Прошлой осенью. Глава 4

Сентябрь, 2017 год, на следующий день

Прошло уже почти полчаса с того момента, как Артём проснулся. Он выспался и чувствовал себя достаточно бодро, но вставать так и не хотелось. Этот долгий сон после ночи фильмов, игр и еды был слишком сладким. Мальчик лежал на разложенном диване под тонким одеялом и тяжёлым шерстяным пледом, который, видимо, накинул на него ночью брат. Напротив стоял стол, заставленный опустошёнными коробками из-под пиццы и пластиковыми бутылками с остатками лимонада. Всё свидетельствовало о том, что ночёвка была отменной. Вспоминая, как прошла ночь, Артём с наслаждением потянулся и по-хозяйски положил руки за голову, скрестив ноги.
Квартира брата казалась ему непохожей на все остальные, в которых мальчику приходилось бывать, то ли из-за присущей брату любви проявлять себя в любых мелочах, то ли из-за ощущения какой-то особой атмосферы. Это была первая собственная квартира Славы, которую он купил не так давно, и Артём с родителями бывали в ней всего пару раз, не считая новоселья. Гостиная, в которой и ночевал мальчишка, была соединена с кухней, что Тёма считал чем-то совершенно непривычным и оригинальным. Всё помещение было оформлено со вкусом, в оттенках серого и чёрного, но не казалось мрачным и неуютным, и, как и вся квартира, сияло чистотой (за исключением, разве что, этой ночи). На минуту Артём задумался, что такая размеренность и порядок были совсем не в характере Славы и уж точно не соответствовали странным шуткам о холостяках, которые приходилось слышать мальчику. Он звонко хихикнул, невольно представив, как брат тщательно оглядывает каждый уголок квартиры в поисках пыли.
Стоило подумать о Славе, как из комнаты парня послышалась мелодия будильника, прервавшаяся отнюдь не скоро. Тёма решил, что пришло время вставать, и поднялся с дивана, начиная убирать постель. Через несколько минут, в гостиную неспешно вошёл юноша, на ходу натягивавший на себя футболку, и протяжно зевнул:
- С добрым утром... - Слава тут же развалился на диване рядом с братом, по-видимому, проснувшись не до конца.
- Хочешь ещё спать? - спросил Артём, вглядываясь в сонное лицо парня.
- Да не, порядок. Просто ещё не размялся, тело ломит.
- Это от недосыпа, - решил мальчик, легонько шлёпнув брата подушкой по ноге.
- Ну да, шести часов маловато для сна. Ты прав.
- А во сколько ты лёг?
- Ты уснул где-то к двум часам, фильм не досмотрел, а я пошёл к себе. Пару часиков посидел ещё и лёг, наконец.
- Да уж, так недолго... А зачем хоть будильник ставить? Выходной же! - непонимающе воскликнул Тёма.
- Потому что иначе я проспал бы до вечера, уж себя-то я знаю. И вообще, ты чего меня отчитываешь? - усмехнулся Слава, резко прижимая к себе мальчика и начиная трепать его по голове, заставив его этим безудержно хохотать.
Поболтав пару минут, братья стали потихоньку убирать беспорядок и готовиться к завтраку. Пока Слава заваривал кофе и чай, жарил яичницу и подогревал оставшиеся кусочки пиццы, Артём аккуратно раскладывал игры, всё ещё хаотично разбросанные на столе и полу, по коробкам. После того, как мальчишка созвонился с родителями, было решено ехать домой через пару часов, чтобы ему успеть подготовиться к уроку в музыкальной студии.
- Интересно, как мой преподаватель отреагирует на то, что со мной репетировал гитарист «Vapaus»? - мечтательно сказал Артём, с напускной гордостью пропев название группы.
- Главное, чтоб он вообще понял, о ком речь, - усмехнулся Слава, присаживаясь за стол и жестом приглашая брата начать завтракать.
- Да что ты, ваша группа очень популярная. Конечно, узнает!
- Ну, мы, конечно, не «Queen» и не «Nirvana»... Хотя, должен признать, о нас стали чаще говорить. Да и на улице узнают... - задумался парень, довольно улыбаясь. - Нет, всё-таки мы хороши.
- А то! - согласился Артём, уже представляя то, с каким увлечением он будет завтра рассказывать друзьям о своих выходных. - Знаешь, мне мои одноклассники ещё давно говорили, что видели тебя по телевизору и сначала не верили своим глазам! Ты не представляешь, каково это было, - мальчик с большим наслаждением вспоминал минуты, когда ребята подходили к нему в школе и с удивлёнными лицами рассказывали, что заметили его брата где-то в новостях. Наверное, он ощутил то же, что почувствовал бы, находясь на сцене перед огромной публикой, купаясь в лучах восхищения.
- Не зазнавайся только, - предупредил Слава. - Мне приятно, конечно, но лучше не говори об этом слишком много. А то мало ли что...
- Ой, ну ладно.
Артём не слишком внимательно прислушался к юноше и не придал значения его словам, но не стал спорить. Внезапно он задумался о том, что совсем скоро эта встреча, которой он так давно ждал, подойдёт к концу. Наверное, Славе будет сложно найти время приехать к нему в Чистоозёрск в ближайший месяц, и мальчика это очень расстраивало. Он вспомнил и о Дане, о том, каким напряжённым тот был вчера и как подозрительно он прервался, пока говорил о сестре. Друг часто казался тревожным или раздражённым, но сколько Артём его помнил, таким подавленным он ещё не был никогда. Это казалось мальчишке пугающим.
Тем не менее, разговоры с братом помогли Тёме отвлечься от таких мыслей. Слава общался с мальчиком легко, искренне, но всегда старался сдерживать сильные эмоции, несмотря на свою вспыльчивость и привычку выругаться. Мальчишка ещё в детстве заметил, что он был на редкость заботливым и простым человеком, хотя с первого взгляда мог произвести совсем не такое впечатление. Дядя Миша нередко говорил, что у Славы просто отвратительный характер, а папин знакомый, как-то давно увидев парня рядом с Владимиром, даже испугался за мужчину, приняв юношу за уличного хулигана. Всё это было таким странным, ведь парень совсем не подходил под эти описания. Слушая, как кто-то критикует Славу за его непростой характер или шепчет «Ну и ужас», глядя ему вслед, Тёме становилось грустно за брата, которого так несправедливо судили. Однако самого парня это, наверное, даже смешило.
