Месть

Глава 1. Новый преподаватель.
Пайпер Фриц.
Моя жизнь значительно отличается от жизни других людей. Часто слышу, что я не такая, как все. Это связано с моей внешностью, которая, по мнению общества, считается странной. У меня волосы двух цветов: одна сторона черная, а другая — светлая. На тёмной части можно заметить белые пряди, в то время как на светлой — черные. Мои волосы средней длины и есть чёлка.
Макияж присутствует всегда. В основном я крашу ресницы и губы. В одежде и маникюре я отдаю предпочтение черному цвету.
Также я обладаю непростым характером, где присутствует и упрямство, и импульсивность.  А вообще я обожаю выделяться из толпы. Вместе с тем, мне интересно, как живут те, кто ведет более спокойную жизнь. Судя по романам, у скромных девушек, подобно серым мышкам, существуют определенные преимущества.
Моя жизнь, помимо всего, полна трудностей. Моя мама ушла из жизни, когда родила меня, а об отце слышала немного от уст бабушки, которая стала моей опорой, но, когда мне исполнилось 18, она тоже ушла, оставив меня совсем одной. Её смерть оказала на меня значительное влияние.
Мне сейчас 20 лет, и я живу в общежитии с подругой, которая также является моей одногруппницей. Я учусь на втором курсе факультета психологии.
Утром меня разбудил крик подруги, и мне пришлось собираться на первую пару, хотя мне этого не хотелось. Я иногда пропускаю занятия из-за того, что темы могут быть неинтересными или преподаватель слишком скучно ведёт уроки. Однако сегодня меня заставили пойти.
— Говорят, что с сегодняшнего дня у нас новый преподаватель по психологии, — сказала моя подруга, — по слухам, он довольно молод. Всего год назад закончил университет.
Кудрявая блондинка стояла у зеркала, нанося ярко-красную помаду на свои полные губы. Она посмотрела на меня карими глазами через отражение. Её зовут Агата Бэйк.
— Ты явно на что-то рассчитываешь. Красная помада, расстегнутые пуговицы на блузке, черный лифчик, подчеркивающий твой размер, — сказала я, открывая шкаф. Я выбрала длинную черную блузу и брюки-клёш.
Агата посмотрела на меня с холодным выражением лица. 
– Мне нужно произвести впечатление, и желательно, положительное. 
– В таком случае, лучше выбрать более скромный наряд, – ответила я, косвенно намекая на кого она похожа.
Недовольная блондинка приблизилась ко мне и с явным гневом уставилась в глаза. Казалось, что она вот-вот решит со мною подраться.
– Возможно, он окажется скромным парнем.
– Но если это так, то его скромность сразу исчезнет при встрече со мной, – с угрозой произнесла блондинка. 
Агата, захватив сумку, направилась к входной двери и начала меня ждать. Я быстро переоделась, обувшись в кеды, а затем мы покинули комнату. Чтобы добраться до университета, нам нужно было пройти через парк. Мы шли по изогнутой дорожке, вдоль которой росли деревья, стояли скамейки и располагалось несколько детских площадок. Через десять минут мы оказались в университете, где все вокруг оживленно обсуждали что-то. Хотя причина понятна. Мне не понять одного: почему в фильмах, сериалах и в реальной жизни, стоит только появиться какому-то парню, и все сразу на него обращают внимание? Особенно когда речь идет о молодых преподавателях.
Когда мы шли в аудиторию, я раза три замечала разговоры о нем. Что в нем особенного? Преподаватель как преподаватель. Меня лишь озадачивает, что он окончил университет всего год назад. Возникает вопрос: как он может быть учителем, если сам еще так молод? Времени прошло немного, возможно, он тоже еще учится.
Мои мысли прервал звонок, после которого зашел высокий мужчина с крепким телосложением. У него тёмные волосы, аккуратно уложенные и борода, которая придаёт ему дерзкий вид. Лицо с чёткими чертами, высокими скулами и уверенным выражением. Мужчина был одет в темно-синюю футболку с короткими рукавами, под которыми просвечивались накаченные руки. Она прекрасно сочеталась с белыми брюками.
– Ты хоть рот закрой, когда на него смотришь, – шёпотом обратилась ко мне сидящая рядом Агата. 
– Я не смотрела на него.
– Не ври мне, – с тяжёлым вздохом произнесла блондинка, глядя на преподавателя. – Только глупая или та, которая интересуется другими девушка, не будет разглядывать его, – добавила она, а затем повернулась ко мне. – Ты же не…? 
– Ты с ума сошла? 
Похоже, я сказала это громче, чем планировала. Молодой преподаватель уже пытался выяснить кто это, смотря на каждого ученика. Но что мне понравилось так это то, что никто не обратил внимание на крик. Каждый, кто сидел здесь, обсуждал мужчину, как и в коридоре. Но на этот раз кто-то искал о нём информацию в телефоне и показывал экран своему соседу. Кто-то размахивал рукой, изображая веер, чтобы подчеркнуть, насколько жарко им находиться в одной комнате с таким парнем.
– Здравствуйте, я ваш новый преподаватель по психологии. Зовут меня Адам Рейес, – произнес он бархатистым голосом, от чего некоторые девушки чуть не упали со стульев. – Мне интересно, кто из дам решила приветствовать меня таким криком. Прошу, встаньте.
О.. Его характер мне не очень нравится. Какой-то зануда, хотя выглядит привлекательно.
– Мне повторить? – спросил Адам, повысив тон.
В аудитории воцарилась тишина. Услышав, что преподаватель говорит на повышенных тонах, все замолчали и обратили свои взгляды на меня. Так… Всё-таки мой крик услышали.
Под давлением множества глаз, мне пришлось подняться.
– Назовите ваше имя и фамилию, – потребовал Адам
– Пайпер Фриц.
Новый преподаватель подошёл к своему столу, открыл тетрадь и стал пальцем искать моё имя. Затем он взял ручку и записал что-то рядом.
– Я ставлю вам двойку за поведение.
Я была возмущена до глубины души.
– Мы разве в первом классе, чтобы ставить оценки за поведение?
Адам взглянул на меня своими тёмно-серыми глазами, отвлекаясь от записи.
– Нет, но в следующий раз вы поймёте, как важно уважать учителя и своих одногруппников.
Я вернулась на своё место, осознавая, что буду пропускать его уроки. Хоть психология — важный предмет в моей будущей профессии, сидеть в одном классе с таким занудным и скучным учителем я не собиралась.
Глава 2. Плюшевый мишка.
Пайпер Фриц.
Сигнал о завершении занятия наконец прозвенел. Я с нетерпением ожидала этого момента, отсчитывая каждую минуту и секунду на часах.  Рейес подтвердил мои предположения, оказавшись невыносимо скучным педагогом с неприятным характером. Если что-то шло не по его плану, он немедленно ставил двойку в журнал. При этом, если он замечал, что студенты не обращают на него внимания, как, например, я, он задавал вопрос, и в случае неверного ответа тоже ставил плохую оценку. Некоторые из моих одногруппников, чаще всего парни, невзлюбили его, как и я. А вот девушки решили посещать занятия не ради обучения, а из-за его привлекательной внешности. У нас в группе есть строгий староста, который поинтересовался у таких девушек о сессии. Они ответили:
«Можно купить ему алкоголь или, в крайнем случае, соблазнить, и зачет будет в кармане».
Непривычный подход, но он действительно работает. Я слышала о таком не впервые.
А я что? Когда я пропускала занятия и наступала сессия, то действовала по тому же принципу. Нет, я не использовала свои навыки соблазнения. Мой подход заключался в том, чтобы либо поговорить с преподавателем на интересующую его тему. К счастью, я хорошо разбираюсь в психологии и точно знаю, о чем стоит беседовать с конкретным учителем. Если этот способ не срабатывал, то я доставала из сумки алкоголь. За два года учёбы в университете я выяснила, кто какие напитки предпочитает: кому-то нравится вино, кто-то выбирает виски, а некоторые любят смешивать с газировкой, из-за чего приходится тратиться больше. И если не получится и этот способ, то есть у меня на такой случай третий план – подкупить преподавателя или купить оценку. Как хотите, так и называйте. У меня всегда есть немного средств благодаря моей вечерней работе.
Что за работа, которой нужно уделять время вечером и даже ночью?
Я танцую стриптиз в клубе. Занимаюсь этим с шестнадцати лет. Так сложились обстоятельства. Когда они изменились, я не смогла отказаться от танцев. Мне это нравится, я ощущаю себя в воздухе, когда танцую на шесте. Стриптиз для меня – это искусство. Не каждый обладает гибкостью и смелостью показывать своё тело с разных сторон. Я благодарна природе за свою фигуру: грудь третьего размера, плоский живот, который я поддерживаю благодаря занятиям спортом, а также выразительная талия и бёдра. Поэтому, надев красивую одежду, я могу долго любоваться своим отражением в зеркале.
Учёба в университете завершилась к вечеру, и я направилась в центр города к ночному клубу. Его трудно не заметить: яркие неоновые вывески светятся на расстоянии. При входе встречает впечатляющее фойе с высокими потолками и стильным интерьером, где уже раздаётся громкая музыка. Основной зал наполняет лёгкий дым от сигарет, а в центре находится сцена с пилонами, вокруг которых танцуют девушки, искусно вращаясь. За барной стойкой, оформленной в арт-деко, бармен смешивает коктейли. Немного дальше я заметила дверь, ведущую в раздевалку. Зайдя туда, я ощутила аромат косметики и услышала оживлённые разговоры коллег. Здесь, среди зеркал и яркого света, мы выбираем наряды, поправляем макияж и укладку.
Через время я была готова. На мне был корсет из кружева с прозрачными вставками и металлическими заклёпками. Чулки с кружевной резинкой подчёркивали стройность моих ног. Я дополнила образ перчатками до локтей, украшениями из страз, а на голове красовалась диадема.
Немного постояв у зеркала, я направилась в зал. Подойдя к пилону, я начала двигаться в ритме музыки. Яркие огни подчеркивали формы моего тела, придавая ему особую привлекательность. Мое сердце билось в унисон с музыкой, а взгляды мужчин ощущались на моей коже.
Каждый шаг и каждое движение – не просто танец, а глубокое эмоциональное самовыражение. В процессе танца я обнажаю не только свое тело, но и душу. Завершив выступление, я услышала восторженные отклики и увидела удовлетворенные лица, а деньги чуть ли не сыпались из их карманов.

Моя работа закончилась ранним утром. Утешает мысль, что сегодня нет занятий в университете – выходной. Я смогу хорошенько выспаться после бурной ночи. Когда я подошла к комнате, которую делила с Агатой в общежитии, возле двери увидела плюшевого мишку среднего размера, бежевого цвета, с красным бантиком на шее. Сначала мне показалось, что это подарок для подруги, но рядом с бантиком была записка:
«Для Пайпер Фриц от тайного поклонника».
В замешательстве я забрала мишку и вошла в комнату.
Наше жилье было очень комфортным, с двухъярусной кроватью. На верхнем уровне спала Агата, а под ним находилась моя кровать с маленьким столиком. Рядом стоял диван, украшенный мягкими подушками, а также шкаф, который дополнял обстановку. В комнате висела гирлянда из маленьких лампочек, которая сейчас была выключена, так как наступило утро. На стене, над диваном, находились наши фотографии и картины. На полу лежал мягкий серый ковер с белым геометрическим узором.
Сев на кровать, я положила игрушечного медведя на столик и задумалась: кто бы мог подарить его мне? Кто может быть этим таинственным поклонником? Это кто-то из клуба или новый знакомый из Интернета?
Сейчас расскажу подробнее о новом знакомом.
Две недели назад я встретила парня по имени Даниэль. Он написал мне в социальных сетях с намерением познакомиться. В процессе общения выяснилось, что он учится на том же факультете, что и я, но на третьем курсе. Живет он не в общежитии, а в арендуемой квартире, и это не стало преградой для наших встреч. Через неделю Даниэль предложил встретиться в сквере. Я долго сомневалась: стоит ли идти, ведь юноша не в моем вкусе. Он – парень с ярко-рыжими волнистыми волосами и зелёными глазами. У него мягкие черты лица и веснушки. Мило и для кого-то это привлекательно, но не для меня. Наверное, поэтому я ни разу не замечала его в университете.
Однако я согласилась, считая, что это будет единственная встреча. Но после нашей прогулки я изменила свое мнение. Даниэль оказался увлекательным молодым человеком с отличным чувством юмора. Темы для разговоров возникали без труда, и я смеялась до слез.
После этого мы стали встречаться почти каждый день. Однажды я поняла, что влюбляюсь в него, а плюшевый медведь, оставленный у меня под дверью, подтвердил, что чувства взаимны.
Но вот вопрос: почему Даниэль не отдал игрушку при нашей встрече? И почему он подписал записку так, будто не имеет никакого отношения к мишке? Может быть, я слишком накручиваю себя? Возможно, он романтик и решил устроить для меня сюрприз?
Глава 3. Странное сообщение от Анонима.
Пайпер Фриц.
Заглянув в социальные сети, я нашла профиль Даниэля и отправила ему сообщение:
«Спасибо за мишку, мой таинственный поклонник!»
Несмотря на то что мягкие игрушки не в числе моих фаворитов, мне нужно было выразить свою благодарность. Даниэль долго не отвечал, и это меня немного насторожило. Он прочитал сообщение, находился в сети какое-то время назад, но не писал ничего.
Через час я получила от него ответ:
«Как ты выяснила, что это я?»
Я облегченно выдохнула. Всё-таки мой таинственный поклонник — это Даниэль, и я не ошиблась в своих догадках.
Несколько минут спустя пришло еще одно сообщение:
«Не хочешь сходить в кино? Но скажи, какой жанр предпочитаешь.»
Начну с того, что я совершенно не переношу мелодрамы и романтические фильмы. Во-первых, всегда очевидно, кто с кем будет. Во-вторых, по первым кадрам чётко видно, какую историю нам покажут. Например, главная героиня из небольшой деревни «случайно» находит работу горничной у миллионера. Легко предположить, что он в неё влюбится и начнёт за ней ухаживать. Или вот другой вариант: скромная молодая мама, трудящаяся медсестрой и еле сводящая концы с концами, вдруг встречает его, своего «принца» на белом коне или, точнее, на роскошном автомобиле. К тому же, он ещё и женат на какой-нибудь стерве, которая ему изменяет, но он ничего не подозревает. В итоге он влюбляется в молодую маму, ловит свою жену на измене, начинает заботиться о ребёнке медсестры, то есть первой женщины, даря ему игрушки, и, конечно, заканчивается всё свадьбой и счастливым концом. Фу. Как вообще можно любить романтические фильмы?
А ужастики — это совсем другое дело. Здесь не угадаешь сюжет по первым кадрам, и никогда не знаешь, когда появится монстр или что испугает. Ужасы вызывают адреналин, что делает их увлекательными.
Понятно, что я ответила Даниэлю. Он согласился, приобрёл билеты, и мы отправились в кино.
В кинотеатре был небольшой киоск, где продавали еду и напитки. Я выбрала сырный попкорн и вишневую газировку, а Даниэль остановил свой выбор на чипсах и соке.
– Поднесите карту, - произнесла девушка за кассой.
Я достала кредитную карту из кармана, чтобы оплатить покупку.
– Я заплачу, - сказал Даниэль с улыбкой и прикоснулся картой к платежному терминалу.
О, рыжеволосый парень оказался джентльменом. Это здорово.
Однако, когда мы вошли в зал, я недовольна посмотрела на выбор мест. Даниэль выбрал задний ряд. Обычно туда садятся по нескольким причинам: для поцелуев и для разврата. Мне захотелось уйти, но Даниэль остановил меня.
– Знаю, что это задний ряд, но других мест не было. Посмотри, все кресла заняты.
Я оглядела зал. Здесь не осталось ни одного свободного места. Хотя, что я могла ожидать? Фильм, который мы пришли посмотреть, вышел всего пару дней назад. Конечно, поклонники ужасов заполнят все места.
Убедившись, что попкорн стоит на своем месте, я уселась в мягком красном кресле. Свет в зале погас, и на большом экране начался фильм. В следующую секунду я была полностью погружена в процесс.
Скримеров и монстров было много, иногда в самых неожиданных местах. Я вздрагивала от криков жутких чудовищ и резких пугалок. Даниэль, наблюдая за моей реакцией, старался держать меня за руку, пытаясь успокоить, хотя сам тоже был напуган фильмом. После просмотра кино мы решили посетить тир. Первой стрелять по мишеням буду я.
Я встала перед мишенью, крепко сжав пистолет в руках, чувствуя холодный металл на ладонях. Глубоко вдохнув, я внимательно посмотрела на ярко раскрашенные цели. Первый выстрел оказался неудачным, но вскоре я уловила технику стрельбы, и следующие попытки были успешными. Я поразила все мишени, что сильно удивило Даниэля.
После меня стрелял рыжий парень, и он, как и я, попал по всем мишеням, но без ошибок. В качестве призов мы получили несколько бесполезных сувениров. Но даже так эмоций было много.
Затем мы направились к общежитию. Даниэль решил проводить меня.
– Пайпер, может, нам стоит начать встречаться? Кажется, у нас есть взаимные чувства. Если ты не согласишься, я пойму, ведь прошло не так много времени, – сказал он, когда мы подошли к входу в общагу.
Рыжий парень начал что-то быстро говорить. Я, потянув его за футболку, наклонила юношу к себе из-за разницы в возрасте и поцеловала. Даниэль, вновь шокированный моим поступком, ответил на поцелуй.
– Думаю, ты сам понял мой ответ, – подмигнула я.
Он кивнул, и я вошла внутрь здания. Как только я зашла в комнату, заметила, что на мой телефон пришло два сообщения. Первое было от Даниэля:
«Прогулка была замечательной. Увидимся завтра».
А второе сообщение пришло от человека под именем «Аноним». Помимо необычного прозвища, у него нет фотографий и профиль закрыт от посторонних глаз.
«Как тебе мой подарок, детка?»
Я не придала этому значения и просто проигнорировала его. Затем зашла в чат с Даниэлем, чтобы написать ему, но Аноним снова отправил сообщение:
«Молчишь? Понравилось или нет?»
Вместо того чтобы отвечать, я заблокировала этого пользователя и продолжила общение с рыжеволосым.
Глава 4. Фотографии и ссора с подругой.
Пайпер Фриц.
Сегодня ровно месяц с тех пор, как я начала встречаться с Даниэлем. Наши отношения развиваются стремительно. Каждый день мы проводим вместе: то прогулки, то мимолетные встречи перед парами. Моё сердце колотится, когда я вижу его, как будто хочет вырваться из груди. Но мой характер не изменился. Обычно в ненавистных мне фильмах плохие парни или девушки становятся добрее благодаря любви. Но у меня всё по-другому. Я осталась собой: если мне что-то не нравится, я не стесняюсь говорить об этом Даниэлю, даже если это приводит к конфликтам. Я не переживаю, что рыжий парень может уйти. Если он действительно мой, он останется рядом, вне зависимости от обстоятельств.
– Пайпер Фриц, мне ещё раз повторить? - на повышенном тоне Адам Рейес вывел меня из мыслей. Я с недовольством посмотрела на преподавателя, – вы подготовили домашнее задание?
После заданного мне вопроса я обратила взгляд к Агате. К счастью, моя подруга уловила мой взгляд, выразивший вопрос: «Нам вообще что-то задавали?», и незамедлительно написала на листке:
«Психопатология. Расскажи об этом».
Я была поражена. Получается, Агата относится к тем, кто посещает занятия ради новых знаний, а не ради привлекательности преподавателя. Я цокнула языком, осознавая, что оказалась в затруднительном положении. Психопатология – это не моё.
– Вы что, спите? – спросил Адам, приближаясь ко мне.
– Я не сделала домашнее задание. Всё-таки мы не в школе, чтобы его выполнять, – с наигранностью ответила я, поднимая глаза на преподавателя.
– Ох… И как вы, юная леди, планируете стать психологом? – произнес мужчина. – На мои занятия не приходите, но сегодня вот удостоили нас своим присутствием. Наверное, скоро оранжевый снег пойдет, – Адам указал на окно, а потом его взгляд стал гораздо более суровым, чем прежде. – Домашнее задание не делаете, на вопросы по теме не отвечаете. Единственный выход для меня – обратиться к ректор с просьбой о вашем отчислении.
Я закатила глаза. Меня не пугает угроза отчисления. Хоть я и прогуливаю пары, но оценки у меня отличные. Скажем так, благодаря своим знаниям я поднимаю престиж университета, так что отчислить меня не смогут.
– Кстати о ректоре, – продолжил Адам, – он вас искал и хотел, чтобы вы к нему пришли. У него есть серьезный разговор. Так что… направляйтесь немедленно!
Адам Рейес направился к учительскому столу, а я, схватив свою сумку, покинула аудиторию. Кабинет ректора находился на том же этаже, и я быстро добралась до него.
Когда я вошла, первое, что привлекло меня – дубовый стол, аккуратно уставленный книгами и списками дел. На нём также стоял компьютер и принтер. За столом сидел ректор, мужчина средних лет с проницательным взглядом. На стенах кабинета висели портреты выдающихся ученых, а в шкафу с прозрачными дверцами размещались трофеи и награды, отображающие успехи ректора.
– Мисс Фриц, рад вас видеть. Прошу, садитесь.
Рядом со столом стоял стул, на который я села и посмотрела на мужчину.
– Утром, когда я пришел в свой офис и сел за работу, я заглянул на электронную почту и увидел письмо, отправленное мне вчера вечером. Открыв его, я обнаружил фотографии, на которых были вы, – мужчина повернул монитор в мою сторону, показывая снимки, на которых изображена я, танцующая на пилоне в ночном клубе. Смотря на это, я почувствовала, как внутри меня нарастает паника. Фотографии сделаны кем-то из зала. Кто-то находился очень близко к пилонам и вел съемку, – надеюсь, вы понимаете последствия того, что я увидел. Поэтому я настаиваю на том, чтобы вы объяснились.
Да, я полностью понимаю, к чему он клонит. В нашем учебном заведении есть регламент, в котором изложены различные правила. И если студентка, такая как я, занимается стриптизом или ещё чем-то нехорошим, то её необходимо отчислить, поскольку это отражается негативно на имидже университета.
– Это какое-то недоразумение. Я не занимаюсь стриптизом, - солгала я.
– Пайпер Фриц, не стоит обманывать. На снимках явно изображены вы.
Я старалась успокоить свою нарастающую панику, но с каждым словом ректора она становилась всё сильнее. В такие моменты я становлюсь мямлей. Именно это мне не нравится в своём характере.
– Это может быть фотомонтаж или…
– Хватит! – прервал меня мужчина. – Вы хотите сказать, что кто-то нашёл вашего двойника? В Точь-в-точь с вашим цветом волос, чертами лица, да?
– Всё может быть, – шучу я, осознавая, что они здесь совершенно не к месту.
Мужчина издал тяжёлый вздох.
– Пайпер, ситуация серьёзная, – произнес он с паузой, – поскольку вы талантливая студентка и способствуете улучшению нашей репутации, я хочу предоставить вам шанс. Не буду вас отчислять. К тому же, если отправитель неизвестен, это означает, что сооснователь, и инвесторы не видели этих фотографий.
Меня насторожили два слова «отправитель неизвестен». То есть это может быть кто-то из моих знакомых? Единственный, кто осведомлён о том, что я работаю стриптизершей, – это Агата. Неужели она решила подставить меня? Но… зачем?
– Можете уходить.
Я кивнула и вышла из кабинета.
Так как последняя пара сегодня — психология, я пошла в комнату, чтобы подождать Агату. Мне нужно было выяснить, сделала ли она это или нет. К счастью, долго ждать не пришлось. Меня удивило, что после занятия она направилась домой, а не на встречу с каким-то парнем. Обычно она отправляется на очередное свидание с ночевкой и возвращается утром с довольным и радостным лицом.
Когда блондинка приходит домой, она сразу меняет свою одежду на более удобную, но в этот раз, заметив моё серьёзное выражение лица, она села рядом со мной на кровать.
– Что сказал ректор? — с волнением спросила Агата.
Я подробно описала наш разговор и поделилась своими подозрениями.
– То есть ты считаешь, что именно я отправила эти фотографии? – Агата в ужасе поднялась с кровати. На ее лице читались удивление и недоумение.
– Да, ты! – выкрикнула я, вставая с кровати. – Только ты знала, чем я занимаюсь. Мне интересно, почему ты на это решилась? Неужели ты мне завидуешь? Или ты просто решила внести в мою жизнь хаос? Может, ты хотела меня разыграть? Или стремишься быть лучше меня? Я при своем образе жизни добиваюсь успехов, в то время как ты пытаешься добиться этого через постель, и даже это не всегда работает. Затевая интрижку с одним преподавателем ради оценки, ты потом переходишь к другому. Я знаю, что бывало, когда некоторые учителя жаловались ректору на твои попытки их соблазнить. Сколько раз ты была на грани исключения из-за этого? Решила, что если отправишь фотографии, то затмишь свои грязные делишки?
Агата смотрела на меня с ненавистью.
– Что за бред ты несёшь? Мы ведь подруги, Пайп. Мы дружим уже несколько лет и знаем друг о друге всё! Почему ты решила, что это я? Может, твоему новому парню пришло в голову отправить снимки? Или, возможно, это кто-то из мужчин, перед которыми ты крутишь задом?
– Ты знаешь мою причину «крутить задом», Агата.
Я ощутила, как в воздухе витало напряжение, словно пламя уничтожало нашу дружбу.
– Твоя причина ушла из жизни два года назад! Но почему-то ты все еще продолжаешь там работать. Хотя… Понятно почему, - подруга хотела уйти, но я остановила её, требуя объяснений, - тебе, как и мне, нравится раздвигать ноги. Понятно же, что ты не только танцуешь, - я шокированно смотрела на неё, понимая, как что-то внутри меня трескается, - Что? Тебе тоже больно? И мне. Но… За что ты мне сейчас причинила боль? За то, что подумала обо мне в первую очередь, увидев фотографии на мониторе компьютера? Молодец, но могу сказать с точностью, что я не отправляла их на его электронную почту. Знаешь… Благодаря этому разговору я поняла, что ты на самом деле стерва, подруга.
Последнее слово звучало, словно яд. Агата вышла из комнаты, хлопнув дверью. И в тот же миг на телефон пришло сообщение от Анонима. Как так? Я же его заблокировала.
«Игра началась, куколка. И счёт 2:0».
Глава 5. Потерянные связи.
Пайпер Фриц.
Сообщение от Анонима показалось мне весьма странным. Что он имел в виду, когда написал: «Игра началась»?
Почему именно «2:0»? Нужно разобраться с этим.
Я упала на кровать и, лежа на спине, уставилась в потолок, размышляя о последних событиях. Может быть, Агата действительно ни при чём? И я без повода наговорила ей гадостей? Я закрыла лицо руками и громко закричала, осознав свою вину перед подругой. Как мне теперь перед ней извиниться? Что она любит? Так, алкоголь, клуб. Точно! В качестве извинения надо пригласить её в клуб.
Я вскочила с кровати и направилась к выходу. Вероятно, Агата уже вышла на улицу. Но куда она могла уйти? Мест, где можно «остыть» после ссоры, предостаточно. Проще спросить кого-то об этом. Наверняка кто-то заметил злую девушку, выбегающую из комнаты или общежития. В коридоре я встретила несколько первокурсниц, сидящих на подоконнике. Интересно, как долго они здесь находятся? Видели ли они Агату? Сейчас и узнаю.
– Твоя подруга направилась к университету, - ответила одна из девчонок.
Я поблагодарила и пошла в сторону универа.
Между мной и Агатой иногда возникали конфликты, но они были редкими. Мы могли обменяться колкими словами, но не настолько, чтобы обидеть по-настоящему. Я осознаю, что моя подруга испытывает злость и надеюсь, что смогу получить её прощение. Но для чего ей идти в университет?
Я обежала все корпуса учебного заведения в поисках Агаты и наконец увидела её, когда она выходила из кабинета ректора. Закрывая дверь, Агата с улыбкой произнесла ему: «Спасибо!», но потом встретила мой взгляд. Та радость моментально потухла.
– Я тебя искала! – проговорила я, стараясь восстановить дыхание. Агата молчала, и было ясно, что она не желает со мной разговаривать. – Извини меня, пожалуйста. В качестве компенсации приглашаю тебя в клуб.
Но моя подруга никак не отреагировала. Обычно, услышав «клуб» или «алкоголь», её глаза загорались. Для неё без этого молодость теряет смысл. Теперь же она смотрела на меня с холодным безразличием, словно превратившись в куклу.
– То есть после всего, что ты сказала, я должна тебя простить и отправиться в клуб, чтобы напиться? – произнесла она с презрением.
– Давай признаем, что мы обе переборщили.
Я заметила, как Агата становится всё более раздражительной и злой, словно готова взорваться от гнева, как бомба. Мне срочно нужно было сменить тему. Глядя на кабинет ректора, я задала вопрос:
– Что-то произошло? 
– Я обсуждала с ректором возможность переезда в другую комнату. 
Мурашки пробежались по моей коже, словно я прикоснулась к электрошокеру. Неужели я не ослышалась? Агата действительно собирается переехать в другую комнату? Это означает, что нашей дружбе приходит конец.
Существует ли надежда на примирение? Возможно, не сейчас, но в будущем. Сейчас и мне, и Агате необходимо разобраться в своих мыслях. Я должна понять, что творится вокруг, пристально вглядываясь в своё окружение, и выяснить, кто отправил фотографии с вечеринки на почту ректора. Агате нужно решить, имеет ли смысл продолжать общение и дружбу со мной. 
– Спасибо за дружбу, – произнесла я, протянув ей руку на прощание, но блондинка с гордо поднятой головой прошла мимо меня.
Боль ощущалась остро, словно в моё сердце вонзили несколько ножей, но даже так я не могла расплакаться. Не было слёз уже давно.
В последний раз, когда я плакала, это было на похоронах бабушки. После этого я зарыла желание плакать глубоко внутри, полагая, что это проявление слабости. А кому сегодня нужна слабость? В наше время все стремятся казаться сильными.

