательной группы противника и ее уничтожения.
Отходя перед более сильным противником, разведывательные группы должны завлечь его в зону огня переднего края обороны; поэтому, как правило, следует отходить под углом к линии фронта, чтобы обеспечивать возможность ведения огня. Тот факт, что при поиске разведывательных групп не было достигнуто соприкосновения с противником, еще не означает, что противник отсутствовал. Никогда разведывательная группа не должна из-за этого ослаблять свою бдительность, особенно на обратном пути.
Особенно важно предупредить свои и соседние части о задачах, времени и порядке проведения поиска для обеспечения своевременной поддержки, в случае необходимости, с переднего края оборонительной полосы. При отражении нападения разведывательной группы противника, воинская часть должна стремиться не упустить ни одного человека, как обычно, и при этом следует специальными отрядами отрезать пути отхода противника и уничтожать его.
Чем позже с переднего края обороны открывается огонь по разведывательной группе противника, тем вероятнее ее уничтожение. Слишком рано открытый огонь ведет к демаскированию своего расположения, но не к уничтожению противника. Хитрость, умение ввести противника в заблуждение, как и умение найти выход из любого положения, обеспечивают превосходство в разведке.
Командир 336-й пехотной дивизии (kommandant der 336. Infanterie division) генерал-майор Вальтер Лухт.
10. Засада.
Засады устраивались немцами преимущественно в ночное время на путях вероятного движения разведывательных групп противника с задачей воспрепятствовать их действиям и захватить пленных. Были отмечены случаи, когда мелкие группы противника в целях организации засад для захвата пленных стремились проникнуть в глубь обороны советских частей.
Часто противник для обеспечения прохода разведывательных групп в тыл открывал сильный артиллерийский и минометный огонь по переднему краю расположения войск противостоящей стороны в том направлении, где был намечен проход группы. Ночью, при удобном случае, противник, находясь в засаде, нередко пристраивался на фланге действовавших разведывательных групп и, выбрав удобный момент, захватывал зазевавшихся в плен.
На одном из участков фронта советская разведывательная партия после тщательного изучения объекта решила захватить в плен немецкого часового в траншее. 12.07.1943 года в 22:00 разведывательная партия в составе 18 человек вышла с исходных позиций и к 23:00 достигла заграждений противника.
Группа разграждения, проделав проход в минном поле и проволочном заграждении, пропустила группу захвата и, когда последняя дошла до третьего ряда проволочного заграждения, оказалась наполовину окруженной засадой противника численностью до взвода. Имея численное превосходство, противник отрезал советской разведгруппе (рп) путь отхода, намереваясь захватить ее в плен.
С криками «Рус, сдавайся!» – немцы в полный рост бросились на окруженных разведчиков, которые, в свою очередь, обрушились на противника огнем ручных гранат и автоматов и после короткой схватки отошли, захватив в плен двух раненых немецких солдат, взяв два автомата и потеряв при этом убитым одного человека.
Особенно широко применялись засады немцами при отходе, причем засады организовывались мотопехотой и группами танков, которые, хорошо замаскировавшись, внезапно и в упор открывали огонь по передовым траншеям или группам пехоты противника с задачей захватить пленного или нанести поражение, а затем быстро отрывались от возможного преследования в сторону флангов.
11. Разведка боем.
В немецкой армии наиболее распространенным методом ведения войсковой разведки являлась разведка боем, которая проводилась для выполнения следующих задач:
– захват пленных, документов, трофеев;
– захват отдельных тактически выгодных участков местности;
– уточнение системы огня, а также боеспособности войск противника;
– демонстрация действий на вспомогательных участках фронта при наступлении на главном направлении;
– захват новых образцов оружия.
Разведка боем способствовала также заброске в советский тыл шпионов и диверсионных групп. Учебная брошюра N 5 немецкой 16-й армии (16. Armee) так определяла цель разведки боем:
1. Поддержание наступательного духа в обороне.
2. Усиление чувства превосходства над противником у каждого отдельного солдата. Воспитание качеств одиночного бойца. Подготовка и воспитание растущих командирских кадров.
3. Ослабление и сковывание противника. Уничтожение его боевых сооружений; инсценировка наступления своих частей.
4. Установление, захват пленных, документов, оружия и другого имущества:
а) намерений противника в боевой деятельности;
б) усиления или смены его частей;
в) перегруппировок;
г) применения новых образцов оружия;
д) состава, боеспособности, морального состояния и питания частей противника.
5. Маскировка своих наступательных замыслов на других участках фронта (дезориентация противника в отношении численности своих войск);
6. Подготовка к предстоящему наступлению: занятие важных ориентиров непосредственно перед началом наступления, устранение мин и т.д.
Разведка боем (или, как ее называли немцы, – силовая разведка) проводилась ударными отрядами силой от взвода до батальона при огневой поддержке артиллерии и минометов, а иногда при поддержке мелких групп танков или самоходной артиллерии. Окончательное определение численного состава отряда зависело от задачи, характера местности и силы противника в районе предстоящих действий.
В зависимости от задачи и условий, в которых отряду приходилось бы действовать, состав отряда разбивался на ряд команд (групп): штурмовую, обеспечения, подрывников, по разминированию, связи, санитарного обеспечения.
Штурмовых команд (групп) и команд (групп) обеспечения могло быть несколько – количество их в каждом отдельном случае определяется командиром, возглавляющим разведку боем.
Вооружение.
Вооружение разведывательного отряда обычно составляло до 40 % пистолетов-пулеметов, винтовок, по 6-8 ручных гранат на солдата. Количество ручных и станковых пулеметов определялось местностью: так, на открытой местности приходилось до одного легкого пулемета на отделение и до взвода станковых пулеметов на роту.
Кроме того, каждое отделение брало с собой три-четыре ручные дымовые гранаты, несколько гранат с привязанной к ним бутылкой с горючей смесью, а иногда и ранцевые огнеметы. При действиях ночью большую часть боеприпасов составляли патроны с трассирующими пулями, команды подрывников-саперов имели, помимо ручного оружия, связки ручных гранат, ножницы для резки проволоки, противопехотные мины и переносные заграждения.
Снаряжение и обмундирование.
Снаряжение и обмундирование солдат, идущих в разведку, были максимально облегчены; погоны и документы оставались в канцеляриях рот.
Время разведки.
Время разведки определялось требованием сохранения внезапности действий; обычно разведка производилась ночью и на рассвете.
Подготовка к действиям.