Время пролетело беспощадно быстро, словно с первого момента утра прошло не полтора часа, а всего пара минут. Артём уже давно собрал все вещи, а Слава созванивался с Сашей о встрече. Конечно, обоим братьям не хотелось прощаться так скоро, но они решили не унывать в последние минуты до отъезда, и старший быстро придумал, чем заняться: вручив мальчишке свою старую гитару, которой он пользовался в юности и которая была ему особенно дорога, парень стал слушать, как младший играет недавно сочинённую им песню. 
- А когда мы в следующий раз увидимся? - спросил Тёма, оторвавшись от игры.
- Постараюсь в пятницу приехать и на выходных, может быть, – задумчиво произнёс Слава, вздохнув. - Очень хочется ещё побыть с вами всеми до того, как мы уедем. Ты давай, не отвлекайся!
Артём хихикнул, заметив за братом строгость, которая была ему свойственна только в подобные моменты. Парень, словно учитель, внимательно слушал игру мальчика, следил  за движениями его пальцев, нахмурив брови и сложив руки у подбородка. Тёма на секунду уловил в нём сходство с дядей Мишей, но постарался проигнорировать эту мысль.
Внезапно раздался звонок в дверь. Слава, глянув на часы, поднялся и с улыбкой сказал:
- Это Саша. Обещал зайти ненадолго. Я тебя отвезу домой, а нам с ним потом надо будет заехать кое-куда.
Артём решил пойти в коридор вместе с братом и встретить гостя, с которым он довольно долго не виделся. Саша Макела был вокалистом «Vapaus» и лучшим, самым близким другом Славы, всего на год старше него, с которым они были неразлучны уже больше десяти лет. Вот только он, в отличие от Калинина, который последние годы всячески экспериментировал со своей внешностью, практически не изменился, как показалось Тёме. Это был высокий, худощавый, голубоглазый юноша с копной светлых, длинных волос, легко спадавших на плечи и обрамлявших худое лицо с мелкими татуировками на выпирающих скулах. Саша любил носить разнообразные серьги, кулоны, кольца и браслеты, и этим всегда напоминал Артёму некоего шамана или языческого духа из сказок и легенд. Хоть он и был куда спокойнее и рассудительнее, чем Слава, он всё-таки был таким же весёлым, остроумным и интересным человеком. Ко всем этим качествам добавлялась ещё и какая-то  необычность, которую мальчик видел в нём до сих пор. Тёма сохранил воспоминания, как он, будучи ещё маленьким, оставался с братом и его другом в их первой квартире, и Саша иногда напевал ему простую песенку на загадочном, непонятном мальчику языке. Стоит ли говорить, что Артём был рад встретить парня?
Блондин приветливо протянул ему руку со словами:
- Давно мы с тобой не виделись. Как же ты уже вырос! Обалдеть можно...
Саша положил ладонь на голову Тёме и провёл ею в воздухе, показывая, что тот был ему уже почти по плечо. Парни посмеялись, а мальчик, покраснев, гордо сложил руки на груди.
- Да уж, уже не Тёма, а Артём Владимирович! - согласился Слава.
Находясь в компании старшего брата и его друга, мальчик всегда чувствовал себя особенно. Он любил слушать разговоры юношей, даже если не понимал их, и старался сам участвовать в беседе. Парни же не возражали ему и сами с удовольствием с ним общались, шутили, видимо, понимая, как ему приятно ощущать себя на равных со взрослыми.
- Ну что у нас нового? Кто-то ещё записывался на прослушивание? – поинтересовался Слава, наливая чашку кофе другу.
- От Андреича пока ничего, - пожал плечами Саша. - В общем, у нас всего два кандидата, и один из них, как мне сказали, ещё в колледже учится!
- Вот это да! А хотя, кто знает, может, именно он пройдёт?
- Сложно предположить, - серьёзно ответил блондин, озадаченно глядя перед собой и постукивая пальцами по подлокотнику дивана. - Что-то у меня плохое предчувствие. В ноябре концерт, а у нас до сих пор нет басиста! Helvetti!
- Да, плохи дела. Но мы и не из такой чепухи выбирались, – Слава явно переживал,но, наверное, не хотел проявлять всех эмоций при Артёме, поэтому лишь самоуверенно ухмылялся. - Не переживай, главное.
- Ага. Такими темпами и вправду придётся твоего брата к нам принять, - Саша глянул на мальчика, подмигнув. - Ты ведь уже неплохо играешь?
- А почему бы нет? - согласился парень, похлопав Тёму по плечу. - Его ждёт большой успех!
Мальчишка просто засиял. Наверное, он был готов принять эту шутку за чистую монету. Артём уже подпрыгнул с дивана, чтобы взять в руки гитару и показать все свои умения, и оживлённо сказал:
- А что, давайте! Саша, слушай!
Тёма взялся за инструмент и начал играть с невероятным увлечением и азартом. Его глаза горели, губы едва заметно шевелились, нашёптывая слова песни, сочинённой им самим, а руки быстро перемещались по грифу и дёргали струны. Мальчик боялся отвлечься хотя бы на секунду, ведь она могла бы обернуться обидной ошибкой, но хотел увидеть удивлённые лица Славы и Саши, а поэтому аккуратно поглядывал на них исподлобья. Артём наслаждался собственной игрой, получая удовольствие от каждого движения, каждого звука, но при этом волновался, словно на важном экзамене. Он был уверен, что Саша восхищён.
- Ну дела... - удивлённо произнёс парень, вставая перед мальчиком, чтобы пожать ему руку. - Знаешь, Слав, это невероятно. Такой талант в двенадцать лет... Это у вас семейное, видимо!
- Я ж говорил, - гордо согласился парень, широко улыбаясь и глядя на брата. - Он очень много занимается и постоянно учится. Настоящий трудяга.
