В свободное от работы время

В свободное от работы время мы кушаем. А когда мы с мужем кушаем, то прежде всего не разговариваем. Он ничего не рассказывает, ведь надо сначала поесть, а затем делиться новостями. Начнёшь говорить, пища будет плохо перевариваться в желудке, глотаться непрожеванные куски, и опять же пища неправильно перевариваться. Я тоже ничего не рассказываю, потому что все мои новости сводятся к работе. И когда начинаю ими делиться, то и вовсе бросаю есть, а муж от моих рассказов сразу начинает блевать. Так что какие уж тут беседы за столом. Да и какие у нас могут быть новости, нет никаких новостей, только одно хорошее.

И тогда мы ищем в ютубе и вытаскиваем на свет что-нибудь особенное. Но там все время унылое г*но - то слезливые мелодрамы, то про наркодиллеров, то тупые теле-шоу для идиотов, что нормальному человеку смотреть противопоказано, чтобы не пострадало чувство прекрасного. Лично я жутко нервничаю и раздражаюсь, наподобие Кроликова из "Шырли-мырли", который едва заслышав фальшивую музыкальную ноту, приходил в бешенство и кого-то душил... Но мы не теряем надежду, все ищем и роемся, как кроты в огороде...

Так и проходит наш ужин. Муж спокоен и хладнокровен, и готов ради моего душевного равновесия смотреть что угодно, даже самые невозможные вещи. И я достаю "из рукава" заветный джокер - что-нибудь на тему зомби-апокалипсиса, и мы дружно смотрим как трупаки гоняются за несчастными жертвами, валят их на землю, поедая мозги и кишки. Но и здесь не всегда удаётся найти что-то стоящее, приходится перелопачивать горы всякого мусора...

Вот так и проходит наш ужин, но только не для меня. Мой многозубый муж заканчивает ужин первым, и теряется в темноте комнат. Я же продолжаю смотреть как зомбаки гоняются за несчастными жертвами. Мне кажется, я их понимаю, меня роднит с ними то что мы все одновременно кушаем. Я успокаиваюсь и настроение моё улучшается...

Хочется сказать, что жизнь у нас монотонная, город маленький, и культурные мероприятия в нем отсутствуют. А если что и случается, то о нем и говорить не хочется, до того оно тошнотворное. Культурная жизнь скучная, по паркам и скверам тоже не находишься, а кто работать будет? Поэтому в свободное время мы кушаем, а все остальное забирает работа или поиски другой работы...

Хотя оттого что я кушаю, никакого проку нет, чего бы ни ела, я продолжаю быть дистрофиком. Видимо, быть дистрофиком моя судьба. На работе тоже не все понятно, то ли я вожу каталки с пациентами, а то ли каталки меня возят, - меня заносит в разные стороны, и я едва успеваю вписываться в дверные проемы. Меня не сразу обнаруживают в больничных палатах и коридорах, не так-то просто заметить "невзрачный скелет". Поэтому некоторые думают, что меня на работе нет, хотя я знаю, что есть.

Обычно мы за ужином пьём вино, полусухое в коробках. Муж - бокал, а я полтора, мне всегда всего мало - вина, мяса, картошки, борща, солянки, кофе с лимоном... А суши я не люблю, не понимаю зачем есть сырую рыбу и водоросли...
После работы меня может успокоить только вино и фильмы про зомби-апокалипсис. Иногда мы можем выпить бренди, но муж от него икает, а икающий муж, сами понимаете...

* * *
Последний раз это было давно, а кажется - вчера. Я работала в другом городе, в больнице - в "красной зоне", и у нас дома всегда был шоколад и лимоны, а иногда коньяк и креветки...
Это было то "прекрасное" время, когда нам платили достойную зарплату, но я расплатилась за нее здоровьем и, наверное, жизнью...