•••
Тем же вечером Агата собрала свои вещи, а наутро в комнату вошла симпатичная девушка. Её волнистые каштановые волосы были собраны в высокий хвост, ярко-зелёные глаза подведены тушью, а губы украшала нежно-розовая помада. Судя по её образу, мне будет с ней трудно. Хотя… Не стоит судить книгу по обложке.
– О… Привет! – громко произнесла она, катя свой чемодан по полу. – Меня зовут Шарлотта Джонсон. Я первокурсница на факультете литературы. Так здорово, что мы будем соседями!
Нет, это не здорово. По крайней мере, для меня. Во-первых, она первокурсница, а обычно такие студенты не ходят на вечеринки, потому что первый год они заняты только учёбой. Потом, конечно, всё меняется.
Во-вторых, Шарлотта на факультете литературы. Она что, каждое утро будет читать стихи? Или, может, станет рассказывать сказки перед сном, в качестве колыбельной?
Шарлотта начала делиться своими историями, но я ее не слушала, вместо этого я направилась к входной двери. Я решила прогуляться по парку и пропустить занятия. Чувствую себя опустошенной, и учёба не поможет мне заполнить образовавшуюся пустоту.
– Ты не собираешься на пары? – спросила новая соседка, заметив мои намерения уйти.
– Я не обязана отчитываться перед тобой, – грубо ответила я и вышла сначала из комнаты, а потом и из общежития.
На улице начался лёгкий дождь, и температура немного понизилась. Но мне это нравилось больше. Дождь способен смыть мои воспоминания о прошлом дне, но он никогда не иссушит тот вечер, когда я в последний раз была с бабушкой.
Мои размышления прервал телефон — сообщение от Даниэля. Он приглашал меня в кафе, расположенное неподалеку от парка. Рыжий парень тоже решил пропустить занятия. Неужели он перенял это у меня? Хороший мальчик учится плохому? Ох… Но я согласилась встретиться, тем более по Даниэлю я соскучилась. И именно он нужен мне, чтобы скрасить мои переживания.
Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как дошла до входа в кафе. Даниэль сообщил, что немного задержится, поэтому я выбрала столик у окна. Мои пальцы невольно заплетались в волосы — я испытывала волнение. Глядя в окно, ждала его появления. Прошло некоторое время, и вдруг я услышала, как зазвенели колокольчики у входа в кафе.
Даниэль вошёл и направился ко мне. Его рыжие волосы слегка намокли от дождя, а на футболке остались капли. Тем не менее, это не мешало ему выглядеть привлекательно. Подойдя к столу, он поцеловал меня в щёку и занял место, напротив. Мы сделали заказ и начали беседовать, и я совершенно потеряла счёт времени. В компании любимого я могла забыть о всех заботах, но важно помнить о главном: Даниэль всё же в числе подозреваемых.
— У меня есть вопрос, - юноша внимательно смотрел на меня, -  был ли ты два дня назад в клубе, который находится в нескольких кварталах отсюда? — спросила я, допивая свой кофе.
— Нет, а что случилось?
Я не могу делиться с Даниэлем деталями своей работы. Мы ещё не достигли того уровня доверия, чтобы обсуждать такие вещи. Слишком рано раскрывать свои секреты.
— Вдруг возникнет необходимость тебя ревновать, — почти с истерическим смехом сказала я.
Похоже, Даниэль поверил в моё враньё. Улыбнувшись на мою глупость, он ушел в туалет, оставив телефон на столе. Я решила заглянуть в смартфон, чтобы найти снимки. Но там не оказалось никаких фотографий. Заглянула в корзину — тоже пусто. Могу предположить два варианта: либо это действительно Даниэль, который все удалил, либо фотографом является не рыжеволосый парень. Так кто же тогда?
Может, я схожу с ума? Я подозреваю каждого из своего окружения – это ненормально.
Юноша вернулся, мы ещё немного поговорили, а после вышли из кафе. Он решил в очередной раз проводить меня до дома. Когда до общежития осталось немного, Даниэль остановился и спросил:
— Ты сегодня выглядишь странно. Что-то тебя беспокоит?
— Мы с Агатой сильно поругались, и она решила переехать из нашей комнаты, — призналась я, не вдаваясь в подробности конфликта.
Парень с рыжими волосами шагнул ко мне и обнял. Я не привыкла к физическому контакту, но объятия дорогого человека оказались приятными. Мне стало легче, хотя мысли все еще путались в голове.
— Вам нужно обязательно помириться. В жизни бывают разные ситуации, — сказал Даниэль, отступив на шаг, — если вы справитесь с этой ссорой, ваша дружба станет только сильнее.
А если не получится?
Если мы не сможем пережить этот конфликт, учитывая, что сказали друг другу?
— Спасибо! — ответила я на его утешительные слова.
Потом мы молча дошли до общежития, и я вошла внутрь. Оглядывая комнату, в памяти всплыло:
«Твоя причина исчезла два года назад».
Я села на диван и погрузилась в раздумья о том, что было.
Глава 6. Счастье и трагедия.
Пайпер Фриц.
Я полагаю, стоит начать рассказ с самого начала, с момента моего появления на свет.

20 лет назад.
Виола Фриц.
Я сидела на краю ванны, держа в руках тест на беременность. За несколько дней до этого я заметила, что в организме происходят необычные изменения и была задержка. Решила сделать тест. В инструкции говорилось, что нужно подождать.
И вот я вижу две полоски. Моему счастью нет предела. Уверена, что мой муж, который вскоре станет отцом, будет в восторге. Мы много говорили о детях, и я задавала ему кучу вопросов. Он уверял, что готов к появлению малыша, поскольку наше финансовое положение в порядке, и мы морально к этому готовы. Нам уже не двадцать, мы давно завершили обучение в университетах и занимаемся престижными профессиями. Оба работаем архитекторами.
Обрадовавшись, я пошла в больницу. Там подтвердили беременность. Анализы в норме, то есть я абсолютно здорова.
Мне оставалось поделиться с мужем радостной новостью о предстоящем пополнении в семье. Я решила подойти к этому творчески. Купила маленькую яркую коробочку, в которую положила тест на беременность и ленту для оформления. Устроила праздничный ужин. Когда муж вернулся с работы, мы сели за вечернюю трапезу. Я долго откладывала момент, чтобы достать коробочку, переживая, как он отреагирует. Но под конец ужина все же решилась.
– У меня для тебя сюрприз, – сказала я, улыбаясь и нежно глядя на него, вынимая коробочку из кармана.
Муж был приятно удивлён, но как только он открыл крышку, его улыбка исчезла. Он ошарашенно смотрел на меня.
– Что это? – спросил Ричард с недоумением.
– Это положительный тест на беременность.
– Я вижу! Как это возможно? – его голос стал выше, и я ощутила тревогу.
– Ой, Ричард, ты такой наивный! – произнесла я, не удержавшись от смеха. – Думаю, ты понимаешь, как это случилось.
Ричард сделал глубокий вдох и закрыл лицо руками. В его дыхании витало напряжение и страх. Затем он встал из-за стола. Подойдя к своей куртке, Ричард вытащил кошелёк, откуда достал значительную сумму и начал её пересчитывать. Я молча наблюдала за ним, не понимая, что происходит. Мужчина вернулся к столу и резко бросил небольшую стопку денег, которые разлетелись по всей кухне.
– Ты пойдёшь на аборт, – произнёс Ричард.
Эти слова прошлись по моему сердцу, как удар. Мне хотелось плакать, но я сдерживалась. Я собрала волю, чтобы встретить взгляд Ричарда.
– Ты же говорил, что готов стать отцом.
– Готов, но сейчас не хочу детей, – ответил он, опираясь на стену. – Я ещё не нагулялся.
Резкие и жестокие слова прозвучали из уст Ричарда, но моё сердце также бешено стучало. Я любила его, поэтому взяла деньги.
– Я сделаю аборт, – соврала я ему.
Ричард выдохнул и сел за стол. Я тянула с абортом, не хотела его делать. Я мечтаю о ребёнке, о девочке. Может, мнение моего мужа поменяется? Он всё же отец этого ребенка.
Однако после нашего разговора поведение Ричарда изменилось кардинально. Он начал уходить с работы, утверждая, что встречается с друзьями. На самом деле он возвращался поздно, пьяным и с запахом женских духов. На работе я стала слышать подозрительные перешептывания среди коллег, касающиеся его:
«Он изменяет Виоле»
«Что?! Она же в положении!»
«Ей не стоит волноваться. А то выкидыш случится!»
Как же меня раздражает, когда рабочая атмосфера превращается в слухи. Сплетни распространяются мгновенно, хотя я стараюсь не делиться подробностями своей личной жизни. Как коллеги выяснили о беременности — не понимаю, ведь живота ещё не видно. Да и я стараюсь надевать широкую одежду. Хотя… Может, как раз широкие платья, брюки, футболки дали толчок к сплетне о моей беременности?
А вот причину разговоров об измене моего мужа знаю. Причина – девушка, наша коллега, с которой Ричард старается уходить каждый вечер и даже средь бела дня, словно позабыв о своей жене, то есть обо мне.
А однажды вечером, когда муж пошел в душ и оставил свой телефон, я решила проверить все социальные сети. И наткнулась на переписку с той самой девушкой. Выгнала ли я его за это? Нет. Ещё раз повторюсь: я люблю его. А переписка может быть лживой, ведь так? Ричард может дружить с этой девушкой. А уходят они, потому что могут обсудить какие-то рабочие моменты. Ведь так?
Нет, не так. И как же я была глупа.
Как-то я задержалась на работе. А перед тем как прийти домой, я зашла в магазин, чтобы купить чего-нибудь вкусненького на ужин. Хочется просто так, без повода за вкусными блюдами посидеть и поговорить. Вспомнить прошлое, вспомнить все наши моменты за столько лет.
Но когда я пришла домой, то в прихожей увидела незнакомую женскую куртку и обувь. Сглотнув, я направилась в спальню. Ноги сами несли меня в эту комнату. И, как оказалось, не зря. В спальне я увидела мужа с любовницей. Как только девушка заметила меня, она сразу же собралась и ушла. Услышав звук закрывающейся двери, я посмотрела на Ричарда. Он, будучи в шоке, со смущением смотрел в пол и на кровать, но не на меня.
— Как долго это продолжается? — спросила я.
— Давно. Ещё до того, как ты узнала о беременности, — ответил он.
По щекам стали идти слёзы. Как же я была слепа. Через розовые очки я видела только радость. Старалась оправдать Ричарда. Но сейчас очки разбились.
— Нагулялся?
— Да… Мне нужно было сказать тебе тем вечером, что я не люблю тебя.
— Тогда убирайся из моей квартиры, — сказала я.
Ричард поднял на меня взгляд, полный злости.
— Эта квартира была куплена спустя год нашего брака. Это совместная собственность.
Я согласилась, стремясь поскорее избавиться от Ричарда. Он быстро собрал свои вещи и ушёл. Позвонила матери, сообщив, что приеду домой. Она обрадовалась этому.
В родных стенах я ревела целыми сутками, забыв про всё на свете. Про работу, про ребёнка. Я думала только о Ричарде, но вместо любви я чувствовала боль. Сердце разбито. Сколько ещё трудностей мне предстоит пережить? Может, это всё?
 Нет, не всё. Вскоре выяснилось, что переживаний будет немало.
Развод оказался настоящим испытанием. Ричард, решив разбираться через суд, каким-то образом отобрал у меня всё имущество: и машину, и квартиру, хотя сам утверждал, что это всё нажито совместно. Мужчина оставил меня ни с чем. Я переехала к маме, в свой родной дом.

Маргарет Фриц.
Беременность Виолы дала о себе знать. Сначала она ощутила слабость, тошноту и головокружение. Врачи списывали на токсикоз, на гормональную перестройку. К тому же, анализы были в норме. Сдавала анализы, ходила на УЗИ, где узнала, что будет девочка. Но однажды, Виоле стало резко плохо. Мы подумали, что в этот день девочка появится на свет, хотя до родов ещё рано. Вызвали скорую, и Виолу увезли.
Но я нервничала и не находила себе места. Чтобы отвлечься, в голову пришло решение испечь вишнёвый пирог. В случае чего я могла бы отвести его Виоле и внучке.
Когда поставила пирог в духовку, раздался звонок. Я ответила, не взглянув на экран.
– Маргарет, вам нужно срочно приехать в больницу. Это крайне важно, – произнёс врач. В его голосе не было ни намека на радость, он говорил очень серьёзно. Мужчина сбросил трубку.
Вырвавшись из дома, я поймала первое попавшееся такси. Указала адрес, и к счастью, водитель оказался добрым человеком – он не взял с меня денег за поездку. Только выходя из машины, я поняла, что забыла кошелек.
Таксист довёз меня быстрее, чем можно было ожидать.  Я вбежала в коридор больницы, и неприятный запах не оставлял сомнений в том, что доктор скажет что-то тревожное.
Я замечаю, как рядом с родильным отделением сидит опечаленный врач. Точно, случилось что-то плохое. Я подошла к нему, но он, не поднимая головы, начал говорить:
– Примите мои соболезнования.
Сердце колотилось в груди, а давление, по ощущениям, зашкаливало. Мне казалось, что я не смогу выдержать услышанное от врача.
– Мы нашли болезнь у Виолы. Как оказалось, у неё была редкая аутоиммунная патология, которую спровоцировала беременность. Узнали только сейчас, и лечение уже бы не помогло. Простите, это ошибка врачей.
Я схватилась за сердце и села рядом с доктором. Я не могла поверить, что моей дочери больше нет в живых.
– А ребёнок? – спросила я едва слышно, словно шёпотом.
– Девочка в порядке, но так как она родилась преждевременно, её поместили в специальное отделение, где будут о ней заботиться.
Я немного успокоилась, но в душе всё равно оставалось тревожно. Врачи допустили ошибку! У Виолы была болезнь! Она пожертвовала своей жизнью ради девочки, ради ребенка!
Кто теперь возьмётся за её воспитание? Неужели я смогу стать ей опекуном? Хотя… У девочки есть отец. Интересно, согласится ли он забрать её к себе?
– Можно увидеть ребенка?
– Да, но чуть позже.
Кивнув головой, я, словно на ватных ногах, направилась домой. Подходя к подъезду, я почувствовала запах дыма. Когда я подняла глаза, то чуть не упала от удивления. Из окна моей квартиры вырывался огонь, а возле здания стояли пожарные машины, скорая помощь и полицейские. Я подошла к одному из мужчин в форме и спросила, что случилось. Он объяснил, что кто-то забыл пирог в духовке, и возникло возгорание. У меня возникло чувство стыда. Ведь из-за меня произошёл пожар. Смотря на пламя, я понимала, что нужно срочно решать эту проблему, иначе буду жить на улице.
Глава 7. Сквозь слезы и трудности.
Маргарет Фриц.
Меня мучило множество проблем. После того, как моя квартира сгорела, я приобрела небольшой домик в деревне. К счастью, мне дали денежную компенсацию.
Сумма была скромной, поэтому я не могла позволить себе что-то красивое или просторное.
Затем появился ребёнок. Вскоре после смерти Виолы врачи разрешили мне зайти в палату и увидеть девочку. Я решила назвать её Пайпер, как и мечтала моя дочь. Держа малышку на руках, я не смогла сдержать слёз. Пайпер сильно похожа на Виолу: у неё такие же чёрно-белые волосы и голубые глаза. Черты лица практически идентичны. Не хотелось бы, чтобы Ричард занялся воспитанием девчушки. Я хочу стать опекуном, тем более он сам настаивал на аборте.
После похорон Виолы я направилась по адресу, где сейчас живёт отец Пайпер. Мне было легко его отыскать: я зашла в компанию, где работает Ричард, и задала вопрос касательно его местонахождения. Мне повстречались доброжелательные люди, которые охотно помогли.
Дорога до новой квартиры Ричарда оказалась долгой, но теперь я стояла у двери и нажимала на кнопку. В ответ раздалась приятная мелодия звонка, и вскоре я услышала лёгкие шаги, приближающиеся ко мне. Дверь открылась, и на пороге появилась девушка с яркими каштановыми волосами, на ней был халат алого цвета. По описанию Виолы, это та девушка, с которой Ричард изменил ей.
– К кому вы пришли? – спросила она, поправляя пояс своего халата.
– Здесь живет Ричард Фриц?
– Да, а что-то случилось? Его нет, он отлучился в магазин на короткое время.
Судя по её внешности, она – доминирующая личность и не любит, когда всё идёт не по её плану.
– Мне нужно с ним поговорить. Это важно.
Девушка немного подумала, затем отступила на шаг назад, чтобы я могла войти в дом. Краем глаза я заметила, что на её безымянном пальце сияет обручальное кольцо. Быстро же женился Ричард.
Мы с шатенкой уселись на уютный диван в гостиной. Она начала расспрашивать о нашем разговоре и о том, как я связана с Ричардом. Я кратко объяснила ситуацию.
– Вам действительно нужен такой человек, как Ричард? – осведомилась я, прекрасно осознавая, что лезу в чужие дела.
Шатенка собиралась ответить, но не успела. Входная дверь захлопнулась, и вскоре в гостиной появился бывший муж Виолы. Увидев меня, Ричард потерял дар речи. Девушка решила оставить нас вдвоём для более приватной беседы. Он стоял, не собираясь садиться рядом.
– Зачем вы пришли? Мы с Виолой всё обсудили. Если вы собираетесь читать мне нотации о том, какой я плохой и изменщик, просьба уйти, - произнёс Ричард властным тоном.
– Я не собираюсь этого делать. У меня есть две новости: одна плохая, другая хорошая, – я сделала паузу, чтобы собраться с мыслями, – первая новость – Виолы больше нет в живых. Вторая – у тебя появилась дочь.
Смысл сказанного быстро дошёл до Ричарда. В его глазах не было ни капли сожаления. В них лишь гнев и ярость. Когда он стал таким? Когда Виола знакомила меня с ним, он казался добрым и заботливым. Неужели возраст и статус его так поменяли?
– Чего вы хотите от меня? Денег? Я давал их Виоле, когда она рассказала о беременности.
– Я в курсе. Об этом мне поведала моя дочь, – я опустила взгляд на пол, – я пришла ради твоей дочери, чтобы узнать, готов ли ты воспитывать её?
Ричард цокнул языком.
– Я могу повторить то, что говорил Виоле. Я не хочу детей. Она собиралась прервать беременность, но не послушалась меня. Почему? Может, потому что ребенок не от меня, и Виола решила заработать на этом? – спрашивал он. Я не могла поверить его словам. – Дочка мне не нужна. Можете оставить её себе.
Он говорил о ней, как об игрушке. Мне было больно за Пайпер. Она лишилась и матери, и отца.
Я попросила Ричарда написать отказ от ребёнка, и он без колебаний согласился. Когда я покидала квартиру, заметила, как в коридоре стояла та девушка. Она всё слышала, её глаза были красные, как помидоры, а на щеках оставались засохшие следы от слёз. Она тихо сказала мне:
 «Я уйду от него».
Я кивнула и вышла из квартиры. Ричард, похоже, останется один. Он продолжит увлекаться женщинами, но когда придёт время заводить детей, столкнётся с проблемами — будь то возраст, здоровье или выбор партнёрши. Сделает ли он правильный выбор? Это уже другой вопрос, в который я вдаваться не стану.
На следующий день Ричард оформил отказ от ребёнка, и я спустя время смогла получить опекунство. Так как вещи для девочки, которые покупала Виола, сгорели до тла, мне пришлось искать способы купить кроватку и одежду хотя бы на первое время. Кто-то дарил, а что-то я покупала сама, ведь ещё могла работать. В итоге я создала уютную детскую комнату, и через неделю в моём доме появилась Пайпер.
И даже с появлением ребёнка в доме стало не легче.
Меня уволили с работы, и мне приходилось сильно экономить. Ночью девочка часто капризничала, иногда из-за зубов, а иногда просто хотела кушать. А что касается Ричарда? Он уехал после того, как отказался от ребёнка. Я больше не встречала его, и он явно не хочет видеть ни меня, ни Пайпер.
Так и проходили наши дни. Мы жили скромно, но благодаря этому я могла обеспечить девочку одеждой и пищей.
Пайпер росла с непростым характером. Будучи ребенком, не совсем понимала, почему я не могла купить ей ту или иную игрушку. Были и крики, и истерики.
Когда она пошла в школу, ситуация стала не менее трудной. Её дразнили из-за цвета волос, называя далматинцем. Это заставляло Пайпер приходить домой в слезах, иногда она отказывалась идти на занятия. Я всегда поддерживала её, уверяя, что её цвет волос – это уникальная черта, которой нет у других. Со временем она вроде бы успокоилась и начала меньше обращать внимание на насмешки, но вскоре возникла новая проблема – нежелание делать домашние задания на следующий день. Я никогда не прибегала к физическому наказанию, поэтому всегда старалась объяснять Пайпер, почему важно учиться.
Всегда возникало немало трудностей: непростой подростковый период, потеря работы и выход на пенсию. Когда началась старшая школа у Пайпер, я сумела найти неплохое место с хорошей оплатой и надеялась, что наконец-то заживем нормально, без финансовых проблем. У меня ведь есть работа и я получаю пенсию. Но однажды, обратившись в больницу, мне поставили диагноз.
Неделю назад я ощутила сильную усталость и недомогание. У меня начался затяжной кашель, появлялась одышка, особенно при физической активности. В легких были слышны хрипы. Я решила, что это простуда, но Пайпер настаивала, чтобы я посетила врача. Я долго сопротивлялась и откладывала поход в больницу, пока моя внучка не отвезла меня туда сама. Там мне назначили множество анализов. И вот я сижу в кабинете врача, который с недовольным лицом изучает результаты.
– У меня для вас плохие новости, Маргарет Фриц, – произнес он. – У вас обнаружен серьёзный диагноз: хроническая обструктивная болезнь лёгких.
– Что это означает?
– Это прогрессирующее заболевание легких, представляющее угрозу для вашей жизни, – начал объяснять врач. – Речь идет о воспалении дыхательных путей и отёке тканей легких.
– Есть ли возможность избавиться от этого недуга? – продолжала засыпать его вопросами я, сидя, напротив.
– Да, такая возможность есть. Однако для этого нужна дорогостоящая операция.
Шок овладел мной. Я не знала, как сообщить о болезни Пайпер и не понимала, как жить дальше.

Глава 8. Время действовать!
Пайпер Фриц.
Я находилась у двери кабинета, где была моя бабушка. Отчётливо слышала слова врача. Вскоре она вышла с мрачным выражением лица. Я хотела плакать, но не могла позволить себе проявить чувства.
Не могла смириться с мыслью о том, что человек, который стал мне ближе всех, может уйти из-за тяжёлой болезни. Если требуется операция, пусть и дорогая, я найду способ собрать деньги. Вопрос в том, смогу ли я найти такую сумму? Нужно действовать срочно, время уходит, ведь болезнь прогрессирует, и бабушка может в любой момент уйти.
Когда в мыслях возникает перспектива потери близкого человека, возникает желание отдать жизнь за его спасение.
Бабушка села рядом со мной и посмотрела на меня с безразличием, словно весь мир вокруг исчез.
– Ты всё это слышала, да? – спросила она.
Вероятно, бабушка поняла всё, глядя в мои глаза. Я кивнула, и она отвернулась.
– Ба, я найду деньги, обещаю тебе, – говорила я, стараясь убедить себя в своих словах.
– Как ты это сделаешь? Тебе даже семнадцати нет, – её голос звучал тихо, печально и безнадежно, – тебе нужно сосредоточиться на учёбе, а не на работе.
– Ты никогда не разрешала мне работать, говоря подобные вещи. Но позволь мне сделать это сейчас, я хочу помочь тебе.
Бабушка долго молчала, обдумывая свой ответ. В конце концов она согласилась, но поставила условие, что я ни при каких обстоятельствах не брошу учёбу. На моём лице появилась улыбка, и мы направились обратно домой. В пути я размышляла о том, каким образом найти работу. В нашей деревне есть ферма, но зарплата там невысокая. Мне не удастся накопить нужную сумму на операцию. Единственный вариант — это город, где мы только что побывали. Может быть, поработать официантом? Хоть зарплата не велика, там есть возможность зарабатывать на чаевых, что поможет ускорить процесс накопления. По возвращении домой я полезла в интернет и позвонила по первому найденному объявлению. Разговор оказался коротким: меня спросили о моём опыте и фамилии, а затем назначили время встречи для собеседования.
На следующий день я направилась в кафе, где меня встретила администратор, с которой я общалась по телефону. Она рассказала о специфике работы, количестве посетителей и уровне заработной платы. Я согласилась с предложенными условиями, и в тот же день началась моя стажировка.
Сначала меня отвели в раздевалку, где мне подобрали униформу по размеру. Она включала в себя тёмную рубашку, брюки и фартук с логотипом кафе. Затем я приступила к работе в основном зале, который оформлен в аналогичном стиле: темные диваны с столиками, стены кофейного цвета, украшенные гирляндами из ламп, и стойка у входа, за которой находилась девушка. Как я поняла, она занимается встречей гостей: уточняет количество человек и предлагает им столик, к которому позже проводит и вручает меню.
Работа официанта, как мне изначально показалось, довольно проста: нужно было записать заказы в блокнот, прикрепить листок с заказом на специальной доске на кухне, дождаться сигнала, сообщающего о готовности блюд, и подать их гостям на подносе. Человек, который показывал мне основные задачи, делал это с легкостью. Однако я не учла, что он давно работает в этой сфере и имеет большой опыт. В отличие от него, я только начала свою карьеру, и работа оказалась гораздо сложнее, чем я могла подумать.
Что именно вызывало у меня трудности? Во-первых, это поднос. Нужно уметь поддерживать равновесие, чтобы блюда не упали. Затем — клиенты. Иногда встречались настолько трудные, что я, проявляя свой характер, могла случайно нагрубить, и они оставляли негативные отзывы или жалобы. Кроме того, необходимо было запоминать меню. Хоть у меня хорошая память, удерживать в голове множество блюд оказалось непросто, что приводило к путанице и ошибкам в заказах.
В течение недели моего пребывания на работе накопилось множество штрафов и негативных отзывов. Казалось, что меня вот-вот уволят из-за допущенных ошибок, однако администрация проявила терпение, словно увидела во мне некий потенциал. Мои коллеги, особенно девушки, работающие со мной в зале, с завистью поглядывали в мою сторону. Я неоднократно слышала негативные комментарии в свой адрес, но не собиралась мириться с этим. Разногласия с девочками на работе доходили до ругани, мы обменивались грубыми замечаниями. Иногда, как в начальной школе, мы жаловались администратору друг на друга, который с улыбкой предлагал сосредоточиться на более серьезных вопросах, например, на работе.
К тому же я осознала, что весь коллектив в курсе моей мотивации заработать денег. Каким образом все узнали? Слухи и сплетни — главные инструменты, с помощью которых информация быстро распространяется. Но благодаря небольшому разговору с одной из официанток моя жизнь поменялась. В лучшую сторону, разумеется.