- А казалось, ещё недавно он сидел у тебя на коленях за гитарой и пытался что-то сыграть, - Саша усмехнулся, посмотрев на Калининых и, видимо, вспоминая те тёплые, далёкие дни. - Лет через шесть обязательно приходи к нам, Слава как раз состарится!
Тот оскалился в ответ, толкая друга в плечо:
- Заодно и другого динозавра подменишь!
Тёма с восторгом слушал их шутки и смех, чувствуя смущение и гордость. Но всё-таки они отвлеклись от главного, а поэтому мальчишка наивно спросил:
- Ну так что, когда у вас там прослушивание?
Слава и Саша переглянулись и снова рассмеялись. Артём же нахмурил брови, поняв, что его детская мечта осуществится не так уж скоро. В ответ старший брат произнёс:
- Для начала школу закончи. Куда тебе так рано?
- Но вы же сами сказали, что я талантливый!
- Конечно, но подожди немного, - согласился Саша. - Не бойся, Слава свои обещания держит. Не так ли, Вяч?
Блондин с ухмылкой взглянул на парня. Тот сначала вопросительно приподнял бровь, а затем раздражённо вздохнул, сказав:
- Ладно, так уж и быть, посмотрю я, что у тебя там с машиной. Конечно, я же не шиномонтажка, у меня ж бесплатно!
- Сжалься, а я тебя сколько раз выручал с квартирой?
- Ну давай, вспомни ещё, как в школе отмазал меня перед директором, - кивнул Слава, сдавленно посмеиваясь.
- Ага, и перед батькой твоим...
После этой фразы парни грустно переглянулись, продолжая улыбаться. Наверное, они оба вспомнили нечто тяжёлое для них, но пытались скрыть смятение. Артём неловко замолчал, не до конца понимая их эмоций.
- Эх, пора выезжать, – произнёс Слава, посмотрев время в телефоне. – А то на занятие не успеешь.
- Так жаль... - пробормотал Тёма. - Не хочется уезжать. Мы с тобой давно так не встречались!
- Ну не грусти, увидимся ещё, - парень с утешением приобнял мальчика. - Я обязательно заеду к вам, и мы с тобой ещё погуляем. И Даню потом с собой бери, чтоб он не скучал без тебя.
- Обещаешь? – переспросил Артём.
- Ну Саша же ведь сказал, что я своё слово держу, - заулыбался Слава.
- Ладно, поверю, - шутливо согласился мальчишка, снова вспоминая прошедшие выходные и представляя, что ждёт его дальше.

***

- Понедельник-бездельник, – лениво протянул Артём, садясь за парту. – Ужасно спать хочется.
- И не говори, – подтвердил Даня. – Я и не отдохнул почти.
Тёма опустил голову к сложенным рукам, надолго закрывая глаза, словно стараясь уснуть. Ему совсем не хотелось сидеть на скучных занятиях после таких весёлых выходных и недолгого сна. До звонка на первый урок оставалась всего пара минут, и ребята оживлённо заходили в класс и раскладывали тетради на партах, стараясь не опоздать. Одни шумно беседовали и смеялись, другие впопыхах дописывали не сделанное домашнее задание, а кто-то безразлично листал учебник, повторяя темы или глядел в телефон. Самое обычное утро в школе, к которому все давно привыкли. Вот до заветного сигнала остаются считанные секунды, затем противный, дребезжащий звук врывается в суетливый гул, и все быстро рассаживаются по местам, но продолжают разговаривать, пока в класс не входит Анастасия Валерьевна – классный руководитель и учитель математики, после приветствия которой класс синхронно встаёт рядом с партами и тут же садится обратно. Даня, случайно заметив какой-то листок в руке преподавательницы, подозревает, что у неё какие-то новости для ребят, и указывает  Артёму взглядом на него. Наверняка, речь пойдёт о какой-нибудь очередной поездке или олимпиаде, что не слишком-то интересно.
- Итак, шестой «Г», перед тем, как начать, расскажу вам кое-что важное, - начала Анастасия Валерьевна, поправив очки и положив перед собой листок. - Вы все помните, какая впереди значимая дата?
Класс задумчиво замолчал, переглядываясь.
- День рождения Ксюши? - громко спросил кто-то и все, включая саму Ксюшу, захохотали, на что учительница вздохнула:
- Нет-нет. Ежегодно в нашей школе проводится экологический форум, в котором участвуют старшеклассники нашей школы и двух других нашего города и читают свои доклады и проекты. Вы, если пойдёте в десятый класс, тоже будете делать проектные работы и, может быть, участвовать в этом мероприятии. И для вас у меня одна хорошая новость! В этом году организаторы решили дать возможность и младшим классам поучаствовать в так называемой «Недели экологии».
Анастасия Валерьевна рассказывала это со свойственной ей серьёзностью и даже с неким воодушевлением. Видимо, дело было действительно  важное, а поэтому она и старалась заинтересовать детей. Артёму же такая новость не понравилась с самого начала. Скорее всего, им скажут о каком-нибудь обязательном задании в виде сочинения или подготовки презентации, что лишь отнимет свободное время, но не принесёт никакой пользы, кроме, разве что, пятёрки в журнал.
- И что нам надо делать? - спросил кто-то без особого интереса.
- У нас проведут конкурс для вашей возрастной группы, где вы покажете свои творческие работы на любую тему, связанную с экологией. Это может быть что угодно, на ваше усмотрение: презентация, мини-спектакль, возможно, даже и фильм.
 А вот это уже интересно, – прошептал Артём, прислушиваясь внимательнее. – Идея с фильмом мне нравится.
 Хочешь играть главную роль? – ухмыльнулся Даня.
 Победители поедут на конкурс в Санкт-Петербурге, в котором, между прочим, очень почётно участвовать! – увлечённо продолжала Анастасия Валерьевна.  ; Как мне сказали, это будет большим плюсом в ваше портфолио и даже даст дополнительные баллы при поступлении в колледж или вуз. Если не выиграете, от школы вам будут неплохие призы, ну и, конечно, хорошие оценки по биологии или географии. Я думаю, однозначно стоит поучаствовать, мероприятие очень ответственное. Кто хотел бы записаться? Нам нужно отправить команду из пяти человек.
