Зайка

Здоровенная лепнина на запредельно высоком потолке.
Это первое, что я увидел, когда продрал глаза от настырной мелодии из телефона.
Звонок.

Я приехал пять часов назад и толком не рассмотрел интерьерчик.
Звонила дочь.
- Пап, а привези мне зеленую краску, она для зубов, зубок и клыков – лепетала восьмилетка в трубку.
- А еще купи мне значки, чтобы отмимишить ботинки, весь класс уже в таких ходит. Только купи точно в Питере, да?
- Хорошо, куплю. Пока Зайка. – я, кажется, улыбался.
- Пока, Зайка. - короткие губки.

Странно, конечно, что дочь тоже называла меня Зайкой. Но, приятно познакомиться, я – Зайка. Дочь – единственное, что еще могло растопить мое каменное сердце.

Я сыскарь. Следак, ищейка, Наблюдатель, мент-вне-закона, следопыт, детектив, шукарь.
Кому как удобно называть. Люди обращаются к полиции, чтобы найти пропавших людей, а они – ко мне. Органам платят хорошие премии за своевременное нахождение пропавших, очень хорошие премии. А они бОльшую их часть платят мне. Пенсии не будет, но я не жалуюсь, а главное – все довольны.
***
Я сидел в кафе и ждал свою еду. Цель сегодняшней поездки – купить в Питере (обязательно в Питере!) значки на ботинки, краску для зубов, и найти некоего парня по имени Валентин Пугаев. Найти его не сложно, просто посмотреть его обычные расчеты на терминалах и адреса людей, которые переводят ему деньги. Проще простого. А вот купить значки для ботинок….
Мне принесли карбонару. Работа не волк - в лес не убежит, а вот обед по расписанию.
***
Питер красивый, что ни говори. Слово «красивый» к нему подходит постольку поскольку, если вы считаете аляпистое покрывало красивым. Таким и был город – разным. Надменность сообщалась с горбатостью, нытье с восхищением, презрение с мольбой. Попробуйте смешать эти краски вместе, и получите Питер.
Я погулял по околоткам и встречал ёлки, которые, как и везде, выбирали оставаться зелеными из года в год. Они протягивали мне лапы.
Я видел большие дубы, которые, вероятно, будучи еще малютками, нюхали буржуазные ботинки идущих мимо. Город полон историй.
Я понимаю почему он приехал сюда, этот Валентин. Он сбежал из своей прошлой жизни от семьи и троих детей, потому что здесь развиваются сразу несколько историй одновременно. Говорят, что это город музыкантов. Может быть.
Но я упорно здесь видел город писателей.

Однако я поспешил. Моя дочь наказала мне купить (в Питере!) то, не знаю что. И её задача была посложнее служебной.
***
Я приближался к какому-то бару. Завидя его огни, прочёл: «ДЗВП». И что это значит? Я усмехнулся.
Внутри меня встретила толпа спин людей, все скандировали «Пандами Снабдить».
Надо осмотреться.
Люди потихоньку расступались, усаживались на свои места. И передо мной открылась картина. В этот момент я, кажется понял, что «пандами снабдить» - это «бей».
Двое стояли посреди бара. Один был в костюме хорька, второй – кабана. И победил, кажется, кабан – хорек упал на пол. Небольшая лужица крови медленно вытекала из-под его головы.
Я онемел.

Всяко бывало, за свои годы службы я многое повидал, даже перестал хоть сколько-нибудь любить людей. Но принародное убийство в центре почти столицы – впервые.

Все стояли и не шевелились – очень трудно было убрать глаза от темной лужицы крови на полу, которая разрасталась. Красивое и ужасное – две вещи от которых невозможно оторвать глаз.
Но нашлись люди с крепкими нервами – они бросили деньги бармену на стойку не считая, и выбежали из бара. И я выбежал. Стать свидетелем не улыбалось.