Подготовка к действиям немцы уделяли большое внимание, стремясь обеспечить успех операции, так как неудачные действия и потери снижали боевой дух немецких солдат и подрывали доверие к офицерам. Подготовительные мероприятия проводились втайне, с соблюдением всех мер маскировки, подготовка отряда складывалась из доразведки объекта действий, подготовки огневого прикрытия, организации связи, обеспечения внезапности действий и боевой подготовки.
От командира отряда требовалось полное изучение им всех данных о противнике, как то боевого расположения живой силы, мест всех огневых точек, мест и характера инженерных препятствий и сооружений, поведения противника в районе предстоящих действий.
Добывание этих сведений велось через наблюдательные пункты и путем высылки мелких разведывательных групп, действия которых характеризовались скрытными и пассивными (без боя) задачами. Вопросу огневого воздействия при разведке боем немцы всегда уделяли большое внимание, считая, что от его эффективности зависит успех действия всего отряда.
При увязке взаимодействия артиллерии и минометов командир отряда совместно с командирами поддерживающих его подразделений решал на месте следующие вопросы: подавление, в первую очередь, дзотов или НП артиллерии, которые могли воспрепятствовать выдвижению отряда в район расположения противника; определение направления предполагаемых контратак противника; определение районов, по которым следовало готовить отсечные огни.
При распределении пехотных орудий и минометов начальник артиллерии выделял по одному орудию на каждые одну-две цели. Орудия и минометы более тяжелых калибров выделялись для выполнения задач по отражению контратак.
Для предотвращения случайностей, а также для поражения неожиданно появившихся целей артиллерийский начальник выделял резерв артиллерийских средств в составе нескольких пехотных орудий. Управление артиллерийским огнем осуществлялось через командира отряда при помощи телефона, радио или световыми сигналами.
Подготовка всех данных для стрельбы артиллерии и минометов проводилась заранее (иногда даже с привлечением топографической батареи); при этом пристрелка маскировалась проведением огневых налетов на некоторые объекты противника.
При разработке отрядом вопросов управления большое внимание уделялось организации связи, при которой, как правило, командир действующего отряда, по возможности, имел проводную связь с командирами подразделений и поддерживающими средствами. Помимо этого, управление также дублировалось по радио (через артиллерийскую сеть связи), сигналами и посыльными.
В ряде немецких инструкций и учебных брошюр рекомендовалось всему составу отряда перед выходом на боевые действия пройти соответствующую подготовку. С этой целью в тылу подбиралась соответствующая местность, сходная с районом предстоящих действий, на которой до автоматизма отрабатывались действия групп.
Если такую подготовку провести было нельзя, то немцы ограничивались макетными занятиями на ящике с песком. При подготовке занятий широко практиковалось введение дополнительных, усложняющих обстановку, условий. Такой метод проведения занятий был направлен на воспитание у солдат и унтер-офицеров сообразительности и инициативы.
Каждой разведке боем предшествовал приказ командира, организующего разведку. При этом командование требовало, чтобы приказ был «ясным, строгим и исключающим всякое сомнение» и чтобы в нем были освещены следующие вопросы: «противник, задача, силы, организация, вооружение, снаряжение, поддержка тяжелого оружия, средства связи, приданный медперсонал, оборудование главного перевязочного пункта, транспорт для раненых, охрана и транспортировка пленных и трофеев, отражение контрударов, отрыв после выполнения задачи, намеченный ход действий».
На случай выхода командира из строя предварительно устанавливалось, кто возьмет на себя руководство группой, и намеченный дальнейший ход действий детально обсуждался с заместителем.
Порядок проведения операции.
Отряд, подготовленный для действий, выдвигался в исходное положение скрытно. Выступление к расположению противника (на рубеж атаки) также совершалось скрытно и бесшумно. Командование требовало от всего состава отряда соблюдения в этот период всех мер маскировки, правильного использования местности, грамотного и быстрого занятия огневого рубежа, вступления (в случае необходимости) в бой и избежания излишней беготни специалистов (саперов, связных, артиллеристов) в боевых порядках.
Район или рубеж исходных позиций для атаки выбирался как можно ближе к расположению объекта, однако не в ущерб сохранению скрытности, во избежание преждевременного обнаружения отряда. При этом немцы считали, что «лучше находиться в 50 км от объекта и затем внезапно единым броском прорваться к противнику, чем подползанием вплотную к объекту выдать свое приближение».
Все огневые средства поддержки приводились в готовность к действию до выхода отряда в исходное положение, вслед за которым на флангах предстоящего действия отряда занимали рубежи группы прикрытия. Затем выдвигались вперед саперы для разминирования и устройства проходов в заграждениях, и уже за ними выдвигались штурмовые команды (группы).
Огонь из пехотных средств и тяжелого оружия открывался только с того момента, как противник обнаруживал действия отряда, или при необходимости.
При вклинении отряда в расположение противника немцы обращали внимание на прикрытие флангов отряда от возможных контратак и на обеспечение за собой места прорыва, для чего в данный период усиливалось обеспечение флангов группами прикрытия, а артиллерия и тяжелые минометы подавляли артиллерийско-минометные батареи и огневые точки противника, которые вели огонь по захваченному району.
Следует отметить, что немцы при организации разведки боем всегда обеспечивали ее сильным огнем артиллерии и минометов.
В период активных действий командир отряда находился там, где он считал необходимым в данный момент времени, но обычно это было на главном направлении. На время своего отсутствия командир отряда оставлял на КП у телефона инициативного унтер-офицера, через которого передавал распоряжения средствам огневой поддержки.
Захваченные пленные и все трофеи эвакуировались немцами с поля боя немедленно; своих раненых и убитых выносили санитары, а также пленные и солдаты тех отделений, которые по плану первыми уходили с поля боя.
Немецкий устав «Вождение войск» §102 различал следующие методы атаки:
а) внезапное нападение ударных команд и саперов без огневой подготовки;
б) нападение ударных команд при поддержке артиллерийского и минометного огня, но без предварительной огневой подготовки (атака с первым выстрелом);
в) нападение ударных команд при атаке более крупных подразделений после артиллерийской подготовки.
Выход из боя.
Выход из боя отряд совершал только по приказу своего командира. Отрыв обычно производился пехотой под прикрытием огневого окаймления с целью воспрепятствовать организации противником преследования. Команды прикрытия в этот период обеспечивали фланги до выхода всех отделений из боя, а отделения совершали выход из боя перекатами, поддерживая своим огнем друг друга. Если погода и обстановка благоприятствовали, немцы прикрывали отход дымовой завесой.
Одновременно с основной операцией разведки боем немцы практиковали проведение по соседству ложных операций с целью отвлечения внимания частей и огневых средств противника от главного направления их действий. Обычно подобные операции осуществлялись посредством ведения огня артиллерии и минометов по соседним участкам расположения противника, но только после вклинивания отряда в боевые порядки советских войск.
