Глава 3. Правила игры

Правила игры
Вечером лагерь наконец перестал греметь вёдрами, командами и дверями.

На площадке под деревьями поскрипывали качели-лодочки. Кирюша и Валерка раскачивались не слишком высоко, но оба делали вид, будто ещё немного — и взлетят.

Димка сидел на скамейке рядом с гитарой и тихо перебирал струны.

— Димон, давай ту. Про рыжую, — попросил Малой.

— Сам пой.

Малой тут же вскочил и повернулся к лужайке, где Юлька с Веткой играли в бадминтон.

— Обязательно, обязательно
Я на рыженькой женюсь…

Юлька сбилась. Волан упал в траву.

— Дурак!

— Это согласие?

— Это диагноз!

Ветка рассмеялась.

Длинный сидел на спинке скамейки и делал вид, что происходящее его совершенно не касается. Только взгляд всё время возвращался к Ветке.

Кирюша спрыгнула с качелей.

— У вас тут каждый вечер концерт?

— По заявкам трудящихся, — ответил Валерка.

Он снова взялся за кубик Рубика. За последние полчаса одна грань у него почти собралась, но остальные выглядели ещё безнадёжнее, чем раньше.

Из кармана Малого торчал уголок старой колоды.

Кирюша заметила.

— У тебя карты?

Малой тут же прикрыл карман ладонью.

— Нет.

— Саня.

— Ну карты.

Валерка отложил кубик.

— Давайте в дурака.

— Скучно.

Он посмотрел на Кирюшу с недоверием.

— Это тебе дурак скучно?

— Давайте в «Кинга».

— Это ещё что? — спросил Малой.

— Карточная игра.

— Сложная?

— Там считать надо.

Валерка застонал.

— Опять считать.

— Боишься?

Он сразу выпрямился.

— Сдавай.

Малой достал колоду и шлёпнул её на стол.

— Только если Ёлка поймает, я вас не знаю.

— Ты сам карты принёс.

— Может, для красоты.

Длинный поднялся со скамейки.

— Не, я пас. Кружок юных счетоводов.

— Иди воланчик покидай, — сказал Малой.

Длинный ничего не ответил.

Он и правда направился к девчонкам.

Ветка увидела его ещё издали, но сделала вид, что занята игрой.

Юлька подала высокий волан. Ветка отбила сильнее, чем нужно, и тот улетел далеко в траву.

— Ну вот, — проворчала Юлька. — Теперь ищи.

— Сейчас.

Ветка пошла за воланом.

Длинный остановился рядом.

— Вет.

Она даже не посмотрела на него.

— Чего?

— Поговорить надо.

Ветка нагнулась, нашла волан и расправила пальцами помятые перья.

— Говори.

Длинный покосился на Юльку.

— Не при всех же.

— Тогда не говори.

Юлька перевела взгляд с одного на другого.

— Я могу отойти.

— Не надо, — сказала Ветка.

Длинный сунул руки в карманы.

— Я за тот раз хотел…

Ветка наконец посмотрела на него.

— Не надо.

Он осёкся.

— Я просто сказать хотел. Я дурак был.

— Был?

Длинный нахмурился.

— Ну вот опять.

— Что опять?

— Вет, я нормально пришёл поговорить.

— Так говори нормально.

Он несколько секунд молчал.

— Прости меня.

Ветка покрутила ракетку в руке.

— Хорошо.

Длинный растерялся.

— Что хорошо?

— Я услышала.

— И всё?

— А что ещё?

Он шагнул ближе.

— Вет, я же не хотел тебя обидеть.

Она подняла на него глаза.

— Я тебе не говорила: «Не обижай меня».

Длинный замолчал.

— Я сказала: «Не надо».

Юлька перестала делать вид, что рассматривает ракетку.

— Я слышал, — тихо сказал Длинный.

— Вот именно.

— Я психанул. Не знаю, чего на меня нашло.

— А мне какая разница, чего на тебя нашло?

— Вет…

— Я сказала один раз. Потом второй. Ты всё равно полез.

Он опустил взгляд.

Ветка продолжила уже тише:

— Не надо меня сейчас опять уговаривать.

За её спиной хлопали карты, Малой что-то возмущённо доказывал Кирюше. Где-то в корпусе громко закрылась дверь.

— Значит, всё? — спросил Длинный.

Ветка сильнее сжала ракетку.

Вот теперь стало по-настоящему больно.

Она любила его. От одной мысли, что это может быть «всё», внутри неприятно стянулось. Хотелось сказать, что нет. Что он сейчас извинится ещё раз, она поворчит, а вечером он снова свистнет под окном и жизнь вернётся на прежнее место.

Только на прежнее место почему-то больше не хотелось.

— Не знаю, Вов.

— Так не бывает.

— Бывает.

— Я же извинился.

Ветка коротко усмехнулась.

— Ну и что?

— А что мне ещё сделать?

— Ничего.

В его голосе появилась злость.

— У тебя всё всегда так. Что ни скажи — всё не то.

Ветка посмотрела на него.

— Вот видишь.

— Что?

— Ты уже злишься, потому что я тебя сразу не простила.

— Да не поэтому я злюсь!

— А почему?

Он не ответил.

Ветка отвела глаза.

— У нас и до этого всё через одно место было.

— Чего это?

— Твоя мать меня терпеть не может.

— Мамка тут при чём?

— Конечно. Ни при чём.

— Я ей что, рот должен заткнуть?

Ветка едва заметно вздрогнула.

— Нет, Вов. Не должен.

Длинный понял, что сказал что-то не то.

— Я не это имел в виду.

— Я знаю.

— Тогда чего ты?

Ветка устало выдохнула.