Рабочая смена подошла к концу, и я направилась в раздевалку, чтобы оставить свою форму и переодеться в обычную одежду. По пути встретила свою коллегу. Она симпатичная, не спорю. Даже сказать, необычная: фиолетовые длинные волосы, собранные в дреды, таинственный макияж, всегда носит облегающие платья. Но в этой девушке есть свои недостатки: она легко может разрушить дружескую атмосферу в коллективе. Собственно, из-за неё я часто страдала. Её зовут Бетти. Это имя запомнилось в первый рабочий день.
– Нам нужно поговорить. Можем это сделать в раздевалке или в каком-то уединённом месте? – спросила она.
– И почему я должна с тобой разговаривать?
– Мы можем просто поговорить? Без истерик и сцен?
По её выражению лица и тону было понятно, что дело серьезное. Я согласилась и стала раздумывать над уединенном месте, где мы бы могли поговорить.
Раздевалка отпадает, так как могут подслушивать другие коллеги, входящие или выходящие. Кафе, рестораны и парки тоже не подойдут — там также могут оказаться знакомые. Самое подходящее место — чей-то дом: либо мой, либо её. Первый вариант уходит, потому что не хочу беспокоить бабушку.
– Разговор будет недолгим, тебе это может пригодиться в будущем, – её слова звучат как угроза, – можем встретиться у меня, выпить чаю, познакомиться и обсудить всё подробнее.
Да, мой второй вариант кажется более подходящим. У моей коллеги дома достаточно уединённо, потому что на работе я не раз слышала, что Бетти живёт отдельно от родителей.
Я согласилась, предупредила бабушку, отправив короткое сообщение: «Я задержусь на работе», и направилась к Бетти.
Её квартира была однокомнатной, но оформлена вполне современно. Уютная гостиная, где стоит серый угловой диван с мягкими подушками. Над ним на светлой стене висят две картины с изображением пальм. На полу – пушистый ковёр молочного цвета. Пространство разделяет стеллаж с книгами и разнообразными декоративными предметами. За ним видна часть комнаты с серой кроватью и шторами. Освещение обеспечивают потолочные светильники. Хоть комната и простая, для меня, привыкшей к маленьким домам в деревне с бедным интерьером, это настоящая роскошь.
Бетти предложила выпить что-то из напитков. Поскольку я не являюсь поклонником чая, я согласилась на чашечку кофе. Девушка с дредами одобрительно улыбнулась и быстренько ушла на кухню. Она вернулась вскоре с двумя чашками кофе. Одну из них девушка дала мне, а другую оставила для себя и уселась на диван. Мы начали разговор, и общение между нами было непринужденным. Напряжение, которое можно было бы ощутить на работе, здесь отсутствовало.
— Пожалуйста, расскажи больше о своей бабушке, — осторожно подтолкнула беседу Бетти. Судя по всему, она намерена углубиться в эту тему, — на работе слишком много неуместной информации о тебе и твоих проблемах. Кто-то может выдать не самую умную мысль, и все начнут верить в это. Мне действительно интересно услышать твою историю.
Не пытается ли Бетти заполучить моё доверие? С чего вдруг ей интересно слушать про меня и про бабушку? И с чего вдруг я должна ей всё рассказать?
Но, как говорится, «язык мой –враг мой». Я рассказала своей коллеге то, что её так интересовало. Лицо Бетти менялось с каждой секундой: порой она выражала злость, порой желание заплакать. Но она лишь молча слушала меня. После завершения моего рассказа Бетти спросила:
– Хочешь, я тебе помогу?
– Чем ты можешь мне помочь?
– Твоя ситуация сложная, и за короткое время ты не сможешь скопить нужную сумму, если продолжишь работать официантом. Что мы получаем? Копейки. Только хватает на еду и жильё. А ведь на кону — жизнь близкого человека, – с печалью произнесла Бетти. – У меня есть один человек, который может помочь с финансами. Телефон под рукой? – Я кивнула и достала свой смартфон из кармана джинсов, – запиши номер и позвони. Он устроит тебя на хорошую работу.
– А с чем она будет связана?
– С танцами, – ответила Бетти с загадочной улыбкой и начала диктовать номер.
Я сделала звонок, и по ту сторону провода мне ответил грубый мужской голос с лёгким хрипом. Он не уточнил, о каких именно танцах идет речь, и я предположила, что стану хореографом или приму участие в каком-то выступлении. Мужчина не сообщил, где именно мне предстоит работать, лишь сказал адрес и добавил, что завтра днем мне нужно быть на месте. Днем? Как? У меня же занятия в учебном заведении. Я стараюсь работать официантом только по выходным. Но мне не остается выбора, и я вынуждена пропустить один учебный день. Бабушке о своем решении рассказывать не стану, скажу, что иду в школу, а на самом деле направлюсь в совершенно иное место.
— Разве это не рискованно? — с опаской спросила я у Бетти.
— Какие могут быть риски в танцах?
Однако Бетти не упомянула, что танцы связаны с клубом. По обстановке заведения я поняла, что здесь танцуют стриптиз. Мне хотелось сбежать и предъявить претензии Бетти, но не успела, так как ко мне подошёл администратор клуба. А точнее — это была женщина. Её узкое черное платье говорило о серьезности заведения и о том, что она не из простых.
– Пайпер Фриц? Верно?  – спросила она. – Мистер Овенс вас ожидает. Прошу за мной.
Администраторша развернулась и направилась вглубь клуба. Я старалась рассмотреть её, хотя освещение было не самым удачным. У неё была фигура «песочные часы» и длинные чёрные волосы, доходившие до талии.
Она остановилась у столика, за которым сидел полный мужчина с бородой. Он улыбнулся и пригласил меня сесть, напротив. Мне совершенно не понравилась ни обстановка, ни он сам. Похоже, что именно этот бородач и есть мистер Овенс.
– Вы вчера мне звонили? – спросил он.
Я кивнула, и бородач начал рассказывать о клубе. Когда мистер Овенс указал на пилоны, расположенные вдалеке, я осознала, какую работу мне будут предлагать.
– Подождите… Начну с того, что мне нет восемнадцати, – произнесла я.
– Знаю. Бетти уже сообщила мне. Она рассказала о ваших трудностях, связанных с бабушкой, – с отвращением в голосе произнес мистер Овенс. У меня возникло желание схватить один из приборов, лежавших на столе, и вонзить его в кожу. Но я этого не сделала, хоть мистер Овенс и вызывал у меня неприязнь. – Так как вам срочно нужны деньги, я соглашусь взять вас на работу. Проблем с вашим возрастом не возникнет. Более того, Бетти упоминала, как сильно вы хотите попасть в наш клуб.
В этот момент я захотела задушить свою коллегу. Всё-таки не стоило рассказывать Бетти о своих проблемах. Я была права. У девушки была цель: заполучить моё доверие, чтобы узнать мою личную историю и поделиться ею с каким-то мужчиной, который мог бы помочь мне стать стриптизершей? Это и есть её способ решения моей проблемы?
– Наши девушки посещают студию, где учатся танцевать стриптиз несколько дней или недель. Даже те, кто считался "деревянным", становятся гибкими и привлекательными на пилоне, - с улыбкой говорил мистер Овенс. – Но так как у вас немного времени, обучение будет проходить во время вашей работы и в ускоренном темпе.
Пока мистер Овенс говорил, я задумалась о том, действительно ли мне нужна эта работа. Может, лучше остаться официанткой? Стриптиз – это не для меня. Я не хочу сказать, что это плохо или стыдно. Это искусство, наполненное чувственностью, и каждый сам решает, танцевать ему или нет. Просто… Мне некомфортно показывать кому-то своё тело. Но, может стоит попробовать?
Глава 9. Магия сцены.
Пайпер Фриц.
В конце концов, я решилась устроиться в ночной клуб, ведь оплата там довольно хорошая. Всё-таки я делаю это ради здоровья бабушки. Ради того, чтобы спасти ей жизнь.
Мистер Овенс сообщил, что я могу начать работать завтра вечером. Согласившись, я направилась в кафе, чтобы уволиться с позиции официантки. Почему? Потому что не смогу совмещать обе работы с учёбой. Администрация кафе отнеслась к моему увольнению спокойно, а вот коллеги отреагировали с радостью.
Я уже шла к выходу, когда за спиной раздался женский голос:
– Тебя взяли на работу?
Это была Бетти. Не желая отвечать ей, я вышла из кафе. Она бросилась за мной и, догнав, мягко схватила меня за руку.
– Почему ты не сказала, что это за работа? – спросила я, поворачиваясь к ней.
– Я предполагала, что ты откажешься. Я сама недавно работала стриптизёршей в этом клубе, но при увольнении, мистер Овенс попросил, чтобы я нашла замену, так как у него на это нет времени. И тут ты попалась. Я и решила, что тебе нужна эта работа, – начала объяснять Бетти, – Пайпер, у меня искреннее желание помочь тебе. Не злись на меня.
Честно говоря, я её понимаю. Девушка не стремилась к чему-то незаконному, она просто хотела оказать поддержку. Пусть и так, но она проявила доброту. Я поблагодарила её и отправилась домой. Как только вошла, то увидела сердитую бабушку, казалось, она вот-вот превратится в чудовище и проглотит меня. Боже, какие детские фантазии посещают мою голову?
– Твоя классная руководительница звонила, – начала бабушка. 
О, нет. Только этого мне не хватало. 
– Она сказала, что тебя не было в школе. Объясни мне, пожалуйста, всю ситуацию. Откуда ты пришла и почему твоя одежда пропитана запахом табака, смешанным с алкоголем? – в её голосе не ощущалось ни капли ярости. Только спокойствие, но в нём были нотки беспокойства.
Схватившись за край толстовки, я почувствовала запах. Действительно, моя одежда пропахла табачным дымом и спиртным. Похоже, это из-за клуба, где витали такие ароматы. Как же мне объяснить это бабушке? Она наверняка запретит мне заниматься стриптизом. Но ведь я не могу сказать: «Рядом была подруга с сигаретой», потому что бабушка не глупая и не поверит в эту ерунду.
– Я не была сегодня в школе. Меня вызвали на смену, нужно было заменить человека на время, - начала я обманывать, - так что одежда не может пахнуть табаком и алкоголем. Может, ветер принёс их с улицы?
Я ожидала, что этот обман вызовет у бабушки вопросы, но вместо этого она с улыбкой пошла на кухню, откуда доносился аромат вишневого пирога.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, переодеваясь в домашнюю одежду.
Спрашиваю не случайно. С каждым днём бабушка становится всё слабее, и это заметно. Удивляюсь, как она справляется с уборкой, стиркой и готовкой. Она действительно сильная духом женщина.
– Ничего нового, – ответила бабушка с паузой, – просто не пропускай занятия, хорошо? – она не особо любит затрагивать тему своего здоровья, поэтому поменяла тему.
Я кивнула и направилась на кухню. Вымыв руки, села за стол.
Мой первый день работы в клубе начался с вечера, а именно с собеседования. Я объяснила бабушке, что буду находиться на ночной смене из-за важных гостей. К счастью, она этому поверила.
Сначала меня отвели на мини-сцену, где оценивали мою фигуру и танцевальные способности. Включили приятную мелодию, и я начала двигаться в такт. Странно, но моё тело словно создано для такого танца, как стриптиз: в моих движениях чувствовалась и драма, и страсть. Мистер Овенс и администраторша наблюдали за мной с восхищением, но не упускали возможности указать на недостатки. Я восприняла критику спокойно.
Исправлять ошибки мне помогала более опытная танцовщица, которая время от времени демонстрировала движения. В конце моей тренировки раздались аплодисменты.
– Невероятно! Давайте оформим контракт, а затем вы сможете переодеться. В раздевалке вам предоставят великолепный наряд, – сказал мистер Овенс, потирая руки от радости.
Затем он направился в свой офис. Там мы заключили договор, в котором детально указаны мои рабочие часы, поведение и заработная плата, которую буду получать несколько раз в месяц. Я также отметила, что не собираюсь танцевать в VIP-зоне. Мужчина согласился с этим пунктом и передал мне документ для подписи. После чего я направилась в раздевалку, где мне должны были предложить тот самый "великолепный наряд".
Меня переодели с такой скоростью, что я даже не заметила, как оказалась у зеркала.
В отражении предстала совершенно другая девушка. Лёгкий, струящийся материал аккуратно обтягивал мою привлекательную фигуру, подчёркивая её изгибы. Чёрное кружево создавало на коже заманчивые узоры. Топ, усыпанный блёстками, искрился под светом ламп. На ногах были чулки, заканчивающиеся элегантными ботфортами на высоком каблуке. Аксессуары были сдержанными, но заметными: изящные серьги с камнями. Волосы красиво уложены в локоны, спадающие на плечи, а губы – ярко-красные от помады.
Я никогда не осознавала, что могу выглядеть такой… Красивой?
В тусклом свете ночного клуба, где яркие оттенки пляшут на стенах, я шагала с полной уверенностью. Внимание публики было приковано ко мне, когда вышла на сцену. Музыка заполняла пространство, и я начала танцевать. Сначала мои движения были медленными, так как я искала свой ритм, а потом, когда уверенность овладела мной, они стали сосредоточенными и провокационными. Лёгкое покачивание бёдер создавало ощущение замедления времени, заставляя все окружающее терять свою важность. Опустив взгляд, я позволила волосам упасть, скрыв свое лицо, добавляя загадочности.
Каждое движение было тщательно обдумано, каждый жест — игрив, но глубок. Я провела руками по контурам своего тела, накапливая уверенность в этих нежных прикосновениях. Зал, словно затаив дыхание, впитывал каждый изгиб и момент танца. Я начала осознавать, что стриптиз становится не просто выступлением, а актом самовыражения и наслаждения настоящим моментом.
С началом этой работы я стала чаще обманывать бабушку, но стала осознавать некоторые изменения в себе. Раньше я предпочитала носить свободные толстовки и одежду оверсайз. Теперь мне хочется одеваться более женственно и акцентировать свою фигуру. И всё это благодаря нарядам на моей вечерней работе. Тот «прекрасный наряд» произвёл на меня настоящую трансформацию.
Глава 10. Очередное испытание от жизни.
Пайпер Фриц.
Работая стриптизершей в клубе, я зарабатывала неплохие деньги, но большая часть доходов уходила в копилку и на медицинские расходы перед операцией. Несмотря на хорошую зарплату, процесс накопления необходимой суммы шёл медленно. Из-за своей работы я довольно часто пропускала занятия. Иногда у меня не было сил из-за ночных смен, и учебный материал просто не усваивался.
Я могла прийти ко второму уроку, иногда появлялась в школе только под конец дня, а порой меня совсем не было. У меня накопилось немало проблем с учёбой.
Но сегодня я в школе, и лучше бы я осталась дома, так как меня ждал неприятный разговор с классным руководителем.
Во время перемены моя школьная подруга сообщила мне:
– Мисс Норис ждёт тебя в своём кабинете.
Она наш классный руководитель. Интересно, что ей нужно? Хочет поговорить? Кажется, я догадываюсь, о чём пойдёт наш разговор.
Кивнув, я направилась в кабинет классного руководителя. Я постучалась и услышала короткое "Войдите!". Переступив порог, я оказалась в кабинете, который одновременно служил и классом рисования. Стены украшали красивые арт-постеры, создающие атмосферу для творчества. В углу стоял стол с чашкой чая и вазой с цветами. Яркое солнечное освещение оживляло пространство, а парты, мольберты и доска с недавними записями располагались просторно, что создавало удобство.
Тёмноволосая женщина в белой блузке и юбке смотрела на меня со строгостью, смешанной с жалостью. Я направилась к первой парте и уселась за неё.
– Давай немного поговорим, ладно? – спросила она.
Меня не устроил её тон; он казался наигранным.
Я слегка кивнула, и она достала из стола тетрадь. Открыв её, женщина уставилась на меня.
– В последнее время твоя успеваемость упала. Но это не проблема, ты сможешь всё наверстать. Главное, когда? Ты пропускаешь занятия, и только изредка появляешься на них. Мне нужно выяснить причины твоих пропусков, прежде чем я позвоню твоей бабушке или сообщу об этом директору, – спокойно объясняла учительница.
– Моя бабушка больна, – удивительно, что мой секрет ещё не раскрылся в школе, – я зарабатываю деньги на её операцию.
Женщина немного удивилась, хотя это больше походило на притворство.
– Сколько ты зарабатываешь?
Меня слегка удивил этот вопрос. Какое ей дело до того, сколько денег у меня в кармане? Я хотела проигнорировать этот вопрос, полагая его совершенно неуместным, но классный руководитель под давлением заставила ответить.
– Достаточно, чтобы собрать на операцию.
На лице учителя появилась зловещая улыбка. 
– У меня есть к тебе предложение, - она сделала паузу, - ты даешь мне деньги, а я закрываю глаза на твои пропуски, и твоё отсутствие не станет известно ни директору, ни твоей бабушке. 
Эти слова открыли истинное лицо классного руководителя. Она всегда выглядела как безобидный ангел, который всегда поддерживал нас и оказывал помощь в наших делах. Но сейчас передо мной предстал демон, в глазах которого горел огонь.
Я взглянула на камеру, установленную в углу класса. Она явно фиксировала всё происходящее. А значит, используя эту запись, я могу добиться увольнения преподавателя по рисованию.
– Сегодня камера выключена. Идет проверка, – произнесла женщина, глядя на устройство, так же, как и я.
Мне стало очевидно, что преподавательница старалась меня напугать, чтобы добиться своего. Но она недооценила мой характер. Было видно, что камера активна. Как я это заметила? Очень просто – светился небольшой индикатор. Если бы его не было, я бы, возможно, поверила словам классного руководителя.
После напряженного разговора я отправилась в кабинет директора, чтобы объяснить всю ситуацию. Он, просмотрев записи с камер, подтвердил правоту моих слов и сразу же уволил учительницу. В качестве моральной поддержки директор встал на мою сторону и согласился «закрыть глаза» на мои пропуски. Он понимал мои трудности с бабушкой.
Я продолжала копить деньги, и когда мне исполнилось 18 лет, смогла оплатить операцию.
Перед операцией, запланированной на сегодня, бабушка прошла всестороннее обследование, в которое входила компьютерная томография легких, тесты на функции дыхания и оценка общего состояния здоровья.
Теперь до операции оставался час. Бабушка с благодарностью говорила мне о средствах, которые я собрала, утверждая, что помогла ей сохранить жизнь. В глазах были слёзы, и казалось, она не могла поверить в свои слова. Однако были основания для этого.
Операция прошла успешно, и вскоре мы заметили улучшение. Бабушка активно восстанавливалась в стационаре, проходя реабилитацию. Здоровье становилось все лучше, и вскоре её выписали. Врачи строго запретили бабушке работать, поэтому финансовая нагрузка легла на мои плечи. Я продолжила танцевать в ночном клубе.
Бабушке были назначены ежедневные физические упражнения. Все шло хорошо, пока её состояние не начало ухудшаться. Одышка, кашель и затрудненное дыхание вернулись. Встревоженная, я вызвала скорую, так как не могла самостоятельно доставить бабушку в больницу. Ей стало настолько плохо, что она могла только лежать. Врач, проведя осмотр, сказал, что это обычная простуда. Я решила ему поверить, но тревога не покидала меня.
На следующий вечер бабушка тихо позвала меня к своей кровати. С беспокойством я уставилась на неё и спросила: «Врача вызвать?». Она покачала головой и дрожащей рукой указала на шкаф.
– Открой его и найди пустую обувную коробку, – произнесла она с болью в голосе.
Я послушала бабушку и наткнулась на запыленную коробку. Внутри обнаружился документ с надписью «Завещание». Я в страхе встретила её взгляд, прося разрешения прочитать содержимое. В самом начале значились имя и дата рождения бабушки, а затем речь пошла о доме. В итоге оказалось, что она оставила его мне.
– Зачем? – спросила я еле слышно, чувствуя, как слёзы подступают к горлу.
– А где ты будешь жить после моей смерти? Вдруг кто-то решит захватить этот дом, – ответила она.
– Но ты не умрёшь. Мы же справились с болезнью, бабушка, – в воздухе витала печаль, говоря о том, что жизнь уходит.
– Дом – это такой подарок. Сколько всего ты сделала ради меня? Словами трудно выразить всю благодарность, а этот дом… В нем хранится память. Помнишь, как ты порезала палец в мой день рождения, и нам пришлось ехать в город, чтобы зашить его?
Я усмехнулась, вспоминая тот смешной случай, когда столкнулась с острыми краями банки сгущенки. Тогда я почти повредила сухожилие, и рана оказалась настолько глубокой, что пришлось накладывать швы.
– Да, помню.
Бабушка широко улыбнулась и продолжила рассказывать о пережитых моментах в нашем доме.
– Время уходит, Пайпер, но я хочу, чтобы этот год стал для тебя важным опытом. Мне хочется, чтобы ты встретила своего отца. Зачем, спросишь ты? Чтобы пообщаться. Хотя бы просто взглянуть ему в глаза, узнать, как живет. У тебя остался только один родственник - твой отец, - говорила она.
– Как же...? Ты же у меня есть, - слезы полились по моим щекам. Я не глупая и понимаю, о чем идет речь.
Бабушка протянула тонкую руку к прикроватной тумбе, где стояла фотография в рамке.
– Сохрани эту фотографию, на ней твоя семья, – сказала бабушка, бережно вытирая её от тонкого слоя пыли. – Помни, даже если твоих родных уже нет, они всегда будут жить в твоём сердце.
Она передала мне снимок.
– А теперь… мне нужно идти спать. Спокойной ночи, Пайпер.
Глаза бабушки медленно закрылись. Я сидела рядом, слёзы текли по моим щекам, оставляя следы на одежде и полу. Лишь через некоторое время до меня дошло, что бабушка ушла из жизни.
Причина смерти – болезнь, которая недавно вернулась.
Я смогла организовать похороны сама. Людей пришло не так много, но это не имело значения. Главное было то, что бабушки, восполнявшей для меня роль родителей, больше нет. Стоя на могиле, я разрыдалась, почти впадая в истерику.
После этого поняла, что оставаться в её доме не могу. Закончив школу, я собрала вещи и уехала из Сиэтла, где работала стриптизершей и официанткой, в Сан-Франциско. Дом я решила не продавать. Вдруг мне снова понадобится тут жить?
В Сан-Франциско я продолжила работать стриптизершей в другом клубе и поступила в университет на факультет психологии.