Повисла тишина. В классе не было тех, кто без раздумья согласился бы  тратить время и силы на какой-то конкурс. Шестой «Г» в принципе редко проявлял инициативу в подобных ситуациях, и учителям приходилось всячески уговаривать ребят поучаствовать в каком-нибудь соревновании или олимпиаде. Конечно, чаще всего вызывались самые активные ученики или отличники. Артёму же приносили удовольствие разные творческие конкурсы и концерты, и его приглашали на них каждый раз, как о них становилось известно, ведь учителя прекрасно знали о его увлечении музыкой и неплохими навыками художника. Но, как назло, подобные мероприятия проводились в школе куда реже.
- Давай поучаствуем, - прошептал мальчик, наклоняясь к Дане. - Звучит неплохо.
- Да ну, ты серьёзно? – возмутился он. – Зачем над этим заморачиваться?
- А почему бы нет? Не думаю, что это настолько сложно. Мы можем сделать буквально что угодно! Это же весело!
- Не знаю. Как по мне, скукотища. Да и какой толк от этого? Ты серьёзно думаешь, что это поможет куда-то поступить?
- Ну кто знает, давай попробуем, - настаивал Артём, глядя Дане прямо в глаза. –Тем более, у нас с тобой оценки по биологии не очень.
Тот пару секунд помолчал, обдумывая идею друга.
- Ладно, давай. Только большую часть делать будешь ты!
Артём победно заулыбался. В его голове уже зародились сотни мыслей о том, какую яркую работу они представят на конкурсе и как все будут поражены. Ему не терпелось показать весь свой творческий потенциал. Мальчик вытянул вверх руку и подтолкнул Даню в плечо, чтобы тот тоже поднял руку, но, конечно, тот сделал это неохотно.
- Калинин и Леонов... - проговорила под нос Анастасия Валерьевна, записывая фамилии на листок. – Не ожидала от вас, но молодцы. Кто ещё хотел бы участвовать?
На самой первой парте, перед учительским столом, кто-то синхронно поднял руки, и Артём с Даней испуганно переглянулись.
- Миронова и Дементьев, так... Кто ещё? Один человек!
Варя Миронова и Валя Дементьев были старостами класса, и их участие расстроило друзей не просто так. Учителя всегда хвалили Варю и Валю за хорошие оценки и ответственное отношение к своей роли старост, приговаривая, какие из них будут примерные студенты, а затем и работники. Но назвать их просто ответственными было, пожалуй, слишком мало. На уроках ребята успевали делать замечания остальным за шум в классе или попытки списать раньше, чем это замечал учитель. Эти двое всегда рядом, всегда начеку, и утаить что-то от них было практически невозможно, так что если кто-то осмеливался заикнуться о том, что хочет сбежать с уроков, учителя узнавали об этом в считанные минуты. Если иногда ребята не хотели соблюдать школьный дресс-код и изредка приходили в джинсах или футболках, то старосты всегда были одеты строго по форме и требовали этого от других. Варя в любой момент носила с собой блокнот, куда записывались имена тех, кто как-либо нарушал школьные правила, а в конце дня листочек с длинным списком торжественно передавался Анастасии Валерьевне, хотя она этого никогда не просила. Конечно, весь класс одновременно недолюбливал старост, но в то же время и боялся, зная их авторитет в глазах учителей. Нельзя сказать, что Варе и Вале всегда удавалось вывести нарушителей на чистую воду, ведь часто учителя даже не обращали внимания на такие мелочи, как джинсы на ком-то из учеников или опрокинутое мусорное ведро, однако любые придирки от старост ужасно раздражали ребят.
Старосты на всех одноклассников смотрели свысока, неважно, дружили они с ними или нет. Но особенно им не нравились Артём и Даня, которые, по мнению Вари и Вали, больше всех портили репутацию класса своим поведением. А то, что друзья были далеко не примерными учениками, только больше настораживало старост. Разумеется, состоять в одной команде со старостами было плохой идеей.
- Да ну их! Я не буду с ними участвовать! - сразу сказал Даня.
- Блин... – обиженно пробубнил Тёма, чувствуя, как у него задрожали руки от волнения. – Что делать теперь? Я хочу участвовать...
- Ну вот видишь, это знак, что не стоит. Анастасия Валерьевна, мы передумали, не записывайте нас! - громко выкрикнул Даня.
- Это почему же? - строго спросила она, опустив очки и с укором взглянув на друзей. Старосты тут же оглянулись на них, и, если б не страх получить от учителя, мальчишки бы посмеялись над их недовольными лицами.
- Мы... Думаем, что не справимся. 
- Ну-ну, я вижу, – произнесла Анастасия Валерьевна, сверля взглядом Даню и Артёма, а затем опустив глаза к Варе и Вале. – Раз уж вызвались, то будьте добры участвовать!
- А вдруг вместо нас кто-то хочет? - не унимался Даня.
- Что-то я особо не вижу желающих, - ответила преподавательница. Действительно, весь класс молчал, растерянно глядя куда-то вниз и боясь привлечь к себе внимание. Участие старост сразу отбило желание у детей, хотя изначально у них его и без того было мало. - Давайте, хватит хитрить. У вас с Калининым успеваемость почти самая низкая, не вам отказываться! И так мне на педсовете сказали, что наш класс почти нигде не участвует!
Даня раздражённо вздохнул, повернувшись к Артёму, который расстроено и одновременно взволновано смотрел перед собой, а все остальные замерли в ожидании последнего участника. Наконец раздался несмелый голос:
- Я буду участвовать, - сказала Маша Сибирцева, известная всем ребятам как круглая отличница по биологии. Мальчики предположили, что она согласилась бы пойти на конкурс с куда большим рвением, если бы не старосты.
- Замечательно, - улыбнулась Анастасия Валерьевна, записывая в листочек фамилию. - После урока останьтесь на пару минут, я вам расскажу всё, что нужно учесть. Ну а теперь приступаем к уроку! Доставайте листочки, самостоятельную никто не отменял, – сказала женщина резко сменившимся тоном, и по классу пронёсся возмущённый шёпот.
