Рюмочка Гофмана к обеду

— Я здесь не выживу! Кругом один песок и жуткая жара. И, скажите на милость, где я разобью огородик? И вообще, какого чёрта мы сорвались из своих домов в этот филиал ада?
— Потому что если бы мы не сбежали, то уже лежали в запечённом виде с яблочком во рту на ужине волка.
— И кто тебе такое сказал?
— Кто-кто? Шарль Перро! И здесь не так уж и плохо. Если смешать песок с водой, то получатся кирпичи, из которых мы сложим дом. А из тех колючек сделаем ограду. И навес от солнца из сухостоя.

— Святые братья Гримм, дайте терпения! И почему я родился именно в этой семье! Волк вегетарианец! Он нам это уже десять тысяч раз доказал!
— Да? А что тогда он за нами каждый месяц по деревне носился? Меня две недели назад в болото загнал.
— Имидж поддерживает. Заодно и форму держит. Зайцы ему ещё и приплачивают, чтобы за их молодняком погонялся —жиреют без физических нагрузок.
— Ага, ты это козе скажи, её-то козлят сожрали, даже косточек не осталось.
— Ты про тех, что казино держат? Так то инсценировка была. От налогов уходили, вот и попросили волка подсобить.

— А вот мы с Нифифом…
— Да мы с Нуфуфом…
— Слышали совсем другую историю!
— Другую историю. Испугались они на обед к волку попасть. Да здесь мы быстрее зажаримся. А когда солнце зайдёт и наступит ночь, то замёрзнем. И будут лежать в пустыне три жаренных поросёнка в глубокой заморозке. Тут уж нам ни один волшебник не поможет.

— И что ты предлагаешь?
— Я думаю, что нам нужно вернутся домой, найти волка, и всем вместе пойти к этому Перро, в бок ему перо. И потребовать сатисфакции! Сколько можно нас эксплуатировать? Он и ему подобные сказочники придумывают про нас небылицы, а мы как бездумные куклы всё должны исполнять. Я вот, например, всегда мечтал быть путешественником: открывать новые страны, находить сокровища, покорять красивых женщин. А заместо этого в угоду каким-то писакам вынужден сидеть на раскалённом песке, чтобы меня не съел волк. Я так не хочу. Вызову его на дуэль! Вы оба будете моими секундантами. Пусть переписывает свои истории! Я великий Нафнафигатор! Покоритель волн, океанов, бурь и штормов! Первооткрыватель затерянных земель. Вперёд, братья мои, за справедливостью!

И три поросёнка, поджимая копытца на жгучем песке, побежали прочь из негостеприимной пустыни в зелёные леса.

* * *
— Ой, а что это за голоса там, за деревьями?
— Я ничего не слышу!
— Это потому, что ты дышишь как паровоз. Вот что значит пропустил две последние догонялки с волком.
— Просто вы бежали слишком быстро!
— Я тоже больше не могу! Сейчас отвалятся и копыта, и хвостик!
— А хвостик почему?
— Так я им рулю, чтобы не заносило на поворотах.
— Ладно, вы тут оставайтесь. Можете прилечь вон под той раскидистой ивой. Или пожевать ту чудную землянику. А я на разведку.

Нафнаф раздвинул копытцами ветви цветущего куста и оказался на тропинке, на которой активно спорили волк с дровосеком.
— Серый, я понимаю, что ты устал, но надо, понимаешь? Коллекторы к бабке придут, а её нет, съели. И наследников нет. Попьют чаю с пирожками и пойдут восвояси. Только того, бабку с внучкой при свидетелях есть придётся. Как в прошлый раз, с козлятами, не прокатит. Нужно подтверждение из надёжных источников.
— Ты с ума сошёл? Знаешь, сколько в бабке холестерина? И куда она, по-твоему, должна поместиться? У меня рост — метр в прыжке, а в бабке два метра и сто двадцать кило веса. А ещё внучка — модель сайз плюс.
— Да, не в деда ты. Тот за раз и бабку, и внучку, и пару дровосеков в придачу слопать мог.
— Вот, а на меня до сих пор все шишки валятся. Вегетарианец я. Желудок нежный. Вот если бы ты мне сырных оладушков предложил, вина красного и мороженое, знаешь, такое, с вишенкой.
— Тьфу, совсем ты, волк, с катушек съехал.

— Подождите вы ругаться, — встрял в разговор поросёнок, — давайте я побуду свидетелем и под присягой подтвержу, что волк съел бабушку и внучку, и дедку, и репку, и кого там ещё надо тоже съел. Меня никто не заподозрит. Он же моими братьями отужинал. Ну, вроде как, по сказке. Как говорится, и волки сыты, и бабки целы. А вы лучше с нами пойдёмте, к сказочнику.
— Со свидетелем ты ладно придумал, уважаю, — похлопал по спине волк поросёнка, — а вот зачем к сказителю идти?
— Как зачем? — возмутился Нафнаф. — Для восстановления справедливости! Вот ты кем мечтал быть?
— Балериной, — ответил волк и несколько раз повернулся вокруг себя, да так плавно, что ни одна травинка не шелохнулась.
— А я бы сёрфингом занялся. Надоело с топором по лесу шастать да деревья рубить. То ли дело по волнам, под ярким солнышком.