•••
Настоящее время
Я даже не заметила, как сумерки окутали всё вокруг, и не сразу поняла, что в руках у меня оказалась та самая фотография.
Глава 11. Первые шаги к дружбе.
Шарлотта Джонсон.
Занятия в университете закончились под вечер, и, прежде чем войти в свою комнату, я решила заглянуть в магазин. Утром мне не удалось наладить контакт с новой соседкой. Как мне сообщили Агата и ректор, её зовут Пайпер Фриц. Я немного расстроилась из-за её враждебной реакции, но могу понять её чувства. Она потеряла соседку и подругу. Но, возможно, я смогу стать для неё другом? Мне она понравилась как личность: необычная внешность и характер, который явно говорит: «Не подходи, иначе будет плохо». Мне кажется, она любит сладости, поэтому я купила много шоколадок, пончиков и печенья. Думаю, у нас получится поговорить и, возможно, перейти на уровень «знакомых» за чашечкой чая.
Когда я вошла в комнату с полным пакетом угощений, то была удивлена. На диване сидела Пайпер, погруженная в свои мысли и держащая в руках фотографию в рамке. Я заметила, как по её щеке скатилась слеза. Возможно, она переживает из-за ссоры? Да, я знаю об их недопонимании: Агата, меняясь со мной комнатой, немного рассказала о ситуации.
Поставив пакеты рядом с дверью, я направилась к дивану. Подойдя ближе, я увидела, что на фото запечатлена не Агата, а какая-то семья. Мне не удалось рассмотреть изображение, так как, заметив меня, Пайпер быстро убрала фотографию за спину. Она начала вытирать слезы и пыталась вернуть тот же вид и поведение, что были утром.
– Не нужно прятать. Ты можешь рассказать мне о том, что тебя тревожит, – сказала я, садясь рядом с ней.
– Почему ты думаешь, что я что-то прячу? – с резким тоном спросила она. – И с какой стати я должна тебе что-то рассказывать?
Несмотря на её слова, в голосе проскальзывали нотки грусти и печали.
– Отвечаю на первый вопрос: я заметила, что у тебя в руках была фотография, – с лёгкой улыбкой сказала я. – А на второй… Не стоит быть такой закрытой. Позволь кому-то войти в твою жизнь. Я вижу, что тебе необходимо выплакаться, – я замолкла, чтобы проследить за реакцией Пайпер. Она слегка улыбнулась уголком губ, а затем задумалась. – Тем более, что я чужая, и порой рассказывать о своих переживаниях гораздо проще незнакомцам, чем близким.
Пайпер усмехнулась и достала из-за спины фотографию.
– Ладно, литератор, я с тобой поделюсь, но не целиком.
Теперь я могла внимательно изучить фотографию. На ней запечатлена семья из трёх человек, сидящая в комнате, оформленной в ярких тонах.
Пайпер указала на девушку, чья внешность была столь же необычной, как и у неё. Во-первых, её волосы, как и у Пайпер, были двуцветными: одна половина черная, а другая — белая, собранные в аккуратный пучок. Во-вторых, у этой девушки яркие голубые глаза. Без всякого анализа ДНК можно было сказать, что она — мать Пайпер. Женщину звали Виола — имя редкое и изящное. Пайпер лишь кратко поведала о том, что произошло с её мамой.
Сделав тяжёлый вздох, девушка указала на другую женщину, которая выглядела старше. Я предполагаю, это была её бабушка: короткие тёмные волосы, почти шоколадного оттенка, были уложены в локоны, светло-серые глаза смотрели на камеру сквозь прозрачные очки. Пайпер, как и в случае с предыдущей девушкой, назвала её имя и рассказала о её судьбе. Бабушку звали Маргарет – имя, напомнившее о богине.
Третий человек – мужчина, который удобно устроился на диване, между Маргарет и Виолой. У него каштановые волосы, уложенные в прическу «шторки», и янтарные глаза. Его внешний вид был действительно привлекательным. Его зовут Ричард Фриц, и он является отцом Пайпер.
– Если отец всё ещё жив, почему бы не попытаться его отыскать? – спросила я. – Ты знаешь, где он находится?
– Согласно бабушкиным словам, он находится за далеко. Но ни она, ни я не знаем, где именно, – ответила Пайпер. – Я не собираюсь его искать. Не хочу.
После этих слов на лице девушки снова появилась грусть. Казалось, она вот-вот начнет плакать, но нет. Пайпер не собиралась вновь открывать кому-то свои чувства и делиться своими переживаниями. У неё такой принцип. Чтобы немного развеять атмосферу, я направилась к двери за пакетами. Хоть Пайпер не любила чай, в наборе оказалась газировка с её излюбленным вишневым вкусом. За сладостями мы начали обсуждать разные темы. И тогда я вспомнила о творческом задании, которое нам поручили на одном из сегодняшних уроков. Есть одно «но»: работа должна быть выполнена в паре. Но поскольку мне не удалось с кем-либо подружиться в аудитории, придется справляться одной. Или нет?
– Ты не могла бы помочь мне с творческим заданием? – спросила я Пайпер.
Она кивнула и поинтересовалась, в чём заключалось задание. Оно звучало так: «создание оригинального рассказа». Были предложены различные темы: «письмо из прошлого», «необычная дружба», «человек и природа». Пайпер немного поразмыслила, а затем дала ответ.
– Я думаю, что лучше выбрать вторую тему. Мы можем написать рассказ о нас, - я подняла брови в недоумении, - ведь мы такие разные по характеру и внешнему виду. Я – оторва и прогульщица, а ты - образцовая ученица, если быть точной, то настоящая серая мышка.
Хотя звучит это не слишком лестно, я должна согласиться с Пайпер. Мы действительно отличаемся друг от друга.
–– Сколько времени у нас есть для того, чтобы написать рассказ? - спросила она.
Я была немного удивлена. Даже не ожидала, что Пайпер решит оказать мне помощь.
– У нас есть две недели.
Пайпер улыбнулась и одобрительно кивнула в ответ.
Но чтобы описать "необычную дружбу", сначала нам нужно её построить. На данный момент мы находимся лишь на стадии "знакомые". Хотя… это вполне поправимо.
Глава 12. Сценка.
Пайпер Фриц.
Никогда не стоит оценивать человека по тому, как он выглядит. Внешний вид обманчив. Например, Шарлотта. Сначала у меня сложилось о ней не лучшее впечатление. Я думала, что она слишком хорошенькая и наивная. Однако, по факту, девушка замечательная. За её миловидной внешностью скрывается сильный характер. Проведя с ней две недели, я поняла, что она станет мне близким другом. Слухи о нашей дружбе распространились по университету, и благодаря этому Шарлотта смогла завести знакомства со своими одногруппниками.
Тем не менее, мне не хватало ещё одной подруги – Агаты. Каждый раз, когда я входила в аудиторию, она смотрела на меня с недовольством и садилась за парту с кем-то другим. За две недели нам так и не удалось наладить отношения. Она до сих пор злится на меня, а я боюсь подойти и поговорить. Причины моего страха мне не ясны.
Сегодня вместе с Шарлоттой мы будем представлять наш проект. Мы тщательно подготовились и репетировали.
Прежде чем рассказать о нашем проекте учителю литературы, мне пришлось взять отгул с последней пары, поскольку преподаватель замечательный, и я не могла просто так пропустить занятие.
Шарлотта вытащила из своей сумки большую пачку бумаг, больше напоминавшую сценарий настоящего сериала, чем сценку. Она отдала мне половину, на которой чёрным по белому написано "Роль Пайпер". Несколько листов дала учителю, который будет играть роль автора. Остальную часть оставила себе.
Шарлотта подобрала для нас наряды, отражающие наши личности. Мне не пришлось сильно заморачиваться, ведь такой стиль мне привычен.
В моём образе был чёрный безрукавный топ с высоким воротником. К нему я выбрала свободные джинсы того же цвета с подчёркнутым краем. Укорочённая джинсовая куртка с белой строчкой дополняла наряд. На ногах были черные кожаные ботинки со шнуровкой. Как аксессуары выбрала серьги в виде крестиков. Образ вышел дерзким и слегка винтажным, полностью отражая мою сложную натуру.
Образ Шарлотты смотрелся очаровательно. Она была в нежно-розовом свитере свободного кроя без воротника и светло-серых джинсах с бантиками по бокам. На ногах у неё были белые ботинки на невысоком каблуке. Среди аксессуаров выделялись пушистый розовый ободок и серьги в виде бантиков.  Для меня образ Шарлотты выглядел слишком мило и светло, но такие цвета ей идут.
Наконец, мы подошли к школьной доске и начали рассказ, иногда обращая внимание на сценарий. Первым заговорил учитель, который описывал тот день, когда мы познакомились. Мы решили изложить первое впечатление. Диалог немного изменился благодаря инициативе Шарлотты, поэтому некоторые детали упущены. Затем описывалась та посиделка, которая помогла мне обрести лёгкость, как будто камень упал с души. Но, несмотря на это, в последующие дни я старалась держать Шарлотту на расстоянии. Внутри меня теплился страх, заставлявший думать, что она может выдать все мои тайны. Но, несмотря на это, Шарлотта решила рискнуть и пригласить меня на шопинг, где она раскрыла свою другую сторону. Гуляя по магазинам, мы обсуждали множество тем и весело смеялись, привлекая любопытные взгляды охранников, которые, казалось, считали нас странными. После того дня мы стали ближе, и я начала слушать её истории, которые в начале казались мне скучными.
Иногда Шарлотта репетировала стихотворение передо мной, интересуясь своими недочетами. В некоторых местах я советовала ей внести больше выразительности, а в других – добавить жесты. С улыбкой она исправляла свои ошибки и в итоге получала высшую оценку на занятиях.
Получилось так, что шатенка узнала о моей работе в ночном клубе.
Шарлотта оказалась проницательной и заметила, что я зачастую ухожу из дома по вечерам. Однажды Шарлотта встретила меня, сидя на диване, и она спросила причину моего поведения. Как и Даниэлю, мне не хотелось делиться этой информацией, но под её настойчивым вниманием и правильными вопросами я почувствовала необходимость рассказать правду.
К моему удивлению, Шарлотта восприняла мою деятельность в качестве стриптизёрши вполне спокойно, и дружбу это не испортило. Теперь каждый день перед началом работы мы проводили время в торговых центрах, кафе или просто отдыхали, втянувшись в разговоры и смеясь до упаду. Эпизоды наших встреч стали основой для рассказа, однако мы решили не включать в него элементы моего заработка.
— У нас с Пайпер разные характеры, — Шарлотта обернулась к своим одногруппникам, — она смелая и настойчивая, — шатенка указала на меня, — а я, — закрыв глаза, Шарлотта сложила руки на груди, — очаровательная и незаметная. — Девушка сделала паузу. Не напрасно она выбрала факультет литературы, так как умеет добавить драмы в свои слова, — но, несмотря на это, — продолжила шатенка, — мы с Пайпер настоящие подруги. У нас всегда найдётся тема для разговора и поводов для смеха. К чему я веду? Дело в том, что противоположности действительно притягиваются. Именно это делает нашу дружбу особенной и необычной.
Никогда раньше не слышала таких слов, поскольку они не были прописаны в сценарии, хотя дело даже не в нём. Шарлотта произнесла простые фразы, но их значение оказывалось огромным, красивым и трогательным. Никто не говорил их ранее, даже Агата.
Мои размышления прервал звук аплодисментов. Я взглянула на однокурсников Шарлотты, которые с интересом слушали наш рассказ и сейчас хлопали в ладони. Шатенка сделала поклон, и я последовала её примеру. Вскоре прозвенел звонок. Мы так долго выступали, что занятия закончились. Поскольку наш рассказ был первым, другие группы не успели выйти «на сцену». Но когда мы покидали аудиторию, я слышала исключительно похвалу. Кажется, никого не расстроило затянувшееся выступление.
В коридоре Шарлотта бросилась ко мне с объятиями. Я не любительница нежностей, поэтому слегка отстранилась от подруги.
– Спасибо! Ты просто спасла меня! У меня высший балл! – Шарлотта чуть ли не подпрыгивала от счастья.
– Мы с тобой молодцы! – сказала я и увидела Агату, стоящую на заднем плане и смотрящую на нас с яростью в глазах.
– У тебя больше не будет пар? – спросила Шарлотта, на что я кивнула, – отлично. Пойдём поедим бургеры?
Я кивнула и вновь взглянула вдаль, но Агаты уже не было. Шарлотта, схватив меня за руку, повела к выходу из университета. После 15 минут тихой прогулки мы оказались немного дальше центра, где находилось кафе, славящееся своими бургерами. Шарлотта обожает их, поэтому приводит меня сюда каждый раз, когда у нас есть повод для радости.
Когда мы вошли, нас окутал приятный аромат, а перед нами открылась уютная обстановка с яркими постерами с весёлыми иллюстрациями на стенах. Здесь были диванчики, столики и касса, словно в американских фильмах. Меню состояло из простых блюд, но их названия вызывали улыбку: «Гармония со шпинатом», «Мечта о пикантном халапеньо», «Сладкий взрыв ананаса» и множество других.
Подойдя к кассе, мы сделали выбор. Я заказала бургер под названием «Сырная радость» и молочный коктейль «Вишнёвый шторм». Шарлотта выбрала бургер «Куриный завет: пиршество на птичьем крыле» и коктейль «Банановая фантазия». Но, несмотря на игривые названия, еда в этом кафе была очень вкусной.
Наш заказ приняли, и мы сели за столик у окна.
– Пайпер, что-то произошло? – с тревогой спросила Шарлотта.
– Всё в порядке.
Но в эту минуту на телефон приходит сообщение от Даниэля:
«Завтра ты встретишься с моими родителями».
Мои глаза расширились, а потом я почувствовала прилив тепла. Я прижала руки к голове, фокусируясь на одной точке. Шарлотта, схватив мой телефон, быстро прочитала сообщение.
– Почему ты переживаешь? Ты же просто встретишься с его родителями. В чём проблема? – спросила она.
– Мы встречаемся всего два месяца, какое знакомство с родителями? Не слишком ли рано?
– Нет, не рано. Ты важна для Даниэля, и он воспринимает ваши отношения очень серьёзно, – ответила Шарлотта.
– А как они отреагируют на то, как я выгляжу? На мои черты характера?
– Разве тебе не всё равно, Пайпер? Просто оставайся собой. Необязательно всем нравиться.
После этих слов я выпрямилась.
Что это со мной? Может, потому что Даниэль – важный для меня человек, и я не хочу его подвести? Но Шарлотта права. Я просто должна быть собой. Если кто-то найдет во мне изъян – ничего страшного. Мы с Даниэлем любим друг друга и будем вместе, несмотря ни на что.
Глава 13. Знакомство с семьёй.
Пайпер Фриц.
Всё утро я готовилась к встрече с семьёй Даниэля, размышляя о том, как лучше всего одеться, перерывая свой гардероб. В итоге я выбрала чёрный топ на тонких бретельках, который отлично сочетался с объёмным худи на молнии и узкими кожаными брюками. На ноги я надела кроссовки, а в качестве аксессуаров выбрала бейсболку, серьги-кресты, которые носила раньше, и свой любимый чокер. Кольцо в носу не подходило, поэтому я решила не добавлять его в образ. Причесала волосы, и ровно через час возле входа в общежитие меня ожидал Даниэль. Он стоял рядом с машиной, которую одолжил у друга, чтобы безопасно доехать. Даниэль выглядел как ангел, одетый в белую футболку, поверх которой была оливковая рубашка с накладными карманами, светло-бежевые брюки с зауженными штанинами и белые кроссовки. Он придавал старенькому красному Шевроле особый стиль, создавая атмосферу, словно я оказалась в ретро-фильме.
– Мы как Инь и Ян, – произнес Даниэль, поцеловав меня в щёку.
– Я не выгляжу слишком пугающе? Твои родители не испугаются?
Когда я задала этот вопрос, Даниэль засмеялся.
– Ты выглядишь прекрасно, – его смех немного утих, – думаю, моя семья воспримет твой стиль вполне спокойно.
Я ответила ему улыбкой и направилась к двери машины, открыла её я уселась на сиденье. Даниэль сделал то же самое.
– Главное, ты не бойся, – сказал он, когда машина трогалась с места, – в нашей семье много детей. Нас семеро, я самый старший, кроме папы, мамы, бабушки и дедушки. Возможно, тебе будет непривычно находиться с ними.
С Даниэлем я согласна. В моей жизни главной фигурой была только бабушка, и поэтому я никогда не испытывала атмосферу шумной семьи. У меня нет представления о том, как проходит семейный ужин в компании большого количества людей, которые активно обсуждают разные темы. Я не знакома с тем, какие традиции существуют на праздниках в таких собраниях. Я предполагаю, что это должно быть весело. Каждый может внести свой вклад — кто-то предложить сыграть в настольную игру, другой начать танцевать под громкую музыку, а кто-то рассказать забавный анекдот, от которого все будут смеяться до слез. Но я думаю, что если родные Даниэля примут меня, я смогу почувствовать эту атмосферу и ознакомиться с новыми для себя традициями.
Мы долго ехали и, наконец, доехали до окраины города, где возвышался большой дом кремового цвета. Его крышу украшала красная черепица, а большие окна были обрамлены деревянными рамами. Высокий забор с калиткой ждал нас, и, выйдя из машины, мы шагнули во двор этого дома. Внутри открылся прекрасный вид на цветущий сад, где распускались розы и яркие тюльпаны. Рядом с ним играли два мальчика в футбол. Мяч скатился к нам, и вместо того чтобы забрать его, один из мальчиков крепко обнял Даниэля.
– Братец, ты наконец-то пришёл! – громко воскликнул он, что вызвало эхо по улице.
Услышав его, второй мальчик тоже подошёл к нам. На его лице читалась стеснительность, но это не помешало ему разглядеть меня. Фыркнув, он посмотрел на Даниэля, а первый отстранился.
Спустя несколько минут я поняла, что они близнецы. У обоих были тёмно-рыжие волосы, карие глаза и веснушки, различались лишь по одежде: один был в голубой футболке и джинсах, другой – в черной майке и бежевых шортах. На вид им было около 7-8 лет.
– Познакомьтесь, это Пайпер, – представил меня Даниэль своим братьям.
Мальчик, который недавно обнимал Даниэля, теперь обнял и меня. Я попыталась избежать объятий, но он был настойчив.
– Пайпер, это Хью, – сказал Даниэль, указывая на мальчика перед нами, – а это Кайл, который сейчас тебя обнимает.
– Пайпер, – резко произнес Хью, явно недовольный моим приездом, – Кайл у нас немного дурак и любит объятия.
На эти слова Кайл сразу же оторвался от меня и шагнул к своему брату-близнецу, слегка стукнув его по плечу, как бы выражая свою обиду.
– Это ты дурак! Разве ты не помнишь, сколько раз Дэни рассказывал нам о Пайпер?
Кайл довольно мило назвал своего старшего брата. Думаю, так его называет вся семья.
– Я не забыл. Но, в отличие от тебя в глупом наряде, я не лезу к ней обниматься.
Кайл начал злиться. Даниэль, присев между ними, тихо что-то сказал, благодаря чему близнецы забрали мяч и возобновили игру. Парень подошёл к дому, поднялся по крыльцу и открыл дверь, приглашая меня войти.
Внутри нас встретила просторная и светлая гостиная, где стоял уютный диван с креслами, а окна пропускали солнечный свет. На стенах висели фотографии и рисунки детей. В углу располагались полки с книгами и настольными играми. Широкая лестница вела на второй этаж.
Слева доносились звуки кастрюль, выдавая, что на кухне кто-то готовит еду.
Со стороны лестницы послышались шаги.
– Дэни! – послышались девичьи голоса.
Через мгновение рядом с нами появились три девочки.
– Это мои сестрички, – с улыбкой сказал Даниэль. - Начнем с девочки, которая старше всей троицы, - он указывал рукой в середину.
Она выглядела действительно старше. У девочки рыжие короткие волосы и светло-зелёные глаза. На ней был белый топ и рваные джинсы. Скорее всего, ей больше 10 лет.
– Её зовут Диана.
Девочка, внимательно меня рассмотрев, протянула руку, чтобы поздороваться. Я ответила ей тем же.
– Следующая, – сказал Даниэль, указывая правее.
Она выглядела немного младше Дианы. У девочки были волосы медного цвета, заплетенные в две длинные косы. Её голубые глаза смотрели на меня из-за очков. На ней была ярко-желтая футболка с оригинальным рисунком и пижамные штаны. На шее у неё висели бежевые наушники.
– Её зовут Эмбер, – продолжил Даниэль, – а третья – Нэнси.
Слева от Дианы стояла маленькая девочка. У неё были такие же волосы, как у Эмбер, но собраны в два смешных пучка. Нэнси выглядела прекрасно в своем платье в горох.
– Пойдемте на кухню, – обратилась Нэнси, – бабушка с мамой нуждаются в помощи с готовкой. Пайпер, ты ведь поможешь им?
Надо же, она знает моё имя. Похоже, Даниэль рассказал обо мне много интересного.
Я кивнула в ответ на её вопрос. Со смехом Нэнси схватила меня за руку и повела в сторону, откуда доносился шум кастрюль.
Глава 14. Тепло семейного вечера.
Пайпер Фриц.
Нэнси провела меня на кухню, где две женщины готовили еду. Одна была очень привлекательной, с рыжими кудрявыми волосами, как у Даниэля. Она была в розовой блузке и чёрных джинсах, а на поясе завязан фартук. Вторая женщина излучала мудрость и заботу; её седые волосы были собраны в пучок, а светло-коричневое платье с цветочным узором добавляло ей уюта.
– Мама! Бабушка! – громко воскликнула Нэнси, и обе женщины обернулись к нам.
Они радостно улыбнулись, не обратив внимания на мой наряд. Седовласая женщина подошла ко мне и обняла в знак приветствия; её аромат напоминал корицу.
– Как мы рады тебя видеть, внученька. Наш Дэни рассказывал о тебе, – это мне было известно, но всё равно приятно слышать. Это лишь доказывает, как сильно меня любит Даниэль. – Я –Тереза.
Женщина снова обняла меня, а затем заняла место за столом, показывая усталость. Только теперь я заметила, что на кухне находилась еще одна девушка, стиль которой мне очень импонирует. Её причёска и наряд необычны. Рыжие волосы с розовыми кончиками собраны в две небрежные косички. На ней чёрное платье с корсетом и прозрачными длинными рукавами. Образ дополняют перчатки, чулки с узором, туфли на высоком каблуке с пряжками, колье и браслеты в готическом стиле, брошь в виде летучей мыши. На шее — чокер, а на каждом пальце — кольца. Её губы накрашены ярко-красной помадой. Девушка выглядит как подросток, ей, скорее всего, около 15 или 16 лет. Теперь стало ясно, почему мой внешний вид не вызвал удивления.
– Я Сандра, – представилась девушка, заметив, что я на неё смотрю, – ты тоже гот?
– Нет, я просто люблю такой стиль, – ответила я.
– Даже если бы ты и была готом, это было бы нормально. Мы принимаем всех с любовью. Зачем осуждать чужой вкус? – присоединилась к разговору другая женщина. – Меня зовут Лаура. Я мама твоего жениха, – добавила она с улыбкой.
В этот момент на кухню вошел Даниэль с девочками. Мы с Лаурой засмеялись, потому что только вспомнили про парня, как он появился здесь. Рыжеволосый странно посмотрел на нас.
– Я пойду помогу дедушке с отцом, – сказал он.
Мы кивнули. Даниэль направился к двери, которая вела из кухни. Вероятно, он пошел на задний двор.
Диана с Эмбер решили пойти за братом, к ним присоединилась Нэнси, которая до этого сидела с нами.
– Пайпер, для тебя, как для гостя, самое простое задание. Нарежь, пожалуйста, салат, – предложила Лаура, достав овощи из холодильника.
С салатом я справилась достаточно быстро. Лаура вынула из духовки запечённые овощи и курицу с картошкой. Затем мы направились на задний двор, где находилась беседка, расположенная на шикарном зелёном газоне. Внутри стояли диваны, а вдоль потолка были развешаны декоративные огоньки. Там находился каменный барбекю-гриль, за которым стоит Даниэль в компании двух мужчин. Первый из них, вероятно, дедушка. Это пожилой мужчина с седыми волосами и очками, одетый в белую рубашку, поверх которой надет коричневый свитер и в светлые брюки.
Второй мужчина, скорее всего, отец. У него огненно-рыжие волосы и аккуратно подстриженная борода. На нём ярко-жёлтая рубашка с длинными рукавами и белые штаны.
Вся троица уставилась на нас, когда мы несли разнообразные блюда с аппетитным запахом. Больше всего взглядов было направлено на меня, так как я здесь была впервые.
– Вам, наверное, непривычно находиться в большом кругу семьи? – вежливо произнёс первый мужчина, обращаясь ко мне. – Ох, где же мои манеры! Меня зовут Джозеф. Это мой сын Кевин, – он указал на второго мужчину, – по совместительству глава семьи, который сейчас сжигает мясо. Тебе под пятьдесят, а ты до сих пор не научился его готовить? – вопрос был уже к Кевину.
– Пайпер, извини, пожалуйста, за нашего деда, – сказала Тереза. – Он у нас немного ворчлив. – Женщина подошла к Джозефу. – А ты сам-то умеешь? Напомнить тебе нашу молодость, когда ты перевернул мангал, и всё мясо не только сгорело, но ещё и стало грязным?
– Ты уже напомнила, – с обидой произнёс Джозеф.
Я лишь улыбнулась на их спор.
Лаура расставила закуски, а мужчины закончили жарить мясо и позвали остальных детей. Диана, Эмбер и Нэнси качались на качелях, расположенные немного дальше беседки. Хью и Кайл, оставив мяч, голодными взглядами помчались к столу. Сандра с Нэнси уселись рядом со мной. Братья и другие девочки были с Даниэлем.
Обсуждение оживлённо началось с вопроса о том, когда у них появился такой просторный дом. Мне рассказали некоторые подробности.
Кевин всю жизнь трудился строителем и, благодаря этому, сумел позволить себе купить участок. Он и Лаура мечтали о большом доме, где будут расти дети. Как раз, когда родился Даниэль, жильё уже было завершено.
А что насчёт бабушки и дедушки? Лаура, как и я, потеряла мать, а затем отца. Она не имела опыта в воспитании детей, поэтому Тереза и Джозеф решили пожить у них, помогая с Даниэлем. Но вскоре они захотели остаться. Лаура с Кевином согласились, и семья становилась всё больше и больше.
Следующим этапом вечера стали песни. Как оказалось, у них есть композиция о семье, придуманная Сандрой. Они начали её исполнять, а я, оставаясь в тишине, привлекла к себе внимание.
— Стоп! — выкрикнул Джозеф, и все замерли. — Сандра, принеси текст нашей семейной песни. Пусть и Пайпер поёт. Она теперь одна из нас.
Услышав слова Джозефа, я ощутила теплое волнение. Их душа, едва знающая меня, уже воспринимала как свою.
Сандра кивнула и ушла в дом, вскоре вернувшись с текстом, который потом мне передала. Семья Даниэля вновь зазвучала, и я присоединилась к ним.
Мне было так хорошо в этой компании, что я даже не заметила, как зашло солнце, и всё погрузилось в темноту. Лаура предложила остаться у них на ночь. Мы с Даниэлем согласились. Вскоре члены семьи разошлись по комнатам, желая друг другу «спокойной ночи».
– А где я буду спать? – спросила я Даниэля, когда мы вошли в дом.
– В моей комнате.
Сразу же моё сердце забилось быстрее. Я не знала, как реагировать на это, ведь почти за два месяца наших отношений мы ни разу не оставались вместе на ночь.
– Ладно, только дай мне свою футболку или рубашку, чтобы я могла использовать их вместо пижамы, – в моём голосе не было слышно растерянности.
Даниэль согласился, и мы поднялись на второй этаж. Его комната располагалась сразу после лестницы. Она была небольшой, но очень уютной. Стены оформлены в светло-коричневых тонах, напоминающих кирпичную кладку. На одной из стен висела чёрно-белая картина, а также была установлена баскетбольная корзина с мячом. В комнате стояла двуспальная кровать, покрытая серым пледом. Угловой письменный стол светлого цвета был оборудован компьютером с монитором и настольной лампой. Рядом находилось геймерское кресло чёрно-желтого цвета, а также стеллаж с подсветкой и пуфик. На полу лежал современный ковёр с текстурным узором, рядом с которым располагался шкаф для одежды. Даниэль подошёл к нему и достал широкую длинную футболку чёрного цвета. Парень передал её мне.
– Я выйду, ты переоденешься, и тогда позовёшь меня.
– Поняла.
Даниэль вышел. Я быстро надела футболку, присмотрелась к своему отражению в зеркале, которое идеально сочеталось со шкафом, и позвала парня. Когда Даниэль вошёл в комнату, его взгляд пробежал по мне с головы до пят. На щеках юноши появился лёгкий румянец.
– Тебе очень идёт, – сказал он, подойдя, чтобы поцеловать меня в щёку.
– Спасибо.
После небольших проявлений нежности я удобно устроилась на кровати, как и Даниэль. Он быстро уснул, а я осталась размышлять о сегодняшнем дне. Его семья была просто потрясающей, наполненной радостью, смехом, заботой и теплом. Мне очень жаль, что у меня никогда не было такого, но благодаря Даниэлю я смогла это почувствовать.

Мы встали рано утром, так как до университета ехать долго. Лаура угостила нас отменным завтраком, и мы отправились домой, чувствуя себя великолепно. Внутри было так приятно и расслабленно, словно только что вернулись с моря. Я уже давно не испытывала подобного спокойствия и уюта. Однако, когда подошла к двери своей комнаты в общежитии, в мышцах появилось напряжение. Я чётко услышала голоса Шарлотты и Агаты.
— Вам стоит поговорить, — сказала Джонсон.
— Шарлотта, — Агата сделала небольшую паузу, словно собираясь с мыслями, — ты чудесная девушка, но, мне кажется, не следует вмешиваться в нашу ссору с Пайпер, — её тон был не грубым, а скорее печальным, — мы должны решить сами.
— Что значит «решить сами»? Ты видела её грустные глаза? А её гордость? А что на счёт тебя, Агата? Ты посмотри на себя со стороны. За две недели твоя успеваемость упала до минимума. Ты на грани отчисления. Вы не сможете разобраться из-за своей гордости и трусости.
Агата замерла. Мне кажется, её разум сейчас пытается осмыслить слова Шарлотты. Я решила войти в комнату. Девушки, сидящие на диване, смотрели на меня со страхом, словно они стали свидетелями чего-то сверхъестественного.
Шарлотта вышла из комнаты, оставив нас с Агатой одних. В воздухе повисла напряжённая тишина, и ни одна из нас не знала, как начать разговор. Одно было ясно: необходимо попросить прощения. Но… как это сделать?
Агата открыла рот, собираясь что-то сказать, но в этот момент раздался звук уведомления на наших телефонах. Она достала смартфон и, взглянув на него, побледнела.
— Загляни в сообщения, — произнесла она с испуганным выражением.
Я послушалась подругу и вытащила телефон. На дисплее горело сообщение от Анонима. Нажав на него, я едва не упала в обморок. В письме была фотография, на которой Даниэля уводили из университета полицейские. На его руках были наручники, а лицо выражало страх.
Глава 15.  Ложное обвинение.
Даниэль Коллинз. 
В данный момент я немного завидую Пайпер, ведь её занятия начинаются со второй пары, а у меня – с первой. И к тому же, это психология. Мы с Пайпер разделяем интерес к этому предмету, оба нуждаемся в знаниях и занимаемся дополнительно. Кроме того, преподаватель нам тоже не нравится. И мне, и Пайпер кажется, что Адам Рейес – самый нудный учитель. На самом деле, это даже не совсем так. Он несправедливый педагог, и у меня создалось ощущение, что Адам не совсем разбирается в темах: читает то с ноутбука, то с какой-то книжки.
Хотя, что ожидать от человека, который закончил учёбу лишь год назад? 
Я взглянул на часы: через 15 минут начнётся урок. У меня есть немного времени, чтобы дойти до столовой и купить для Пайпер булочку с вишней, которую я ей отдам на перемене.
Я вытащил кошелек из своего портфеля и покинул аудиторию. Какое было моё облегчение, когда я заметил, что на буфетном столе осталась одна булочка. Хоть утро только началось, их довольно быстро расхватывают. К сожалению, или к счастью, я ни разу не пробовал эту булочку — я не фанат сладкого, предпочитаю острую пищу.
Однако, когда я вернулся в класс, меня ждало неожиданное событие.
Рядом с профессором Рейесом стояли два полицейских, и как только я вошел, их лица стали более серьезными.
– Даниэль Коллинз? – произнес один из них с авторитетным тоном. У меня возникло нехорошее предчувствие: похоже, что булочка с вишней сегодня до Пайпер не дойдет.
– Да, – ответил я, и только тогда заметил, что один из полицейских держит мой портфель. Что вообще происходит?
– Это ваше? – спросил он, вытаскивая из портфеля несколько пакетиков с белым порошком внутри.
С трудом сглотнув, я смог произнести только тихое «нет». Взгляд двух полицейских, полных угрозы, поставил меня в неловкое положение. Я никогда не имел отношения к запрещённым веществам. Пока мои мысли кружили, мне надели наручники, а свежая булочка, которую я держал, отправилась в мусорное ведро. Я начал сопротивляться, пытаясь объяснить, что к этому не имею никакого отношения. Однако, похоже, их не убедили мои слова. Наоборот, они подумали, что если я сопротивляюсь – значит, мне есть что скрывать.
Именно так и поступает виновный: он оказывает сопротивление и стремится обосновать свою невиновность.
Тем временем студенты, находившиеся за партами в аудитории, с интересом наблюдали, как меня уводят к полицейскому автомобилю. Кто-то выбегал из университета, кто-то смотрел через окно. Честно говоря, мне было всё равно на их осуждающие взгляды. Единственное, что меня тревожило, так это: как наркотики оказались в моём портфеле?

