Старый друг ч. 3

— Мантус! Мантус, просыпайся, соня!
Тигр почувствовал, что его трясут, но ему очень не хотелось открывать глаза. Он даже снова стал проваливаться в сон, как вдруг почувствовал болезненный укол в зад. С громким рыком, ничего не понимая, зверолюд подскочил с лежанки, прорвал головой импровизированный навес, резко развернулся, пытаясь разглядеть обидчика, но споткнулся об одну из опор, упал и покатился по земле. Остатки навеса спеленали его как младенца. Остановившись у одного из деревьев, скрученный по рукам и ногам Тигр стал озирался по сторонам, насколько мог повернуть голову, но не узнавал место, в котором очнулся.
Многовековые деревья казались монстрами со множеством закругленных ртов, которые открывали и закрывали свои челюсти, выпуская на волю таких же круглых, страшных, мохнатых созданий с большими ушами и глазами. Эти существа катались вокруг Мантуса, обнажая свои маленькие острые зубки и щебетали на непонятном ему языке.
Вдруг раздался знакомый веселый смех, похожий на звон колокольчиков. Наваждение потихоньку отступило: деревья стояли самые обычные, а многочисленные рты оказались круглыми домиками.
— Шарли? — Удивился тигр.
— Великий Мантус сражен навесом от солнца! — Девушка подошла, чтобы зверолюд мог ее видеть и опустилась на колени рядом с ним. — Я пыталась тебя разбудить, но ты не просыпался, — и Шарлотта перевела взгляд на шамана. — Тогда Метхафтел уколол тебя одной из своих акупунктурных игл, — она снова посмотрела на тигра и с широченной улыбкой добавила, — чтобы ты проснулся.
Напарник оставил эту улыбку без внимания.
— Где мы? Почему я связан? Кто эти существа? — Мантус не мог успокоиться и начал напрягать мышцы, чтобы вырваться из плена, но напарница заботливо положила на него руку и произнесла:
— Успокойся, я сейчас тебе помогу, только не делай резких движений.
Зверолюд повиновался и через некоторое время был освобожден. Он сидел, прислонившись к ближайшему дереву, смотрел, как толпа фанфимов возвращается домой с полными корзинками ягод, а рядом сидела Шарли и рассказывала, как они здесь очутились.
— Все равно не могу вспомнить. — Растерянно произнес Мантус.
— Фитимо, это пелеифбыток уфпокаифаюфего лекалфтфа (Видимо, это переизбыток успокаивающего лекарства) , — ответит шаман. — Ты на фтолой тень потфкофил и лфанул на помофь ффоей потлуге. Я не мог поффолить тебе фтелать этого. Ф ином флуфае ты бы умел от потели клови, поэтому мы тали тебе ефе фнотфолного и, фофмофно, пелеболфили с колифефтфом. Я нефафто лефу такиф фтолофенныф офобей, как ты(Ты на второй день подскочил и рванул на помощь своей подруге. Я не мог позволить тебе сделать этого. В ином случае ты бы умер от потери крови, поэтому мы дали тебе еще снотворного и, возможно, переборщили с количеством. Я нечасто лечу таких здоровенных особей, как ты.).
— Что он сказал? — Переспросил Тигр у Шарлотты.
— Он сказал, что переборщил со снотворным. — Перевела девушка.
— Он что? — Рыкнув, поднялся тигр. — Да я его сейчас раздавлю одной рукой.
Мантус шагнул в сторону Метхафтела, но уперся в выставленную перед ним ладонь Шарли.
— Ты ничего ему не сделаешь, он спас тебе жизнь. — Жестко произнесла напарница. — Ты решил сбежать от лечения раньше срока, и ему пришлось задержать тебя снотворным. Если бы швы разошлись, мы бы сейчас не разговаривали, — уже мягче продолжила она, указывая на перевязанную руку, а потом едва слышно добавила: — и я потеряла бы тебя.
Зверолюд посмотрел на бинты, потом на Шарли, в глазах которой читалась скорбь, он знал, что девушка до сих пор себя корит за смерь приемного отца.
Мантус перевел снисходительный взгляд на шамана:
— Прошу прощения, — тихо, но достаточно, чтобы его услышал Метхафтел, произнес он.
— Иффинения плиняты (Извинения приняты). — С пониманием кивнул шаман.
— И ты меня извини, — положил зверолюд руку на плечо Шарли.
Та кивнула, усмиряя скорбь, не позволяя ей овладеть собой.