Артём и Даня обменялись печальными взглядами, поняв, через какие неприятности им придётся пройти из-за какого-то конкурса. Сидевшие перед ними Илья Никонов и Ваня Михайлов обернулись на них и ехидно хихикнули:
- Ну вы и влипли, а!

***

К середине дня ярко светило солнце, одаривая теплом перед долгими месяцами холодов, ветер практически стих, а пожелтевшие деревья изредка покачивали своими листьями, слетавшими на мокрый асфальт и траву. Не выйти погулять в такой день было бы просто преступлением.
После уроков Артём и Даня зашли домой к Калининым, чтобы, как обычно, вместе разобраться с заданием по математике и поиграть перед прогулкой. А когда родители вернулись, они все вместе собрались на кухне за обедом.
- Ну что, мальчики, как у вас дела? Что нового? – с улыбкой спросила Светлана, разливая горячий суп по тарелкам.
- Я даже не знаю, – почесав затылок протянул Артём. – Что может быть хуже, чем сотрудничество с двумя сумасшедшими, которые просто помешаны на том, что бы до кого-то докапываться и командовать?!
Мама с папой удивлённо посмотрели на сына и, не понимая, о чём он говорит, рассмеялись.
;  Любишь ты говорить загадками, Тёма! – воскликнула Светлана.
;  Так что у вас там произошло? – Владимир обратил взгляд на Даню, ожидая от него более ясного ответа.
;  Мы участвуем в каком-то экологическом конкурсе, и нас поставили в команду со старостами, – вздохнул тот.
;  Ах, это те зазнайки, которые на прошлой экскурсии в Эрмитаж ко всем придирались и голосили больше учителя? – спросила мама, которая в той самой поездке была сопровождающей.
- Да! И вот они будут портить всё веселье, – обиженно произнёс Артём.
- Какое хоть веселье? – равнодушно спросил Даня. – Я сомневаюсь, что кто-то кроме тебя серьёзно захочет снимать фильм!
- Я же уже говорил, что это творческий процесс, что бы это ни было!
- Тише, не ссорьтесь, – спокойно сказал отец, услышав, что мальчики начали повышать голоса. – Что за конкурс?
- Нужно сделать какую-нибудь творческую работу. Нам досталась тема про загрязнение океана, – рассказал Даня, переведя взгляд на друга. – И Артём хочет снять фильм.
Тёма закивал.
- Почему бы нет, звучит необычно, – пожала плечами мама. – У вас получится, не переживайте.
- Но у нас всего две недели!
- О-о-о, поверьте, это ещё много, – добродушно посмеялся Владимир. – В студенчестве вы научитесь готовиться к чему угодно всего за одну ночь! Говорю это как преподаватель.
- Ну а что с этими старостами делать? – отчаянно произнёс Артём. – Как вообще с ними разговаривать?
- Тут уж я не отвечу. Но вам стоит попытаться поискать с ними общий язык. А, может быть, даже в чём-то понять их и найти компромисс.
Мальчишки ошарашено переглянулись и одновременно состроили брезгливые гримасы, представив общение с Варей и Валей.   
- Не переживайте, в студенческие годы вы научитесь ещё и ладить с такими, и даже более противными людьми! – посмеялась Света. – Если вас смущает только то, что эти зануды участвуют с вами, то это ещё не значит, что нужно тревожиться.
- Да и вообще я думаю, что такие конкурсы и другие такие мероприятия дают важный опыт. Ну и, конечно, воспоминания! Например, в моей школе многие старались быть на них активными, и всем нравилось, - рассказал Володя.
- Ага, каким-нибудь ботанам! - пошутила мама.
Родители смеялись, а Артём с Даней непонимающе смотрели на них, раздражаясь с их весёлости. Им было невдомёк, почему участие в конкурсе со старостами казалось им такой катастрофой, и они видели в этом легко решаемый пустяк. Но друзья знали, что просто так им не справиться. Артём недовольно пробормотал:
- А может вы подскажете, как избавиться от этих старост?
Заметив оторопевшие лица родителей, мальчик добавил:
- Ну, то есть убрать их из команды.
- Неправильно мыслишь, Тёма. Проблемы нужно решать, а не бежать от них, – нравоучительно произнесла мама.
- А вдруг это та проблема, которую можно решить только бегством от неё?
- Не думаю. Просто вам двоим нужно научиться работать в команде, – предположил Владимир, внимательно глядя на мальчиков. – Завтра же постарайтесь пообщаться со своими одноклассниками, найдите общие темы для разговора с ними, например.
- Папа прав, быть может, эти Варя и Валя не такие невыносимые, как кажется.
Артём хотел снова возразить родителям, но понял, что они победили в этом споре, и даже признал, что мама с папой были в чём-то правы. Однако он был до конца уверен, что необходимость говорить со старостами не сулила ничего хорошего. Иногда мальчишке казалось, что родители имеют просто необычайную способность вспоминать жизненные уроки на любой случай и событие.
Даня и Артём снова переглянулись и без слов согласились в том, что другого пути, кроме как того, что посоветовали родители, у них нет. После обеда они, как и договаривались, пошли прогуляться, но не могли выбросить из головы мысли о конкурсе. Почти при любом случае мальчишки вспоминали о старостах и том, что им придётся терпеть их занудство следующие две недели. Пожалуй, ничто не могло так испортить прогулку. Артём постепенно понимал, что зря поддался эмоциям и втянул в это дело Даню. Но обратной дороги уже не было, и им оставалось только участвовать.
- По крайней мере, пока всё не так уж плохо, – с улыбкой произнёс Тёма, стараясь подбодрить друга.
- Ну да, «пока», – согласился он, вздохнув.
- Как говорит Слава, не будем думать о том, что ещё не произошло.
- Что-то в этом есть, – сухо ответил Даня, пнув кучку сухих листьев, тут же разлетевшихся в разные стороны.

***

На следующий день Артём и Даня, только попавшись на глаза старостам, встретились с их брезгливыми взглядами. Пожалуй, их неприязнь была взаимна, и это даже веселило друзей. Пока мальчишки готовились к первому уроку, Варя Миронова, скрестив руки на груди и строго осматривая одноклассников вокруг, подошла к ним со словами:
- На перемене собираемся в библиотеке. Там обсудим всё, что связано с конкурсом.