– Нам сообщили, что вы, Даниэль Коллинз, подозреваетесь в распространении, – произнес полицейский, сидя напротив меня за небольшим столом. Комната погружена в полумрак: единственный источник света – тусклая лампочка, которая не способна осветить обстановку, так чтобы я смог различить его черты лица, цвет волос или глаз. Я лишь слушал его голос, который звучал хрипло, словно был пропитан алкоголем или табаком. – Ты понимаешь, что за твои действия предусмотрено серьезное наказание, и ты можешь надолго оказаться за решеткой?
Когда он успел перейти на «ты», мне неясно. Возможно, считает, что с такими, как я, так и нужно разговаривать? Может, он планирует через минуту принести биту и заставить меня «выдать» информацию? Хотя, скорее всего, это не произойдет.
– Повторю: то, что вы обнаружили, никак не связано со мной, – ответил я спокойно.
И тут я услышал глухой звук удара по столу. Похоже, меня будут запугивать.
– Знаешь, сколько таких, как ты, попадает мне на глаза каждый день? – Полицейский начал говорить с повышенным тоном.
– Мы соревнование достижениями или фактами ведем? Если да, то в моем сегодняшнем сне я катался на единороге. Тоже своего рода достижение или факт.
В тесной комнате раздался неприятный смех. Полицейский, смахнув воображаемую слезу, встал и подошел ко мне ближе.
– А ты у нас шутник, – на его лице появилась насмешливая улыбка.
В дверь постучали, и в комнату вошла девушка с чёрной папкой в руках. Она оставила её на столе, после чего быстро вышла, и я снова остался один с полицейским. Он открыл папку, самодовольно улыбнулся и толкнул её ко мне, чтобы я мог увидеть содержимое. Внутри находились фотографии отпечатков пальцев с цифрами и моим именем рядом. "Совпадение 99,9%".
– 0,1% не хватает.  А это значит, что я не причастен к преступлению.
Полицейский уселся на краю стола и вперил взгляд прямо в мои глаза, будто что-то искал. Я наконец-то смог разглядеть, с кем веду разговор. Это был мужчина средних лет с тёмными кругами под уставшими глазами и черными грязными волосами, словно этот человек работает постоянно и не может за своим внешним видом следить.
– Как долго ты собираешься шутить?
– Пока я здесь. Разве не видите в своих действиях абсурдность? Я не связан с наркотиками, а отпечатки, в конце концов, легко подделать.
Поднялась тишина. Долгая и угнетающая. Я надеялся, что меня отпустят, но вместо этого полицейский щёлкнул пальцами, и в комнату вошли двое, которые забрали меня в камеру на время, пока не начнётся суд. А после него уже будет настоящая тюрьма.
Пока я находился там, на мой телефон пришло сообщение от Анонима. Удивительно, что его не конфисковали во время обыска или допроса.
«Ты не хочешь оказаться за решеткой?»
«Кто ты? Как ты узнал мой номер телефона?»
«Это не важно. Ответь на мой вопрос.»
Я прочитал первое сообщение от Анонима и сразу почувствовал подвох.
«Ответ, вероятно, очевиден. Никто не жаждет тюремной камеры.»
Меня поразила скорость, с которой Аноним ответил. Казалось, у него нет никаких других дел, кроме переписки со мной.
«Тебе следует расстаться с Пайпер.»
Внутри меня разгорелась ярость. Я хотел разбить телефон, найти того, кто пишет мне эти сообщения, и убить.
«Я люблю её и не собираюсь её оставлять.»
Кем возомнил себя этот человек? Богом? Он решил, что ему всё позволено?
«В таком случае — тюрьма. Выбор за тобой.»
Похоже, он решил контролировать судьбы окружающих. Но я не могу причинить боль ни себе, ни Пайпер. Хотя, с другой стороны, жизнь в тюрьме — это тоже страдания. Всё равно будет разлука, боль и слёзы.
«Шантаж? Я на такое не поведусь. Я не буду бросать Пайпер»
«Значит, ты неглупый парень, Даниэль».
Когда Аноним произнёс моё имя, мои глаза расширились. Интересно, что ещё он знает? Что бы это ни было, этот человек внушает страх.
«В тюрьме долго не живут. Ты в курсе, что происходит с теми, кто попадает под статьи о наркотиках?»
Да, я в курсе, и от этих мыслей внутри нарастает тревога.
«Подумай о своих близких, Даниэль. Если я узнал о тебе, то мне известно и о твоих родственниках. Что будет, если они вдруг погибнут? Что для тебя важнее: девушка, с которой ты встречаешься несколько месяцев, или семья?»
Ярость разгорелась ещё сильнее. И сейчас это не от желания расправиться с Анонимом, а от его угроз. Меня охватило беспокойство. Руки начали дрожать, и мысли о Пайпер постепенно улетучивались. Я написал Анониму, что готов оставить её. Надеюсь, что это правильное решение, ведь так и Пайпер, и моя семья будут в безопасности.
Я отправил последнее сообщение, и через несколько секунд ко мне в камеру поспешил тот мужчина, который проводил допрос.
– Извините, в нашей системе произошел сбой, – сказал он.
Он открыл дверь камеры, указывая на то, что я теперь свободен. Но ни радости, ни облегчения я не испытал, лишь ужас и смятение заполнили моё сердце. Полицейский не обратил на это внимания. Когда я покинул помещение, он снова запер дверь. Теперь мне предстоит серьезный разговор с Пайпер.
Глава 16. Под прицелом камеры.
Пайпер Фриц.
Прошла неделя с момента ареста Даниэля, многое изменилось. Я всё-таки смогла поговорить с Агатой, мы помирились и обменялись извинениями. Этот шаг дался нам обеим с трудом, ведь каждая из нас вспоминала резкие слова, сказанные в конфликте.
Что касается Даниэля? Я планировала обсудить с ним произошедшее, как только его выпустили, но он наотрез отказался общаться. Его поведение стало необычным, даже можно сказать, напуганным. Даниэль стал избегать встреч со мной, а в университете его чуть не отчислили. Информация о его аресте распространилась по учебному заведению, в результате чего у Даниэля заметно пострадала репутация.
В данный момент я вместе с Агатой и Шарлоттой направлялась на занятия. В коридоре мы разошлись по кабинетам. У меня с блондинкой была философия, а у Шарлотты – две пары литературы. Аудитория, где проходила философия, была очень уютной. Этот предмет всегда мне нравился. Именно благодаря философии я нашла ответы на множество вопросов, например, кто я или каков смысл моей жизни.
В классе стояли деревянные скамейки с партами, расположенные по кругу. Перед ними был большой экран с лекцией. На светлых стенах висели портреты выдающихся философов. Также в классе находились обычная доска и столик для преподавателя.
Агата и я расположились на предпоследнем ряду и достали тетради. Звонок прозвучал очень громко, и оставшиеся ученики вошли в класс, занимая свои места. Учительница немного отошла от экрана и подошла ближе к партам. Она начала вводить нас в тему урока, но её прервали. За спиной педагога внезапно прозвучала мелодия, которая показалась мне знакомой. Затем на экране появилось видео, на котором я танцую стриптиз перед зеркалом под музыку. Это было мое вчерашнее занятие, когда Шарлотта была на дополнительных уроках, поскольку сегодня в клубе намечено особое событие. Кроме того, мне просто нравится наблюдать за собственным танцем со стороны. Вчера я танцевала стриптиз с элементами раздевания. Не думайте плохо о моих увлечениях — я просто обожаю себя и своё тело. Мои щеки начали пылать, когда видео дошло до момента снятия одежды. Хоть я и ценю своё тело, сейчас мне стало некомфортно, ведь это довольно интимно. Все смотрели на экран и на меня, словно завороженные. Учительница, придя в себя, бросилась к ноутбуку, чтобы остановить это недоразумение. Но, сколько бы она ни старалась нажимать на клавиши или мышку, видео продолжало идти. Я, собрав свои вещи, быстро покинула аудиторию и в тот же момент услышала голос ректора через динамики в коридоре.
– Пайпер Фриц, зайдите в мой кабинет. Срочно!
От осознания того, что данную запись увидел весь университет, у меня в сердце всё перемешалось. Я переживала не только из-за предстоящей встречи с ректором, но и из-за видео. Судя по всему, оно было снято с той стороны, где стояла моя тумбочка, что позволяло запечатлеть всё: и танец, и мою голую фигуру.
А что стояло на тумбе? Да, верно, плюшевый мишка. Но... Как игрушка связана с видео? Может быть, там была скрытая камера?
Эту игрушку мне подарил Даниэль как тайный поклонник. Не понимаю только, зачем ему дарить плюшевого мишку со скрытой камерой? Может, я невольно причинила ему боль, и он теперь хочет отомстить? Это я намерена выяснить, поэтому, перед тем как войти в кабинет ректора, отправила Даниэлю сообщение:
«Нам нужно поговорить».
Ответ пришёл мгновенно:
«Согласен. Есть что обсудить. Встретимся в парке после пары».
Отлично.
Я открыла дверь и вошла в кабинет.
– Что это было, мисс Фриц? – его голос дрожал от злости.
– Я… Не знаю.
Мужчина издал глубокий вздох, и в этот момент из принтера выскочил лист бумаги. Он протянул его мне. Когда я прочитала текст, мои руки начали дрожать. Я держала в руках документ, на котором чёрным по белому было написано: отчисление из университета. Я взглянула на мужчину.
– Я могу…
– Не нужны мне твои объяснения, Пайпер! – он резко прервал меня, – Я уже один раз прикрыл твои ошибки, второй раз не получится. Твои достижения теперь ничем не помогут!
Я ощущала, как холодные и беспощадные руки судьбы сжали меня и мою мечту. В сознании всплывали образы, где я, будучи десятиклассницей, засиживалась за книгами до глубокой ночи, готовясь к экзаменам. Я представляла себе будущее, в котором мои усилия будут вознаграждены, а надежды сбудутся. Но вместо этого передо мной предстал не документ о моем отчислении, а гласящий о бездорожье и безысходности.
Когда же я сбилась с пути? Кажется, я оказалась заложницей собственных страхов. Теперь меня гложет лишь одно сожаление: я не смогу стать той, которой хотела быть.
– Ты еще здесь? Поставь подпись и проваливай из этого университета. Ах да… Не забудь собрать свои вещи из общежития. Чтобы завтра тебя там не было!
Я подписала и направилась в парк. Та Пайпер распадается на части, оставаясь лишь жалкой тенью самой себя. Я сидела на скамейке и смотрела в пустоту. Куда мне идти? Какой мой путь? Где мне жить? Одно я знаю точно: Даниэля не смогу простить за этот поступок.
– Привет!
Я услышала голос, который вывел меня из бездны. Передо мной появился Даниэль. Я встала со скамейки и стремительно кинулась на парня с кулаками. Я била его по разным частям тела и не заботилась о том, что он испытывает боль.
– Что происходит? – Даниэль схватил мои руки, пытаясь остановить мои удары.
– Это ты! Ты во всем виноват! Зачем ты подарил этого дурацкого медведя? Чтобы испортить мне жизнь?
Я кричала так, что птицы взмывали в небо. Прохожие останавливались, чтобы наблюдать за мной и Даниэлем. В их взглядах читалось: «Боже, какие сумасшедшие!» и «Зачем она так орет и кидается?».
– О каком медведе идет речь?
– Не делай вид, что не знаешь! Ты же тот самый тайный поклонник, который оставил плюшевого мишку у двери в качестве подарка!
Мой голос становился все громче, и я чувствовала, что вот-вот потеряю контроль.
– Это не мой медведь, но это не имеет значения. Я пришел не для того, чтобы обсуждать, кому принадлежит игрушка. Я пришел, чтобы сказать, что нам нужно расстаться.
Слёзы начали литься по моим щекам. Я хотела думать, что это всё сон. Но нет! Всё, что происходит сегодня – не сон.
Мой любимый человек уходит, и это разбивает моё сердце так же, как и душу. Слова Даниэля нанесли последний удар. Я рассыпалась на множество мелких осколков, подобно стеклу. Парень, отпустив мои руки, развернулся и пошёл в университет, а я осталась стоять, провожая его взглядом. Понимая, что сейчас упаду на асфальт, я решила сесть обратно на скамейку.
Медведь ему не принадлежит – это точно. В голосе читалась честность.
Я вспомнила тот день, когда увидела игрушку возле двери. Теперь понятно почему Даниэль так долго отвечал — он просто хотел произвести на меня впечатление и воспользовался ситуацией с игрушкой. Солгал ради того, чтобы понравится мне.
Но кто же подарил мне этого медведя? Значит, это Аноним. Ведь не зря он тогда писал мне сообщения.
Глава 17. В поисках правды.
Пайпер Фриц.
Когда Даниэль предложил разорвать отношения, я погрузилась в себя. В моё сознание лезли разные мысли, в основном негативные. Сколько ещё неприятностей мне устроит Аноним? Сколько ещё страданий я переживу из-за него?
Я даже не заметила, как Агата подошла в парк и села рядом. Мельком я заметила, что у неё в руках какие-то бумаги.
– Я решила уйти вместе с тобой, – произнесла она.
В моей голове соединились детали пазла. Стопка бумаги – это документы на отчисление. Я ошарашенно посмотрела на блондинку.
– Ты забрала документы из университета ради меня? – спросила я, то глядя на Агату, то на её стопку бумаг.
Блондинка рассмеялась.
– Не совсем так. В последнее время я осознала, что психология – это не моя тема. Похоже, я вообще не понимаю, какую роль играю в этом мире.
Смотря на меня, Агата предложила поделиться всеми своими переживаниями. Я начала с самого начала, рассказывая всё в мельчайших подробностях. И знаете, мне стало немного легче. Я почувствовала себя так, как будто нахожусь на приёме у психолога, который проникает в мою душу и изучает «внутренности».
— Я предполагаю, что Аноним как-то связан с фотографиями, которые были отправлены ректору, — уверенно произнесла Агата. — Ведь он же сам сказал, что это сделал незнакомец. А после нашей ссоры ты вдруг получаешь сообщение от Анонима. Вряд ли это совпадение. Нам нужно обратиться в полицию, тогда ты сможешь вернуться в университет, а я знаю, как ты мечтаешь учиться на психолога, – Агата говорила так быстро, что аж запыхалась. Она сделала небольшую паузу, чтобы восстановить дыхание, и продолжила: — У тебя осталась переписка с этим человеком?
Я собиралась взять телефон, чтобы проверить, все ли сообщения сохранились, и как раз в этот момент пришло новое.
«Если пойдёшь в полицию, будет только хуже. Игра ещё не окончена, Пайпер».
Я дрожащими руками указала Агате на экран телефона. Она прочитала сообщение и взглянула на меня. Затем, не произнеся ни слова, взяла мою руку и повела меня куда-то. Я не могла сопротивляться, погрузившись вновь в свои мысли.
Лишь через 15 минут мне стало ясно, где мы находимся — в полицейском участке. Глядя на здание полиции, я почувствовала ком в горле. Ужас охватил меня, внутри начинало разгораться волнение и беспокойство. В голове возникал лишь один вопрос, от которого мир вокруг становился темнее: сможет ли этот человек избежать наказания?
Блондинка вошла в приемную, где молодая женщина за столом обратила на нас внимание. Преодолевая волнение, я медленно подошла к ней и сказала:
— Мы здесь, чтобы подать заявление о преследовании.
Женщина кивнула и указала нам направление. Через минуту мы вошли в кабинет следователя, который обладал зловещей атмосферой. В центре стоял рабочий стол с компьютером, а над ним – стеллаж, заполненный книгами и разными предметами, используемыми для работы с преступниками. Рядом был диван. Офис был оформлен в чёрных и серых оттенках.
Агата уселась на диван, и я сделала то же самое.
Следователь, высокий мужчина с уставшими глазами, внимательно выслушал нас, затем с серьёзным выражением лица спросил:
– Есть ли у вас какие-либо улики?
Я облегчённо кивнула, доставая телефон. Я открыла мессенджер, где ожидала найти переписку с Анонимом. Но…
– Сообщения и переписка удалены, – когда я это произнесла, Агата резко обернулась ко мне. Она схватила мой телефон и, увидев пустой экран, с раздражением посмотрела на следователя.
— Ну тогда принесите мишку, — произнёс мужчина. В его глазах читалось стремление помочь.
Мы кивнули и быстро вышли из кабинета следователя. Так же быстро мы вернулись, неся с собой мишку.
Мужчина взял игрушку и положил её на стол. Сначала следователь медленно осмотрел шершавую поверхность плюшевого мишки, обращая внимание на швы и соединения. Мягкий нос был тщательно проверен на наличие вмятин, в то время как глазки обыскивались на микросколы. Мужчина осторожно надавил на животик мишки, предположительно полагая, что там может скрываться нечто необычное. В ответ раздалось тихое шуршание, дающее следователю понять, что внутри ничего нет. После тщательной проверки он невозмутимо взглянул на нас с Агатой. Его выражение словно говорило: «Вы что, с ума сошли? Вам что, приснилось, что там может быть скрытая камера?»
– Здесь нечего искать. 
– Как это нечего? Вы просто плохо смотрели, – вскрикнула блондинка. 
– Я провёл осмотр перед вами. Ничего не обнаружил. 
– Но ведь видео было записано… – произнесла я. 
– Признайтесь, девушки, вы просто разыгрываете меня. Очевидно, что история с Анонимом выдумана. 
Я тяжело вздохнула. Зря я вспомнила о видео. Если этот человек удалил сообщения, то, вероятно, уничтожил и запись. 
– Что теперь будем делать? – спросила я, когда мы вышли из участка. 
– Соберём вещи из общежития, иначе это сделают за нас, только они не упакуют аккуратно, а просто выбросят в окно. 
– А куда направимся? – снова поинтересовалась я. 
– Снимем квартиру. 
Я кивнула, и мы пошли в сторону общежития. Внутри меня переполняло разочарование по поводу событий сегодняшнего дня.
Глава 18. Новый путь: Избавление от прошлого.
Пайпер Фриц.
Собирая вещи, я осознала, что не хочу работать стриптизёршей. Это приносит только проблемы. Да, мне нравится танцевать и чувствовать на себе взгляды мужчин, но так больше продолжаться не может. Я сама виновата, что запись разошлась по всему университету. Если бы я не работала в клубе, то не было бы ни отчисления, ни видео, ни фотографий.
Но как я могла предположить, что кто-то следит за мной?
– Ты готова? – спросила Агата, вошедшая в комнату с небольшой сумкой в руках.
– Да, готова.
Шарлотта, как обычно, была на дополнительных занятиях, поэтому я отправила ей сообщение о том, что нас с Агатой не будет ни в общежитии, ни в университете.
Блондинка вызвала такси, и мы отправились в нашу новую квартиру, которая станет началом новой жизни. Поездка заняла немного времени. У входа в дом нас ждала женщина средних лет, у которой мы решили арендовать жильё. Она тепло встретила нас, и мы вошли внутрь. Квартира находилась на третьем этаже. В прихожей царила атмосфера доброжелательности и уюта. Мы с Агатой решили осмотреть квартиру, и хозяйка, следуя за нами, задавала вопросы. Её особенно интересовало, почему две молодые девушки выбрали вечер для аренды квартиры. Не знаю, почему именно этот вопрос звучал из уст хозяйки. Может, женщина думала, что мы девицы лёгкого поведения и квартира нам нужна для утех? Или она сплетница и ей необходимо знать всё до мелочей, чтобы потом обсуждать и осуждать нас с Агатой с подругами за бокальчиком вина?
Благо, на все вопросы давала ответы блондинка. Но если бы отвечала я, то хозяйка квартиры наверняка удивилась бы от того, сколько матерных слов я знаю.
Вместо этого я решила наслаждаться атмосферой, осматривая помещение с удивлением.
Слева от меня располагалась гостиная, оформленная в мягких пастельных тонах и с яркими акцентами. Комнату украшал удобный диван с подушками, а около него стояло стильное кресло с журнальным столиком. Кухня, отделённая от гостиной аркой, была полностью укомплектована необходимой техникой и имела удобный обеденный стол. Светлые шкафы и плитка в нежных тонах завершали интерьер.
Неподалёку от гостиной находятся две спальни, входные двери которых расположены напротив друг друга. Одна из них оформлена в минималистическом стиле, а другая – в романтическом ретро. В первой спальне стены гармонично продолжают общий стиль квартиры, а пол выполнен из деревянных плит. В центре комнаты стоит кровать с комфортным матрасом и простым изголовьем. Вместо громоздких шкафов здесь установлены лёгкие открытые полки. Мягкое освещение создаётся за счёт простых светильников и гирлянд. Окна украшены занавесками, которые позволят естественному свету беспрепятственно проникать. С первого взгляда становится понятно, для кого эта комната. Подсказка: она моя!
Я вошла в другую спальню. В углу стояло великолепное велюровое кресло с изогнутыми подлокотниками, украшенное цветочными узорами. В центре комнаты находилась кровать, которая тоже выглядела иначе — с изящным кованым изголовьем и кружевными покрывалами. Мягкие подушки были оформлены лентами и рюшами. Лампа с абажуром создавала уютное светлое сияние. Окно обрамляли занавески, а также имелись полки и туалетный столик. Эта комната явно создана для Агаты.
Когда я покинула вторую спальню, мой взгляд встретился с блондинкой, которая выглядела явно довольной.
— У нас достаточно средств на такие хоромы? — поинтересовалась я, подходя ближе к Агате.
— Конечно!
Владелица квартиры тоже подошла к нам.
— Вот ключи!
Она передала мне и Агате связку ключей, после чего попрощалась и ушла. Как только дверь захлопнулась, блондинка позвонила Шарлотте, чтобы та приехала. Джонсон как раз освободилась. Агата решила отпраздновать новоселье и поднять настроение мне.
Перед тем как Шарлотта приехала, я решила посетить клуб и навсегда завершить свою карьеру в стриптизе. Я сообщила Агате, что у меня срочные дела. Блондинка показала небольшое разочарование, но я пообещала ей, что успею прийти на новоселье. Она кивнула, и я направилась в клуб. Я и не заметила, как оказалась в фойе. Глубоко вздохнув, я пошла дальше. Внутри, как и прежде, звучала громкая музыка, а на сцене, окутанной дымкой тумана, танцевали девушки. Их движения были полны грации и свободы, что вызывало у меня неприятную горечь. Каждый момент, проведенный здесь, вдруг прокрутился в моей памяти, будто пленка старых снимков, которые я больше не хотела вспоминать.
Преодолев сомнения, я направилась к служебному входу, где меня ожидала управляющая.
– Я решила покинуть это место.
– Очень жаль… Ты была настоящим профессионалом.
Когда-то это действительно было преимуществом — я добилась успеха, заработала средства на лечение бабушки и переехала в Сан-Франциско. Но теперь… Работа стриптизёршей в ночном клубе приносит только убытки. Я потеряла обучение в университете, практически осталась без жилья, и неясно, любит ли меня Даниэль. Может, он просто узнал о моей работе и решил уйти? Всё может быть.
Управляющая одобрила моё заявление, и я покинула клуб, испытывая облегчение. Как будто с плеч свалился тяжёлый груз.
Как и обещала, я успела прийти на новоселье. Шарлотта с Агатой сидели на кухне и наливали шампанское в три бокала. Увидев моё спокойное лицо, девчонки обменялись взглядами, а я тихо положила заявление об увольнении из клуба. Сначала его прочитала Агата, затем и Шарлотта.
– Но разве стриптиз не твоё истинное призвание? – с сожалением произнесла студентка литературного факультета.
– Да, это так. Но, учитывая, что меня исключили из университета, бросил парень и чуть не оказалась на улице, я решила, что стриптизу пришёл конец. Честно, я не расстроилась. Ведь с каждым завершением открывается дверь к чему-то новому.
– Это звучит как тост, – рассмеялась Агата и протянула мне бокал с шампанским.
Весь оставшийся вечер и часть ночи мы веселились, танцуя и поя. В общем, время прошло отлично.
На следующий день я разослала своё резюме в различные заведения, иногда не особо задумываясь о том, куда именно. Спустя час мне пришло приглашение на собеседование, но когда я узнала, где оно пройдёт, я была крайне удивлена. Я быстро оделась и отправилась по указанному адресу, который получила в сообщении.
В самом сердце города, скрытый под зелеными лианами, находится итальянский ресторан под названием «Dolce Vita». Внутри стены, отделанные тёмным деревом, дополняются элегантными лепными украшениями на потолке, которые великолепно сочетаются с мягким золотистым светом, исходящим от хрустальных люстр. Столы, застеленные белоснежными скатертями, расставлены так, чтобы создать атмосферу как уединения, так и возможности общения между посетителями.
Каждый столик дополняется стульями с мягкой обивкой и высокой спинкой. В уголке зала играет джазовый квартет, заполняя атмосферу расслабляющими мелодиями. Официанты ловко перемещаются между столиками, неся подносы с едой. Ресторан украшает открытая кухня, где повара виртуозно готовят блюда.
Ко мне подошёл блондин в деловом костюме с бейджиком «Администратор Чарльз».
– Здравствуйте, вы Пайпер? – спросил он. Я кивнула. – Прекрасно. У вас есть опыт работы хостес?
– Нет, но я работала официанткой.
– О… Может, вам лучше подойдёт роль официантки, чем хостес?
Почему бы и нет? Вернуться к тому, с чего всё началось, вполне разумно.
Я согласилась. Чарльз, обрадованный моим решением, начал объяснять все детали работы. Он вручил мне меню для изучения, рассказал о заработной плате и отпустил домой до следующего утра. А значит, завтра у меня будет первый рабочий день в элитном итальянском ресторане.
Когда я вернулась домой, мне захотелось ознакомиться с меню. Однако, просматривая его, я была в шоке. Основные блюда стоят так дорого, что их могут позволить себе лишь олигархи, а о цене вин вообще стоит умолчать.
К счастью, у меня отличная память, и я быстро запомнила меню.
Глава 19. Разбитые бокалы.
Пайпер Фриц.
Всё шло прекрасно. Работая официанткой на новом месте, я чувствовала себя уверенно. Удобная форма, гармонирующая со стилем заведения, достойная зарплата и хорошие чаевые позволяли мне наслаждаться шоппингом и разнообразными увлечениями.
Мне удалось найти общий язык с коллегами. Здесь всё было по-другому, поскольку отсутствовали какие-либо конфликты. Никто не ссорился и не высказывал друг другу обидные слова. Кажется, все осознают, что находиться на уровне "коллег" или "знакомых" – это нормально. Возможно, это связано с возрастом: с течением времени всё меньше хочется заводить дружбу или вступать в споры.
В течение нескольких недель Аноним не появлялся: не писал и не создавал проблем. Но сегодня что-то пошло не так.
Сегодняшний день начинался замечательно, пока не пришёл вечер. До конца смены оставалось 2-3 часа, и я надеялась, что всё пройдёт спокойно, как обычно. Но когда я шла с подносом, на котором стояли два бокала красного вина, мимо одного из столиков, я увидела Даниэля с девушкой. Рыжеволосый парень выглядел очень строго — он был в деловом костюме, с галстуком и аккуратной причёской. Смотря на него, моё сердце сжалось от боли. Прошёл почти месяц с тех пор, как мы расстались, а Даниэль уже успел закрутить роман с другой.
Напротив, него сидела симпатичная девушка с длинными светло-русыми волосами, но с макияжем она явно переборщила. На ней было элегантное платье цвета шалфея с длинными рукавами и глубоким вырезом. Большие серьги, которые она носила, совершенно не подходили к её образу. Кажется, с её чувством стиля не всё в порядке.
– О… Пайпер, – произнёс Даниэль с сарказмом, – не ожидал увидеть тебя в таком заведении.
– Как и я тебя, – мой взгляд оставался безразличным, но внутри кипело желание разнести его нос о стол и испортить нелепый макияж его новой подруги.
– Похоже, бокалы не наши. Мы заказывали белое вино, – вставила девушка с ехидной усмешкой на лице.
Даниэль кивнул, глядя на свою спутницу, а затем снова обратил взгляд ко мне.
— Иди дальше, Пайпер. Ты, похоже, немного мешаешь нам.
Я только усмехнулась и, пройдя немного дальше столика Даниэля, якобы случайно уронила поднос на новую подругу рыжеволосого парня. Стеклянные бокалы с оглушительным звоном разбились, но осколки не коснулись ни её шалфейного платья, ни кожи. Девушка резко вскочила на ноги. Она выглядела неважно и до этого, но сейчас её внешний вид стал ещё хуже. Неудачный макияж потек по её лицу, а платье в некоторых местах окрасилось в красные оттенки. Подруга Даниэля вскрикнула. На звук разбивающихся бокалов и женских криков поспешил Чарльз.
– Что ты творишь? – хором воскликнули администратор и Даниэль, который уже встал со своего места.
– Я случайно! – произнесла я, словно маленький ребёнок, разбивший мамину вазу.
– Рядом есть СПА, – обратился Чарльз к Даниэлю и девушке, – мы всё оплатим, и ужин будет за наш счёт.
Мне интересно, что за привычка такая у администраторов и управляющих в ресторанах – оплачивать счёт или просто зализывать "раны" гостям, которые немного пострадали?  Да, конечно, это всё из-за репутации заведения. Могу представить, если подруга Даниэля оставит отрицательный отзыв, утверждая, что в этом ресторане работают грубые и наглые официанты, то кто-то другой, прочитав её комментарий на сайте, возможно, решит не приходить. Плохие отзывы могут быстро распространяться как внутри страны, так и за её пределами, если таких заведений много.
— Засуньте ваши подачки в…! Они мне не нужны! Увольте её, иначе она кого-нибудь убьет! — возмущалась девушка.
Чарльз лишь кивнул, а пара вышла из ресторана. Администратор резко схватил меня за локоть и повел чуть дальше от гостей.
— Штраф! В следующем месяце ты остаёшься без премии! Если ещё раз так проявишь себя, уволю! — прошептал Чарльз. — А сегодня можешь идти домой!
Администратор вышел по своим делам, а я направилась к раздевалке.
Спустя час я уже была дома и за чашкой кофе обсуждала сегодня произошедшие события с Агатой.
– Тебе не кажется странным, что Даниэль пришёл в ресторан, где ты работаешь? – спросила подруга, готовя новую порцию кофе, так как, пока я делилась новостями о Даниэле, Агата успела выпить всю чашку.
Я по-прежнему не могу прийти в себя. Меня переполняют гнев, досада и смятение: “Как он так быстро забыл о наших отношениях? Значит, не любил совсем?”.
И меня удивляет тот факт, что Даниэль пришёл с девушкой в ресторан. Если подумать, возможно, он не знал, что я работаю именно в этом месте, куда пришёл с новой знакомой. И встреча могла быть случайной, то есть Даниэль совершенно не ожидал меня увидеть.
– Даниэль пришёл в ресторан… Это просто не укладывается у меня в голове, ведь чтобы доехать к родителям, он берёт машину у друга, а тут дорогой ресторан. Не по карману такое заведение для Даниэля, – блондинка не могла успокоиться. – Может, в этом замешан Аноним?
Я начала громко хохотать, прижимая руки к животу.
– Не смеши меня. Как Аноним смог узнать о моей новой работе?
– Пайпер, этот человек – хакер! Ему не составит труда заполучить нужные сведения.
Мой смех сразу же угас. Агата говорит правду. Он нашёл мой адрес в общежитии, номер комнаты, чтобы отослать мне плюшевого медведя, которого я, к слову, выбросила в мусор, когда переезжала сюда. Он также узнал моё имя и номер телефона. Получается…Аноним выяснил и адрес ресторана. Но как он связан с Даниэлем?
Хорошо, тогда Аноним разослал всему университету, что рыжеволосого парня забрали полицейские. Тем самым он хотел нанести конкретный удар мне, так как знает, что с Даниэлем я близка. Но что касается ресторана? Неужели Аноним что-то попросил у Даниэля? К примеру, заставить меня ревновать? Может, Даниэля разозлила информация, которую дал Аноним взамен на услугу рыжеволосого парня? Хм… Такая теория может существовать.
Если это так, то значит, Аноним всеми силами пытается сделать меня несчастной, разбивая мою жизнь.
Мысли рассеялись, когда раздался звонок в дверь. Я встала из-за стола и пошла открывать. Не заглядывая в глазок, я распахнула дверь. Сердце стало сильно стучать, когда я увидела человека, стоявшего на пороге.
Глава 20. Запоздалое возвращение и неожиданное признание.
Пайпер Фриц.
– Кто там пришёл, Пайпер? – спросила Агата, выходя из кухни.
Я пришла в себя после её вопроса и увидела на пороге своего отца с букетом роз. Человек, которого я знала по фотографии, изменился. У него по-прежнему были каштановые волосы, но прическа стала другой. Появилась борода, на лице заметны морщины. Он выглядел старше, а янтарный блеск в его глазах померк, как будто он пережил немало за эти годы. Вспомнив рассказы бабушки, я собралась закрыть дверь, но мужчина остановил меня, вставив ногу в проём.
– Давай поговорим? - произнёс он.
– Нам не о чем говорить. Всего хорошего!
Однако мужчина продолжал удерживать дверь, и мне пришлось впустить его в квартиру. С улыбкой, излучающей уверенность, он направился к дивану в гостиной. Увидев его, Агата разозлилась, от чего её щеки покраснели. Никто из нас не желал предлагать ему чай, кофе или что-то ещё, что могло бы сделать атмосферу дружелюбной.
– Ты так напоминаешь свою маму, Пайпер.
Серьёзно? Это всё, что он хотел сказать?
– Мне нужно извиниться перед тобой, – произнёс мужчина, осознавая, что его предыдущее замечание лишь усугубило мою ярость.
– За что ты собираешься извиняться? За то, что уговаривал маму сделать аборт? За измены маме? Или за то, что спустя двадцать лет ты решил появиться у меня на пороге, ведь ты отказался от родительства и вообще не принимал участия в моём воспитании? – Моя злость достигла предела. Агата решила уйти в другую комнату, дабы не мешать.
– Дочка…
– Не смей так ко мне обращаться!
Его взгляд забегал по комнате в поисках оправданий или объяснений.
– Дай мне рассказать тебе обо всем, что произошло после того, как я подписал отказ, – сказал он, готовясь расплакаться.
Я лишь махнула рукой, давая ему возможность высказаться.

Ричард Фриц.
Я оставил новорожденную дочь и отправился в Чикаго. Решил заняться архитектурой и начать жизнь с нуля. С большим азартом я начал разрабатывать концепцию своей фирмы и собирал портфолио. Для привлечения потенциальных клиентов я использовал яркие презентации и нестандартные подходы. Сформировал команду, и бизнес начал развиваться. Однако вскоре я столкнулся с серьезными трудностями. Жесткая конкуренция, нестабильность рынка и недооцененные затраты препятствовали успеху. Мой бизнес стал испытывать серьезные проблемы, как старый дом, нуждающийся в ремонте. Несмотря на приложенные усилия, компания оказалась на грани банкротства, и я принял решение закрыть её. Не стал пытаться начать что-то новое – слишком много времени и сил было потрачено на архитектуру.
После закрытия бизнеса я начал пить, погружаясь в запои и распродавая всё, что приобрёл вовремя успешной работы.
Однажды, посетив клуб, я встретил женщину и рассказал ей о своей жизни, немного выпив.
– У меня есть дочь, – слова выходили с трудом, язык будто был непокорен, – она осталась одна. Сначала девочка потеряла мать при рождении, а потом и бабушку.
Если честно, я сам не понимал, зачем начал говорить о Пайпер.
– Почему ты не рядом с ней? – спросила меня женщина в вечернем платье.
– Я отказался от неё много лет назад.
– А в данный момент у тебя есть семья?
Она задавала множество вопросов, как будто это могло изменить её жизнь. Но мне от общения становилось легче, я ощущал расслабление и комфорт.
– У меня нет семьи, только мимолетные связи. В мою постель попадались лишь те, кому интересны только мои деньги.
– Хочешь совет? – спросила она. Не дождавшись моего ответа, продолжила: – Прекрати пить и постарайся найти дочку. Она единственная, кто у тебя остался. Да, скорее всего, она встретит тебя враждебно. Но хоть раз в жизни поступи как настоящий мужчина.
Я отвёл взгляд от женщины, размышляя над её словами. Единственное, что оставалось для меня непонятным – это последнее замечание. Что значит «поступить как мужчина»? В конце концов, я и есть мужчина. Хотя… возможно, она имела в виду поступки?
Я развернулся, чтобы выразить благодарность, но её уже не было рядом. Позже я осознал, что эта женщина обокрала меня, забрав последние деньги. Поэтому она так настойчиво расспрашивала меня. Вошла в доверие, чтобы затем опустошить мои карманы. Хитро.
Покинув клуб, я решил дойти до своей квартиры пешком. А как иначе? Теперь у меня не осталось средств даже на автобус. К тому же это недалеко, всего несколько кварталов нужно пройти.
Вскоре я оказался в пустой квартире. Да-да, именно пустой. Ни мебели, ни техники — только голые стены и туалет. Сев на холодный пол, я понял, что нужно последовать совету той женщины из клуба и найти Пайпер. Но как? У меня нет ни гроша. Да и продавать нечего — все было потрачено на алкоголь. Я спустился на первый этаж к почтовым ящикам. Там я покопался и нашел газеты с вакансиями. Я начал цепляться за каждую возможность. Каждый цент, каждую мелочь я копил, чтобы поехать к Пайпер. Через знакомых я узнал город, где сейчас живет моя дочь. А спустя месяц я накопил небольшую сумму, купил букет роз и отправился к ней.

