Охота. Рассказ

Телефон настойчиво звонил.

– Серёга, привет! Какие планы на выходные? – кричал в трубку Мишаня, старый, проверенный временем друг - одноклассник.

– Здоров, Мишань! Да ещё ничего не планировали с Катькой.

– Отлично! Предлагаю рвануть на охоту! Открытие в эти выходные.

– На охоту? – Сергей откинулся в кресле у рабочего стола и потянулся. – Отличное предложение! Задолбало всё. Надо оторваться. На работе завал, дома мелкие переболели в очередной раз, Катька нудит. Поехали!

– Замётано!

– А куда рванём?

– Колян на днях звонил, рассказывал, что местечко чудное по осени нашёл. Мы ж с тобой на осеннюю охоту не вырвались, а он ездил куда-то на новое место.

– Не говори. Пролетели осенью наши с тобой уточки. Собирались, собирались, а так и не вырвались.

    Сергей встал из-за стола и подошёл к окну, за которым ярко светило весеннее солнце, стараясь высушить грязные лужи, оставшиеся после тающего снега, в которых купались взъерошенные воробьи.

– А далеко? – спросил он, сладко потягиваясь в предвкушении долгожданных выходных на природе, подальше от серого монолитного городского однообразия.

– Да, в принципе, не очень. Там, правда, на своих мы до деревни только доедем, а дальше друган Колькин нас на танкетке закинет на протоку. Зато - красота! Никого рядом! Тишина!

– А спать есть где?

– Да! Там избушка на берегу стоит. Печь, лежаки. Всё обустроенно. Света, правда, нет. Но нам же не впервой. Потерпим три дня без связи.

– Нормально. Выветреемся зато.

– Вот и отлично! Значит, решили! Давай, собирайся, Катюхе привет!

– Передам. Ты тоже там Танюхе передавай. Они может скооперируются, рванут куда-нибудь без нас, – сказал и засмеялся, вспомнив, как жёны в последнем их посещении караоке напелись от души и два дня, потом шёпотом разговаривали.

– Да! Кстати, ты ружьё, какое берёшь?

– Да новое возьму! Купил, а опробовать по осени не получилось. Столько отвалил за своего русского Браунинга, а не опробовал.

– Ну, да…

– Патроны на кого брать?

– Я сейчас рвану лицензии выписывать. Колян говорил там и утка, и гусь, и глухарь есть рядышком.

– Отлично! На меня возьми лицензию на боровую дичь. На глухаря пойду.

– Договорились!

   
    Когда друзья вечером в пятницу добрались до места, то первым делом оглядели новые места, куда можно будет рвануть на охоту на утренней зорьке. Расположились в небольшой, но уютной избушке на берегу речушки со странным названием Чёртова протока, которая потихоньку начала разливаться, наполняя весенними водами поросли черёмушника да краснотала. Водные языки переваливались через берег и начинали захватывать открытые пойменные низины.

    На высоком яру в сосняке, стояла свежесрубленная, пахнущая висящими яркими бусинами сосновой смолы на брёвнах, избушка.

   Решили отметить долгожданную вылазку. Давно не собирались друзья вдали от города, от проблем, от жён. За разговорами не заметили, как выпили почти весь запас, прихваченный на выходные. И когда очнулись на следующий день — солнце светило высоко над верхушками сосен. Утреннюю… проспали. Головы разламывались, и никто никуда не пошёл, а завалились спать дальше. Колян пытался их растолкать, но друзья только отмахивались.

    Проснулись после обеда. Колька наварил похлёбки, поели и, разбитые, разошлись в разные стороны. На охоту…

   Серега ушёл на показанное ещё вечером токовище и затаился в молодых пихтушках, в надежде, что слетятся кополухи и глухари. Сидеть на земле ещё нельзя, холодно да сыро. Он постоял пока не затекли ноги, потом стал высматривать сваленную лесину, на которую можно присесть. В результате — больше нашумел и, поняв, что ожидать очень осторожную птицу бессмысленно, решил прогуляться, в надежде встретить хотя бы рябчиков…


     В это время, за четыре тысячи километров, в землянке, Муравей затягивал шнурки на берцах.

– Ты куда, Муравей? – приподняв голову на топчане, спросил командир.

– Да, пойду, прогуляюсь. У Пестрого взял «инструмент». Схожу, может, выловлю птичку.

– Ты бы отдохнул, пока минутка выдалась.

– Отдохну. Успею, – застегивая бушлат, сказал Муравей и, прихватив двухстволку вертикалку ИЖ-27 с инжектором, вышел на улицу.

    Уже которую ночь новое расположение их части долбили дроны. Ребята по очереди выходили на охоту, чтобы успеть сбить «птичек» на подлёте. Уходили подальше от землянок в мелкие заросли молодого дубового подлеска и, сидя в засаде, поджидали, сбивали…

    Муравей решил пойти с другой стороны. Далеко обошёл мелкий лесок и залёг, в подмеченный ещё днем, глубокий ров с водой и зарослями лохматого камыша…

   Стемнело. На небе выскочили первые яркие звёзды, и Муравей подумал: «Эти же звёзды сейчас видят на родине, в далекой Сибири, жена и дети, возвращаясь домой из детского сада…» От размышлений отвлёк приближающийся дребезжащий звук. Сколько не всматривался, ничего не было видно. Звук приближался. Словно, какие-то злобные небесные жители вышли со своей сенокосилкой, чтобы подравнять молодую поросль. Ни огонька, ни блеска – ничего не видно. Только звук. Мерзкий, противный скрип, отдающий неприятной дрожью по всему телу, как когда «по стеклу»…
И Муравей выстрелил в звук, в это невидимое дьявольское существо… И сбил - «фурию»… как потом выяснилось…


     Парни возвращались домой помятые, опухшие. Смеялись над собой, убеждая себя – хорошо хоть бутылки были, отличные мишени получились. Опробовали новенькое ружьё и … отдохнули…
22 февраля 2025 года