Мантус сел, немного помолчал, наблюдая, как маленькие зверьки, проходя мимо, приветствуют их и, похоже, благодарят. После очередного поклона зверолюд спросил:
— Если я все это время был здесь, кто спас плененных фанфимов?
Шарлотта улыбнулась и, полная гордости, заявила:
— Я!
— Ты? — Удивился тигр.
— Ну, не только я, — тут же стушевалась напарница. — Мне помогали.
— Кто же?
— Фанфимы. — Улыбнулась девушка. — После того, как я убедилась, что ты в надежных руках, мы с Пиго воссоздали картину произошедшего, как ты учил, и двинули по следу похитителей. С нами отправились семеро фанфимов.

***

Шарлотта шла по следу быстро, но старалась примечать любую мелочь, которая могла бы подсказать, кто такие эти похитители еще до того, как они доберутся до их лагеря. Сломанные ветки и отпечатки в засохшей грязи указывали, что это были крупные существа, а вонь, которая сопровождала след, наемница чувствовала, даже не обладая таким восприимчивым носом, как ее напарник зверолюд. Воняло падалью. И это очень беспокоило девушку.
Мантус всегда говорил, что самое опасное — это связываться с гноллами, у них нет ни жалости, ни чести. Эти гиеноподобные зверолюды съедали поверженных врагов и друзей, за это их не любили и презирали. Даже были установлены правила: «Гноллам нельзя находиться в городе больше суток», и те кочевали по миру от города к городу. Но как бы их не любили, как не призирали, к ним приходили и зачастую с самыми мерзкими просьбами. В основном из высшего общества, ведь плата за их услуги была очень высока и другим была не по карману.
Шарли прикинула, что ее первая миссия без Мантуса могла оказаться и последней. Даже несмотря на то, что с ней был маленький отряд фанфимов, спокойней ей не становилось. Тигр был лидером, тактиком, основной ударной силой их отряда, а она прикрывала и убирала часовых и лучников, но самое важное - зверолюд всегда мог поддержать ее. Теперь же Шарлотта шла вызволять маленьких зверьков без напарника и его помощи, и у нее даже не было толкового плана по спасению. Мантус придумывал и быстро корректировал все на ходу, но у девушки уходило на это очень много времени. Однако сейчас Шарли саму выбрали в лидеры, жизни членов ее отряда и пленных фанфимов зависели от решений, которые она примет.
В отряд наемницы вошли семеро фанфимов, помимо Пиго. Эти зверьки отличались от остальных хотя бы наличием оружия, доспехов и умением с ним обращаться. Но все были очень разными. Они сами вызвались помочь освободить своих собратьев. Когда произошло нападение, все семеро выслеживали кабана, который уже больше недели кружил возле потайного входа в их деревню. Но поймать его им так и не удалось. А вернувшись в поселение, зверьки застали погром, который устроили похитители.
Валек больше походил на неженку, чем на воина. Всю дорогу поправлял шерстку, уложенную особым образом на голове наподобие человеческой прически, и поглядывал в зеркальце. У него на шее болтался мешочек с сухими цветами, а на поясе — рапира. Телти постоянно что-то жевал, и складывалось впечатление, что его запасы неиссякаемы. При этом он был самым маленьким из отряда, но с легкостью справлялся со своей немаленькой булавой. У Тэнто, брата Телти, не спадала с лица ухмылка, будто он оценивал каждое действие Шарли и заранее злорадствовал над ее возможными ошибками. Линт, обиженный тем, что его не поставили во главе отряда, все же пошел — ворчал, но следовал со своим копьем за отрядом и за Шарли. Пиго успел пояснить девушке, что его никогда всерьез не рассматривали как лидера, поэтому волноваться ей не о чем.
Тонен резко выделялся из всей компании. Черный окрас, большие когти и злобный оскал придавали его внешности устрашающий вид. А неукротимая жажда расправы над похитителями, которую он уже успел продемонстрировать, заставила Шарлотту призадуматься, стоит ли брать маленького берсерка с собой. Но выбирать не приходилось.
Ксили и Теалакс оказались самыми разумными среди фанфимов. Хоть след и был четкий, эти двое давали дельные советы и замечали мелочи, которые упускала Шарлотта.
Так маленький отряд двигался несколько часов, пока до них не донесся мерзкий хохот, раздававшийся на всю округу. Подойдя ближе, спасители оказались около большого лагеря.