Пайпер Фриц.
– Я тебя выслушала, и что дальше?.. Из твоих слов я лишь уловила, что тебя настигла карма, и, когда стало плохо, ты вспомнил обо мне, - произнесла я. Моя злость утихла. Я обрела некоторое спокойствие, но в душе все равно осталось сожаление. Эта грусть вызвана тем, что когда-то он кричал на бабушку, на маму, говоря, что ещё не нагулялся. И вот, похоже, сейчас тот самый момент, когда гуляния его больше не интересуют. Но, увы, это произошло слишком поздно.
– Пайпер, прости меня! Пожалуйста! Мы можем восстановить наши отношения? Я, в конце концов, ради тебя сюда приехал. И мне нужно сказать спасибо.
– Кому же я должна быть благодарна? Той женщине, которая помогла тебе увидеть истину?
Ричард умолк. Возможно, он осознал, что сказал очередную глупость.
– Пайпер, дай мне один-единственный шанс!
Я собиралась ответить, но в дверь снова раздался звонок. Да ну, кто это ещё может быть? Если это снова какой-то родственник, то я вышвырну его вместе с отцом.
На этот раз дверь открывать пошла Агата. Через несколько секунд она вернулась с нашим бывшим преподавателем по психологии.
– Профессор Рейес? Что вы здесь делаете?
– Этот вопрос интересует не только тебя, Пайпер, – в замешательстве сказала Агата, смотря на Адама.
– Пайпер, можно вас на минутку? Нам нужно поговорить.
Я кивнула, и мы вышли из квартиры в коридор.
– Наше знакомство началось с не очень хорошей ноты, - начал Адам, как только я закрыла входную дверь, – Так вот… Я полюбил тебя с первого дня, как увидел. Может, сходим в кафе или в какое-то другое место, которое ты захочешь?
Подождите… Что? Мне не послышалось? Он сказал, что любит меня?
– Вы же меня совершенно не переносили. Постоянно находили повод для придирок.
– Вот поэтому я и придирался. Только я не сразу осознал свои чувства, - мужчина смотрел мне в глаза, ни капли не смущаясь от своих слов.
– Извините, но это не взаимно! – произнесла я, заходя в квартиру и захлопывая за собой дверь.
Боже… Что вообще творится? Сначала Даниэль со своей новой девушкой, потом отец на пороге, а после и Адам. Этот ужасный день закончится или нет?
Глава 21. Лазерные Небеса.
Пайпер Фриц.
Книги представляют собой удивительный мир, в который можно погружаться с головой. Они помогают мне в сложных ситуациях.  И сегодня именно тот день, когда моей душе необходима книга, так как за последнее время накопилось множество забот: отчисление из университета, расставание с парнем, случайная встреча с ним и его новой девушкой, а также неожиданное появление моего отца в жизни, с которым у меня нет особого желания общаться. Однако, вспомнив бабушкину просьбу, я решила дать ему шанс. И, конечно, Адам, который неожиданно открыл свои чувства.
В этот дождливый день каждая капля играла с ветром, словно кто-то сверху наблюдает за моими переживаниями. Возможно, именно там, на небесах, есть некая сила, которая подсказывает мне, что всё не так уж плохо?
Библиотека с прозрачными стеклянными фасадами возвышалась среди небоскребов. Как только я вошла внутрь, меня встретил знакомый аромат книг и свежей бумаги, смешанный с тихими разговорами посетителей. Передо мной открылся просторный зал с высокими потолками и множеством стеллажей, заполненных томами на самые разнообразные темы, что вызывало у меня чувство восторга. Я обожала это место за его тепло и уют. Да, в Сан-Франциско есть и другие библиотеки, более современные, но они больше напоминают торговые центры, чем пространство для спокойного чтения и погружения в книги.
Я долго блуждала среди полок, пока мой взгляд не задержался на яркой обложке романа. Взяла его и направилась к тихому уголку библиотеки, где царила особенная атмосфера. Я расположилась в массивном кресле, обтянутом бордовым бархатом. Под моим весом оно немного просело, и я начала читать роман.
Наверное, всем знакомо это ощущение, когда с первой страницы, с первых слов, книга захватывает так сильно, что всё в окружающем мире начинает казаться несущественным и иллюзорным. Вот и я уже прочитала половину произведения, когда вдруг услышала, что кто-то зовёт меня по имени. Подняв глаза от книги, я была немного поражена. Передо мной стоял Адам Рейес. Вспомнив, как он несколько дней назад говорил о своих чувствах, мне захотелось ударить себя и его книгой. Разве нельзя было оставить меня в покое, чтобы я могла разобраться в своих переживаниях и мыслях в тишине и спокойствии?
– Знакомая книга, – произнёс преподаватель психологии. – О… Так это «Лазерные небеса». Название, конечно, не слишком удачное, но сам сюжет просто великолепен.
– Что вы здесь делаете? Следите за мной? – эти слова внезапно вырвались у меня.
– Совсем нет. Я просто хотел больше узнать о психологии, и здесь представлено много подобных книг.
Я поверила ему и вновь углубилась в роман, пытаясь игнорировать Адама. Но он постоянно мелькал у меня на глазах, как будто хотел что-то сказать или спросить.
– Могу я составить вам компанию в чтении? – заметив мой недовольный взгляд, предложил Адам. – Я с радостью перечитаю эту книгу, – он указал на роман, что я держала в руках.
Похоже, выбор у меня отсутствовал. Я согласилась, и он устроился рядом, в одном из кресел. Адам долго пытался завести со мной разговор, но я всеми силами избегала общения, потому что в голове постоянно вертелось его признание. Почему-то мой внутренний голос подсказывает мне, что Адам шутит.
– Что касается нашего разговора… Это правда, что у вас ко мне есть чувства?
– Ты правда сомневаешься в том, что я говорю? Пайпер, я не бросаюсь такими словами просто так. Если я сказал, что люблю, значит, это действительно так, – ответил он, приблизившись ко мне. Я почувствовала его горячее дыхание и колотящееся сердце, что заставило меня засмущаться и покраснеть. И я не могла понять, почему мое поведение изменилось так резко.
– Мистер Рейес, вы должны меня понять. Я недавно пережила разрыв с молодым человеком, и до сих пор не могу прийти в себя. Я ещё не готова к новым отношениям.
– Я всё осознаю, но я готов ждать столько, сколько потребуется. Я буду рядом с тобой. Для меня это как испытание от судьбы, проверка перед истинной и искренней любовью, – ответил Адам сдержанно.
Он немного отодвинулся, и наш разговор зашёл о книге. Остаток дня в библиотеке мы провели, обсуждая роман. Мы смеялись и громко разговаривали, за что библиотекарь делал нам замечания. Мы обсуждали персонажей и делились своими мнениями, что-то вроде: "в этом моменте главный герой должен был поступить по-другому".
После той встречи в библиотеке наше общение стало более тесным. Он то приглашал меня посмотреть ужастики в кино, которые, кстати, нам обоим нравятся, то оставлял у моего порога книги с запиской: "на случай, если захочешь отвлечься от проблем". То ходили в различные места, по типу парка или кофейни. Всё шло своим чередом, Адам ухаживал за мной с терпением.
Что касается моего отца, то он жил с нами. Сегодня у него назначено собеседование в ресторане, где я работаю, и я решила составить ему компанию.
– Что вы умеете, Ричард? – поинтересовался Чарльз.
– Я по образованию архитектор, но хочу попробовать что-то новое, – ответил отец.
Чарльз посмотрел на меня с недовольством. Его взгляд мне понятен. Администратору нужны опытные сотрудники, а не такие, как мой папа. В ответ я сделала взгляд, как у кота в сапогах – милый, умоляющий и трогательный. И, видимо, это сработало, так как в глазах Чарльза появилась доброта.
– Ладно. Тогда сегодня мы займёмся поиском ваших навыков.
Я улыбнулась с благодарностью, а Чарльз направился в кухонное помещение. Отец и я последовали за администратором. Мы вошли в пространство, где повара сосредоточенно готовили различные блюда. К нам быстро подошла женщина, знакомая мне, шеф-повар ресторана и мама Чарльза. Её черные волосы были собраны под колпак, а серые глаза внимательно скользнули по моему отцу.
– Мам... Ой... То есть, Мисс Хилл, давайте оценим кулинарные навыки Мистера Фриц?
Женщина согласилась, а затем, взяв в руки меню, начала его листать, пока не указала пальцем на одно из блюд.
– Мистер Фриц, начнем с самого простого.
Отец согласился, и я обратила внимание на блюдо – мягкое фрико, которое напоминает сырный картофельный блин.
Я отлично знакома со всеми позициями в нашем ресторанном меню, однако именно это блюдо особенно врезалось мне в память. Все благодаря Мисс Хилл, которая во время перерыва на ланч продемонстрировала процесс его приготовления.
Это блюдо очень лёгкое, однако отец устроил полный беспорядок на кухне: он перепутал специи, пожарил картофель слишком сильно и несколько раз споткнулся о ящик с овощами, уронив приготовленные блюда других поваров.
– Это не для меня, – отозвался Ричард с печалью.
Чарльз тяжело вздохнул и направился в зал. Администратор решил посмотреть, как Ричард будет справляться с ролью хостес и официанта. Но ни то, ни другое у моего отца не получилось.
Он перевернул стойку хостес и обругал гостей. А его попытки освоить профессию официанта напоминали хаотичный танец слона в посудной лавке. Отец путал заказы, проливал на себя напитки. Подносы из его рук выскальзывали, превращаясь в оружие массового поражения для соседних столиков.
– Остаётся только бар, - произнёс Чарльз, понимая, что для моего отца не созданы такие профессии, как повар, официант и хостес.
Каково было моё удивление, когда отец без труда наливал вино и коктейли, смешивал ингредиенты и заражал гостей своей харизмой. Мы с Чарльзом поняли, что, помимо навыков архитектора, Ричард был создан для работы барменом.
Но я переживала, вспоминая, как отец делился воспоминаниями о том, что из-за алкоголя он распродавал все, что находил вокруг. Главное, чтобы он не стал пить втихомолку, иначе добавится ещё одна проблема в мою жизнь.
– Ну что ж, семья Фриц, вы сегодня порядком меня подзадорили! Хотя я искренне этому рад. Было чем заняться, – Чарльз слегка улыбнулся, – жду вас завтра, но уже на полноценную работу. Уяснили? – с весёлым настроением спросил администратор.
– Конечно, – в один голос ответили мы с папой.
Меня немного порадовало то, что, несмотря на долгое время разлуки, мы всё равно рядом. Я начала ощущать, что значит быть папиной дочкой и понимать папину любовь.
Отцу выдали униформу: белая рубашка, чёрная жилетка, брючки и галстук. Смахивает на то, что он не бармен, а какой-то деловой человек. И ему также предоставили меню, но вместо блюд там были перечислены напитки.
– Пап, давай договоримся, что ты с ответственностью будешь приходить на работу, без штрафов, замечаний и пропусков.
– Всё будет в порядке.
Насколько правдоподобна эта фраза? Время покажет, но я хочу доверять папе. Ведь если не будет доверия, то о каких хороших отношениях пойдёт речь?
Глава 22. Свидание, озаренное звёздами.
Пайпер Фриц.
Сегодня Адам предложил мне сходить на свидание, обещая, что этот момент останется в моей памяти навсегда. В душе зреет интрига и любопытство. Именно в этот день я решила добавить в свой стиль новые акценты. На мне белоснежная рубашка с длинными рукавами и асимметричный чёрный топ, облегающий рубашку, с одной стороны. Также я выбрала чёрные широкие брюки с завышенной талией, которые подчеркивают формы моей фигуры. На ногах туфли на высоком каблуке с открытым носком. Завершают мой образ крупные золотые серьги и сумочка с прозрачными деталями.
Через несколько минут к дому должен был подъехать Адам, и, попрощавшись с Агатой, я вышла из квартиры. Спускаясь, я заметила, что Профессор Рейес уже ждал у порога. Меня удивило, что Адам приехал не на машине, а на мотоцикле.
— Даже не думала, что преподаватель психологии увлекается мотоциклами.
Вместо ответа Адам молча вручил мне шлем для безопасности. Он был одет в простую белую футболку и спортивные брюки. После того как он передал мне шлем, сам сел вперед и надел другой. Я же расположилась позади.
Вскоре мы оказались в планетарии. Зал был огромен. Купол, казалось, исчезал в бесконечности. Когда свет погас, я затаила дыхание. Мириады точек вспыхнули над головой. Адам, стоя рядом со мной, начал рассказывать о созвездиях, о далёких галактиках, о чёрных дырах. Я слушала, но больше смотрела на звёзды. Они завораживали. Я чувствовала себя такой маленькой, такой незначительной во вселенной.
– Это… потрясающе, - произнесла я шепотом.
Он обнял меня за талию, притянув ближе, и мы вместе любовались звездами.
Адам успел удивить меня дважды за сегодняшний день: сначала своим мотоциклом, а затем глубокими познаниями в астрономии. 
— Адам, — тихо позвала я. Преподаватель психологии повернул голову, показывая, что услышал своё имя. — Расскажи о себе. Я так мало о тебе знаю. 
Он улыбнулся, взял меня за руку и повёл в другую часть планетария, где нас ждали мягкие подушки, плед и вкусная еда. Устроившись поудобнее, он начал рассказывать о своей жизни. 
— Мой отец — астроном. В детстве он часто брал меня с собой в обсерваторию. Я помню, как он показывал мне созвездия, рассказывал о планетах и галактиках. Для него звёзды были не просто светящимися точками, а целыми мирами, наполненными загадками.
Я внимательно слушала Адама, закусывая сладостями. В глазах горел неподдельный интерес. 
— Ты хотел бы пойти по пути отца? — решилась я на вопрос. 
— Хотел и даже пробовал. Звёзды, как и для него, стали для меня чем-то особенным. Они были словно верные друзья, всегда рядом, особенно когда всё вокруг казалось непонятным, — Адам замолчал, и я почувствовала, что тема детства для него болезненна. Однако он продолжил: — Я начал изучать астрономию, а когда пришло время поступать в университет, выбрал факультет астрономии. Но проучился всего несколько месяцев. Осознал, что это не моё, и перешёл на психологию. 
— Вижу, тебе тяжело говорить о детстве. Почему? — во мне проснулся психолог. Практика сама нашла меня в лице Адама Рейеса.
— Тяжело, потому что отца больше нет, — тихо ответил он.
После этих слов повисла тягостная тишина. Мне захотелось извиниться за то, что затронула запретную тему, но Адам жестом остановил меня, дав понять, что мои извинения излишни, ведь я не могла знать. 
– В этом мире я совсем один. Моя мама бросилась с моста, когда родился мой младший брат. 
Его слова снова поразили меня. Сколько ещё тайн скрывает этот человек? 
– Но и брата моего больше нет, и всё из-за одной девушки, – последнее слово он произнёс с горечью и злостью. 
Адам тяжело вздохнул. 
– Пайпер, прости, я не смогу рассказать, как погиб мой брат. Мне до сих пор слишком больно.
Я кивнула головой, переваривая слова, которые сказал Адам. Потом задумалась. Мы с Адамом похожи. У нас обоих сложные судьбы, но, несмотря на это, мы находим в себе силы подняться из грязи.
Теперь я буду рядом с ним. Мы станем дополнять друг друга. За эти месяцы, прошедшие с момента, как Адам признался мне в чувствах, я наконец поняла, что воспоминания о Даниэле больше не ранят. Я осознала, что готова начать отношения с человеком, который сейчас находится со мной в одном помещении.
Я начала гладить ладонь Адама, будто кто-то управлял мной, как марионеткой. Потом потянулась и поцеловала его в щёку. Он удивился, но потом полез целовать мои губы. В животе у меня словно расцвели цветы, и закружились бабочки. Неужели я влюбилась? Сильнее, чем в Даниэля? 
— Теперь мы вместе, — прошептала я, отстранившись из-за нехватки воздуха. 
Адам не сразу понял мои слова. Но когда до него дошло, его глаза расширились, и в них появился лучик счастья. Он начал целовать меня, а потом крепко обнял. 
— Похоже, ты был прав. Это свидание я запомню навсегда.
Мы продолжили смотреть на звёзды и наслаждаться угощениями.
Глава 23. Праздник с горьким привкусом.
Пайпер Фриц. 
– С днём рождения! – дружно выкрикнули Агата и Шарлотта, запустив хлопушку. 
Я медленно открыла глаза, сонно уставившись на подруг. Они сияли от радости, а конфетти разлетелось по всей комнате, включая мою кровать. Я отвернулась, не желая принимать их поздравления. 
– В чём дело? Сегодня твой день, Пайп, – сказала Шарлотта. 
– Агата, ты же знаешь, что я не отмечаю дни рождения, – ответила я, игнорируя Джонсон. 
Блондинка замолчала, а я развернулась, смотря на своих подруг. Агата опустила взгляд, нервно почесав затылок. Видимо, она пыталась придумать оправдание, но, судя по её карим глазам, ничего не пришло в голову.
– Что плохого в твоём дне рождении? Ты просто стала на год старше.
– Просто? Серьёзно? Ты забыла, что каждый год в этот день со мной случается что-то нелепое или ужасное? – спросила я.
Шарлотта смотрела на нас с Агатой словно представляя нас двумя кошками, дерущимися из-за птицы. Она хотела что-то сказать, но слова застревали в горле, ведь она понимала, что это бесполезно. Я была в ярости, а Агата — в отчаянии. 
— Может, в этот раз всё будет иначе? 
— Агата, ты каждый год повторяешь одно и то же. Ничего не меняется. То я попадаю в аварию, которая оставляет мне шрамы в качестве подарка. То ломаю руку или ногу, после чего лежу неделями в гипсе, — я сделала паузу, чтобы встать с кровати, — с самого начала было ясно, что я неудачница. Судьба любит над до мной издеваться.
Я направилась в ванную, оставив Шарлотту и Агату в комнате. Закрыв дверь, я встала перед зеркалом. Волосы были собраны в небольшой хвостик, но, распустив их, заметила, что они заметно отросли.
Взглянув на лицо, я увидела след от слезы, которая уже катилась с подбородка на пижаму. Мне было грустно, и я не стану это скрывать. Сегодня день, когда умерла моя мама. Как я могу радоваться празднику? В свой день рождения я чувствую лишь пустоту и печаль. Может, где-то в глубине души мне приятно, что девочки, несмотря на мои капризы, поздравили меня. Но я не хочу этого признавать.
Если бы я не родилась, мама, возможно, была бы жива. Я сжала кулаки, вспоминая её лицо. Теперь я вижу её только на фото и в снах. Когда она приходит, то всегда улыбается. А мне кажется, будто я смотрю в зеркало. Мы с ней — как две капли воды… 
— Почему ты не послушалась тогда отца? Почему не сделала аборт? — я опустила голову, и слёзы хлынули ручьём.
Мое внимание привлекли два уведомления, пришедшие на телефон. Доставая его из кармана пижамных брюк, я поняла, что настроение стало намного хуже.
Первое было от Адама, который сообщил, что сегодня не сможет встретиться из-за завала на работе. Второе — от Анонима. В последнее время он молчал, а когда писал, обычно случалась какая-то неразбериха.
«С днем рождения, малышка! Ждешь от меня подарка?»
Меня охватил страх, и я быстро покинула ванную. Переодевшись, отправилась на работу. 
Что касается Анонима, я начала его искать после того, как видео разошлось по всему университету. Попросила помощи у друга, который разбирается в хакерстве, но, к сожалению, он не смог найти никаких следов. Словно Аноним и есть, и его нет одновременно. Друг смог обнаружить камеру, с которой было записано видео. Однако Аноним сделал так, будто съемка велась с телефона, а не с плюшевого мишки. К видео прилагалась подпись: «Моя малышка горяча и в клубе, и в этой комнате».
В моей голове есть догадки, почему меня отчислили. Первая: видео, а точнее надпись, которая ясно указала ректору, что на тех снимках была я.
Или же мужчина больше переживал за свою должность, чем за репутацию университета. Если бы я осталась, его бы уволили за то, что он позволил мне продолжать позорить учебное заведение.
Уверена, что если бы меня не отчислили, я бы там надолго не задержалась. Все бы показывали на меня пальцем, разглядывали, пытаясь рассмотреть мою фигуру. Знаете, как это унизительно? Да, со временем это забылось бы, но в душе всё равно остался бы отпечаток.
Но Анонима я рано или поздно найду. 
– А вот и именинница! – произнёс один из официантов в ресторане.
После его слов раздались аплодисменты, кто-то даже свистнул. Все поздравляли меня, но радости я не чувствовала. 
Я переоделась в форму и вышла в зал, где меня встретил раздражённый Чарльз. 
– Поздравляю с днём рождения, не хочу портить настроение, но взгляни на барную стойку, – сказал он. 
Я повернула голову в сторону стойки, за которой стоял измученный бармен. Казалось, он не спал уже несколько суток. 
– Где твой отец? 
Честно говоря, я сама не знаю, где он. Неделю назад отец переехал в новую квартиру, которую начал самостоятельно, без моей помощи, снимать.
– Его нет уже несколько дней. Телефон не отвечает, видимо, отключён. Адрес знаю только твой, – Чарльз посмотрел на меня, – Раз ты его привела, значит, и отвечать за него будешь. Штраф! 
Разгневанный Чарльз ушёл на кухню, где тоже нашёл, к чему придраться. Видимо, сегодня у него плохое настроение. Но всё же, где отец? После работы нужно зайти к нему.

Я трудилась до позднего вечера, пока Шарлотта не появилась и не уговорила Чарльза отпустить меня с работы.
Первым делом мы заглянули в бутик одежды. Продавец, заметив Шарлотту, кивнул, подошёл и проводил меня в примерочную, где мне помогли переодеться. Я взглянула на своё отражение в зеркале. На мне было облегающее короткое платье красного цвета с изящной драпировкой, сверху — чёрный кожаный жакет. Сумка, выполненная в том же стиле, украшена пауком. Завершали образ стильная кепка, массивные туфли на платформе с цепочками.
– Платье? Ты шутишь? – спросила я, отодвигая занавеску в примерочной. 
– Нет, вполне серьезно. 
– Ты же знаешь, что я не ношу платья. 
– Конечно знаю. Мы дружим не первый день. Но я учла твой стиль. Так что не капризничай.
Когда я вышла из примерочной, заметила, что Шарлотта тоже переоделась. На ней был ярко-красный пиджак с пышными рукавами, белая плиссированная юбка и босоножки на каблуках с декоративными лентами. Через плечо она перекинула сумку.
– Что всё это значит? И почему у тебя тоже красный? 
– Сегодня все в красном, это дресс-код, – объяснила Шарлотта. Но её слова только добавили мне загадок. – Голубчик, – обратилась она к консультанту, – можешь оставить вещи из примерочной? Я заберу их позже, когда будет время. 
Парень кивнул, а Шарлотта подмигнула. Между ними явно пробежала искра, что-то незримое, но ощутимое. 
– Потом всё расскажешь, – тихо прошептала я, намекая на парня. 
Если они вместе, то они идеальная пара. Шарлотта – девушка миленькая, и он высокий юноша с коротко постриженными волосами светлого оттенка, которые в хаотичном порядке слегка падали на лоб, показывая симметричные черты лица. На плече тату, оно немного торчит из-под футболки. Я широко улыбнулась, и мы покинули бутик одежды.
После магазина мы пошли в неизвестную сторону, но я решила не задавать лишних вопросов, так как в любом случае узнаю, что сегодня меня ждёт. Неужели, мы будем праздновать мой день рождения? Ох…
Вскоре мы оказались в ночном клубе. Зайдя внутрь, я словно ощутила на себе прошлое, когда приходила в подобные места, ради танцев на шесте. Стряхнув с себя лишние воспоминания, я осматривала помещение, хоть это казалось трудным.
Неоновые огни плясали на стенах, отражаясь в бокалах с коктейлями. Тяжелый запах дыма, смешанный со сладким ароматом духов, висел в воздухе, щекоча ноздри. Клуб пульсировал в такт музыке, заставляя вибрировать пол под ногами.
Столики, утопающие в полумраке, были заполнены смеющимися лицами. Разговоры тонули в гуле толпы, но никто, казалось, не обращал на это внимания. Все были здесь, чтобы отдохнуть, забыть о проблемах и просто повеселиться.
В свете софитов на сцене была певица. Ее голос, мощный и завораживающий, заполнил все пространство клуба. Она пела о любви и потерях, о страсти и надежде, и в каждом слове чувствовалась душа. Ее движения были плавными и грациозными, словно она танцевала вместе с музыкой.
После выступления певицы, на сцену вышла девушка.
– А теперь, внимание, Пайпер Фриц! – произнесла она. Судя по всему, девушка была ведущей. После её слов яркий свет фонарей ударил мне в глаза. Пришлось прикрыть их рукой, чтобы хоть что-то видеть, – У этой прекрасной леди сегодня день рождения! Поздравляем!
Гости, сидящие за столиками, начали громко кричать поздравления. И тут сзади раздались знакомые голоса:
– Сюрприз!
Я обернулась и увидела шары, плакат с надписью «С днем рождения!», а также Адама и Агату. Стол ломился от угощений и алкоголя. Кстати, шары были красными, как и наряды моих близких людей.
– Пайпер, надеюсь, вам понравится. Ваши друзья очень старались, – продолжала девушка на сцене.
Неужели этот день станет особенным? Вряд ли. Что-то внутри меня тревожит. Может, это из-за сообщения от Анонима? Какой подарок мне ждать от него?
– Давайте повеселимся, – сказала Агата, поднимая бокал с коктейлем. 
Мы поддержали её и взяли свои бокалы. Мы немного перекусили, а потом пустились в пляс.
В завершение вечера подали торт, и его презентация оказалась необычной. Девушка, нарядившись в корсет и чулки, принесла десерт, при этом исполняя несколько движений, напоминающих стриптиз. 
– Надеюсь, ты не против, – произнесла Агата. 
– Нет, всё в порядке. 
И я не соврала. Для меня это была креативная подача и всё.
Проведя еще немного времени вместе, мы решили разойтись.
Однако, вернувшись домой, мы с Агатой обнаружили беспорядок. Мебель была перевернута, кое-что разбито и порвано. Шкафы стояли открытыми. В квартире царил хаос. На полу лежал лишь один листок бумаги с отцовским почерком: 
«Прости, но, видимо, я все еще не готов быть отцом.
Ричард»
Он обокрал нас? Ушел? Снова? А я только начала к нему привязываться, почувствовала, что у меня есть кто-то родной.
Глава 24. Завеса лжи.
Пайпер Фриц.
Беспорядок, который устроил мой отец, мы с девочками смогли убрать. Однако изменения в обстановке не остались незамеченными хозяйкой. Когда она пришла за оплатой, то обнаружила несколько поврежденных предметов. К счастью, хозяйка решила не выселять нас, а просто выслушала и поняла сложившуюся ситуацию.
Но если вдруг мой отец вернется, я немедленно обращусь в правоохранительные органы. Говоря о полиции, следует упомянуть, что владелица квартиры заявила о пропаже вещей, в результате чего Ричард объявлен в розыск.
А может, вся эта ситуация как-то связана с Анонимом? Он не зря мне написал. Возможно, то, что произошло, в его глазах является подарком? Но как это может быть связано с моим отцом? На ум приходит лишь один вариант: Аноним – это Ричард Фриц. И, вероятно, кто-то успел прочитать мои мысли, причём через телефон. Звучит забавно, но мне написал именно тот друг-хакер:
«Не хочешь встретиться? У меня есть догадка о том, кто может тебя преследовать и создавать проблемы».
«Отлично! У меня тоже есть один вариант».
«Давай встретимся в парке, у меня в квартире не получится. Неожиданно приехали гости».
Переодевшись из домашних вещей в повседневные, я направилась в парк. И кстати, это тот самый парк рядом с университетом, где я раньше училась. Интересно, почему мой друг выбрал именно это место для встречи? Ах да, я ещё не назвала его имя — Марион.
Я быстро добралась до парка. На одной из скамеек сидел невыносимый ботаник с выдающимися хакерскими способностями.
– Ну и кто, по твоему мнению, может быть Анонимом? – спросил Марион, как только я устроилась рядом с ним на скамейке.
– Ричард Фриц. Мой папа.
Марион рассмеялся, но, увидев мой серьезный взгляд, быстро успокоился.
– И какие у тебя доказательства?
– Внезапно он вспомнил обо мне и явился. Это было довольно странно. И так же внезапно он исчезает, – ответила я. Но мой ответ снова вызвал смех у ботаника.
– Без обид, конечно, но... Он глупый. Да, твой отец получил профессию архитектора. Для этого, я соглашусь, нужен огромный мозг. Но для хакера Ричард туповат. Не смог бы он даже банально найти адрес человека с помощью хакерских штук.
Возможно, Марион прав. Но как же мой отец может быть связан с Анонимом?
Вопросов много, ответов – мало.
– А вот Адам Рейес — это другой разговор, – продолжил Марион.
Когда ботаник озвучил свой вариант, у меня возникло ощущение, как будто я оказалась в запертой клетке, из которой нет выхода. Казалось, что воздух покинул мои легкие. Мне стало тяжело дышать, и я почувствовала себя плохо.
– Если это всего лишь шутка, то она неуместна и совсем не смешная, – сказала я.
– Я не шучу, Пайпер, – говорил Марион, совершенно не замечая моего состояния. – У меня, в отличие от тебя, есть факты. Обрати внимание, что когда он пришёл, то относился к тебе довольно прохладно, а вскоре вдруг признается в любви. Тебе не кажется странным, что Адам закончил университет год назад и сразу же стал преподавателем, имея небольшой опыт? В этом учебном заведении, – он указал на университет, – принимают только лучших. Обычно с большим стажем работы.
– Да, сначала мне казалось удивительным, что он испытывал ко мне ненависть, а затем признался в своих чувствах, но после долгих размышлений я поняла, что такое возможно. Как говорится: от ненависти до любви один шаг. Опыт…, - я сделала маленькую паузу, после чего продолжила: – Ректор университета — замечательный человек и мог предоставить Адаму шанс.
— Как же он одурманил тебя, — сказал Марион, – Не буду ходить вокруг да около. Я долго размышлял о том, кто может за тобой следить. Все варианты отпали, кроме Адама. Вчера я решил порыться в Интернете и ввести его имя. Вышла информация, что Адам Рейес – предприниматель, владеющий крупной фирмой. Но такие сведения есть только в Даркнете.
Марион вытащил телефон, включил его и быстро что-то написал, затем передал мне. Когда я увидела фотографию Адама, у меня чуть не закружилась голова. У него действительно есть компания, занимающаяся производством и реализацией металлопродукции, строительных материалов и компонентов для автомобильной отрасли.
«Крупная фирма с длительной историей в области промышленности, основанная Роберто Рейесом. Эта компания занимает одно из ведущих мест среди производителей и поставщиков промышленной продукции в Англии. Она перешла в руки старшему сыну Адаму после смерти Роберто, который планирует расширить бизнес и открыть несколько офисов в Америке», – сообщает статья, найденная Марионом.
– Меня беспокоит, что эта информация доступна только в даркнете. Он смог это укрыть и закинуть туда, не ожидая, что кто-то начнет искать данные о нем. То, что Адам следит за тобой, вероятно, на 90 процентов. Причина остается неизвестной. Но ты обязана её выяснить.
– И как ты это себе представляешь? Приду в гости и скажу: «Адам, милый, мне кажется, ты тот, кто следит за мной и портит мою жизнь», – я приукрасила свои слова, добавив немного драмы, как это делает Шарлотта, – так, что ли?
– Нет, не так, – Марион не уловил моего юмора. Ну и ладно, – вы влюблены, у вас полно идей, как развлечься. Обычная ночёвка подойдет. Как будто пошла в туалет, а на самом деле начала искать убежище хакера. Скажу так, дверь может быть, как заметной, так и незаметной. Она может выделяться на фоне других, а может полностью им соответствовать. Но если Адам так заморочился ради того, чтобы преследовать тебя, значит, он и вход замаскировал.
Я согласилась, и мы разошлись. По дороге домой меня посетила мысль. Что, если Марион прав и Адам – это Аноним? Как я отреагирую, узнав правду? Но, скорее всего, совместное будущее нам не светит. Я не смогу простить такой поступок.
Глава 25. Маски разорваны.
Пайпер Фриц.
– Прости, что без предупреждения! – произнесла я, когда Адам открыл дверь.
В тот же день я решила наведаться к своему парню. Мне нужно было выяснить, является ли Адам Анонимом.
– Как же я скучала! – мой голос звучал немного неестественно, но, к счастью, Адам этого не заметил.
– Откуда ты узнала, где я живу?
Да, точно, Адам ни разу не приглашал меня к себе. Может ли это означать, что он что-то скрывает?
– У каждой девушки есть свои тайны, – с легким оттенком наивности сказала я.
Адам впустил меня в свою квартиру, я сняла обувь, а затем он предложил посмотреть фильм. Я приняла его предложение, осматривая обстановку. Здесь очень уютно. Мы прошли по коридору, где была открыта дверь в спальню, оформленную в серых тонах. Я быстренько осмотрелась.
Кровать выглядела не заправленной, и, возможно, Адам только что отдыхал на ней перед тем, как мне открыть. Рядом находилась арка, ведущая на кухню, и другая, ведущая в гостиную, куда мы и направлялись. В коридоре было еще несколько дверей. Гостиная, как и спальня, была оформлена в серых цветах. В центре располагался диван с подушками у стены, рядом с ним стоял низкий деревянный столик с книгой и журналом. На противоположной стене висел телевизор. Адам включил фильм, и я так погрузилась в его просмотр, что совсем забыла о причине своего визита.
— Мне нужно отойти, — произнесла я. В ответ последовал кивок.
Звук телевизора был громким, мне это на руку, но всё же стоит быть осторожнее.
Выбравшись в коридор, я размышляла о том, где может находиться «логово». Я знала, что закрытые двери ведут лишь в туалет и ванную — я это успела проверить. Оставалась только спальня, к которой я и направилась. Помещение оказалось довольно просторным, чуть шире гостиной. В общем-то, взглянув на него, можно было сказать, что это обычная спальня с кроватью, шкафами и тумбами. Но интуиция подсказывала мне, что я на правильном пути, и следовало бы обратить внимание на детали. Я посмотрела в шкафы — кроме вещей Адама ничего не оказалось: ни секретных дверей, ни странных предметов, не соответствующих интерьеру. И тут мой взор упал на картину с невыразительным пейзажем рядом с одним из шкафов. Мне казалось, что за ней что-то прячется.
И я была права.
Осторожно надавив на край рамы, я почувствовала лёгкое движение, и картина немного отодвинулась. На стене была ручка. Неужели это скрытый механизм? Неужели я скоро узнаю правду?
Я потянула за ручку, и раздался слабый треск. Дверь медленно открылась, выпуская холодный, синий свет из внутреннего помещения. Сквозь сомнения, я ступила внутрь. Комната была небольшой, но достаточной для того, чтобы разместить «логово» хакера. Передо мной стоял стол, окружённый множеством экранов. Я приблизилась и начала изучать каждый из них. На одном отображалась переписка с Даниэлем, на другом – сообщения с некими преступниками, в которых упоминалось имя моего отца. На некоторых мониторах были камеры, направленные на тот самый клуб, где я работала. Также я увидела почту ректора университета. Один из экранов был выключен. Похоже, это была камера того самого плюшевого мишки. И наконец, переписка со мной.
Смотря на экраны, меня охватила дрожь. Я не могла поверить, что человек, который находился рядом и в кого я влюбилась, оказался моим преследователем.
– А ты всё-таки догадалась, – раздался голос Адама сзади, и я вздрогнула, обернувшись к нему. Его лицо было наполнено ненавистью, словно не он сидел со мной в гостиной и смотрел фильм. – А точнее, тебе помог Марион. Из-за него я и облажался. Не сразу понял, что на меня роют информацию. А когда дошло, уже было слишком поздно, чтобы что-то исправлять.
– Объясни, что всё это значит? – мой голос дрожал.
Адам подошёл к своему рабочему столу, покопавшись внизу, он открыл один из ящиков и достал оттуда что-то, положив это на поверхность стола. Благодаря свету от мониторов мне удалось разглядеть, что это фотография. Однако, когда я рассмотрела, кто на ней изображён, то была в полном шоке.
– О… Ты узнала моего брата, да? – произнёс Адам.
– Том… Это твой брат?
Адам кивнул в ответ.
– Ты говорил, что он погиб из-за какой-то девушки. Но при чём тут я?
– Как раз ты та самая девушка. Вспомни, как он за тобой ухаживал. Вспомни, как он дал тебе деньги на операцию твоей бабке, – голос Адама переходил на крик. А я начала вспоминать моменты, связанные с Томом.