Показаниями пленного командира разведывательного отряда, проводившего 16.06.1943 года разведку боем, был установлен следующий порядок подготовки к проведению данной разведывательной операции: подбиралась группа добровольцев численностью до 30 человек из одной роты с задачей захватить пленных в двух дзотах боевого охранения противника и, если позволяла обстановка, уничтожить деревоземляные огневые точки.
Из тридцати человек были созданы две штурмовые группы: основная – в составе одиннадцати человек, и запасная – в составе десяти человек. Группа обеспечения состояла из девяти человек и имела на вооружении станковый пулемет и три ручных пулемета.
Задача на разведку была поставлена за двое суток до проведения операции. Для подготовки к разведке была выслана группа наблюдения, которой было установлено число огневых точек и их расположение, приблизительный состав гарнизонов и характер работ по укреплению оборонительных сооружений. Данные наблюдения были доложены командованию батальона и полка. На основе их изучения был издан приказ по полку на проведение разведки боем 16.06.1943 года.
Командиры обеих групп захвата вместе составляли план действий, предварительно командир роты лично давал обеим группам указания относительно обеспечения разведывательной группы огнем, для чего были выделены ручные пулеметы, 8 минометов 8cm s.Gr.W.34, 2 5cm leGrWr.36 и 2 пушки 2cm Flak 30. На занятиях присутствовал командир батальона, который продемонстрировал перспективный аэрофотоснимок соответствующего участка обороны и разъяснил его командиру роты, командирам разведывательных групп и минометным расчетам.
Минометный огонь в основном применялся для прикрытия разведывательных групп при их возвращении обратно, так как мины при разрыве давали большое количество осколков и обеспечивали высокую плотность огня, что позволяло прижимать (отсекать) небольшие группы преследующей их пехоты, использующей складки местности, по которым огонь из пулеметов был малоэффективен.
Ни командир батальона, ни командир роты не проводили занятий или бесед с остальным составом разведывательной группы, практических занятий на местности также не проводилось. Поддерживающей артиллерии была поставлена задача открыть в назначенное время сильный огонь. Время наступления разведывательной группы было назначено на 10:30, тогда артиллерия и минометы, согласно приказу, должны были открыть огонь в 10:28. Вызова огня не требовалось, сигналом для переноса огня являлись две белые ракеты (сигнал был установлен командиром батальона).
Задача по выносу раненых была возложена на группу обеспечения, так как непосредственно за маскировочным забором у переднего края обороны находились врач, санитарный унтер-офицер и четыре санитара-носильщика; средством дальнейшей транспортировки раненых в тыл служила крестьянская телега. В результате подготовки разведгруппа к моменту открытия артиллерийского и минометного огня сосредоточилась на исходной позиции, на расстоянии 100-120 метров от среднего края позиций противника.
12. Примеры проведения противником разведки боем.
Когда нельзя было занять исходное положение скрытно, противник обычно практиковал огневой налет артиллерии и минометов по району намеченного объекта действий, что давало возможность советским подразделениям, находившимся на передовой линии обороны, своевременно раскрыть намерения противника и принять меры противодействия.
1) 13 марта 1943 года в районе южных скатов высоты Сахарная Голова разведывательная группа противника в составе 20-25 человек в 05:00 произвела налет на отдельный блиндаж у переднего края обороны.
Действиям разведывательной группы предшествовал интенсивный огневой налет на блиндаж, предпринятый в расчете на то, что вследствие сильного воздействия артиллерийского и минометного огня наблюдение с советской стороны ослабнет и огневые точки будут подавлены. Однако противник, приблизившись к блиндажу, был встречен ожесточенным огнем и, понеся большие потери, отошел в исходное положение.
Днем, после часовой артиллерийской подготовки, противник усиленным батальоном (одна стрелковая, две пулеметные и одна саперная роты) повел разведку боем, имея задачу, вскрыть систему обороны на Урицком участке фронта и, ворвавшись в передовые траншеи, в течение некоторого времени удерживал захваченный рубеж.
Однако в результате контратак советских подразделений и сильного артиллерийского и минометного огня противник был разгромлен, и остатки его разведывательного отряда были отброшены в исходное положение.
2) В ночь на 9 сентября 1943 года на участке N-ской стрелковой дивизии противник силой до 60 человек вел разведку в направлении высоты 253,0. Подойдя к переднему краю советской обороны, противник окопался, а саперы под шум артиллерийского налета по переднему краю обороны удлиненными зарядами проделали проходы в минных полях и проволочных заграждениях.
С переносом артиллерийского огня в глубину обороны противник сделал бросок к переднему краю, но встреченный сильным ружейно-пулемётным огнем, с потерями был отброшен в исходное положение.
3) 14.06.1943 года в 08:00 противник произвел сильный огневой налет на советское боевое охранение двумя 7,5cm артиллерийскими батареями и батареями 15,5cm (так указано в тексте), 12cm и 8cm минометов. После этого, перенеся огонь в глубину обороны, он охватил боевое охранение, чтобы не дать возможности советским частям оказать ему помощь.
В это время разведка противника двумя группами по 10-12 человек каждая атаковала боевое охранение с двух направлений. Забрасывая траншеи гранатами и ведя автоматный огонь, немцы сумели выхватить тяжело раненого советского сержанта и отойти в свои позиции. Противник вел артиллерийский огонь в течение всего действия, одновременно обеспечивая и отход своей разведки.
4) 19.01.1943 года в 17:30 противник после артиллерийской подготовки в районе реки Славянка пытался вести разведку силой до взвода, однако сильный пулеметный огонь привел немцев в замешательство. Не осмелившись атаковать боевое охранение и неся потери, они стали поспешно отходить на свой передний край.
Захваченный в плен немец показал, что его взвод потерял до двадцати человек убитыми и ранеными, был убит капитан, руководивший разведкой. Взвод действовал порядком обычного наступления, личный состав был вооружен пистолетами-пулеметами, винтовками, четырьмя ручными пулеметами. В своем составе взвод имел саперов с толовыми шашками для подрыва оборонительных сооружений.
5) В ночь на 10 мая 1943 года в районе совхоза Долгое три группы немцев (одна группа в пятьдесят человек и две группы по двадцать человек) незаметно подошли к проволочному заграждению и, проделав проходы, сосредоточились за ним. В это время артиллерия и минометы противника внезапно открыли огонь по переднему краю нашей обороны и через некоторое время перенесли огонь в глубину.
