Папа

  Отец платил алименты, иногда приходил ко мне. Когда хотел.

  Как-то зимой, он пришёл трезвым, пообещал:
- А завтра, мы пойдём кататься на коньках!
На центральный стадион, можно пешком, а можно на троллейбусе две остановки.

  После школы, я быстро съел макароны с кетчупом и стал собираться на каток. Надел спортивный костюм, связал между собой шнурки стареньких, коричневых хоккейных коньков, повесил себе на шею.

  В спортивном костюме и с коньками я ходил в туалет, смотрел чёрно-белый телевизор, не пошёл гулять.

  Световой день зимой короток. Я уже в темноте жду отца. В спортивном костюме, с дурацкими коньками на шее.

  Еле-еле мама заставила меня снять коньки, раздеться и идти спать - завтра ведь в школу!

  Я очень верил папе. Запомнил тот день, как быстро он закончился. Я помню, как темнело. Помню всю жизнь, как темнело, но я не снимал коньки с перевязанными шнурками со своей шеи. Я верил в каток на центральном стадионе, верил в троллейбус с запотевшими окнами, верил в папу - ведь он обещал!

  Конечно же я простил, ведь папа пришёл на следующий день, пьяный, и мы пошли в центральный гастроном за колбасой. Он очень смешно показал продавщице, как нужно отрубить колбасу, резким взмахом руки, ребром ладони. Потом помню, как папа уронил колбасу на асфальт. Она покатилась по серому льду, завёрнутая в бумагу. И папа поймал её, ловко, и мы смеялись! И папа был тогда как император без империи, в мире, где его никто не понимал и не любил, кроме меня. Мальчика в спортивном костюме, с коньками на шее, которые я до сих пор не снял.

  29.11.2024