•••
Через несколько месяцев после начала моей работы стриптизёршей в клубе администратор сообщила мне, что через несколько дней здесь пройдет закрытое мероприятие для важной шишки. Это будет день рождения. И эта «шишка», точнее, сын бизнесмена, запросил лучших стриптизёрш. Администратор выбрала меня и ещё несколько девушек. Я догадывалась, к каким последствиям может привести такое мероприятие. Отказаться я не могла, ведь на кону стояла жизнь моей бабушки. Кроме того, администратор пригрозила мне увольнением, если я не приду на закрытое событие. Это тоже повлияло на моё решение. Увольняться было бы крайне невыгодно, так как времени и так мало.
И вот, непосредственно на мероприятии, мне повезло познакомиться с именинником. Случилось это именно так:
– Пайпер, виновник праздника ждет тебя в VIP-комнате, – сказала мне администратор, – ты ему понравилась, а такое бывает нечасто.
– Но я ведь не работаю там, – тихо произнесла я, бросая взгляд на двери, обтянутые красной кожей. Именно за ними происходили непредсказуемые вещи с девушками.
– Уволю тебя! – только это произнес администратор.
У меня не было выбора, и я подошла к одной из дверей VIP-комнат. Открыв её и войдя внутрь, я ощутила, как сердце забилось быстрее. Эта комната внушала мне определённый страх. Стены были обиты тёмным бархатом, создавая атмосферу уединения. В центре находился высокий металлический шест, вокруг которого размещены уютные кресла. Здесь также были кованые металлические элементы декора, лёгкие занавески для приватности и специфические атрибуты для игр. Наверное, вы догадываетесь, о каких играх идёт речь. Моя нервозность усиливалась при взгляде на эти предметы.
На диване сидел именинник, известный мне лишь по имени — Том. У него была короткая стрижка тёмного цвета с лёгким беспорядком. Он был одет в чёрную футболку с ярким рисунком, рваные джинсы и кроссовки. Том держал сигарету между зубами и бутылку виски в руке. Как только он заметил меня, его лицо озарилось улыбкой.
– Выпьешь? – спросил он, на что я покачала головой в знак отказа. – Не бойся, я просто хочу с тобой познакомиться. Садись рядом, мне не нужен приватный танец или что-то подобное, что здесь происходит.
Я долго колебалась, но в итоге все же присела рядом с ним. В его взгляде читалась грусть, словно его что-то мучило.
– До сегодняшнего дня у меня была совсем другая жизнь, – ни с того ни с сего начал рассказывать о себе Том, – Девушки на одну ночь, вечеринки, алкоголь. Но сегодня мне исполнилось 18, и почему-то именно меня отец назначил руководить своей компанией. Хотя логичнее было бы отдать эту должность моему старшему брату. Из-за этого мы с ним стали врагами, – Том сделал глоток крепкого напитка и продолжил, – мне все равно на бизнес отца, но меня огорчает, что мой родной брат смотрит на меня с ненавистью. Ну ладно… Забудь все, что я сказал. Сегодня мой день рождения, надо оторваться, – он протянул мне бутылку виски, словно позабыл о моём недавнем отказе.
Не знаю, что именно на меня повлияло — рассказ Тома или желание поддержать его, но я решила сделать глоток из бутылки. Как только золотистая жидкость коснулась моих губ, мир вокруг мгновенно изменился. Горький вкус виски обжёг мой язык, оставив за собой приятное тепло, которое неожиданно вызвало чувство эйфории.
— По тебе видно, что ты впервые пробуешь алкоголь, — с ухмылкой заметил Том, — тогда нужна закуска.
Парень вышел из VIP-комнаты, а через некоторое время вернулся с подносом, уставленным фруктами: дыней, грушами и яблоками, а также сыром и плиткой горького шоколада. На нём, помимо закуски, находились два бокала и несколько бутылок виски. Сев на диван, Том поставил поднос между нами.
— Мы же не свиньи, чтобы пить из горла бутылки, а интеллигентные люди, — произнёс Том, разливая виски по бокалам.
С улыбкой я приняла один из предложенных бокалов. В итоге мы выпили бутылку, а потом еще несколько во время душевных разговоров.
– Могу я тебя поцеловать? – неожиданно спросил Том.
Я согласилась, и он наклонился к моим губам. Все закрутилось, и в результате мы провели ночь вместе. После этого он начал активно ухаживать за мной. Том сумел выяснить, где я живу, и стал каждый день приносить мне цветы. Я выбрасывала их. Во-первых, мне было трудно объяснить бабушке источник этих цветов. Во-вторых, я осознала, что-то, что произошло, было ошибкой. Я была не в себе, когда давала согласие на поцелуй и все, что последовало после него. Но как объяснить парню все это, я тоже не знала.
Том продолжал дарить мне букеты и звать на свидания. В конце концов, он снова пришёл в клуб. Я поняла, что это мой шанс для разговора. Том пригласил меня в VIP-комнату, и когда я вошла, он крепко обнял меня, а затем вручил сумку.
– Открой, – произнёс он.
Я расстегнула молнию и увидела крупную сумму денег.
В тот раз, когда я была здесь с ним, я случайно рассказала, почему работаю в клубе, и, похоже, он это запомнил, ведь этой суммы хватит на операцию для моей бабушки.
– Ты возьмёшь эти деньги с одним условием: ты перестанешь здесь работать. Мне невыносимо видеть, как другие мужчины смотрят на мою девушку.
– Девушку…?
– Надеюсь, ты не против стать парой?
– Не против, – ответила я, хотя не могла точно объяснить, почему согласилась быть с Томом. Возможно, желание помочь бабушке сыграло решающую роль.
Глава 26. Скорбь и желание отомстить.
Адам Рейес.
Настоящее время.
– А теперь послушай мою историю. Она о том, что я видел. О том, как мой брат менялся на моих глазах.

•••
Я всегда мечтал, что бизнес отца станет моим, ведь я был старше, опытнее и умнее. Я упорно для этого учился, тратя дни и ночи. Но когда моему младшему брату Тому исполнилось 18 лет, отец сделал важное заявление:
– Сыновья, у меня есть новости! Я наконец решил, кому из вас достанется мой бизнес, - отец задержал паузу, создавая интригу, – это будет Том Рейес.
Я повернул голову к своему легкомысленному брату, который знал лишь про вечеринки и не разбирался в жизни от слова совсем. Решение отца резко охладило наши отношения с Томом. Я стал ненавидеть его всей душой, хотя раньше мы были неразлучны.
В тот же день я приобрёл квартиру и решил уехать от отца и брата. Отец был против моего решения, и когда я проигнорировал его мнение, он заблокировал все мои банковские карты и сказал, чтобы я больше не возвращался домой. Я предвидел такое развитие событий, поэтому заранее снял все деньги с карт.
Когда денежных средств оставалось немного, я задумал создать в своей новой квартире скрытое помещение для хакерской деятельности. Благодаря чему, кстати, я начал зарабатывать намного больше, чем отец давал на карманные расходы.
Через несколько месяцев раздался звонок в дверь. Открыв, я был сильно удивлён: на пороге стоял Том. Его взгляд выглядел мягким… возможно, даже влюблённым? Внутри у меня возникло желание закрыть дверь и не впускать брата, но я не стал так поступать, осознав, как сильно по нему соскучился. Отступив назад, я пропустил его в квартиру. Он немного колебался, но затем вошёл и протянул руку.
– Я пришёл попросить прощения, хотя и сам не понимаю, за что именно, - произнёс Том.
Улыбнувшись ему, я вдруг понял, что не желаю быть врагом своему брату. В конце концов, он — моя родня, человек, с которым я пережил немало моментов.
Я тоже протянул руку. Отпустив мою руку, он направился на кухню и начал хозяйничать. Сначала поставил чайник на плиту, потом достал две кружки из шкафчиков.
– Как твои дела? Где работаешь? – с любопытством задавал вопросы Том.
– Пока без работы, – ответил я, слегка завравшись, – ищу себя. А ты? Что в жизни нового?
Том с радостным выражением лица уставился в одну точку, погрузившись в свои мысли. Лишь щёлкнувший чайник, подавая сигнал о том, что вода закипела, вернул его к действительности.
– Я влюблён.
– И кто она? – на моём лице заиграла искренняя улыбка. Всё-таки Том впервые влюбился.
– Она великолепна, красива, умна и с характером. Но… Она работает стриптизёршей в клубе, где я отмечал свой день рождения, - сказал Том, достав несколько пакетиков чёрного чая. Он положил их в кружки и залил кипятком. В одну из чашек добавил сахар и продолжил, – мне ревностно смотреть, как мужчины пристально глядят на неё, пока она танцует на шесте.
Я, конечно, поражён тем, что Том выбрал в качестве объекта любви именно стриптизёршу, но сердцу не прикажешь.
– Так скажи ей это.
— Как? Мы же даже не пара. Какое право у меня есть обсуждать вопросы ревности с девушкой, которая всего лишь моя подруга, с которой я переспал? — произнес Том, подтолкнув кружку ко мне ближе. Создаётся впечатление, что он здесь хозяин, а я как гость. Разве не должно быть всё наоборот? Я должен наливать чай, а он сидеть и дожидаться напитка. Когда я уловил последнее слово, я завораживающе посмотрел на Тома, желая узнать подробности. — Мы выпили, и всё произошло, — с некоторым смущением говорил он об их близости. Ему явно не хотелось, чтобы кто-то вмешивался в его личную жизнь. — Я дарю ей цветы, мы ходим на свидания. Но, кажется, она сожалеет о том, что я её поцеловал и…
– Подожди… Вы переспали, она принимает от тебя цветы и соглашается на свидания, я правильно понимаю? – перебил я брата. Том кивнул. Как же он наивен! У него было немало девушек, но сейчас он по уши влюблён. И когда в сердце бушует такая буря, люди могут вести себя по-разному: неуклюже, робко или, наоборот, смело. В такие моменты бывают нужны советы. В случае с Томом я могу помочь. У меня тоже был опыт любви, не раз, – И почему ты думаешь, что она сожалеет о той ночи? Явно она в тебя влюблена! Если бы это было не так, она бы в ответ на первую порцию цветов просто отвернулась и могла бы даже огреть тебя ими.
– Она ведёт себя как-то странно, словно избегает меня.
– Это вполне нормально, брат. Она стесняется сделать первый шаг, – заметил я, вспоминая свои отношения.
– Ты действительно так считаешь?
– Конечно. Всё зависит только от тебя, – ответил я, подойдя к холодильнику, чтобы достать что-нибудь к чаю. Колбасу, сыр или сладости. Всё-таки в квартире хозяин я. И не хочу, чтобы гость пил пустой чай.
– У тебя же завтра день рождения! Как собираешься отмечать, дорогой брат? – с улыбкой поинтересовался Том.
Я пожал плечами. Для меня день рождения — это всего лишь ещё одна дата в календаре, но Том всегда находит способы сделать его особенным. В детстве он вырезал из бумаги фигурки, а затем организовывал квест, по завершении которого я получал подарок. Маленький Том рисовал картины, на которых мы были изображены вместе. Ведь мы всегда были одни. Отец сутками пропадал в компании, а мама…После появления Тома она увлеклась наркотиками и влезла в огромные долги. Когда она рассказала об этом отцу, он пришёл в ярость, и их разговор закончился ссорой, после которой она покинула дом. На утро ему позвонили, сообщили что-то такое, что он кинул телефон, который врезался в стену и разбился. Он закричал, схватился за голову и сел на пол, слёзы катились по его лицу. Всё это время я стоял позади него и смог услышать последнюю фразу из телефона: «Мистер Рейес, ваша жена покончила с собой, она прыгнула с моста».
Нам было трудно. Похороны дались нелегко. А забота о младшем брате легла на мои плечи, поскольку отец не мог помочь. Не было поддержки, только деньги.
— Ты вспомнил о маме? — спросил Том, уставившись на моё опустошённое выражение лица.
Я лишь кивнул, и он резко отвёл взгляд.
— Если бы не я…
Он произнёс это тихим голосом, но я всё равно услышал.
— Никто не предполагал, что так все обернётся. Ты не виноват, — попытался я его успокоить.
Обстановка становилась всё более напряжённой. Каждый смотрел в никуда, словно глядя на экран, который показывает прошлое.
— Я придумаю, как отметить твой день рождения, — Том решил изменить направление мыслей.
Точно… Я же вспоминал о подарках от Тома. Кстати, с возрастом его презенты становились более серьезными, такими же искренними.
— Всё, до завтра!
Том помахал рукой и покинул дом.
На следующий день брат позвонил мне с просьбой выйти из квартиры. Оказавшись в коридоре, я заметил, что все украшено шариками разных цветов. Надпись: «С днем рождения!». А под ней стоял мотоцикл. Мои глаза распахнулись от удивления. Со стороны лестничной площадки вышел Том, аплодируя. Подойдя ко мне, брат поздравил с днем рождения и вручил ключи.
– Я знал, что у тебя есть права, поэтому в качестве подарка – мотоцикл. Ты ведь не зря их получил, – уверенно произнес Том, – а теперь поехали к одному из наших друзей. Он уже накрыл стол.
Я кивнул в ответ, и мы отправились отмечать. Это было очень весело.
Через месяц после моего дня рождения вновь раздался звонок в дверь от Тома. Открыв её, я заметил его, едва держащегося на ногах. В одной руке у него была бутылка, а в другой – чемодан.
– Можно…пожить у…тебя? – произнёс Том с трудом, не дожидаясь ответа, он вошёл в квартиру. – Отец выгнал меня, сказал, что ему не нужна такая пьянь. Пф… Подумаешь. Поэтому я пришёл к тебе. Ты ж не выставишь меня?
Он поставил чемодан и направился в гостиную, где включил телевизор и выбрал какой-то боевик, разместив ноги на столике.
– Наверное, ты уже не первый день выпиваешь, - заметил я, - что произошло? – мой голос стал более серьёзным, хотя нотки тревоги всё же выдавали мои чувства.
– Почему я должен иметь повод, чтобы выпить? Нет у меня вашего повода.
– Признавайся, - я чувствовал, что с Томом что-то произошло.
Брат допил последние капли из бутылки и уныло посмотрел на меня.
— Несколько дней спустя после твоего дня рождения я зашел в клуб, где работает Пайпер. Я решил предложить ей начать отношения и финансовую помощь для операции. Помнишь, я упоминал, что у неё больна бабушка? — я кивнул, вспоминая его рассказы о девушке. Том продолжил: — Я поставил ей условие: ты берешь деньги, но уволишься с работы. Пайпер согласилась, взяла деньги и стала моей девушкой. Операция прошла успешно, Пайпер позвонила мне и благодарила, — я слушал его внимательно, — но после этого она стала избегать меня, не приходила на свидания, не отвечала на звонки и сообщения. А на днях я заглянул в тот клуб и увидел, что она всё еще там работает. Она ведь обещала! В итоге… просто обманула.
Я подошел и сел рядом с Томом. Мы долго общались. Только вечером разошлись по комнатам, чтобы поспать.
А спустя несколько дней он ушёл в запой. Том постоянно пил, в квартире стоял ужасный запах алкоголя, перемешанный с табаком. По всем комнатам, кроме моей спальни, разбросаны пустые бутылки. Мы постоянно ссорились из-за этого. Я не хотел убирать за ним мусор, а он не желал меня слушать.
Но однажды ему позвонила Пайпер и сообщила грустную новость о смерти своей бабушки. Девушка предложила встретиться, и Том согласился. Однако вскоре он исчез. Когда кто-то снова постучал в дверь, я обрадовался, надеясь, что это Том. Но на пороге оказался мой отец.
– Где эта пьянь? Он не появляется в компании и не отвечает на звонки.
– Привет, отец, – ответил я.
– Где Том? Что ты сделал с ним?
– Что? Я ничего не делал, – удивленно сказал я.
– Ты жестокий человек, Адам, и я хорошо помню тот злобный взгляд, когда я сказал, что Том –глава моей компании. Так что же ты сделал с ним? – его голос стал хриплым от волнения.
– Это уже в прошлом, отец. Если ты хочешь обсудить это, заходи, – указал я в сторону квартиры.
Отец тяжело вздохнул и вошёл в дом. Я закрыл за собой дверь и развернулся к нему.
– Я не объяснил, почему принял такое решение. Всё связано с совестью. Мне стыдно взглянуть Тому в глаза, зная, что ты заменил ему и отца, и мать, Адам. Мне стыдно за то, что лишь финансово помогал. Я не обеспечил тебе воспитания, как и ему. Не смог подарить то счастье детства, которое есть у многих других детей. Прости.
Я с безразличием слушал слова отца, опершись о стену.
– Я давно никого не виню, но и ты меня прости.
Эта душераздирающая сцена могла продолжаться вечно, если бы не звонок телефона отца. Он поднёс трубку к уху, и через короткое время его лицо стало бледным.
– Том погиб. Разбился на мотоцикле, – произнёс отец, после чего схватился за сердце.
У отца началась одышка, и он медленно упал на пол. Я сразу вызвал скорую, и она быстро приехала. Но, к сожалению, отца не удалось спасти — у него случился инфаркт.
Сегодня я потерял сразу двух близких: брата и отца. Лишь позже я заметил, что в коридоре нет мотоцикла. Глядя на пустое место, где он стоял, я впал в истерику. Слёзы катились по щекам, а тело сотрясалось от рыданий. Я осознал, что за всей этой трагедией стоит Пайпер, и я намерен отомстить ей.