С переносом огня группа в пятьдесят человек с криком «Ура!» атаковала советский окоп, в то время как другая группа в двадцать человек имитировала атаку на соседний окоп. Обе группы были встречены организованным огнем советской пехоты и, не добившись успеха, отошли назад под прикрытием дымовой завесы. В этой операции немцы потеряли убитыми и ранеными пятнадцать человек.
Захваченный на поле боя пленный принадлежал к 3-й роте 335-го саперного батальона 335-й пехотной дивизии. Эта пехотная дивизия действовала с 1940 по 1944 год во Франции и на Восточном фронте; уничтожена в боях в Румынии в августе 1944 года.
6) 7 мая 1943 года в 03:00 противник произвел сильный огневой налет по району Самохин Луг. Всего было выпущено до 900 артиллерийских снарядов и мин. В 03:30 противник группой пехоты численностью до 90-100 человек перешел в атаку. При этом пехота противника, кроме пистолетов-пулеметов, винтовок и гранат, была вооружена ранцевыми огнеметами (три-четыре из них были применены в советских траншеях). Однако действия вражеской разведки успеха не имели. Понеся потери от советского артиллерийского, минометного и пулеметного огня (до 20-30 человек убитыми), группа противника отошла.
7) Противник организовал разведку боем в районе совхоза Молочный. Объектом атаки было избрано наше боевое охранение. 6 апреля 1943 года, в 08:00 противник, с целью отвлечь внимание передовых подразделений, произвел тридцатиминутный огневой налет по участку, расположенному в стороне от объекта на расстоянии 500 метров.
После этого он перенес огонь, направив его по советским минным полям и фугасам перед боевым охранением (видимо, с целью проделывания в них проходов), и резко повысил его интенсивность.
В 08:45, окаймив артиллерийским и минометным огнем район боевого охранения и открыв огонь по КП роты и путям подхода к советским передовым траншеям, противник тремя группами, по 15-17 человек каждая (две на флангах и одна с фронта), перешел в атаку.
Несмотря на огневое сопротивление советских подразделений, средняя группа противника ворвалась в траншеи боевого охранения (фланговые группы были остановлены до подхода к траншеям), затем, при сильной поддержке своего артиллерийского огня и под воздействием огня советских подразделений, противник отошел в исходное положение.
Обеспечивая действие своего разведывательного отряда, противник выпустил до тысячи мин и снарядов. При необходимости захвата пленного на определенном участке немецкое командование не жалело для этого ни сил, ни средств.
8) Перед фронтом N-ской стрелковой дивизии советским наблюдением была замечена группа немецких офицеров, производивших рекогносцировку на переднем крае. В этот же день противником был произведен короткий артиллерийский налет по переднему краю советской обороны. В течение последующих двух дней противник не проявлял никакой активности.
Через двое суток, во второй половине ночи, противник вновь открыл сильный артиллерийский и минометный огонь по тому же району. Под прикрытием огня разведотряд немцев силой до пятьдесят-шестьдесят человек тремя группами начал ползком приближаться к расположенному впереди боевому охранению.
По сигналу ракеты огонь противника был перенесен на соседние огневые точки, когда две группы произвели бросок к траншеям, а третья группа в это время вела огонь. Мощным артиллерийским огнем и огнем пулеметов противник был отброшен в исходное положение, понеся при этом потери.
Через три дня противник возобновил разведывательную операцию на этом участке, на этот раз более сильным разведотрядом – в составе восемьдесят человек при поддержке до двух дивизионов артиллерии. Метод ведения разведки был прежним, но на этот раз операция удалась немцам, после чего они в течение продолжительного времени не вели разведку на этом участке.
9) В ночь на 15 февраля 1943 года противник открыл по району позиций советской обороны сильный огонь из 3 артиллерийских и 4 минометных батарей, выпустив 350 снарядов и мин. Под прикрытием этого огня три группы противника (численностью до двадцати человек в каждой) подошли к расположению одного из стрелковых взводов, при этом две группы демонстрацией перед фронтом отвлекали на себя внимание двух советских наблюдательных пунктов.
Третья группа противника, воспользовавшись этим, проникла в промежуток между огневыми точками и атаковала взвод с тыла. Перед началом атаки противник поставил НЗО (неподвижный заградительный огонь – сплошная огневая завеса, создаваемая на одном или одновременно на нескольких рубежах перед фронтом атакующего или контратакующего противника в ходе боевых действий) между позициями взвода и землянами, одновременно ведя огонь по склонам отдельной высоты.
Выполнив первую часть задачи и перегруппировавшись, противник перешел в атаку на землянки, при этом огонь артиллерии был перенесен в глубину. Забросав землянки гранатами, противник под прикрытием артиллерийского огня отошел в свои расположения, унося раненых и убитых.
Выводы.
1. Расчет действий противника был построен на подготовленном массированном огне артиллерии и минометов.
2. Точная пристрелка артиллерии и минометов противника давала возможность группам прижиматься вплотную к огневому валу и разграждать препятствия (убирать препятствия, зачищать территорию).
3. Плотное окаймление огнем объекта атаки исключало активное противодействие контратаками.
Приводимый ниже приказ 404-го гренадерского полка N 121/43 от 23.02.1943 года относительно действий «ударных отрядов» представляет значительный интерес в части, содержащей указания по проведению разведки боем.
404 грен. полк. кп полка 23.02.43 года / Опер. отдел. N 121/43. Секретно / Приказ по полку об операциях ударных отрядов при позиционной обороне.
Операции ударных отрядов при позиционной обороне проводятся для осуществления следующих задач:
а) вторжения в расположение противника с целью захвата пленных (чтобы получить сведения о противнике), трофеев, уничтожения по возможности большего количества живой силы противника, разрушения его оборонительных сооружений, особенно блиндажей и дзотов;
б) очищения своих окопов от ворвавшегося в них противника, будь то наступление противника крупными силами или осуществляемая им мелкая операция.
I. Операции ударных отрядов с целью вторжения в расположение противника.
1. Осуществление операции происходит после тщательной подготовки, по заранее разработанному плану и преимущественно в ночное время. Важнейшим условием для достижения успеха является соблюдение внезапности действий.
2. К подготовительным мероприятиям относится проведение тщательной разведки и рекогносцировки как визуальной, так и с использованием разведывательных отрядов, которые должны по возможности состоять из будущих участников ударных отрядов.
