Душа собачья

В самом начале апреля ко мне в гости приехал молодой парень, сын наших друзей из Питера. Прибыл из зоны СВО, на месяц. Три недели провёл с родными, а последние коротенькие семь дней решил погостить у меня, в красивом краю.

У нас за городом дом большой, всем места хватает. Соседи слева смеются: двое гостей уехали, трое приехали. Трое уехали - пятеро приехали. Жизнь кипит, как в огромном улье.

Погода в апреле на Рязанщине стояла чудесная: тепло, солнечно, вода в сверкающей Оке чистейшая, высокие бугры загорелись первой зеленью.

Мы с этим Андрюхой даже купались в ледяной реке. Потом сидели на берегу, и он жадно смотрел, смотрел вдаль, на заливные луга, на чёрные леса Мещёры и белую церковь на горизонте. Видимо, хотел запечатлеть и оставить в памяти эту тихую, мирную жизнь. Взгляд у него был тревожный, какой-то необычный.

Ничего не рассказывал он мне о войне, да я и сам не расспрашивал. Очень полюбила его моя беленькая собака. Так и жалась к нему, так и заглядывала в глаза. Что она чувствовала, кто её разберёт? Но не отходила ни на шаг, даже лапу сама подавала. У меня возникла не то чтобы ревность, но большое удивление.

По ночам Андрей кричал и, видимо, стеснялся этого. Я решил оставить его в одиночестве, чтобы отдохнул, успокоился, хотя днём он и так был один. В общем, начал собираться в город. А собака моя так от гостя и не отходит. Смотрит виновато, пушистым хвостом бьёт, а в машину не прыгает.

- Это что значит?

Скулит, по земле стелется, но близко не подходит.

Удивились мы тогда с Андреем; он не возражал, чтобы белянка осталась с ним, да и я был не против.

Через три дня вернулся: собака как всегда радостно кинулась ко мне, облизала, обвизжала. И все были довольны.

Заметно посвежевший на чистом воздухе и немного успокоившийся Андрей собрал свои вещи и снова отправился туда, где горячо и опасно.