— Потому что у тебя всё всегда «не это». Мамка что-нибудь скажет — «забей». Пацаны ляпнут — «забей». Ты что-нибудь сделаешь — «я не это имел в виду».

Он смотрел на неё молча.

— Я устала забивать.

Длинный вынул руки из карманов.

На секунду показалось, что сейчас возьмёт её за локоть, как раньше.

Ветка чуть отступила.

Он заметил.

Рука остановилась и медленно опустилась.

— Ты меня теперь боишься, что ли?

Ветка нахмурилась.

— Нет.

Помолчала и добавила:

— Просто не хочу, чтобы ты меня трогал.

Длинный побледнел.

— Понял.

— Вот и хорошо.

— Вет…

Она посмотрела на него.

Он постоял ещё немного, будто всё ещё надеялся придумать слова, после которых сможет остаться.

Не придумал.

— Ладно.

Развернулся и пошёл прочь.

Юлька проводила его взглядом.

— Вет…

— Давай играть.

— Ты уверена?

Ветка подбросила волан.

— Подавай.

Юлька нехотя подняла ракетку.

Первый же удар Ветка отбила слишком сильно. Волан перелетел через Юльку и снова упал в траву.

— Ну Ветка!

— Извини.

Она быстро отвернулась и пошла за воланом.

Не потому, что очень торопилась продолжить игру.

Просто не хотела, чтобы Юлька видела её лицо.

За столом уже началась первая раздача.

Кирюша сидела между Валеркой и Димкой и пыталась объяснить правила сразу троим.

— Без денег и без желаний, — предупредила она. — Только очки.

— Командует уже, — пробормотал Малой.

— Потому что вы через пять минут начнёте спорить.

— Мы? — возмутился Валерка.

— Ты особенно.

Димка улыбнулся.

Карты легли на стол.

— Этой можно? — спросил Валерка.

— Можно.

Он походил.

Через несколько секунд снова повернулся к Кирюше:

— А сейчас?

— Можно.

— А этой?

— Валер!

— Я уточняю.

— Ты правила вообще слушал?

— Конечно.

— Что я сказала?

Валерка задумался.

— Что считать надо.

Малой захохотал.

— Квас, ты безнадёжен.

— Сам ты безнадёжен. Я тактику вырабатываю.

Димка молча выложил карту.

— Во! — сказал Валерка. — Бобрик понял.

— Я слушал, — ответил Димка.

— Это запрещённый приём.

Малой ругался вполголоса, Димка иногда напоминал правила, а Кирюша быстро считала вышедшие карты.

Валерка всё чаще поглядывал на неё.

— Ты мухлюешь?

— Нет.

— Тогда чего лицо такое?

— Какое?

— Умное.

— Я думаю.

— Подозрительно.

Малой бросил даму.

— Получите.

Димка спокойно положил короля.

Малой замер.

— Ты чего, Бобрик?!

— Играю.

Валерка захохотал.

— Всё, Санёк. Тебя Бобрик сделал.

— Да ничего он меня не сделал!

Кирюша записала очки на полях старой газеты.

— У тебя минус.

— Я не проиграл. Я стратегически отступил.

— Очень далеко отступил.

— Зато живой.

Через несколько раздач Малой сидел красный, Валерка спорил уже не столько с Кирюшей, сколько с арифметикой, а Димка неожиданно выиграл.

Кирюша пересчитала очки.

— Дим, ты выиграл.

Он поднял глаза.

— Я?

— Ты.

Димка улыбнулся.

Совсем чуть-чуть.

Но Кирюша заметила.

— Так, — она снова склонилась над газетой. — У Малого двадцать восемь…

За спиной раздался голос:

— Интересно. Что именно Бойцова считает?

Все замерли.

У стола стоял Александр Сергеевич.

Малой мгновенно накрыл карты ладонью.

— Смоловский, — сказал Марк, — поздно.

Малой медленно убрал руку.

— Мы без денег.

— Очень рад.

— И без желаний, — добавила Кирюша.

Марк посмотрел на неё.

— Это должно меня успокоить?

— Немного.

Он взял исписанный листок.

— «Кинг»?

Кирюша кивнула.

— Там логика, память. Почти математика.

— Как математик я согласен. Как классный руководитель — карты убрали.

— Но мы же не на деньги, — возразил Валерка.

— Знаю. Но если увидит Елена Борисовна, объяснять придётся мне.

Малой немедленно собрал колоду.

— Всё. Карт нет.

Марк посмотрел на колоду у него в руках.

— Очень убедительно.

— Уже почти нет.

Марк вернул Кирюше листок.

— Найдите другое занятие.

— Шахматы есть? — спросила она.

— Есть. Без двух пешек и ферзя.

Валерка оживился:

— Ферзя шашкой заменим.

— Тебя пешкой заменим, — сказал Малой.

— Сам ты пешка.

Марк усмехнулся.

— Завтра что-нибудь придумаем. А сегодня без подпольного казино.

— Какое казино? — возмутился Малой. — У нас даже выигрыша нет.

Кирюша подняла листок.

— Есть.

— Что?

— Я выиграла.

Малой застонал.

Валерка покосился на Кирюшу.

— Ладно. Формула твоя сработала.

— Какая?

— Считать, молчать и всех обыграть.

— Запомни. Пригодится.

Димка снова взял гитару.

Валерка вернулся к кубику Рубика и тут же окончательно испортил почти собранную грань.

— Вот зараза.

Кирюша сложила листок с очками пополам и убрала в карман.

Не потому, что выиграла.

Просто здесь ей нравились правила.

Их можно было узнать заранее.

Можно было ошибиться, пересчитать и попробовать ещё раз.

И если кто-то говорил «нельзя» — это действительно означало «нельзя».

А не что-то другое.