Задача разведки и рекогносцировки состоит в том, чтобы:
а) установить точное расположение неприятельских окопов, особенно ответвлений от них;
б) определить численность неприятельских гарнизонов, количество пулеметов и постов; выявить также те посты, которые могли бы помешать операции с фланга или с тыла; установить точное время смены постов;
в) выявить расположение неприятельских резервов;
г) установить род и силу неприятельских заграждений, равно как и способы их преодоления (проволочные заграждения надлежит разрезать, так как подрыв нарушает внезапность действий; прибегать к последнему способу рекомендуется только в случае необходимости, предварительно взвесив, не следует ли имитировать взрыв артиллерийскими выстрелами);
д) установить наиболее удобные способы для сближения с противником;
е) обследовать впереди лежащую местность для выявления минированных участков; своевременно, до начала операции, устранить мины; прикрывать саперов во время работы по расчистке от мин;
ж) установить удобные позиции для отрядов прикрытия;
з) в соответствии с пунктами 1-7 установить участок для вторжения и пути подхода к нему;
и) составить подробную схему по результатам данных разведки, произведенной в соответствии с пунктами 1-8, используя также, по мере возможности, аэрофотоснимки.
Такая разведка и рекогносцировка должны быть проведены на нескольких участках района обороны батальона.
После этого установить наиболее удобные участки для успешного проведения операции наименьшими силами, с минимальными потерями и незначительным расходом боеприпасов. Возможности для проведения операции ударным отрядом представляются повсюду.
Расход людей, боеприпасов и других средств для достижения успеха различен в зависимости от обстановки, местности и собственных намерений.
3. В плане проведения такой операции необходимо указать состав и вооружение ударного отряда, а также подробно изложить метод ее проведения; при этом должна быть приложена объяснительная схема. Важно также иметь в виду следующее:
а) надлежит по возможности чаще менять способы и методы проведения этих операций, например, в отношении времени: противник в утреннее время бывает особенно бдителен, поэтому рекомендуется выбирать время сразу же после наступления темноты, до или после полуночи; врываться на передний край противника следует без артиллерийской подготовки, заменяя ее коротким огневым налетом (1-2 выстрелами из каждого орудия и миномета);
б) после вторжения в неприятельское расположение часто требуется открытие тщательно организованного заградительного огня по ходам сообщения, выявленным дзотам, по флангам и тылу участка вторжения и по ближайшим неприятельским резервам;
в) необходимо пространственно ограничить атакуемую отрядом цель и указать срок возвращения отряда;
г) следует установить световые сигналы для корректировки огня артиллерии и тяжелого оружия; установить сигналы «операция закончена» или «операция не удалась», чтобы бесполезно не расходовать боеприпасы.
4. Подготовка к операции. Следует стремиться к проведению практических занятий в окопах, по возможности сходных по расположению с неприятельскими. Ознакомить каждого участника ударного отряда практически и на схеме, по аэрофотоснимкам и посредством объяснений на местности с расположением неприятельских окопов и планом проведения операции. Каждый участник операции должен твердо знать свою задачу, а также уметь произносить по-русски: «руки вверх!», «стой!», «выходи!».
5. Операция ударных отрядов складывается из следующих элементов:
a) вторжения ударного отряда (или нескольких отрядов) в неприятельское расположение и овладения окопами; при разбивке ударного отряда по направлениям образуются два (или более) ударных отделения, из которых одно остается под командованием командира ударного отряда;
б) действий нескольких групп прикрытия (обеспеченных пулеметами), которые с наших позиций прикрывают продвижение ударного отряда, поддерживают его огнем при проведении операции, а также прикрывают его отход после выполнения операции; часто возникает необходимость брать с собой небольшие группы прикрытия (2 человека, без пулеметов) для того, например, чтобы воспрепятствовать движению противника по ходам сообщения;
в) мероприятий, отвлекающих внимание противника (открытие огня на других участках из винтовок, пулеметов и артиллерии и бросание ручных гранат, особенно в момент вторжения в неприятельское расположение).
6. Сила, организация, состав и вооружение ударного отряда весьма разнообразны и находятся в зависимости от масштаба операции, обстановки, положения противника и собственных намерений, то есть поставленной задачи. Большинство ударных отрядов до сих пор было излишне велико.
Только отборные солдаты могут совершить бросок в окопы противника и вести там бой. Во главе отряда должны стоять командир, стрелки с ручными гранатами и подносчики гранат. Обязательно назначить и проинструктировать, по крайней мере, одного заместителя командира ударного отряда.
7. Примерный боевой порядок, распределение обязанностей и вооружение ударного отряда для овладения окопом противника.
8. Количество саперов в ударном отряде зависит от количества блиндажей, которые предполагается взорвать. Каждый сапер может взять с собой две связки гранат, которых как раз достаточно для подрыва блиндажа при мерзлой почве.
9. Исключительно хороших результатов добивались малые ударные отряды, действовавшие внезапно и решительно против недостаточно сильного противника. Примерный состав малой группы: 1 командир, 3-4 солдата (из них один – заместитель командира отряда), два сапера. Боевой порядок и вооружение такие же, как в п. 7. Решительными действиями малого отряда необходимо стремиться захватить окоп противника даже при условии, если противник оказывает сильное сопротивление.
10. Снаряжение должно быть подогнано так, чтобы, сохраняя ударную мощь отряда, оно не стесняло движения людей.
а) Теплое зимнее снаряжение отрицательно влияет на подвижность людей. Хорошо зарекомендовал себя белый маскировочный холщовый халат. Сапоги следует надевать кожаные (не валенки).
б) Каску замаскировать белой материей без подшлемника или капюшона.
в) Поясной ремень (без патронной сумки), на нем справа – сухарный мешок с 12 круглыми гранатами. Подносчики гранат берут с собой гранаты с рукояткой. Патроны брать в карманы.
г) Пистолет на поясе или на шнуре, заткнутый за пояс. При отказе Maschinenpistole (пистолета-пулемета) часто необходимо пользоваться пистолетом, поэтому брать с собой запас в 4-6 магазинов на каждый пистолет.
д) Maschinenpistole перед операцией прочистить, спустить пружину, магазин заполнить только 20-25 патронами. Сначала произвести несколько пробных выстрелов. Автомат будет работать безотказно, если в каждом магазине будет по две пружины. Несмотря на вторую пружину, пистолет-пулемет следует снарядить (только) 25 патронами.
е) Ракеты ослепляют противника и вносят смятение в его ряды. Кроме того, освещение местности может быть нам полезно. Для ракетниц брать с собой шомполы для выталкивания пустых гильз.
ж) Круглые гранаты и гранаты с рукояткой являются основным оружием в окопном бою. В окопе моральное и разрывное действие гранаты с рукояткой особенно велико. В случае нужды они могут быть использованы как средство для нанесения удара в рукопашной схватке. Гранаты брать с собой на поясной ремень и в гранатных сумках. Каждый подносчик берет один мешок (всего два мешка с гранатами с рукояткой в каждом мешке). Предохранительные колпаки перед выступлением ударного отряда необходимо ослаблять. Круглые гранаты носить в сухарном мешке (согласно п. 10).