Друзья кивнули в ответ, нисколько не удивившись её тону. Староста всегда говорила с ними, как с подчинёнными, считая себя на порядок лучше них.
- А ещё вы снова не готовы, я смотрю, - добавила она, заглядывая в открытую тетрадь Артёма.
- Не твоё дело, – резко ответил он, захлопнув тетрадь и убрав её подальше.
- Ну-ну, – высокомерно кивнула Миронова, ещё раз оглядев мальчишек и развернувшись в сторону своей парты.
- Вот же противная, - шепнул Даня. - Ещё ж настучит наверняка.
- Меня сложно разозлить, конечно, но у них двоих это получается просто моментально! - гневно произнёс Артём, ударив тетрадью по столу. – Не люблю, когда лезут в мои вещи! Это нарушение личного пространства, между прочим.
- Ага, им это объясни, – хмуро ответил ему друг, увидев, как ехидно перешёптываются старосты.
Илья Никонов, уже расположившийся перед мальчишками, обернулся и, прищурив свои хитрые карие глазки, произнёс:
- Не повезло вам с командой!
Затем он резко обернулся и шёпотом добавил:
- Хорошо хоть на меня внимание не обратила и не заметила, что я все тетради дома оставил!
- Ну-ну, не злорадствуй, - ответил Даня, скрестив руки на груди. - А то они слишком хорошо слышат.
Артём, всё ещё обиженный и разозлённый, не присоединился к их разговору и молчаливо уставился в окно.
- Расскажите хоть потом, что в библиотеке было, - попросил Илья, удивлённо глядя на Тёму – редко его увидишь в таком состоянии.
- Обязательно, - пробубнил он в ответ, поглядывая на старост и ловя себя на мысли, что был бы не прочь запустить в них пеналом.
За весь урок Артём успел остыть и практически перестал злиться. Друзья, пробравшись сквозь толпу, которая образовалась сразу после звонка на перемену и направилась к столовой, проскочили в библиотеку, случайно хлопнув дверью от спешки. За большим столом, располагавшимся посреди читательского зала, уже собрались другие участники: Варя, надменно взглянувшая на Артёма и Даню, Валя, с чопорным видим раскрывавший перед собой какую-то тетрадь, и Маша, спокойно сидевшая рядом с ними и как будто не слишком настроенная на на разговор.
- Леонов снова выглядит, как оборванец, - прошептал Дементьев, повернувшись к подруге и после её кивка записал фамилию в свой блокнот.
Даня, хоть и услышал его, не обратил внимания, лишь немного закатав рукава старой, растянутой и пожелтевшей толстовки и бросив быстрый взгляд на свои штаны, испачканные брызгами луж.
- Ну что, что будем делать? – спросил Артём, неуклюже приземлившись на стул.
- Для начала ваши идеи, – холодно ответила Миронова, пока Дементьев что-то быстро записывал в тетрадь, словно под  диктовку. – Маша, начинай.
- Ну, я достаточно давно интересуюсь экологией, поэтому могу сказать, что нам досталась лёгкая тема. Чтобы не усложнять, можем сделать доклад и презентацию к нему.
- У меня тоже есть идея, – начал Артём. Но Миронова тут же резко шикнула на него, не успел он заговорить. Мальчик возмущённо нахмурился.
- Хорошо, можем ещё сделать какой-нибудь макет, например, - продолжил Валя, самодовольно поглядывая на Тёму.
После пары ещё каких-то общих фраз Варя произнесла:
- Отлично. Думаю, что вполне хороший план, договорились. Давайте теперь решим, кто и что будет делать.
Даня, даже ещё не увидев лица друга, понял, насколько он обескуражен и возмущён сейчас. Все трое, кто собрались кроме них, игнорировали их, словно не замечали. Его самого, конечно, вполне бы устроило ничего не делать в этом конкурсе, а вот Артёма такое отношение совершенно не радовало. Видимо, до того момента, как он выплеснет все свои эмоции, оставались считанные секунды, и это было заметно, по дрожащим рукам мальчишки.
- Вообще-то мы тут тоже есть! – воскликнул Артём, перебив старост. – И я не договорил!
Маша удивлённо посмотрела на него, а Дементьев уже собирался съязвить ему в ответ, пока Варя не прервала своего верного друга:
- А ты думаешь, что можешь предложить что-то разумное?
- Он хочет предложить снять фильм на конкурс, – ответил Даня, решив заступиться за Артёма. – Я считаю, что это не хуже, чем доклад.
- Фильм? – переспросила Варя, прищурившись. - Ну и что за ерунда? Дураку же понятно, что Анастасия Валерьевна сказала это для примера!
- Кое-кто возомнил себя Спилбергом, – ухмыльнулся Валя, что-то чирикая в тетради.
- Почему бы нет? Сами подумайте, кто бы стал над этим заморачиваться? Мы будем выделяться, как минимум, своей оригинальностью! – начал спорить Артём.
- Вот именно, что подобная чушь может прийти в голову только такому лопуху, как ты! – высокомерно произнёс Дементьев. – По-твоему, кому-то есть дело до того, чтобы возиться с этим?
- Зато у него хватило фантазии предложить что-то поинтереснее доклада с картинками, – заступился Даня, не потерпев таких замечаний в адрес друга.
Завязалась ссора, едва ли не вылившаяся в шумный скандал. Артём, Даня и старосты беспорядочно кидались вопросами и восклицаниями, перебивая и перекрикивая друг друга. Стихнуть их заставило только шипение библиотекаря, потребовавшего перестать кричать. Наконец, Варя заметила, что за всё время Маша не сказала ни слова, просидев со сложенными на груди руками.
- А мне нравится идея, - неожиданно произнесла она. - Можно было бы дополнить им доклад.
Валя и Варя удивлённо захлопали глазами. Артём и Даня победно переглянулись.
- Но это же такая чушь! Эти двое, как всегда, всё испортят! – возмутилась Варя. – Я вообще не понимаю, что они делают с нами в команде.
