Мой дед врач часть 2

Что общего у меня с моим дедом?
То, что я такой же красивый.
 И все женщины, которые встречались на моём пути, были безумно в меня влюблены. Да, надо признаться: было за что любить.
 Я бросал. Меня бросали. C'est la vie, как говаривал один мой знакомый француз арабского происхождения.

Насчёт «красивого» — это, понятно, шутка.
 Скажем так: на любителя.

Но стоило мне открыть рот и начать говорить — шансов не оставалось ни у кого. Тут уж я брал без боя.
 Даже представить боюсь: если б я ещё умел играть на гитаре, как мой друг Миша Кассиров, — всё, сливай воду. Штабелями бы падали.

Это я всё про то, какой я золотой манды колпак.


А теперь — про то, какое я говно на самом деле.

Я не просто так вспомнил про деда, Алексея Сергеевича. Вот он, без всякой иронии, был Человек с большой буквы.
 И огромным сердцем, которое однажды не выдержало — и разорвалось.

На войне служил военным врачом.
 Сначала фельдшером, потом — врачом медицинской службы в офицерском звании. Воевал на передовой.
 Ранения, контузии — всё прошёл.
А сколько сослуживцев спас, сколько вытащил в прямом смысле на своём горбу — не счесть.

Вернувшись с войны, подтянул образование и квалификацию, стал терапевтом. Дослужился до заместителя заведующего горздравотделом.
 Даже выйдя на пенсию, заведовал фельдшерским пунктом в самом центре города.

Я сам в детстве видел: к нему стояла очередь из больных. Старушки, мамы с детьми, жёны с мужьями-пропойцами — у тех сердце и печень болели. К Алексею Сергеевичу хотели попасть все без исключения.
 А дед сидел за большим столом, курил одну сигарету за другой, тушил окурки в мраморную пепельницу.
Принимал, внимательно выслушивал страждущих, слушал хрипы в лёгких, биение сердца. Выписывал рецепты — или сразу давал микстуру.

Я не знаю, веровал ли он в Бога.
 Да это и неважно. Потому что Бог — это Добро.
 А дед был просто невероятным сгустком доброты.
 И я нисколько не сомневаюсь: ему уже при жизни Господь определил место в Раю.

А ещё он был профессионалом своего дела.
 И сейчас, оглядываясь на свою никчёмную жизнь, полную дурных поступков, я понимаю: он созидал, помогал людям — распространял Рай на земле. Я же, напротив, разрушал, обижал, манипулировал, лгал — расширял ад.


Наверное, я жалею только об одном: почему у меня не хватило мозгов пойти в медицинское училище, а потом выучиться на врача, окончив, скажем, Военно-медицинскую академию в Ленинграде?

Мозгов бы хватило — вот это я точно знаю.