Глава 27. Запланированная расплата.
Адам Рейес.
После похорон отца и брата я впал в состояние полной апатии. Жизнь для меня утратила все свои краски и превратилась в серую массу. Я лишь бездумно лежал, уставившись в потолок, и изредка заглядывал в холодильник. Но… мне удалось вырваться из этой бездны. В моей жизни вновь появился мотоцикл, который я купил в память о Томе. Работа и, в конце концов, стратегия – план моей мести.
Поскольку я знал лишь имя девушки, я начал искать информацию о клубе, где она работала. К счастью, мне удалось найти только одну Пайпер. Однако в процессе проверки я узнал, что Пайпер Фриц больше не является сотрудницей этого заведения. Честно говоря, это усложнило мои поиски. Я продолжил обследовать другие клубы и локации и вскоре выяснил, что Пайпер Фриц не проживает в Сиэтле. Я потратил немало времени на её поиски, исследуя разные города и страны, пока наконец не обнаружил, что она находится в Сан-Франциско, учится в одном из университетов и проживает в общежитии учебного заведения. Улыбнувшись, я приступил ко второму этапу своего плана, а именно сделал так, что Адам Рейес — молодой преподаватель психологии, который окончил вуз год назад. Я подал заявку на работу в университет, где учится Пайпер Фриц, и через неделю получил положительный ответ. Теперь меня ждёт собеседование, и я удивлён, что она смогла поступить в такой престижный вуз.
Осталось сделать лишь одно – переехать на неопределённый срок в Сан-Франциско и решить вопрос с жильём. Это мне удалось всего за несколько дней. Я нашёл квартиру, купил её, обустроил своё "логово" хакера и приобрёл билет на самолёт. Перед собеседованием и началом работы я немного углубился в психологию, чтобы студенты и сотрудники считали меня опытным специалистом.
Собеседование прошло успешно, и на следующий день у меня начался рабочий день. Как стремительно разлетаются слухи и сплетни! Каждый студент, преподаватель и даже уборщица уже знали о появлении нового молодого преподавателя психологии.
Когда я вошел в заведение, на мне задерживались взгляды, и я слышал обсуждения о себе. Кто-то шептал, что из-за такого привлекательного учителя учеба станет трудной. Другие говорили, что меня легко соблазнить, и этот метод будет помогать получать высокие оценки. Естественно, такие комментарии исходили от девушек. Парни же смотрели с недовольством, и один из них даже прикрыл глаза своей девушке. Я со смехом направился к ректору, чтобы получить расписание. Как же я обрадовался, когда узнал, что первой парой будет группа Пайпер. Со звонком я вошел в аудиторию, и там снова меня встретили взгляды и шепот. Игнорируя это, я начал наблюдать за студентами.
– Ты что, с ума сошла? – Раздался громкий женский голос, но никто не отреагировал. Видимо, это частое явление.
– Здравствуйте, я ваш новый преподаватель по психологии. Меня зовут Адам Рейес, – сказал я. – Мне интересно, кто из дам решила приветствовать меня таким криком. Прошу, встаньте.
Однако никто не собирался подниматься и показывать свое лицо.
– Повторить? – громко сказал я.
Как только я немного повысил голос, вся аудитория молча уставилась в одну точку, словно указывая на ту, кто встретила меня эмоционально. Под множеством взглядов ей пришлось подняться. Увидев девушку, ради которой я оказался в этой аудитории, я улыбнулся.
– Назовите своё имя и фамилию, – в моем голосе прозвучала нотка требовательности.
– Пайпер Фриц.
Да, это она. Теперь ни капли сомнений. Я снова угадал.
Глядя в её голубые глаза, я ощущал, как внутри всё разгорается, как желание сказать всё, что на душе, становится невыносимым. Однако я сдержался, подавил свой пыл и поставил двойку в журнал напротив её фамилии. Пайпер была крайне недовольна моим поступком.
После занятий я направился в магазин игрушек. Мне не понадобилось много времени, чтобы найти полки с мягкими зверьками. Мой взгляд остановился на бежевом мишке среднего размера, с мягкими лапами и добрым взглядом. Я мгновенно купил его, не задумываясь о других вариантах. Когда я вернулся домой, я аккуратно расправил шов на спине игрушки и ловко разместил там скрытую камеру. Закрыв шов, я написал записку и направился в комнату Пайпер. Я знал, что она сейчас в клубе, а Агата ушла на свидание. Я мог попросить кого-то оставить мишку у двери в комнате, но боялся, что этот человек может проболтаться, и начнутся слухи. Хоть университет и престижный, слухи всегда витают. Поэтому я сам оставил игрушку и ушёл. Позже я с нетерпением ждал. Наконец Пайпер пришла, прочитала записку и, задумчиво взяв медведя, отправилась в свою комнату. Она поставила его на тумбу, откуда открывался вид на всю комнату.
Скоро я смогу опозорить Пайпер Фриц, и она будет отчислена из университета.
Девушка подумала, что плюшевого мишку ей отправил некий Даниэль Коллинз — молодой человек, с которым они встретились в Интернете, а затем поняли, что учатся в одном университете и факультете, но на разных курсах.
Я всё это знал.
Находясь в своём укрытии, я наблюдал за происходящим через камеры. Я был в курсе, где находятся Пайпер и Даниэль, а также что они делают, чем занимаются и что едят. Когда Пайпер подходила к комнате, я отправил ей сообщение. Узнать номер не составило мне труда.
Через плюшевого мишку я услышал, что на её телефон пришло не только моё сообщение. Заглянув на другой экран, где были переписки Пайпер, я увидел, что ей написал Даниэль. Ох, какое милое послание, от которого на губах Пайпер появилась улыбка. Когда она прочитала моё сообщение, отнеслась к нему безразлично, как к шутке. Написав ей снова, через пару минут я обнаружил, что она заблокировала меня. Я расхохотался, и в комнате раздалось эхо. Наивная ты, Пайпер. Моя месть — это игра, которая вскоре начнёт тебя пугать и ломать на части.
Глава 28. Университет интриг: анонимный мститель.
Адам Рейес.
Моя жажда мести немного утихла на месяц. После того, как подарил плюшевого медведя, я решил перейти к более серьезным действиям. В тот вечер, когда у Пайпер началась смена, я пришел в клуб. Я пристально следил за её танцем, почти в самом центре зала. Она не замечала меня, так как была полностью погружена в выступление у пилона. Я достал камеру и сделал несколько фотографий Пайпер. В тот же вечер я отправил эти снимки анонимным письмом ректору университета.
На следующий день, я направлялся к аудитории. И да… У меня снова занятие с группой Пайпер. Но как только я открыл дверь, меня остановил ректор.
— Мистер Рейес, не могли бы вы пригласить ко мне в кабинет Пайпер Фриц? Есть очень серьезный разговор.
Я кивнул и с хитрой улыбкой вошёл в класс.
На протяжении половины занятия Пайпер сидела с мечтательным видом. Она была погружена в свои мысли и не обращала внимания на мои лекции.
— Пайпер Фриц, мне повторить ещё раз? - спросил я, на что она ответила недовольным взглядом. — Вы подготовили домашнее задание?
Девушка обратила внимание на кудрявую блондинку по имени Агата Бэйк. Я понял, что она соседка по комнате и лучшая подруга Пайпер. Агата сделала какие-то записи на клочке бумаги и передала их девушке.
– Вы что, спите?
– Я не выполнила домашнее задание. В конце концов, мы не в школе, чтобы его выполнять, – с притворным сожалением произнесла Пайпер, подняв взгляд на меня.
Я немного подшутил над ней, после чего упомянул ректора. Схватив сумку, Пайпер покинула аудиторию. К счастью, у меня была последняя пара, и после звонка, находясь дома, я смог понаблюдать за событиями в кабинете ректора через камеру. Мужчина отчитывал Пайпер, которая пыталась оправдаться и даже шутить. К моему удивлению, он решил ей дать последний шанс, ценя её вклад в имидж университета. Хоть девушку и не отчислили, но выражение лица Пайпер было потерянным, грустным и полным ярости. Она направилась к своей комнате, а я переключился на другой экран, где шла запись скрытой камеры. Пайпер сидела на кровати, нервно теребя простынь. В её голове наверняка крутились мысли о том, кто мог сделать эти фотографии. Она постукивала ногой по полу, выражая напряжение. Это зрелище приносило мне удовлетворение, и я не удержался от ухмылки. Вдруг я услышал, как в её комнату вошла Агата. Пайпер мгновенно приняла серьёзный вид, как будто и не переживала только что.
– Что сказал ректор? – спросила Агата, подойдя к Пайпер и усевшись рядом на кровати, её голос выдал внутреннее волнение.
Она поделилась ситуацией, произошедшей в кабинете, и своими догадками.
– То есть ты считаешь, что именно я отправила эти фотографии? – воскликнула блондинка, вскочив с места в ужасе.
И тут началась перепалка. Каждая из девушек старалась зацепить другую своими упреками, как будто вонзая нож в душу или сердце.
Я знал, что Пайпер в первую очередь начнёт подозревать Агату, и её импульсивный характер не позволит ей притормозить – она сразу скажет всё в лицо. Именно это и произошло. Я был доволен, что мой план срабатывает. После их ссоры Агата вышла, хлопнув дверью. Воспользовавшись моментом, я отправил Пайпер сообщение:
«Игра началась, куколка. И счёт уже 2:0».
Почему счёт 2:0? Во-первых, это связано с фотографиями, а во-вторых, ссорой между подругами из-за снимков.
Моя следующая цель – Даниэль Коллинз. Всё произошло перед началом занятия. В аудитории находились только я и Даниэль. Он посмотрел на часы, затем достал кошелек из портфеля и вышел из помещения.
Вероятно, он отправился за выпечкой для своей любимой. О, как это мило, наивно и одновременно неприятно. Этот парень не осознаёт, в кого влюблён, и не знает настоящую девушку, для которой каждое утро приносит свежие булочки с вишней. Честно говоря, мне его искренне жаль. Прямо как Тома.
Я немного подождал, а затем положил в его сумку «сюрприз», который тщательно подготовил. Перед этим я сделал анонимный звонок в полицию, сообщив о неприятном инциденте. Удивительно, но правоохранительные органы прибыли довольно быстро. Когда Даниэль вошёл в класс, его арестовали и увели. Сегодня я прихватил с собой ноутбук, в котором установлено хакерское приложение, тщательно замаскированное в папках. Это на случай, если кто-то из студентов попытается найти ответы на контрольную, но вместо этого наткнется на нечто нежелательное.
В приложении имеются камеры, направленные во двор и на улицы университета. Я запечатлил момент, когда Даниэля уводили полицейские из учебного заведения, а затем разослал это фото всем ученикам и преподавателям анонимно.
– Может, начнём занятие? – отвлёкшись от экрана ноутбука, я обратил взгляд на студентов, стоявших у окна и наблюдавших, как полицейская машина увозит Даниэля.
Занятие началось лишь после того, как на дороге не осталось ни одной машины. Я понимал, что Даниэля будут допрашивать, поэтому вёл урок спокойно, не заглядывая в камеры, а на перемене отправил сообщение парню. С помощью нескольких сообщений мне удалось запугать Даниэля, что, кстати, было необходимо.
В состоянии страха человек готов выполнить любые просьбы. Я попросил его о небольшой услуге — разорвать отношения с Пайпер. Взамен он получит свободу, а инцидент с наркотиками будет расценён как ошибка полицейских, мол, перепутали. После недолгих раздумий рыжий парень согласился оставить Пайпер. Как только он дал добро, я связался с одним из полицейских, и вскоре Даниэля освободили из камеры.
«Совсем скоро я дам тебе информацию. И, скорее всего, ты не будешь сомневаться в правильности своего выбора».
Это сообщение я отправил за секунду до звонка. Даниэль не ответил, а я с оптимизмом продолжил занятия, ведь в этой игре я был победителем.
Глава 29. Игра Анонима: Травля Пайпер.
Адам Рейес
Наконец-то я нашёл удобный момент, чтобы опозорить Пайпер при помощи плюшевого медведя. Она так увлечённо танцевала перед зеркалом, что даже не догадывалась о том, что её танец записывается. Получившееся видео оказалось великолепным. Именно то, что мне было нужно.
Сегодня у меня выходной, и я целый день проводил в комнатке хакера. Там я наблюдал, как расстроенная Пайпер выбежала из кабинета после просмотра видео, которое я включил на всех экранах в университете.
В коридоре прозвучал голос ректора, который вызвал её к себе. И там произошло то, что должно было случиться раньше: мужчина, не слушая её объяснений, исключил её из университета. На лице Пайпер было видно, что она опустошена. Мне кажется, её душа теперь напоминает мелкие осколки, которые больше не находят смысла для соединения. Она вышла в парк и села на скамейку, вглядываясь в пустоту. Сколько вопросов и мыслей роилось у неё в голове, я не знаю, но ясно одно: Пайпер старается найти выход. Вероятно, она разрабатывает план, чтобы улучшить свою унылую жизнь.
И вот неожиданно появляется Даниэль. Ах да, точно… После того как Пайпер вышла из кабинета философии, она немного подумала и написала Даниэлю, предложив поговорить.
Как только девушка услышала голос рыжего юноши, она набросилась на него с кулаками. Эта драма меня развлекает. Пайпер напала на бедного парня, который вовсе не виноват. Даниэль же произнес что-то о расставании и оставил её одну со слезами на глазах и тёмными мыслями. Однако долго быть одной Пайпер не удалось — вскоре появилась Агата с кучей документов. Как оказалось, блондинистая девушка решила покинуть университет, чтобы поддержать подругу. Как трогательно! Аж противно!
Агата, заметив грустное настроение Пайпер, поинтересовалась, что случилось. Девушка рассказала ей всё, и её лицо оживилось. Вместо угнетённого выражения у неё заблестела улыбка. Пайпер стало легче, как будто она сбросила тяжёлый груз. Но мне нужно, чтобы Пайпер страдала, не видя никаких надежд и причин для улыбок.
– Мы должны обратиться в полицию, - произнесла Агата.
Что я пропустил, пока блуждал в своих мыслях?
Я немного перемотал запись с камеры наблюдения в парке назад. Прослушав их разговор с самого начала, я осознал, что блондинка поняла, что за всеми злодеяниями стоит Аноним. Но они не догадываются, что это я? Нет, не догадываются.
– У тебя осталась переписка с этим человеком? – спросила Агата.
Пайпер вынула телефон, но я уже отправил сообщение. Она испугалась и показала экран Агате. Однако блондинка не поддалась панике и уверенно взяла Пайпер за руку, направившись в полицейский участок. Я оставался спокойным, зная, что у них не будет никаких улик против Анонима, то есть против меня. В первую очередь я стёр всю переписку. Затем я незаметно проник в старую комнату Агаты и Пайпер. Хорошо, что девушки не успели забрать свои вещи, ведь мне это было на руку. Я подошёл к игрушке и извлёк скрытую камеру. Шов я сделал намеренно неровным, чтобы у полицейского возникло впечатление, что игрушка рвалась в одном и том же месте. А так как плюшевый мишка дорог Пайпер, то она его несколько раз зашивала.
Как и ожидалось, следователь не поверил девочкам. Он решил, что это всего лишь шутка, и вся история с Анонимом — полная выдумка.
После того дня Пайпер исчезла из поля зрения. Я знал, что девушки собрали свои вещи из общежития и уехали. Но куда именно? Я не имел понятия. Мой план мог рухнуть, однако вскоре Пайпер появилась в клубе, чтобы подать заявление об уходе. Я решил проследить за ней и вскоре обнаружил, что она живёт неподалёку.
Теперь Пайпер работает официанткой в престижном итальянском ресторане. В голове у меня не возникало никаких идей. План резко изменился. Единственное, что пришло на ум, — поделиться с Даниэлем довольно интересным фактом.
«Наверное, ты помнишь, что я обещал рассказать что-то, что укрепит твою уверенность в правильности выбора? Так вот. Твоя бывшая девушка работала стриптизёршей. Теперь же она официантка в дорогом ресторане».
«Почему ты мне это рассказываешь? В данный момент эта информация не имеет значения»
После того как Даниэль расстался с Пайпер, он переживал, но старался не показывать этого своим друзьям, однокурсникам и преподавателям. Зачем я это говорю? То, что я сейчас ему сказал, невероятно его разозлило. Это было очевидно, несмотря в камеры.
«А разве нет? Она обманывала тебя на протяжении ваших отношений. Пайпер работала стриптизёршей и скрывала это от тебя. По-твоему, это любовь? Она тебя не уважала. Какие это отношения? Уверен, что рано или поздно ты бы нашёл повод её бросить. Какой нормальный мужчина сможет смириться с ложью от любимой и с такой работой?»
Я специально подливал масла в огонь, чтобы тот в порыве гнева что-то придумал. Что-то, что в очередной раз поломает Пайпер.
«Говори адрес ресторана»
Я улыбнулся и отправил следующее сообщение с адресом ресторана, где в данный момент работает Пайпер. Меня поразила идея Даниэля. Он нашёл девушку на сайте знакомств и попросил её сделать небольшую услугу — заставить его бывшую ревновать. Я был удивлён, как дама смогла согласиться на такую авантюру. Но она потребовала в качестве вознаграждения небольшую сумму.
Всё шло по плану. Даниэлю удалось вызвать у Пайпер ревность, но дама из сети немного пострадала: Пайпер нарочно уронила на неё поднос с бокалами красного вина. Девушка вскрикнула и вскочила, и на шум пришёл администратор, который сумел сгладить ситуацию.
Нет, то, что Даниэль заставил ревновать Пайпер, меня никак не впечатлило. Удивило совершенно другое.
Я наблюдал за Даниэлем и той дамой. Они всё же отправились в СПА, которое оплатил администратор ресторана. Да, так он и сгладил ситуацию с разбитыми бокалами.
Рыжеволосый извинялся перед дамой, но вскоре начал её целовать. Она не оттолкнула его, а ответила на поцелуй и предложила продолжить у себя дома. Я думал, что Даниэль не станет срывать злость, находясь в постели с другой девушкой, но я ошибся — рыжеволосый парень с радостью поехал к ней.
Глава 30. Марионетка любви.
Адам Рейес.
После того как Даниэль совершил свой поступок, я перешёл к следующему этапу своего плана — навестил Пайпер. Моя цель заключалась в том, чтобы открыться ей и признаться в своих чувствах. Я намеревался заставить Пайпер влюбиться в меня, а затем разбить ей сердце, так же как она это сделала с Томом. Я полагал, что этот этап станет финальным, однако, оказавшись в квартире Пайпер и Агаты, я заметил присутствие какого-то мужчины. Позднее я узнал, что его зовут Ричард Фриц, и он является отцом Пайпер. В этот момент я решил, что смогу использовать его в своих интересах, хотя пока не придумал, как именно это сделать.
Хорошо, сейчас не об этом. Пайпер вывела меня из квартиры, выслушала и сказала, что наши чувства не взаимны. Но ничего страшного, для этого нужно время. Например, я устроил так, чтобы мы «случайно» встретились в библиотеке. Всё достаточно просто: я отследил её местонахождение и оказался в том же здании. Когда я увидел Пайпер, уютно устроившуюся в кресле с книгой, моё сердце сжалось. Несколько минут я стоял, наблюдая за ней, будто мои глаза увидели что-то невероятное.
Адам, мы пришли не за тем.
А, да, точно, мне ведь нужно было начать разговор. Я заговорил о книге.
Благодаря книге, которую читала Пайпер, разговор завязался сам собой. Я сидел рядом с ней и ощущал себя комфортно, как маленький мальчик рядом с матерью или кем-то близким. Запах, движения, её глаза сводили меня с ума. Это чувство было мне невероятно знакомо: я влюбляюсь, как в первый раз. Теперь я начинаю понимать Тома. Я осознаю, что он чувствовал, когда находился рядом с Пайпер. Эта девушка словно магнит. Она манит своей красотой и характером, но в этом есть и горечь. Мы с Томом и Даниэлем не первые, кто был очарован ею.
Сколько еще сердец разбила Пайпер? Сколько юношей, как Том, она погубила?
После нашей встречи в библиотеке я, как и Том, начал за ней ухаживать. Пайпер наивно полагала, что я проявляю искренность. Её сердце медленно, но верно переходило в мои руки. После свидания в планетарии наши отношения начали развиваться. Но я не забывал о её отце. Оказалось, Ричард увлёкся покером. И тогда у меня возник план.
Я организовал встречу с бандитами в тенистом уголке заброшенного завода. Темнота прикрывала их истинные намерения, а неоновый свет пробивался через разбитые окна, создавая угрюмую атмосферу.
– У вас есть дело, - произнес я, сдерживая хитрую усмешку, – я предлагаю вам значительную сумму, а вы, в свою очередь, выполните для меня небольшую просьбу.
Бандиты обменялись взглядами и кивнули. На следующий вечер, в роскошном казино, Ричард, погруженный в бесконечные игры на покерных столах, не подозревал о злобных планах, которые крутились вокруг него. Подельники намеренно устроили его проигрыш, и вскоре сумма долга перед ними оказалась колоссальной. В зале, напоённом ароматом сигарет, раздался грозный голос одного из бандитов:
– Ричард, ты в долгах, как в шелках.
Отец Пайпер, потирая лоб, произнёс с напряжением в голосе:
– У меня нет таких средств… Я готов вернуть все, но прошу дать мне немного времени.
Бандиты кивнули в знак согласия, но вскоре Ричард начал кормить их завтраками. Он не погашал свой долг, что в итоге приводило к угрозам от криминальных личностей. Его постоянно ловили, избивали и настойчиво требовали вернуть деньги.
Ричард боялся.
Согласно моему плану, отец Пайпер должен был исчезнуть, а она снова его возненавидеть. В её день рождения я отправил ей сообщение, а затем выяснил, где находится Ричард. Он сидел на асфальте, потягивая алкоголь в подворотне. Его выгнали из квартиры, и он стыдился пойти к дочери, даже на работу не выходил.
День рождения Пайпер стал последним сроком, когда Ричард должен вернуть долг. Я и ему отправил сообщение.
«Сегодня твой последний шанс, иначе мои люди найдут другие методы, чтобы забрать то, что им принадлежит».
«Не знаю, как вернуть долг».
«Придумай».
Ричард внезапно поднялся и направился к квартире Пайпер и Агаты. Что именно там случилось, я не знаю. Но после этого мужчина выплатил свои долги и уехал из Сан-Франциско. Я остался доволен, поскольку сердце Пайпер снова разбито.

Настоящее время.
– Затем Марион начал копать информацию обо мне, – произнес я, глядя на Пайпер, вытирающую слёзы. Её тушь растеклась по лицу. В душе у меня бушевали противоречивые чувства. Я рад, что месть удалась, и передо мной уже не человек, а нечто иное. В то же время во мне возникло желание обнять её и извиниться, но это невозможно.
Пайпер молчала, её мёртвый взгляд проходил сквозь меня.
– Всё, что ты говорил о своём отце, тоже обман?
Я покачал головой.
— Мой отец действительно астроном. Я говорил правду, рассказывая, как он в детстве увлеченно делился со мной знаниями о звездах и вселенной. Позже он занялся бизнесом, забросив астрономию.
Пайпер задумалась, но вскоре снова задала вопрос:
— Ты ведь полюбил меня. Твои знаки внимания исходили от сердца, это было видно в твоих глазах и в том, как ты порой действовал неосознанно. Но… Ты продолжал усложнять мне жизнь. Почему?
— Мной всегда будет руководить месть. Такой уж я человек. Да, я полюбил тебя и хотел бы извиниться, но не собираюсь этого делать. Ты получила именно то, что заслужила, — я сделал паузу, вспомнив о Томе. — Что ты тогда ему сказала?
Пайпер отвела глаза, и я уловил, какие именно слова произнесла девушка, когда встретилась с моим братом.
– Ты манипулировала им. Получила деньги и давала ложные надежды. Так же будет и с другими парнями. Твоя любовь не искренняя. Ты играешь с чувствами мальчиков, как вампир с кровью. Ты ведь тоже использовала Даниэля. Какие отношения возможны без доверия? Ты не рассказывала ему о своей работе не из-за того, что мало встречались, а потому, что знала, как он отреагирует. Ты не боялась потерять Даниэля, скорее боялась утратить желание быть любимой. Как он за тобой бегал? То булку принесёт, то ещё что-нибудь делал, лишь бы свою любимую удивить, – Пайпер вдруг подняла на меня взгляд. Я понимал, что она сейчас начнет оправдываться, и, не дав ей слова, продолжил: – А что насчет меня? Ты знаешь, почему решила немного подождать? Не потому что тебе нужно время, чтобы полюбить меня, а потому что следила за моими поступками в отношении тебя. Оценивала мой кошелек, мои действия. Согласилась быть со мной, потому что поняла, что я способен ухаживать за тобой одновременно и с щедростью, и с теплотой И я не могу не вспомнить слова твоей подруги: ты любишь находиться в центре мужского внимания. Агата права. И добавлю ещё: быть одной для тебя — лучший вариант. Без друзей и любви.
Пайпер, дослушав меня до конца, безмолвно покинула комнату. Я ощутил, что нанёс ей окончательный удар. Это похоже на бокс: ты на ногах, но ещё один удар – и ты в нокауте. Когда я покинул логово, девушки в квартире уже не оказалось.
Глава 31. Второй шанс: путь к себе через любовь и прощение.
Пайпер Фриц.
После беседы с Адамом я почувствовала себя плохо. Мой организм не справился с таким напряжением. Я заперлась в своей комнате, никого не впуская. Не потому, что боюсь кого-то заразить, а потому, что ощутила себя ничтожной. Адам оказался прав. Он прочитал меня, как книгу.
Мне будет лучше наедине с собой, без безумной Агаты, которая может целую кучу раз рассказывать о своих свиданиях с парнями за один день, без милой Шарлотты, которая за время нашего общения стала более уверенной и взрослой, без Даниэля, к которому у меня всё ещё остались чувства.
Может, стоит уехать? Собрать вещи и отправиться в другую страну, начать с чистого листа? Хотя… является ли это решением?
Постучали в дверь моей комнаты.
— Агата, Шарлотта, оставьте меня в покое! Я вас не пущу, — воскликнула я.
— Это я, — донёсся голос Даниэля за дверью.
Я решила открыть дверь. Может, мне просто показалось, и на пороге никого нет. Но Даниэль действительно стоял на пороге с пакетом в руках. Интересно, как я сейчас выгляжу? Из-за высокой температуры я не могла принять душ, и поэтому мои волосы и общий вид не самые лучшие. Глаза у меня слегка покраснели не только от болезни, но и от слёз, которые я пролила за последние дни. Я чувствовала себя крайне уязвимо. Из-за плохого самочувствия я решила взять больничный.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я, вытирая глаза. Неужели мне это снится? После всего, что произошло, он должен был ненавидеть меня.
– Я пришёл тебя навестить, – вновь произнёс Даниэль. Значит, это не сон. Рыжеволосый парень действительно стоит передо мной, – или ты не рада?
Вместо ответа я лишь улыбнулась и шагнула назад, позволяя Даниэлю войти в комнату. Он зашёл и огляделся. В спальне царил беспорядок: кровать не была заправлена, на полу валялись салфетки, а на прикроватных тумбочках стояли грязные тарелки. Шторы были задёрнуты, и от этого казалось, что на улице вечер, а не солнечный день.
В данный момент мне стало неловко от того, что Даниэль видит меня в таком состоянии и наблюдает за бардаком в моей комнате. Поэтому я собрала салфетки и выбросила их в мусорное ведро, грязную посуду отнесла в раковину. Затем решила приоткрыть шторы. О, как же в комнате стало светло и ярко! Как будто какой-то ангел пришёл и прогнал все тени. И да, ангел здесь действительно есть — это Даниэль, который сейчас разбирает пакет, откуда достаёт пиалу с вишней, несколько апельсинов и яблок. Также он принёс шоколад, и я почувствовала, как кровь приливает к щекам от его щедрости и от того, что юноша пришёл ко мне.
– Ты меня ненавидишь? – тихо спросила я.
– А должен?
Я отрицательно покивала головой.
– Мне хотелось бы извиниться, – произнёс Даниэль, глядя на меня.
Извиниться? Разве это не я должна была просить прощения? Я ведь натворила немало.
– За то, что уступил влиянию Анонима, точнее Адама, который, к слову, покинул университет, – эта новость приятно удивила меня. Если он ушёл из учебного заведения, значит, и город, вероятно, покинул, – за то, что устроил тот спектакль с девушкой в ресторане, – продолжил рыжий юноша.
– Тебе не нужно просить прощения. Всё это случилось из-за меня. 
Мы оба замерли в тишине, в воздухе висело напряжение. 
– Может, попробуем начать заново? – неожиданно предложил Даниэль. 
Я с удивлением посмотрела на него. Он по-прежнему ко мне неравнодушен. Я кивнула, соглашаясь с его предложением. 
– У меня есть мысль. Моя семья собирается уехать на отдых к океану через неделю. Они пригласили нас. Ты согласна поехать?
Ох… Океан. Когда я в последний раз плавала, загорала и надевала купальный костюм? Это было очень давно. В детстве моя бабушка редко, но всё же водила меня на пляж. Она научила меня плавать и не бояться глубины. Я с улыбкой вспомнила эти моменты и согласилась на предложение уехать в отпуск.
Благодаря лечению Даниэля я быстро выздоровела и за день до незабываемого отпуска с его большой семьей подала заявление об увольнении. Чарльз немного унывал, но затем отпустил меня со спокойствием. Коллеги, с которыми я сблизилась за время работы официантом, долго обнимали меня, словно мы прощались навсегда. И вот я стою с небольшим чемоданом перед входом в отель «Ocean Breeze». Лицо парня на ресепшене изменилось, когда он увидел на экране, сколько номеров забронировала такая шумная семья. Даниэль и я выбрали отдельный номер, так же поступили и Джозеф с Терезой. Сандра тоже хотела пожить в одиночестве, но один из близнецов, Кайл, закатил истерику, требуя остаться с сестрой. Хью, будучи обиженным, высказался по поводу проживания:
«Если Кайл будет жить с Сандрой, то я тоже буду».
И в итоге Сандра согласилась, позабыв о своих собственных желаниях. А Лаура и Кевин будут с Дианой, Эмбер и Нэнси.
– Немедленно собирайте купальники, мы отправляемся на пляж, - сказала Тереза, раздавая ключи всем членам семьи.
Все хором согласились и разошлись по своим номерам. Когда мы с Даниэлем вошли в нашу комнату, я ахнула от увиденного. Огромные окна от пола до потолка открывали захватывающий вид на бескрайнюю синюю гладь, где солнечные лучи танцевали на волнах. Лёгкие белые занавески мягко колыхались, впуская в помещение тёплый свет. Просторная терраса с уютной плетеной мебелью манила к себе, словно сулила спокойные вечера под звездами. Минималистичный интерьер в светлых тонах создавал атмосферу легкости и воздушности. Большая кровать с белоснежным постельным бельём напоминала облако. В углу находился небольшой стол и белый диван, а также шкаф, куда мы сложили вещи и переоделись. Вся семья ждала нас у выхода из отеля. Пляж был рядом, и мы быстро дошли до него.
Берег сверкает под палящим солнцем. Я, вооруженная солнцезащитным кремом, тщательно обрабатывала близнецов. Сандра и Нэнси расправляли большой брезент для пикника, в то время как Лаура и Тереза вынимали из корзинок бутерброды и фрукты. Вскоре пляж наполнился весёлыми смехами и криками.
Даниэль предложил прогуляться по песку вдоль побережья. Я согласилась.
– Надеюсь, отдых идёт тебе на пользу. В последнее время у тебя было немало проблем, – начал Даниэль, как только мы отошли от шумной компании. Я кивнула, не зная, что сказать. – Какие у тебя планы на ближайшее время?
– Я хочу продолжить обучение в университете. Мечтаю получить диплом по психологии и работать в этой области.
Даниэль остановился и взял меня за руку.
– А что насчёт нас? Доверяешь ли ты мне?
– Да, – коротко ответила я.
– В отношениях важно разговаривать, – он нежно провёл рукой по моей щеке. – Помни: самая мощная любовь способна преодолеть любые преграды, если это, конечно, в разумных пределах.
Он улыбнулся, затем, приподняв мой подбородок, поцеловал меня.
– Я тебя люблю, Даниэль, – тихо произнесла я после поцелуя.
Это впервые, когда я такое говорю. Хотя бабушке я уже не раз произносила подобные слова, с противоположным полом дело обстоит иначе.
У молодого человека глаза распахнулись от удивления, и он широко улыбнулся, демонстрируя свои сияющие зубы.
– И я тебя очень люблю, – произнёс Даниэль, обняв меня с такой силой, насколько это возможно, – и, пожалуйста, просто зови меня Дэни. Ты ведь часть моей семьи.
Как же приятно слышать это от человека, которого так любишь.
После отдыха с семьей я начала свой путь к восстановлению в университете. В качестве первого шага я подала заявление о возвращении. Я подготовила убедительное письмо, в котором описала свою ответственную позицию, достижения и новое понимание ситуации. Члены университетской комиссии были впечатлены моей преданностью и решимостью. В результате я получила второй шанс и поклялась не разочаровать себя и своих наставников. Далее я встретилась с преподавателями, уроки которых я пропустила. Я искренне извинилась перед ними, а перед тем как снова начать занятия, взяла дополнительные задания. Я тщательно изучила все темы, которые остались за пределами моего обучения. И вот, спустя ещё неделю, я вернулась обновленной, полной решимости и готовой покорять вершины психологии.
Эпилог
Прошло два года.
Автор.
Сегодня у Пайпер Фриц важное событие — выпускной вечер. В зале, украшенном гирляндами и шарами цвета слоновой кости, собрались выпускники различных факультетов. Пайпер, облаченная в элегантное платье лавандового оттенка с нежным кружевом и в туфлях нюдового цвета, ощущала внутри волнение. За два года её стиль претерпел значительные изменения. Чёрный цвет навсегда исчез из её гардероба, поскольку она считает его символом разочарования. Теперь Пайпер выглядит иначе: она повзрослела, стала мудрее и женственнее. Последнее во многом связано с Даниэлем; рядом с ним она всегда ощущала себя настоящей принцессой, что и побудило её изменить стиль. Теперь в её арсенале только платья, юбки и туфли на каблуках.
Итак, о чем я говорила? Ах да, о выпускном.
Пайпер нервно поправляла подол своего платья, ожидая не только диплом, но и свою семью. Агата, поступившая на факультет журналистики в другой университет год назад, задерживалась, как и Даниэль с Шарлоттой. Пайпер снова взглянула в сторону выхода, надеясь увидеть кого-то из родных, и вот, наконец, в зал вошла Шарлотта с тем парнем. Помните этого консультанта? Они начали встречаться еще тогда, но Шарлотта не торопилась сообщать об этом, так как больше беспокоилась за Пайпер, на которую свалилось многое. Она не хотела нагружать её заботами. Тем не менее, девушка с чёрно-белыми волосами немного расстроилась, узнав, что Агата знала о любви Шарлотты. Но удерживать обиду долго она не могла, всё-таки это подруга. А Даниэль окончил университет уже год назад, он же старше Пайпер, помните?
– Где вы были? – спросила Пайпер, когда Шарлотта подошла ближе.
– Выбирали кольца.
– Кольца…? – удивление отразилось на лице Пайпер.
– Да, вчера вечером Рик сделал мне предложение, – ответила Шарлотта. Теперь Пайпер заметила, как светятся её глаза. – Я выхожу замуж через месяц.
Пайпер улыбнулась и обняла молодожёнов, поздравляя их.
– Мы ещё помогали одному дураку, который никак не мог определиться с кольцом, – произнёс Рик тихо. Пайпер не услышала, но Шарлотта уловила его слова и слегка толкнула его в бок, чтобы он не испортил сюрприз.
Через несколько минут появилась Агата. Однако Пайпер немного грустила, ведь Даниэля всё ещё не было.
Речь ректора продолжалась без конца, и, наконец, настало время произнести имена тех, кто заканчивает учебу. Каждое имя звучало под мелодию торжественной музыки и сопровождалось громкими аплодисментами. В этот момент прозвучало имя «Пайпер Фриц». Когда она шагала к сцене, её сердце казалось готовым упасть от волнения. Этот момент был для нее невероятно значимым. Пайпер произносила краткую речь, в то время как её взгляд пытался найти Даниэля в зале. Неужели он не пришёл? Забыл о таком важном событии? Или, возможно, у него дела? Но если так, то почему не предупредил?
Ей вручили диплом, и тишина окутала зал. На сцену вышел он — рыжеволосый молодой человек. Даниэль, её любимый. Он держал микрофон в руке, а Пайпер замерла в недоумении. Даниэль, слегка откашлявшись, начал говорить. Его слова заполнили зал, он размышлял о любви — о том чувстве, что зажглось между ними, о мечтах, которые они разделяют, и о будущем, в котором он видит только её.
Завершив свою речь, Даниэль встал на одно колено. В его руке появилась маленькая бархатная коробочка. Открыв её, он произнёс:
— Пайпер, ты станешь моей женой? — его голос был полон искренности и надежды.
В зале воцарилась тишина. Слёзы струились по лицу Пайпер, она кивнула, едва удерживая эмоции:
— Да, — прошептала она.
И тогда зал разразился аплодисментами и криками радости. Даниэль надел кольцо на её палец, и они обменялись поцелуем, символизируя начало их нового совместного пути.
Всей компанией они отправились в то кафе с забавными названиями блюд.

•••
Жизнь Пайпер была полна испытаний и трудностей, но, преодолев все сложности, ей наконец-то повезло. Пайпер и Даниэль поженятся, сыграв скромную свадьбу в семейном кругу. Оба станут профессиональными психологами. В их жизни появятся дети, и все станет хорошо, как и у других героев.
Агата обретет свою любовь, уже будучи успешным журналистом.
Шарлотта завершит обучение в университете и станет преподавателем литературы, но не в Сан-Франциско. Вместе с Риком они отправятся в путешествия и начнут новую жизнь в Нью-Йорке.
Самое важное — это то, что Аноним останется в прошлом.
А как насчет Адама? Что его ждет?
Он останется одиноким бизнесменом, который будет увлечен лишь краткосрочными романами.
Вот такой получился финал.