Если ожидается упорное сопротивление противника, то разделить стрелков с ручными гранатами на метателей с близкого и дальнего расстояния. В таких случаях расход гранат очень велик, поэтому необходимо брать их с собой побольше в мешках.
з) Ручные гранаты сильно разрушают блиндажи; дымо-ослепляющие мины (для выкуривания из блиндажей) не оправдали себя, так как ослепляют одновременно и противника, и своих, и, кроме того, действуют слишком медленно;
и) связки гранат и противотанковые мины; чтобы взорвать зимой один блиндаж, необходимы 2 связки гранат или 2 противотанковые мины; для дзот достаточно одной;
к) очень полезной может оказаться острая лопата;
л) взять с собой перевязочные средства, для выноса раненых – одну плащ-палатку;
м) письма, дневники, солдатские книжки, личные знаки и т.д. – с собой не брать.
11. Выполнение задачи: бесшумно приблизиться к проволочным заграждениям противника, используя для этого все средства маскировки; проволоку перерезать по возможности в двух местах; в каждом месте действуют два солдата.
Выбрать (следует) такие места, которые сравнительно меньше охраняются постами противника, и стремительным броском ворваться в окопы. Внезапность будет еще больше, если ворваться в окоп, не применяя ручных гранат. Посты противника уничтожать ударом с тыла, действуя (только) холодным оружием без выстрела. Ударный отряд атакует окоп и пробивается в нём к указанной заранее цели.
Постепенно он овладевает окопом. После забрасывания ручными гранатами блиндажного укрытия или выявленного противника (необходимо) выдвинуться скачкообразно от одного окопного изгиба к другому, продолжая бросать впереди себя ручные гранаты. В окопах на прямых участках пользоваться огнестрельным оружием.
Оказывающих сопротивление солдат стараться оглушить, захватить в плен или уничтожить. Наряду с уничтожением гарнизонов противника, расположенных в окопах, уничтожается также с помощью ручных гранат и другого оружия противник, находящийся в блиндажах и дзотах.
Двух солдат целесообразно оставить у края окопа, справа и слева от командира отряда, с тем чтобы они, продвигаясь вдоль окопа вместе с ударным отрядом, оказывали поддержку сверху, уничтожая появляющегося в окопе противника ручными гранатами, огнем из автоматов или штыком. При сильном огне противника они временно скрываются в окопе, усиливая там состав ударного отряда.
Саперы при помощи противотанковых мин и гранат взрывают блиндажи и дзоты; амбразуры забрасываются ручными гранатами. Если предстоит отход по тому же пути, по которому отряд продвигался вперед, то все эти взрывы следует производить при отходе. Ударный отряд не должен выходить за границы поставленной ему задачи, в противном случае он может провалить всю операцию и, кроме того, сам попасть в ловушку.
Это, однако, не значит, что командир отряда не должен проявлять инициативы в использовании благоприятных обстоятельств, если таковые в ходе выполнения операции представляются ему.
Никогда не оставлять своего товарища на поле боя. Раненых или убитых уносить с собой. Успех операций расценивается в зависимости от количества захваченных пленных, трофеев и документов, окопов, очищенных от противника, взорванных блиндажей и дзотов, а также от величины нанесённых противнику потерь.
II. Очищение собственного окопа от ворвавшегося в него противника.
1. Овладение окопом происходит в соответствии с указанием, изложенным в п. 1, немедленно после захвата его противником.
2. Для контратак ударный отряд организуется из соседних отделений. Смелый солдат в состоянии один, при помощи гранат, очистить целый окоп от противника, если только у него достаточно этих гранат. При отсутствии командира командование берет на себя наиболее энергичный из солдат.
3. При планомерно организованном контрнаступлении для овладения окопом никаких значительных изменений в указания п. 1 не вносить. Днем ударный отряд, после проникновения в неприятельский окоп, наступает рассредоточенно в глубину.
4. В тылу ударного отряда должны быть заранее подготовлены люди для занятия и удержания захваченного у противника окопа. Эти люди следуют за ударным отрядом рассредоточенно. Количество людей зависит от ширины участка прорыва.
5. В случае, если продвижению мешают неприятельские танки, то их необходимо раньше уничтожить (действиями истребителей танков, противотанковыми орудиями и т.п.). Если это не удаётся, то следует отложить захват окопа до наступления темноты.
То же самое относится и к обычной контратаке на ровной местности. В этом случае должны быть сначала уничтожены неприятельские танки, находящиеся на участке прорыва (при помощи самоходных пушек, штурмовых орудий и артиллерии).
13. Организация разведки при отходе.
Во время наступления советских войск немцы вели усиленную разведку широкой сетью наблюдательных пунктов, мелкими группами (в основном ночью, без артиллерийской поддержки) и боем (при поддержке сильного артиллерийского и минометного огня). Состав немецкой разведывательной группы в последнем случае часто составлял до роты пехоты. Вооружение: винтовки, автоматы и легкие пулеметы.
Метод действий: в момент артиллерийского и минометного обстрела переднего края наших частей разведывательная группа сосредотачивалась для броска в атаку на намеченный объект. В момент переноса огня в глубину боевых порядков советских частей разведывательная группа атаковала отдельные огневые точки. Во всех случаях отход разведывательной группы прикрывался сильным артиллерийским и минометным огнем.
Войсковая разведка противника в условиях открытых флангов проводится сильными подвижными группами с одновременным ударом во фланг и тыл советских подразделений и частей с целью захвата пленных. Фланговую охранительную разведку противник ведет отдельными танками и бронемашинами, ставя им задачи войти в соприкосновение с нашими наступающими войсками. В боевых порядках батальонов противник имеет группы по 8-15 человек, которые в процессе контратак стремятся захватить пленных.
При отходе танковые части противника ведут разведку советских войск наблюдением с подвижных НП и сильными разведывательными отрядами в составе 6-10 танков и до роты пехоты. Такой разведывательный отряд демонстрацией наступления на широком фронте стремится вызвать огонь наших огневых средств.
Для захвата пленных противник применяет подвижные разведывательные группы в составе 2-3 легких танков или 3-4 бронемашин, которые, наметив отдельную группу советских войск или неосторожно действующую разведывательную группу, быстро окружают ее и обстреливают; затем 1-2 танка подходят к окопам, и экипажи танков под прикрытием огня стремятся захватить в плен советских бойцов.
После отхода противник ведет разведку более сильными отрядами – от 12 до 20 танков (легких и средних), от 8 до 12 бронемашин, до двадцати мотоциклистов и от 20 до 50 автомашин с мотопехотой, усиленных одной 75 мм батареей или 2 батареями самоходных орудий. Такой разведывательный отряд выходит на фланги советских частей и в тыл.