- Они же согласились первее вас, - сказала Маша, решив остаться на стороне мальчишек.
- И ради чего? Чтоб опозорить себя и всех нас заодно?
- Да кто ещё опозорится! – крикнул Артём, резко встав со стула и нечаянно задев его ногой, из-за чего он опрокинулся, с оглушительным треском ударившись о плитку пола. Все, кто только увидел это зрелище, безудержно захохотали. Мальчик густо покраснел от стыда, желая провалиться сквозь землю.
Конечно, терпение библиотекаря после этого закончилось, и все пятеро были выставлены за дверь, в коридор. По лицам старост было видно, что они совершенно недовольны таким поворотом, но больше их злило то, что Маша не согласилась с ними, а поддержала идею Артёма. Варя подошла к нему и посмотрела на него своими холодными, серыми глазами так, что от её взгляда мальчишке стало не по себе, хоть она и была намного ниже него, и со стороны это выглядело просто уморительно.
- Ладно уж, занимайтесь своим глупым фильмом. Вы же понимаете, что всем будет лучше, если вы не будете вмешиваться и всё портить, - она по очереди оглядела Артёма и Даню. - Большую часть работы сделаем мы, вам останется только выучить свои слова.
- Ну а если у нас получится хороший фильм? - уверенно сказал Тёма и приподнял бровь, вспомнив, как Слава, споря с кем-то, любит делать так же. Это показалось мальчику действенным способом показать себя сильнее.
- Тогда покажем его на конкурсе, так и быть. Только если он действительно будет хорошим, а не как ваши глупые шутки!
- Спорим, что получится? – предложил Артём, скрестив руки на груди для большей уверенности. – Если победим, то до конца года не будете стучать на нас Настюхе!
Варя, поморщив нос, взглянула на мальчика, но через секунду кивнула:
- Тогда если ваша чепуха понравится жюри, то вы двое... Будете дежурить за нас столько раз, сколько вам делали замечания за поведения, – Миронова с оскалом указала на заветный блокнот, который старосты носили с собой при любом случае.
- Идёт, – согласился Артём, поняв, что условия весьма рискованные. – Вот только у нас выйдет всех удивить, а у вас – нет.
- Да уж, постарайтесь, – поддакивал Валя с противной ухмылкой. - Нам нужны дипломы, и мы не хотим проиграть из-за вас.
- Обязательно поработаем ради ваших бумажек, - спокойно произнёс Даня, уставший - Пожалуй, на этом закончим, – подытожила Миронова, пока Дементьев не ответил мальчишке и не начал новый конфликт. – И только попробуйте нам помешать!
Старосты вместе с Машей развернулись и неспешно пошли по коридору, быстро растворившись в беспорядочной и шумной толпе. Ещё пару минут мальчики слышали, как они обмениваются короткими смешками, и, когда они наконец полностью стихли, Артём широко улыбнулся:
- Это победа! Ты видел, как они чуть не психанули?! Надо хорошо запомнить этот момент, просто исторический!
- Меня больше радует, что нам ничего не надо делать, – с умиротворением произнёс Даня. – Потом выучить какой-то текст и всё, никаких проблем.
- Но ты же мне поможешь с фильмом?
- Да куда ж я денусь. Но только если родители опять найдут мне какое-то занятие, то извини, – усмехнулся мальчишка, встряхнув чёрными локонам.
В оставшиеся минуты перемены друзья шли на следующий урок и то и дело вспоминали свой грандиозный успех. Они были уверены, что победить старост в споре было не каждому под силу. Артём радовался тому, что он согласился участвовать в конкурсе не напрасно и что он всё-таки сможет проявить свой талант, да ещё и утереть нос противным одноклассникам. Мальчишка был уверен, что такой творческой личности, как он, будет легко снять свой фильм, который всех поразит на каком-то школьном конкурсе. Главное, только, — поймать вдохновение, как считал Тёма.

***

Очередной скомканный клочок бумаги полетел в сторону. Артём, сидя на полу, чертил в альбоме какие-то схемы и раскадровки, писал наброски к сюжету, но ничего интересного так и не приходило в голову. Он поверить не мог, что придумать идею для фильма будет так сложно, и уже начинал негодовать. За окном уже давно стемнело, а в комнате мальчика всё ещё горел свет. Даня лежал на кровати и, смирившись с тем, что ничем не сможет помочь другу, лишь иногда предлагал какие-то идеи.
- Давай уже завтра подумаем? - зевнул он, оперев голову на руку, уже готовый уснуть.
- Нет-нет, я почти закончил, - быстро заговорил Артём, что-то зачёркивая на листке бумаги. В отличие от своего друга, у него было ещё полно энергии, и он уж точно не собирался ложиться спать. - У меня уже получается...
- Оно и видно, - Даня собрал в руки внушительную стопку бумажек, которые мальчишка раскидал на полу.
- Да ладно, немного ещё подумать. Серьёзно, посмотри!
Артём с оживлением протянул ему новый листочек. Даня лениво прищурился и пару раз перечитал обрывки фраз, казалось бы, никак не связанные. Мальчик снова зевнул:
- Ты хоть сам понял, что написал? О чём тут вообще речь?
Тёма перечитал текст и заметил, как эти строки плывут перед глазами. Протерев глаза, он понял, что его «сценарий» действительно был бессмыслицей из обрывков разных мыслей, иногда напоминающих моменты из фильмов или книг. Мальчишка даже постыдился, что дал кому-то прочитать такую бредовую идею.
- Ну да, немного не то, что я представлял, но это уже близко! Ещё пару минут...
Послышался стук в дверь. Мама заглянула в комнату и с удивлением посмотрела на мальчиков, а затем произнесла:
- Вот это у вас работа, конечно! Молодцы. Но не кажется, что лучше уже лечь спать? Тёма, посмотри, Даня уже засыпает! - Светлана с укором взглянула на сына.
- Всё в порядке, я сейчас пойду домой, - сонно, но быстро заговорил мальчик, вставая с кровати.
- Оставайся у нас! Уже поздно и темно всё-таки, – сказал Артём, начав торопливо убирать листы бумаги с пола и кровати.
