Рыбацкое счастье

Рассказ номинирован на конкурс "Писатель года - 2025". Медаль "Михаил Булгаков, 135 лет" Решение Президиума РСП от 20.01.2026, Свидетельство о праве ношения медали, серия 1225 №119.

Большие да малые суда бороздят водную гладь, которая зачастую оказывается не такой уж и гладкой. То волна разыграется, то судьбы каприз…
Речь нынче пойдёт о небольшом промысловом траулере, что-то типа советского СРТМ-К, только иномарка. 35 лет в морях его дороги, потрёпан и побит, выглядит, как настоящий морской чёрт, но скроен кораблик ладно и с умом. Всё сказанное равнозначно и для его капитана.
Десять специалистов делят рыбацкие будни на борту. Хотя, когда улов хороший, все поголовно становятся рыбообработчиками. Шкерят тушку и пересыпают льдом. Рыбу укладывают в пятидесятикилограммовые пластиковые ящики и складируют в трюм. Исключительной удачей считается заполнить всю грузовую ёмкость в 52 тонны.
Длительность рейсов, которая диктуется автономностью: от недели до 11 суток.
Зона лова не весьма удалена от заполярного порта — мачтового города, раскинувшегося на берегу незамерзающего залива.
Орудие лова: донный трал.
Объёкт промысла: сайда, треска, пикша, камбала.

Ползли по 170-й изобате от самой норвежской зоны. По правому борту глазом не видимый Рыбачий отчётливо прорисовывался на экране радара. Первый улов вылили на палубу, и, немедля, трал снова отправился в глубину. Мешок, мотня и, наконец, сетчатый его сквер скрылись в кильватерной струе, тем самым прекратив визуальный контроль над орудием лова.
“Только мы его и видели…”, — рассказывал впоследствии капитан. Лебёдка разматывала барабан, и натяжение на ваере возрастало. Наконец бобинцы коснулись грунта и покатились по дну, заметно усилив напряжение ваера. Траление продолжалось недолго. Рывок… и, далее, траловая лебёдка вытягивала обрывок ваера. Собственно всё. Конец рассказу…
Но, как в старом анекдоте про Петьку и Василь-Ваныча. НО ЕСТЬ НЮАНСЫ!  Нюансы в следующем: 1) хана зарплате для всего экипажа! Это, пожалуй, главный нюанс. Ну и по мелочи: 2) диаметр ваера, изначально 25 мм, теперь, истёртый, составлял 22 мм; 3) траловые доски, ответствующие за раскрытие трала в горизонте, имели крайнюю степень износа. Они, постоянно подвариваемые снизу, должные под определённым наклоном скользить по дну, не выдерживали нужный угол. В какой-то злополучный момент доски зарылись в грунт, что и вызвало обрыв.
Само собой капитан ранее многократно информировал владельца кораблика об аховом состоянии промыслового снаряжения. Просил и новые доски, и новый стальной канат. Но, даже несмотря на то, что судовладелец был извещён по пунктам 2) и 3), пункт 1) оставался неизменным. Настроение всей команды упало, как стрелка барометра в самом центре глубокого циклона.
— Готовь кошку, майор! — крикнул капитан с моста на промысловую палубу.
Легли в дрейф.
Когда кошку снарядили, траулер дал ход и, на циркуляции, добавил к значению курса траления 180 градусов. Так, на обратном курсе, “по спутнику”, вскоре вышли к точке обрыва ваера. Примечательно, что сигналы от потерянных досок здесь прослушивались великолепно. Дистанция — 200 метров всего. Поди возьми их…
Дальнейший манёвр траулера состоял в следующем. Необходимо было отойти в сторону, с таким расчётом, чтоб потом перпендикулярно пересекать курс траления в точке, где покоится на дне потерянный трал. За 8 кабельтовых с моста последовала очередная команда:
— Кошку майна!
Сваренные крестом стальные крючья споро отправились на дно и с первого раза зацепили трал. Немного погодя спутанный, кое-где повреждённый, он был поднят на палубу. Основная оснастка в наличии: кухтыли, доски, грунтропы, рокхопперы... и, о счастье, траловый зонд — совсем не дешёвый гаджет. Из мешка даже вылили тонну с гаком рыбы.
Потом ремонтировали сети, сращивали стальные концы, восполняли утраченные детали оснастки трала. Всю ночь без сна, под светом прожекторов, осыпаемые откуда-то с боку (никогда сверху) секущим снегом, орошаемые брызгами моря, балансируя на ходящей ходуном промысловой палубе...
АВРАЛ, если одним словом... А куда денешься? Трал — добытчик и кормилец — должен быть в работе, а не валяться на палубе ленивым осьминогом.
И настроение у всех было отменным, циклона как не бывало. Ведь давно известно, что сделать человека счастливым очень легко. Надо сначала у него что-то отобрать, а потом это что-то ему же и вернуть. И в контору об инциденте не сообщали. Всё, что происходит на Миле — остаётся на Миле. Это выражение справедливо, как к Зелёной Миле, так и к рыбацкой морской миле. В самом деле, к чему попусту огорчать судовладельца неудачами моряков?

По приходе в порт капитан спустился на причал и глянул осадку. 6 метров носом означало, что по крайней мере 40 тонн в трюме лежит. “Нормуль” — порадовался в душе наш фартовый герой.

25 декабря 2024 год.