Используя свою высокую маневренность и подвижность, немецкие разведывательные группы неожиданно нападают на советские мелкие подразделения или транспорты, идущие по дороге, с целью захвата пленных и уточнения дислокации советских частей. После этого они быстро отходят к линии своих войск или в сторону, чтобы повторить вылазку в другом месте.
Таким разведывательным группам, как правило, придаются самолеты.
На основе приказа по 404-му пехотному полку 256-й пехотной дивизии (256. Infanteriedivision), захваченного вместе с другими документами штаба полка, а также из показаний пленных, можно представить следующую схему организации разведки и охранения отходящих частей противника: в хвосте отходящих частей немцы оставляют офицерские дозоры в составе офицера или фельдфебеля и до отделения солдат с задачами обеспечить отход своих арьергардов, наблюдением установить боевой состав наших преследующих войск и ввести их в заблуждение относительно истинного направления промежуточной полевой позиции.
Саперы производят минирование подступов, дорог, селений и по окончании минирования отходят через промежуточные полевые позиции к новому объекту работы.
На промежуточной полевой позиции немцы оставляют тыловые заставы с радиостанциями, с задачей сдерживать наступление наших частей и обеспечивать отход арьергардных отрядов на промежуточные рубежи обороны. Немецкие арьергардные подразделения обеспечиваются достаточным количеством боеприпасов и обычно поддерживаются 3-5 танками и артиллерией силой до дивизиона.
14. Хитрость противника.
Немцы предпринимают всевозможные меры для противодействия советским разведывательным группам. Так, 7 апреля 1943 года на одном из участков фронта противник применил следующий метод военной хитрости. В направлении одного населенного пункта, расположенного в 1,5 км от линии фронта, действовала советская разведка. Не доходя до этого населенного пункта на 150-200 м, дозор заметил несколько солдат противника, которые лежали на земле и стонали.
Неподалеку от этих «раненых» солдат была замечена организованная противником засада, которая готовилась совершить нападение в тот момент, когда советская разведка подойдет к «раненым» для их осмотра.
Советские бойцы, разгадав хитрость противника, залегли в укрытии и огнем из автоматов уничтожили симулянтов. Остальные немецкие солдаты из состава засады в панике бежали в район своего расположения. Иногда немцы, в целях разведки минных полей, выгоняют в советскую сторону в интересующих их направлениях лошадей.
Разведывательные группы противника, действующие ночью, при просачивании в глубину советской обороны, часто используют собак, которые помогают им обнаруживать наши засады и секреты. Для охраны своего переднего края противник также практикует выставление сторожевых собак. Помимо этого, немцы применяют минирование брустверов окопов и ходов сообщения (которыми сами не пользуются); на деревьях (на уровне груди человека) они подвешивают мины, минируют трупы, оружие и снаряжение.
Разведывательные группы немцев иногда имеют в своем составе лиц, знающих русский язык, которые при разведке ночью идут вперед и ведут разговор на русском языке. Советские бойцы иногда принимают такие группы за своих возвращающихся разведчиков. Например, 16 июля 1943 года в 03:00 разведывательная группа противника в количестве до двадцати человек переправилась через реку Миус и подошла к одной из советских огневых точек. Часовой спросил: «Пропуск!» Из состава группы на русском языке ответили: «Свой! Подойду и скажу пропуск».
Немец, отделившись от группы, подошел к часовому вплотную и несколькими ударами по голове оглушил его. Случайно оказавшийся вблизи командир взвода выстрелами из пистолета-пулемета убил немца; группа немцев сразу открыла сильный огонь и, забрав своего убитого товарища, отошла.
При преодолении советских противотанковых валов противник применяет штурмовые деревянные лестницы высотой до двух метров (имеется до 3 штук в разведывательной группе). В целях введения советских подразделений в заблуждение и отвлечения их внимания немцы часто применяют перед разведкой демонстративные действия на второстепенных участках. Следует сказать, что противник широко применяет и другие разнообразные хитрости, сообразуя их с обстановкой.
15. Противодействие противника советской разведке.
При разведке боем во время советского артиллерийского налета по переднему краю и при вклинении подразделений в оборону противника, последний оттягивает живую силу, находящуюся на переднем крае, на фланги атакованного или занятого нами участка. Затем противник открывает артиллерийский и минометный огонь по заранее подготовленным позициям с целью воспрепятствовать подходу советских резервов из глубины и уничтожить передовые подразделения, вклинившиеся в его передний край.
Ранее отведенными подразделениями и подтянутыми из глубины резервами немцы производят контратаки на флангах. При обнаружении противником советской разведки, он оставляет свои огневые точки и отходит по траншеям в глубину обороны. Когда советская разведка подходит к огневым точкам, не обнаруживая противника, он внезапно открывает сильный фланговый огонь из пистолетов-пулеметов и пулеметов.
При обнаружении движения советской разведки противник выставляет на ее пути засады, преимущественно из автоматчиков численностью до 10-15 человек, и фланкирующие ручные пулеметы, а также прекращает освещение местности ракетами. Допустив советскую разведку за проволочное заграждение, на близкое расстояние к окопам, он внезапно открывает автоматический огонь, одновременно живой силой стремясь отрезать советской разведке пути отхода.
Противник также широко применяет всякого рода препятствия и заграждения, которые минирует, устанавливает в них иногда микрофоны и различные ловушки.
Характерная оценка противником деятельности советской войсковой разведки, данная в приказе 82-й немецкой пехотной дивизии:
«За последний месяц четверо наших людей попали в плен, а мы не взяли ни одного русского. Чем это объясняется? Русский высматривает, как рысь, подкрадывается, как куница, чует, как волк, и подслушивает, как лисица. Он не наступает, как мы, – смело идя напролом с громом и молнией, а незаметно подкрадывается и ползет сотни метров по земле, часами выжидая.
Если наши часовые равнодушно и неподвижно стоят на одном и том же месте часами, если наши патрули в окопах бродят по окопам по одной и той же тропинке, как заведенные машины часами, если наши дозоры постоянно ходят по протоптанным дорожкам, то ничего нет удивительного в том, что наши люди время от времени попадают в плен. А плен означает смерть.
Есть ли средство против этого? Да! Мы должны побороть этого чуткого и осторожного врага хладнокровием, умом, хитростью, выдержкой и исключительной точностью. Итак:
1. Часовым постоянно менять места, смотреть во все стороны (особенно назад) и слушать!
