Мнимая гниль

«****ь... Ощущение такое, будто я у трупака отсасывала», - подумала Салли, кривясь от мерзкого привкуса во рту.
Она лежала на огромной кровати в люксе отеля «Маргинал» и смотрела в потолок. Машинально протянула руку, цапнула с тумбочки смартфон и глянула на экран. Полпятого вечера. Две трети дня просто вылетели в трубу. Салли тяжело выдохнула, перекатилась на край постели и пошла в душ - смывать этот липкий дорожный кошмар.
Минувшая ночь официально прикончила её отпуск. Еще сутки назад она торчала в самолете, где из-за забитого под завязку салона и рева движков не получилось поспать ни минуты. Но это были цветочки. Настоящий «сюрприз» ждал её на выходе из аэропорта.
За порогом терминала Салли уперлась взглядом в своего бывшего. Полгода тишины, и на тебе - стоит, светится как начищенный пятак и держит в руках веник из бордовых хризантем. Оказалось, любимые сестрички расстарались, решили поиграть в семейных психологов. Слили ему всё подчистую: и город Вайттаун, откуда она возвращалась, и номер рейса, и точное время.
При виде его сияющей физиономии Салли почувствовала не злость, а какое-то дешевое, нахрен ей не нужное дежавю. По коже пробежал мерзкий холодок, но она лишь крепче перехватила ручку чемодана. Ну уж нет, второй раз на эти грабли она точно не наступит.

«Какая же дичь… Полгода прошло, а меня до сих пор от него воротит», - думала Салли, глядя на Эрика Майронса.
В его присутствии по носу всегда бил мнимый запах гнили. Словно рядом стоял не живой мужик, а труп, который больше двух суток провалялся в душной комнате - с опарышами и потекшими конечностями. Эрик был младше Салли на два года. Среднего роста, за последние месяцы он как-то сдал, постарел и ощутимо раздобрел. Три года они делили одну постель, а сейчас он стоял в зоне прилета, дебильно улыбался и махал ей обеими руками, вызывая у Салли лишь глухое раздражение.
Она нехотя подошла. Запах тухлятины в её голове стал только резче. Эрик тут же выхватил у неё чемодан и всучил веник хризантем. Салли даже руки не подняла - букет так и остался висеть в воздухе. Но его это не смутило. Он бесцеремонно схватил её за руку и притянул к себе для объятий. Салли жестко оттолкнула его и молча пошагала к выходу.
- Малыш! Давай я тебя домой отвезу! - неуверенно крикнул он вдогонку, таща за ней золотистый чемодан.
Салли даже не удивилась его появлению. Этот назойливый придурок начал строчить ей в мессенджеры еще три дня назад. Она врубила полный игнор. У неё был железобетонный принцип: если рассталась насовсем то никаких черных списков и выяснений отношений. Зачем давать им шанс оправдаться? Просто полный, ледяной вакуум. К Эрику у неё и раньше-то чувств не было - так, чистые отношения на три года, сексуальный интерес и ничего лишнего. Но когда полгода назад ей позвонила какая-то безмозглая Элеонора, официантка из его захудалого кафе на окраине, и радостно сообщила, что уже месяца два регулярно отсасывает хозяину в служебном туалете, Салли просто охренела. Напряг даже не сам факт измены, а то, что об этом ей сообщает посторонняя шлюха, а не сам Эрик. Салли всегда играла честно и была чиста и в плане здоровья, и в плане уважения к своему выбору. В тот же день она отправила ему короткое «Всё кончено» и оборвала контакты. Именно тогда в её сознании и засел этот запах гнили, намертво ассоциирующийся с бывшим.
Она молча села в его машину. Только когда Эрик вырулил с парковки, Салли коротко бросила:
- На работу меня вези.