Было около полуночи. Я пошел на Васильевский остров, говорят, там стоит прогуляться.
А там царила шторминь. Шторминь хохотала. Не плескалась, не бушевала, не шелестела, именно – хохотала. Впереди меня шли гости того бара, из которого мы все сбежали. Я ускорил шаг.
- Здравствуйте, я кажется, потерял друга, может вы его знаете? Валентин. Пугаев. Мы договорились встретиться в баре, я зашел, но..кажется вы тоже там были. Мы разминулись, видимо, пошли разными дорогами. Есть соображения где он может быть? Очень надо.
И я сделал жалобное лицо, как учила меня дочь. Она на это мастерица.
Их было трое, и все вздрогнули.
- Валентин обычно идет в калининский район.. – девушка осматривала меня с ног до головы, но ничего подозрительного не заметила. – Он в костюме Манула. Костюм мог снять, но не хвост. У него накладной хвост, но он не снимается.
И она ответила на все мои вопросы.
***
В небольшом подвальчике пятиэтажного дома на окраинах сидели мы – я и Валентин. Мы пили кофе из бумажных стаканчиков. Сбоку дома вывеска гласила «скролл-ставни недорого», видимо, раньше тут продавали ставни. Тоже – часть истории города. Но мы с Валентином обсуждали другую старую историю – его побег.
- Может быть, жена и догадывается, что у тебя были основания, но вот дети – тебя не понимают.
Валентин, ожидаемо, молчал. Кто я такой, чтобы он мне что-то объяснял?
- Слушай. У меня задача просто донести до тебя мысль твоей семьи – они хотят тебя найти. Я тебя нашел. Дальше – твой выбор.
Все еще молчал и глядел в потолок.
- Я узнал где ты работаешь. Нет, я не угрожаю, просто стало интересно. Название такое загадочное: «ДЗВП». Я сперва подумал, может «ДоЗа ВеПря»? А всё скуднее: «Да Здравствует Великая Панда». А ты там «Непобедимый Манул». Дальше твой выход был, да? Но тут случилось убийство по неосторожности. Сколько ты денег сегодня потерял из-за неосторожного Кабана?
- Двести.
- Двести тысяч? – я присвистнул.
- Да, эти люди пыхтят всю неделю, чтобы заработать, а вот отдохнуть не удается. Надо куда-то агрессию сливать, понимаешь? Вот мы «мануалим» друг друга, они смотрят, кричат, выпускают пар. Особенно богатым, или тем, кому приперло, можно пойти в подсобку и бить кого-то из нас. Стоит это дорого. Пятьсот за полчаса. Меньше нельзя, но никто получаса еще не выдерживал – они ж бить не умеют, отбивают себе руки и ноги. Но деньги хорошие. Самый страшный грех в баре – мануалом убить. Даже по неосторожности. Мануал – это вроде урока. Но не нам, а тем начальникам, которых представляют вместо нас эти богатенькие зеваки. Даже просто посмотреть стоит полтинник.
- Пол ляма за полчаса битья? Да, немало. Ну а почему хоть денег семье не отсылаешь?
Валентин помолчал и вздохнул:
- Да там чёрт нарисовался. Он с моей женой шашни крутит. Я боюсь его убить, понимаешь?
А я понимал.
- А не пробовал по-человечески с детьми, там..развод, опека.
Валентин молчал.
Я и это понимал.
- Слушай, я понимаю, что вы тут наслаждетесь графоманией, своебразной, конечно, еще и за большие деньги. Но посмотри вокруг – тебе осталось только изящно помахать ушами и всё, ты – шут. Даже не мальчик для битья. Тебе это нравится?
Валентин скучающе рассматривал окно под самым потолком.
- Я вижу как это выглядит. А насчет детей – подумаю.
Желваки гуляли по его щекам. Но в его глазах я увидел благодарность, хоть она была замаскирована. Подумаешь – хищность какая. Скорее всего, ему не с кем было об этом поговорить. Он помогал людям ежедневно немного сброситься до заводских настроек, выпустить зверя и чуть побеспредельничать. Но сам был заперт внутри себя, в тюрьме своего Гнева.

Но пора было возвращаться домой. Я достал телефон, отправил своему отделу кодовую фразу «пополнить бесплатно» и адрес Валентина. Я своё дело сделал.
- Слушай, я уже весь город обыскал. Не знаешь где можно купить зеленую краску для зубов?
***
В магазине «Морковка» в самом центре продавалось всё, и даже больше. Теперь осталось только выспаться.