— А где живёт этот сказочник?
— Далеко, в большом городе из стекла. Я слышал, что там есть бар «Свиток». Не каждого пускают, только авторов и их персонажей.
— А нас пустят? — поинтересовался дровосек.
— Конечно, мы же герои! — гордо вскинул голову поросёнок и сунул нос в кусты, из-за которых раздавался мощный храп его братьев. — Умаялись, пока из пустыни возвращались. Давай, дровосек, где мне тут надо подписать, что волк всех съел, и пошли писателя искать. Пусть переписывает свои истории, а то я его на бой вызову!

* * *
Шли они долго. Карабкались через горы, плыли через моря и, наконец, добрались до города из зелёного стекла. Он блестел в лучах заходящего солнца, отражавшихся от изумрудных стен домов.

Салатовые стульчики у малахитового цвета столиков соблазняли уставших путников присесть и выпить рюмочку мохито. У поросёнка заплетались копытца, дровосек волочил по мостовой свой топор, высекая из фисташкового камня травянистые искры, и только волк, весело поигрывая на губной гармошке, ещё держал вид неутомимого путешественника, хотя был готов прилечь на ближайший свободный гамак, висящий между двумя лимонно-зелёными фонарями.

Наконец, друзья подошли к зданию, под крышей которого перемигивалась разноцветными лампочками надпись «Свиток». Толкнув дверь, волк, поросёнок и дровосек оказались в довольно милом баре: приятная тихая музыка, ненавязчивый сладкий запах табака и еды, стены цвета орехового дерева — словно это место находилось за сто миль от города, одетого в зелёный.

Дровосек плюхнулся на диван, протянув длинные ноги к камину, а Нафнаф с волком пошли к барной стойке, за которой стояла обворожительная эльфийка с татуировкой черепа на обнажённом плече.
— Странное место, — произнёс волк и почесал за ухом. — Милая, а что посоветуешь для поднятия духа трём уставшим путникам?

Девчонка усмехнулась и повернулась к полкам, заставленными книгами. Бегло пробежавшись пальчиком по корешкам, она выхватила том в невзрачной обложке с двумя буквами С на переплёте.
— Слава Сэ «Весь сантехник в одной стопке», и вы как новенькие, — пробасила красотка и засунула книжку в духовой шкаф.

Через пару секунд под ошалевшие взгляды волка и поросёнка из боковой стенки шкафа выдвинулся поднос, на котором стояли три бокала красного вина, вегетарианский стейк, запечённая под сырной корочкой рыба с дольками лимона и горшочек с тыквенной кашей.
— Какого лысого чёрта тут происходит? — схватив зубами стейк, пробубнил волк.
— Вкусно, — запивая кашу красным вином, расплылся в улыбке поросёнок.
— Это всё наш автор, к сожалению, ныне покойный, придумал. Возможно, вы про него слышали: рыжий чудак в огромной шляпе. Он решил, что пищу духовную можно вполне совместить с пищей физической. Долго что-то высчитывал, вычерчивал, собирал, разбирал, и, наконец, вот вершина всех творческих мук — машина, которая готовит пищу из книг. И чем лучше книга, тем разнообразнее и ярче вкус у блюд.
— То есть, я могу съесть историю о себе? — Волк чуть не подавился от внезапно пришедшей ему мысли.
— Можешь. Но ведь ты не в одной сказке живёшь, верно? — Эльфийка подмигнула ему и достала энциклопедию.
— И если я их все съем, то смогу обнулить свою историю. Это ведь так называется? И зажить так, как я этого хочу?
— Ты всегда мог жить, как хочешь, просто уступал автору. Но ведь и спорил тоже? — Девчонка открыла книгу на букве В и указала на несколько пустых страниц.  — Ведь важен сам процесс, не так ли? Вот из одной нелепой кляксы, оставленной на столике от пролитого кофе, родился ты. Точнее, твоя история. Сказочник крутит её, а ты упираешься и утверждаешь, что не в твоём характере ходить прямо. Он перчит тебя, натирает специями, коптит в дыму неведения лишь для того, чтобы ты не был пресным и скучным. Твой создатель закаляет тебя, через тысячу смен твоего характера, а ты не сдаёшься и тычешь его в логические ошибки и кривые сюжетные повороты. Прячешься и огрызаешься, отстреливаешься излишней солью и брюквой, пока он не сдастся и не напишет твою историю по твоему.
— Но я никогда не хотел есть бабушку! Напротив, она мне очень даже нравится!
— Так ты и не съел её. Это я дал такие показания, что ты её съел, как и моих братьев.
— Съел, не съел — это уже философские разборки, а мы тут подаём лучшие блюда от превосходнейших авторов. Давайте за счёт заведения рюмочку Гофмана, у него чудный миндальный привкус.

— Согласитесь, раз вы, многоуважаемый волк, здесь, значит, вашу историю вы творите сами. Сами принимаете решения и сами несёте за них ответственность. И автор тут совсем ни при чём. Ещё рюмочку или, может, сигару?