Зачем ей туда она и сама толком не знала. Просто пускать этого ублюдка к себе домой не хотелось физически. Эрик подчинился. Было около семи вечера. В дороге он попытался разбавить тишину и спросил, как прошел отпуск. Салли повернула к нему голову и жестко отчеканила:
- Слушай, Эрик. Я понятия не имею, какого хрена ты приперся. Я ясно дала понять: между нами всё. Ты же знаешь мой характер. Если я ампутирую то, что мне нахрен не нужно, это навсегда. К рассеченной гнили я не возвращаюсь. Да, секс был классный, отрицать не стану. Но ты прекрасно знал мое отношение к полигамии. Когда мне шесть месяцев назад позвонила твоя безмозглая официантка и в красках расписала, как берет у тебя за щеку в туалете твоего же гадюшника, я была в легком недоумении. Меня взбесило, что я узнаю об этом от шлюхи, а не от тебя. Мы взрослые люди, Эрик. Размазывать сопли и скулить, как мне было больно, я не собираюсь. Мне не было больно. Мне просто жаль, что я считала тебя нормальным и верным своему выбору. Вот и всё. Чувств нет и не будет. Меня скорее растрогает покойник на моем столе, который безнадежно умирал в муках от рака, чем твое унылое раскаяние. Так что просто исчезни из моей жизни.
Эрик, отлично знавший её крутой нрав, сидел бледный. Он и думать не думал, что его тупая девка сама всё слила Салли. Спорить было бесполезно и назад пути не было. Он молча довез её до здания, высадил и уехал в полнейшем ауте.
«Ну и отлично. Одной паршивой гангреной меньше», - подумала Салли, волоча золотистый чемодан через темную парковку.
Усталость и раздражение она привычно решила заглушить ночной работой. Она была уверена: сейчас спустится в морг, сядет в свое кресло  и всё встанет на свои места.
Но внизу её ждал сюрприз. Когда двери грузового лифта с грохотом разъехались, Салли увидела Кейси. Тот сидел за столом и при виде неё округлил глаза от явного недоумения. Из-за дикой замотанности после перелета Салли даже не заметила его тачку на улице.
- Ого, Салли! - присвистнул Кейси. - Я и не знал, что у нас рядом с моргом начали приземляться самолеты.
- Нет, Кейси, я прилетела на метле, - устало огрызнулась она. - Можешь не обращать внимания, я твоя галлюцинация.
- Дорогая моя, прости, конечно… Но живой ты выглядишь куда лучше, чем мертвой.
- Ох, Кейси, такие вещи женщинам в лицо не говорят. Мог бы и промолчать, - грузно выдохнула она, падая в свое рабочее кресло.
Её доконало всё: перелет, мерзкий монолог с Эриком, а теперь еще и этот занудный коллега.
- И все-таки, Салли, что ты тут забыла? - не унимался Кейси. Он встал, подошел к ней сзади и бесцеремонно положил ладони ей на плечи, начиная массировать зажатые мышцы. - Твой отпуск только завтра кончается, я утром в кадрах проверял. Шла бы домой после самолета.
Салли закрыла глаза. От сильных пальцев Кейси по телу разлилось неожиданно приятное тепло, но марку надо было держать.
- Кончай допросы, ты трупорез, а не следак, - буркнула она. - Сам-то какого *** тут сидишь ночью? Твоя смена три часа назад закончилась. Или у тебя тут интимное свидание с какой-нибудь свежей леди из холодильника, а я вам мешаю?
Кейси фыркнул, но ладони убрал и сел на свое кресло прямо напротив неё.
- Дорогой коллега, я смертельно устала, - Салли откинула голову. - Сегодня ко мне приперся мой прогнивший, ампутированный орган, который я выбросила на помойку полгода назад, и попытался пришиться обратно. От этой вони у меня до сих пор мозг кипит. Так что сделай одолжение и оставь меня в покое и вали домой. Тебя там наверняка ждет какая-нибудь жгучая брюнетка.
- Ну уж нет, детка, - Кейси вдруг резко подался вперед и притянул её кресло к себе за подлокотники.
Салли встрепенулась и распахнула глаза, вопросительно уставившись на него.
- Кто меня ждет - тебя не касается, дорогая моя, - тихо сказал он, глядя ей прямо в глаза. - Но сегодня я тебя одну здесь точно не оставлю.
- И что теперь? Будем куковать вдвоем среди трупов? - Салли криво усмехнулась.
- Нахрен нам сдалось ночевать в холодном морге? У меня вариант получше. Давай снимем нормальный номер в отеле и выспимся как люди. А перед этим бахнем чего-нибудь крепкого. И не вздумай отказывать - даю слово, приставать не буду.