Нос не подвел Шарлотту, перед ней расположилось временное пристанище гноллов, и тошнотворный запах падали исходил от него. Зоркий глаз девушки выделил трех часовых, остальные были заняты своими делами и, похоже, готовились к отходу.
«Снимаются с места.». — Подумала девушка. Время на спасение резко сокращалось.
Вдруг раздался рык, из большой палатки, которая находилась ближе к центру поселения, вылетел лис-зверолюд, а спустя несколько мгновений за ним, шлепая по грязи, вышла гиена. Размером она не уступала Мантусу. На ее массивной голове начинался черный растрепанный ирокез, тянувшийся по толстой шее, он переходил на сутулую спину и завершался тугой косой поверх накидки. Одета гиена была, как и большинство из ее клана, в рубаху без рукавов, несколько перевязей для оружия, пояс и набедренную повязку. Доспех покрывал лишь левую руку. Шипованный наплечник переходил в наручни, затем перчатка, заканчивающаяся острыми металлическими когтями.
Гноллиха пугающе оскалилась и зарычала:
— Если твой хозяин еще раз захочет изменить условия сделки, то его гонец будет съеден заживо.
Лис поднялся с земли, ноги его тряслись. Он был худощавый и по сравнению с гнолихой казался совсем мелким. На груди расшитого узорами кафтана красовался отпечаток здоровенной ноги гиены, штаны пострадали сильнее, и теперь сквозь дыры проступал перепачканный мех. Туфли зачерпнули достаточно жижи, и теперь при каждом движении она вытекала обратно.
«Интересно на кого из господ он работает.». — подумала Шарлотта.
Гонец, заикаясь от страха, произнес:
— Я-я-я пе-пе-редам хоз-зьяину, что в-вы н-непринял-ли его пред-дложение отс-срочить п-плату.
Гиена подошла к нему, одной рукой взяла за грудки, приподняла так, чтобы они оказались нос к носу. От зловонного запаха изо рта лису стало дурно, а слюна, полетевшая ему в морду, когда гноллиха снова зарычала, добила беднягу, и он едва не потерял сознание.
— Ты передашь ему, что до заката он должен быть здесь с деньгами и вещами, которые мы обговорили. — Гиена встряхнула гонца и, щурясь, посмотрела на солнце. — У него три часа. После мы уничтожим пленников и уйдем — Она отбросила лиса, как тряпичную куклу, и тот, пролетев несколько метров, приземлился в большую лужу грязи.
Раздался дикий хохот сидевших неподалеку подчиненных.
— Убрать его из лагеря! — Разворачиваясь, скомандовала гиена и пошла обратно в шатер.
Тут же к лису подлетели два самца-гиены, рывком поставили его на ноги и поволокли в противоположную от Шарли сторону.
— Ты его слишком напугала, — раздался голос из шатра, когда гиена входила внутрь. — Он и так трясся при виде тебя, а ты его еще и через весь лагерь запустила. Как у этого неженки душа сама в мир мертвых не ушла. — Смеялся говоривший.
— Ты хочешь сказать, что я плохо веду дела? — Раздался очередной рык гиены.
— Ни в коем случае, моя дорогая, Эрксиш. — У говорившего резко изменился голос, стал более льстивым и обходительным. — Наш с тобой союз приносит хорошую прибыль как тебе, так и мне. Но мне бы не хотелось, чтобы наши наниматели или их слуги умирали, не заплатив.
Шарлотта сидела, как молнией пораженная: «Эрксиш. Эрксиш Кровавые Когти. Мантус говорил о ней, и не только он. Она кошмар среди наемников, даже самые сильные и многочисленные кланы обходят ее стороной. И я хочу выкрасть добычу у этой безжалостной гиены.»
Тем временем голоса из шатра продолжали звучать.
— Если бы не твой талант, Филтгрин, я бы давно тебя убила. — Спокойно ответила Эрксиш.
Это имя Шарлотта не знала, но, если сама Эрксиш Кровавые Когти признавала его, значит, он был не менее опасен.
Девушка шепотом обратилась к своему отряду:
— Нужно найти пленных. — Она обернулась к своим спутникам, но перед ней оказался только Пиго. В глазах маленького зверька читалась надежда, он указал куда-то вправо, в глубину лагеря, своей маленькой лапкой и протараторил:
— Мынафлих(Мы нашли их).
Секундное замешательство, затем несколько повторений фразы в голове, но значительно медленнее. Глаза Шарли округлились, когда смысл сказанного дошел до нее.