2. Больше сигнальных приборов для подачи тревоги, больше рогаток; постоянно менять звонки, даже если это составляет трудность!
3. Оружие всегда иметь наготове, будь то на посту, по дороге в блиндаж, в уборную или при смене. Ни один человек не должен быть ночью без готовой к броску ручной гранаты!
4. В окопах ли, в предполье или в тылу, ночью – все должно быть напряжено до предела. На каждом шагу можно наткнуться на противника. Тот, кто как заведенная машина бродит взад и вперед, того схватят. Тот же, кто бодрствует и прислушивается, уничтожит врага!
Поэтому прежде всего необходимы:
– постоянная охота, патрулирование, высматривание и подслушивание в предполье – все это крадучись и ползком / Генерал-лейтенант Альфред Бенч (Alfred Bench) командовал 82-й пехотной дивизией с 6 июля 1942 года по 31 января 1943 года.
Заключение.
19 апреля 1943 года – Наркомат обороны СССР издал приказ N 0072 «О состоянии органов войсковой разведки и о мероприятиях по улучшению ее боевой деятельности», благодаря которому войсковая разведка Красной Армии смогла переродиться и начать работать лучше, чем прежде. Разведчики стали снабжаться продовольствием по норме № 9, предназначенной для всех военных училищ Сухопутных и Военно-воздушных сил, а также для рядового и младшего начальствующего состава авиадесантных войск Красной Армии.
Приказ фактически показал, что в Красной Армии должны быть разведчики, а не солдаты с неясным статусом, выполняющие разведывательные задания. Он не только прямо запрещал командованию использовать бойцов разведподразделений не по назначению, но и прописал, чем они должны заниматься на фронте.
В деятельности разведывательных органов широко практикуются различные формы и методы разведки, проявляя изобретательность и военную хитрость во всех областях разведки, в том числе в использовании лазутчиков, организации засад и диверсионных налетов на линии и узлы связи, отдельных офицеров и штабы противника с целью их разгрома, захвата пленных и оперативных документов.
Говоря о войсковой разведке Красной Армии, необходимо отметить, что в начале войны разведчики не имели особого статуса в войсках. Их положение усугублялось тем, что командиры частей и соединений далеко не всегда понимали важность разведки, используя бойцов разведывательных подразделений не по назначению.
То же самое можно сказать и об офицерах-разведчиках, которые вместо выполнения своих прямых обязанностей – организации и ведения разведки – работали в штабах оперативниками, являлись поручителями, посыльными и т.п. Неумение штабов планировать разведывательную работу, быстрое выбывание из строя разведчиков, часто использовавшихся в качестве пехоты, вело к коллапсу войсковой разведки, из-за чего в первые месяцы войны Красная Армия была вынуждена сражаться практически вслепую, что приводило к поражениям и большим потерям.
В первой половине 1943 года Ставка Верховного Главнокомандования и Генеральный штаб Красной Армии предприняли решительные меры, позволившие улучшить состояние войсковой разведки и повысить эффективность ее работы. В этот период войска получили несколько важных директивных документов, оказавших существенное влияние на разведку Красной Армии в оставшийся период войны. Среди них был приказ N 0072 от 19.04.1943 года – «О состоянии органов войсковой разведки и о мероприятиях по улучшению ее боевой деятельности».
Приказом в обязанности всех командиров уровня полк-корпус и командующих армиями и фронтами вменялось обращать внимание на деятельность войсковой разведки. Начальникам штабов предписывалось ставить задачи офицерам-разведчикам и контролировать их выполнение.
Все начальники разведотделов армий и фронтов, а также начальники разведывательных служб полков и дивизий получили официальный статус – заместителя начальника штаба по разведке, и теперь они и их подчиненные должны были заниматься исключительно ею. Кроме того, поступил запрет командирам частей и соединений использовать разведроты в бою как обычные стрелковые, а также назначать их для охраны штабов.
Все фронты и армии получили указания укомплектовать к 10.05.1943 года свои разведорганы и подразделения по штату и впредь не допускать их недокомплектации. Одновременно с этим, приказ N 0072 обязывал отбирать в пехотных училищах наиболее способных курсантов для службы в разведке, с обязательным прохождением курса спецподготовки перед их отправкой в войска.
Реформа войсковой разведки заключалась, в первую очередь, в ограничении глубины ее действия в тылу противника, что позволило сформировать отдельные подразделения, выполняющие задачи особой важности (как правило, офицерские). Разведчиков учили разгадывать намерения противника, что стало возможным при внимательном и непрерывном наблюдении за его действиями, а также за пристрелкой артиллерии, передвижениями его частей, действиями его разведывательных органов, авиации и т.д.
Приказ Наркома по разведке стал своего рода охранной грамотой для офицеров-разведчиков, так как теперь начальству труднее стало использовать последних в качестве порученцев и т.п., а также назначать личный состав разведподразделений в караул для охраны штабов, посылать на хозработы, копку траншей или использовать их в бою как линейные подразделения.
Впрочем, даже появление после 1943 года – в войсках отдельной разведывательной службы – не снимало ответственности с командиров разных уровней за исполнение пункта устава о постоянном ведении разведки всегда и везде. И потребовалось еще немало времени, чтобы на фронте укоренилось именно такое отношение к разведывательным службам и подразделениям, как того требовали Ставка Верховного Главнокомандования и Генштаб Красной Армии. [РККА и разведка: зачем ратовали за создание в войсках отдельной разведывательной спецслужбы / Владимир Нагирняк (Yandex Zen). 20.11.2023 г.] | [Как Сталин сделал разведку элитой советской армии / Владимир Нагирняк. 19.04.2021 г. РИА «Новости».].
Эта тенденция сохранилась и после завершения Второй мировой войны, когда мотострелковые и танковые подразделения выполняли специфические задачи по обнаружению сил и средств противника. Другими словами, каждый командир от взвода, роты и выше был обязан самостоятельно организовать разведку в своих интересах, самостоятельно ею руководить и самостоятельно отвечать за результаты ее работы.
Кроме того, вторые роты мотострелковых и танковых батальонов имели дополнительную внештатную разведывательную подготовку. [Советская военная разведка. Как работала самая могущественная и самая закрытая разведывательная организация XX века. – Виктор Суворов. (6) 88 с. – ЛитМир – Электронная Библиотека.].
…
||||||| |||||||
ABCDEFGHIJKLMNOPQRSTUVWXYZ ••••• … «» / °C (©)_ (Yandex Zen) _||||| ±_ ¦ (>) Eq& –
…
…
Войсковая разведка Вермахта
© Copyright: Александр Паймуратов, 2024
Свидетельство о публикации №224092701312
Свидетельство о публикации №224092701312
Рецензии