Кикимора Амели. Глава 4. Болота идут по мне

- Да, я слышу вас, говорите... я не могу громче, я в психушке, они не знают про вас... Ну, думают что я Людовик 25.
Слушаю внимательно.
Я не псих, что вы. Голос? Ну, голос сказал что мы встретимся однажды - руку мне пожать. Говорит что это чертовски важно - вытащить всех из этого белого дома. Знаете что? Я голосу верю.

Думаете это единственный голос, который я слышу? Нееет. Голосов было много разных, особенно в детстве, там вообще - целое кладбище слышал. Натурально покойных. Они просили кто что - кому яблоко, кому надо было маму увидеть, а основном просили, а иногда даже угрожали судами, если я не откопаю их. Еще слышу духов. Вот этот голос - не похож на остальные, никогда его прежде не слышал. Утверждает что он - Кикимор, царь болот. Я ему верю, мне положено. Я - яснослышащий.

Зовут меня, к слову, Игнат. И вот сижу я в своей палате рядом с немым полоумным парнишкой, и придумываю план побега. Полчаса назад голос дал такое задание. И вот как бежать, да к тому же, нужно взять с собой всех-всех-всех? Вот этого, к примеру. Он вроде и не передвигается почти, еле ходит. И от него кстати постоянно несет рыбой. Загадки, одни загадки.

Стойте-ка. Что это такое? Музыка? Я слышу ее, но этого не может быть, я слышал всегда только голоса. Может из коридора, пойду поспрашиваю. Как только моя рука касается металлической ручки меня легонько бьет током. Легонечко совсем, но хватило, чтобы я несколько испугался. Испугался не тока, а внезапному голосу в голове, только теперь женскому.
- Слышишь меня? Опять не этот...
- Слышу.
Молчание и сопение. В моей. Голове.
Когда закончатся эти шутки? Яснослышание должно быть даром, а не насмешкой! Я был почти зол.
- Ура, значит получилось. Только не паникуй, пожалуйста, я добрых минут 10 тебя искала по всей земле, пока не догадалась посмотреть по локации Русала.
- Что, бл**? Прости, женский голос в моей голове, но кажется, мне стоит выпить пару красненьких таблеток. - я решил что седативные - хороший вариант, когда всякие лезут в голову без спросу.
- Прости пожалуйста, я напугала тебя, наверное... Я не хотела пугать. Я хочу помочь тебе сбежать.
Голос был очень взволнованный, но мелодичный. Принадлежал явно молоденькой особе. Я несколько смягчился, я же джентльмен.
- Ладно, а кто ты? Покойница, дух, бабайка, демон?
- Нет-нет.. Что вы... - девушка явно была смущена, - я кикимора. Вы разговаривали утром с моим начальником.
- А. Смекнул. Так вы знаете как 50 человек с разными убогими диагнозами могут сбежать от 20 здоровых докторов? - эта затея с помощью мне начинала нравится.
- Да, кажется я придумала кое-что. Я могу включить воду повсюду, будет просто некуда идти, кроме улицы. Тут и сбежать можно.
- Годно, - я кивнул головой стене в знак одобрения. - открой мне схему - вам зачем побег всех?
Я застыл и жду ответа.
- На самом деле нужны не все, а только твой сосед по палате. Его нужно будет привести на болота.
С каждым словом кикимора говорила все тише, будто не веря тому, что говорит. Я ее понимаю, раньше я сам не верил в то, что говорил, потому что другие мне внушали что я сошел с ума. А я стоял и улыбался ее стеснению.
- Мадам, а как вас величать?
- Амели, я Амели
- А я Игнат. Приятно с вами познакомится, Амели.

- Я запустила воду, всю, что есть.
Она смеется внутри меня. У нее забавный смех, будто бисеринки по зеркалу катятся и отражаются на солнце. Во мне почему-то всё радуется - вот пожарная струя с потолка хлещет, канализация поднимается обратно, из кранов течет вниз, из сливов течет вверх, и начинается паника.
Я беру своего соседа, говорю ему, что пора домой. Он долго смотрит на меня, в его зрачках происходит битва, но потом все умолкает и он кивает. Дает мне руку, и мы идем.
Мы идём через весь длинный коридор, открываются двери, нас сносят пациенты и доктора, санитары, женщины и мужчины, вокруг потоки воды и нечистот, потоки брани и верещания. Мы идем, взявшись за руки.

Когда мы дошли до болот, мы все были мокрые до нитки и очень устали. Виднелась избушка, такая чахлая, что дунуть на нее страшно - развалится. Краем глаза я увидел тень, и тут мой попутчик быстро посмотрел в ту же сторону. Такого проворства я от него не ожидал. Пока я махал головой, не заметил как передо мной вырос человек - но зеленый оттенок кожи сильно его портил. Простой толстый дядька, явно запыхавшийся.
- Я, ..
Он оперся руками о колени, и пытался отдышаться. Я заметил у него на ногах огромные ласты, росшие из него, красоты необыкновенной.
- Я с вами связывался, это был я. Я обещал пожать вам руку, юноша. Вы нас всех спасли. Нам нужен этот паренек, он из наших. А я вам вашего отдам. Только это... Напоить водкой его надо будет. Не спрашивай, просто надо.
- А... - я явно мялся, хотел увидеть Амалию. - а тут еще одна кикимора со мной говорила, ее я могу увидеть?
-А? А.... А если... А если нет....?
- Вы хотите сказать, что я, здоровый уровновещенный мужчина, лег в психбольницу, помял себе будущее тем самым, промок, а вот теперь еще одного парня увести надо будет и водкой напоить, и вот это все - просто за "так"?
Мои слова звучали как аргумент.
- Да, за "так". Вселенная на роль "суперменов", как вы выражаетесь, просто так не выбирает. Значит повинность несешь за прошлые дела свои. И два мира спасти - одна из твоих задач. Вот ты кем был в прошлой жизни? Поди, инквизитором? Вот теперь спасай.
Его слова явно были ответным аргументом.
Из избушки, чахлой и старой, вышла девушка лет 18, глаза у нее были ясными и большими. Зеленые волосы, зеленоватого оттенка кожа, те же ласты на ногах, что и у мижика, но она была наполовину испугана, не то что ее зеленый согражданин. Она тихонько подошла к Игнату.
- Я Амели, та самая. - она улыбалась.

А мне и не надо было больше. Я просто понял всё, всё, что должен был понять сразу - я был инквизитором, я должен был спасти. Спасти её, спасти русала, спасти паренька, которого мне дадут нести обратно, спасти оба мира, что равновесие - это баланс всего в Мироздании, что Бог так повелел - миру этому БЫТЬ.

Избушка не была избушкой, а иллюзией, она оказалась огромным стеклянным куполом, Амели назвала это "крышей", говорит что там много врачей, что это "вип-клиника". Мы болтали недолго, понимали, что больше не встретимся.

Я взял парня на руки. Он был жив, мямлил что-то, я не слушал. Я был очарован красотой этого мира. Так много всего на свете, о чем мы не думаем, а оно есть. И оно - красивое.
Я нес паренька и думал о красоте, о Боге, о мире. И слышал что парень шепчет:
Я промок от пота
Не по своей вине.//
Я иду по болотам/
Болота идут по мне.// ©Эйрхарт