— Как? Когда вы успели? Я же еще не успела ничего сказать! — поразилась девушка.
— Мы потьти сласу их утюяли, как потофли к лагелю. И фтобы не тлевофыть тебя, тлоих я отплавил на ласветку (Мы почти сразу их учуяли, как подошли к лагерю. И чтобы не тревожить тебя, троих я отправил на разведку), — уже медленнее ответил маленький зверек.
— А где остальные? — Недоумевала девушка.
— Как только тотьное местонахофтение было установлено, остальные линулись на помофь. Я остался плетуплетить тебя (Как только точное местонахождение было установлено, остальные ринулись на помощь. Я остался предупредить тебя).
— Но если их поймают? — Взволнованно спросила Шарли.
— Фот поэтому мы и толфны потолопиться, — ответил Пиго.
Шарлотта кивнула и отправилась вслед за маленьким зверьком.

Пробравшись в большую палатку на другой стороне лагеря, она увидела Валека стоящего рядом с трупом гнолла и брезгливо оттирающего со своей рапиры кровь. «Фанфимы сработали быстро и тихо. Может, они и без меня справились бы?» — подумала девушка. Ксили и Теалакс уже осматривали ближайшие клетки. Тэнто, Телти и Линт шарили в противоположной стороне шатра. Тонен вскарабкался на второй труп охранника, весь перемазанный в крови, будто пробивался прямиком через его нутро.
— Фто? — Спросил он, перехватив взгляд девушки.
— Ты немного испачкался. — Ответила Шарлотта.
Тонен оглядел себя и начал отряхиваться. Брызги крови и кусочки плоти полетели во все стороны.
— Фу! Тонен, ты ф ума фофел! — Выпалил потрясенный Валек, тщетно закрываясь лапками от кровавых брызг. — Та мне тепель нетелю отмыфаться плитется.
Шарли спрятала улыбку, присела рядом с фанфимом, аккуратно положила руку ему на плечо, и успокаивающе произнесла:
— Не переживай, Валек. Я думаю, староста предоставит тебе эту возможность, когда мы вернем пленных друзей домой.
Тот только удрученно хмыкнул, достал чистый платочек и начал очищать доспехи. Шарли встала, окинула взглядом шатер и ужаснулась. Пленные лежали в клетках, их шеи стягивали парализующие ошейники. Такие использовали только дроу, но последние сто лет ими стали пользоваться и те, кто не брезговал торговать с темными эльфами. Фанфимов в клетках не было, но тут Пиго потянул Шарлотту за руку, та отвлеклась от клеток и обратила внимание на маленького зверька. Он смотрел вверх, и по его мохнатой мордочке текли слезы, девушка проследила его взгляд и снова ужаснулась: около десятка небольших клеток, подвешенных на три метра от земли, были забиты маленькими зверьками. Похоже, все эти дни им не давали ни еды, ни воды. Выглядели они очень плохо, но в отличие от других пленных, фанфимы были без ошейников.
— Как нам их вызволить оттуда, не привлекая внимания гиен? — Произнесла девушка и посмотрела на остальных пленных. Они были разных рас: люди, полуэльфы, зверолюди и даже … — Хаос их поглоти! — Ахнула юная наемница. — Как у них получилось пленить демона?
Демоны входили в первую тройку существ, на которых не стоит даже смотреть, настолько они были опасны и непредсказуемы. Но Шарли пялилась на существо, которое внушало ужас лишь одним своим названием, чье мощное тело было закрученное под неестественным углом. Даже на расстоянии она видела, как магия течет по венам демона, это завораживало. Каждая его конечность скованна отдельно и повязана парализующим ошейником, даже рот ему заткнули сковывающим камнем.
«Если я смогу с ним договориться и освободить, то у меня появится шанс спасти фанфимов.», — подумала Шарли. Она сделала робкий шаг к решетке демона, и ее ноги коснулось что-то. Это была торчащая из клетки рука худенькой девушки, в глазах которой юная наемница увидела ужас, отчаяние и мольбу о помощи. Шарли оглянулась, осматривая пленников: «Нельзя оставлять здесь всех этих несчастных существ.» — пронеслось у нее в голове.
«Я смогу с ним договориться и освободить всех заключенных.», — твердо решила Шарлотта.
— Пиго, вы освобождайте всех заключенных, — шепотом скомандовала девушка, вновь переводя взгляд на демона. — А я договорюсь о прикрытии. — В задумчивости она стала приближалась к клетке.