Салли пару секунд молча смотрела на него, взвешивая за и против. А потом махнула рукой.
- Знаешь что, Кейси? А давай. Давай напьемся. Только перед выпивкой я бы сожрала что-нибудь нормальное, а то от этой самолетной хавки у меня уже живот пучит.
Уже через сорок минут они вовсю хозяйничали в итальянской пиццерии. Плевать на приличия- горячую «Маргариту» хватали прямо руками, бесцеремонно заедая всё это дело горой картошки под расплавленным сыром и заливая ледяной колой. Когда в желудках наконец потеплело, настроение взлетело до небес.
В отель «Маргинал» они мчались с открытыми окнами и орущей на всю катушку музыкой. Отель удачно расположился в самом центре, на улице Тиндрейт - главном тусовочном пятаке местной молодежи. Парни на ресепшене без лишних вопросов оформили им люкс с огромной кроватью кинг-сайз на пятом этаже. Прихватив в отельном баре по банке холодного пива, сытые и весёлые коллеги поднялись наверх.
Номер оказался что надо: телик на полстены, просторная ванная и шикарное панорамное окно с видом на ночные огни центра. Салли подошла к стеклу и замерла. Внутри наконец-то отпустило. Тот конченый, удушливый запах гнили, который преследовал её после встречи с Эриком, полностью исчез. Его выветрило ещё по дороге. Салли устало улыбнулась и обернулась на Кейси, который уже вовсю заказывал по телефону добавку пива и закусок прямо в номер.
После нескольких банок ледяного «Хардбризерса» разговор пошел как по маслу. Салли впервые видела Кейси таким. Без медицинского халата, дурацких подколов и запаха формалина. Он постоянно смеялся, как бы невзначай касался её руки и разговаривал так тепло, что у неё внутри всё таяло. С ним было чертовски легко. Он травил классные истории из жизни и то и дело заботливо спрашивал, как она себя чувствует.
Салли поймала себя на мысли, что ей просто хорошо. Морально, физически - тотальный расслабон. Глоток за глотком всё её привычное раздражение в его адрес испарялось. Ей хотелось, чтобы эта ночь длилась подольше.
Они проболтали за столом почти пять часов. И только в третьем часу ночи перелет и алкоголь окончательно сморили Салли и  она начала откровенно зевать. Кейси тут же всё понял. Он бережно подхватил её под руку и довел до кровати. Вместе они стянули с неё тяжелую толстовку, оставив Салли в одной легкой майке. Стоило её голове коснуться подушки, как она мгновенно провалилась в глубокий, спокойный сон.

«А всё-таки он красавчик. Сдержал слово, даже пальцем не тронул», - думала Салли, стоя под прохладными струями душа.
Вода отлично смывала хмель и освежала забитую мыслями голову. Так, план на вечер простой: заскочить домой, переодеться во всё чистое и топать на работу. Салли вышла из ванной, завернувшись в полотенце, взяла телефон и прямо в номер заказала двойной кофе и пару свежих круассанов. Жизнь определенно налаживалась.


А в это время на другом конце города, в холодном подвале морга, Кейси как раз заканчивал трепанацию черепа двадцатилетней девчушки. Вжикала пила, пахло костной пылью, а он вовсю смаковал в голове детали вчерашнего вечера. За очень, очень долгое время ему было по-настоящему в кайф просто сидеть рядом с женщиной. Обычно от своих пассий он сваливал при первой же возможности, а тут всё было иначе.
Утром, тихонько уходя из люкса, где он впервые за кучу месяцев выспался как человек, Кейси долго стоял у кровати. Он залип на спящую Салли, не в силах оторвать взгляд. Ему дико не хотелось уходить и рвать ту невидимую, тонкую нить, которая - если быть честным - связала их уже очень давно.
Они ведь не встречались. Салли не была его девушкой. Но, ****ь, почему именно с ней, с коллегой-трупорезом, которая всегда была под боком, ему хотелось делиться вообще всем? Почему именно её он мысленно называл своей родной женщиной?
Кейси поймал себя на том, что стоит посреди секционного зала и идиотски улыбается в абсолютном одиночестве, аккуратно разрезая скальпелем мозжечок пополам.