- Давайте, надо уже ложиться спать, – суетливо говорила мама, начиная расстилать постель. – Завтра же не выходной!
- Мне кажется, он не успокоится, пока не придумает что-то дельное, – пожал плечами Даня.
- Но у вас же ещё много времени, разве нет?
- Его это не успокаивает, как видите, – мальчишка указал на Артёма, который, собирая листы бумаги, перечитывал заметки на них и умудрялся что-то записывать.
- Похоже, ты неправильно понял слова папы про «сделать что угодно за одну ночь», - посмеялась Светлана. - Не переживай, Тёма. Ложитесь лучше спать, того гляди и приснится что-нибудь!
Мальчику пришлось согласиться с ней. Всё-таки продолжать думать о конкурсе было уже сложно, когда всё тело давно требовало сна. Но даже когда он лёг в постель в разложенном кресле, его не покидали мысли о фильме, ведь Артём уже представил ехидные лица старост, узнавших, что они с другом даже не начали снимать его. Эти мысли не давали ему покоя.
- Дань, ты ещё не спишь? - прошептал Тёма, глядя на друга сквозь плотную темноту.
- Как раз почти уснул, – пробормотал в ответ он.
- Извини. Слушай, мне кажется, зря мы это затеяли... Я до сих пор ничего не придумал.
- Мы?! Интересно, а кто изначально сказал, что это плохая идея?
- Ну да, ты был прав. И что делать теперь? - Артём с досадой опустил лицо в подушку. - Я явно переоценил себя...
Даня вздохнул и приподнялся, глядя на друга. Глаза уже немного привыкли к темноте, и можно было рассмотреть его хмурое, но спокойное лицо.
- И как нам быть? Отказаться уже не получится, значит, придётся снимать твой фильм. вряд ли смогу чем-то помочь в творческом плане, но скажу, что ты слишком всё усложняешь.
- Разве?
- Ну смотри, зачем нам полноценный сюжет со всеми подробностями? Это же всего лишь картинка к конкурсу, даже не связанному с искусством.
- Но мне хотелось снять что-то достойное... Чтобы все удивились...
- Ты сам ответил на свой вопрос, - зевнул Даня, устраиваясь поудобнее в кровати и медленно закрывая глаза. - Тебе хочется чьего-то одобрения... И чтобы похвалили.
Артём хотел возразить, но на секунду задумался, не успев открыть рот. Может, он действительно захотел произвести впечатление на остальных? Но зачем он поддался эти мыслям?
- Не знаю. Наверное, что-то в этом есть. Мне правда было интереснее показать себя. Теперь стыдно, что и тебе досталось...
- Да ладно уж. Разберёмся как-нибудь. Но завтра только.
- Ты настоящий друг, Дань, - улыбнулся Тёма, посмотрев на него, пока тот уже прижался к подушке, накрывшись тяжёлым одеялом и начав тихо сопеть. - Давай завтра сходим на озеро? Мы этой осенью ещё ни разу не ходили туда...
Мальчишка сквозь сон едва заметно кивнул, и Артём понял, что поговорить ему сейчас уже не с кем. Он ещё пару минут подумал о предстоящей работе над фильмом и, сам того не заметив, тоже заснул.
На следующий день Артём и Даня во время прогулки отправились к озеру, вокруг которого в городе был организован небольшой парк, имевший местное название «Стеклянный», собственно, в честь того самого озера. Насидевшись на скамейке у берега, мальчишки расположились на земле у самой воды и долго сочиняли сюжеты для фильма, любуясь, как плавно плещется прозрачная вода, переливаясь в лучах солнца, вот-вот готового спуститься и заиграть на небе красками заката. Вообще, это было не единственное озеро в городе, за что Чистоозёрск когда-то давно и получил своё имя. Кроме Стеклянного, в городе было ещё два водоёма: Светлое озеро, особенно любимое горожанами летом, и маленькое озеро Ледышка, непонятно, за что и когда прозванное так жителями. Впрочем, это название так ему прижилось, что мало кто помнил, как оно на самом деле называлось. К последним двум озёрам можно было подойти, пройдя через небольшой лесок, и мальчишки обычно приходили туда летом, когда вода была достаточно теплой для купания, но чаще всего отдавали предпочтение Стеклянному озеру.
Итак, друзья сидели прямо у водной глади, и, пока Даня задумчиво и молчаливо поглядывал то на отражения на воде, то на ели на противоположном берегу, Артём снова старательно чирикал в блокноте обрывки своих мыслей и идей, постоянно выдирая оттуда листы и начиная исписывать новые. Даже после звонка Славе и долгой прогулки у мальчика так и не появилось ни крупицы вдохновения. Кажется, дело совсем не двигалось, и Тёма уже начинал злиться, а Даню это даже пугало: нечасто увидишь друга в таком настроении.
- Слушай, отвлеклись уже... - несмело произнёс он. - Ты слишком зацикливаешься.
- Как я отвлекусь? Я ничего не могу придумать! Ничего! - вскрикнул Артём, резко вырывая из блокнота страницу. - И для чего я на это согласился?
- По крайней мере, можем снять фильм о том, как мы стараемся рассказать о проблемах экологии, но тратим впустую кучу бумаги, - пошутил Даня, указав на стопку исписанных листов, которые Артём прижал к земле ногой, чтобы они не разлетелись на ветру.
- Очень смешно! Хотя... - мальчик на секунду успокоился, подумав, что это была бы неплохая идея, и наклонился к тетради, записывая какую-то фразу и рассержено убирая назад непослушные кудри, упавшие на лоб. Но он почти сразу снова нахмурил брови, сминая в комок листочек. Артём с досадой простонал, натянул на голову капюшон толстовки и опустил лицо к коленям, обнимая их руками. Наверное, именно так и выглядел творческий кризис, как представлял Даня, не имея никакого отношения к искусству.
- Я полная бездарность, - пробубнил мальчишка. Лицо Тёмы выражало полное разочарование и опустошение. Грустно поджав губы, он смотрел на качающиеся волны, на которых стали сверкать первые лучи золотистого заката.
Даня не на шутку забеспокоился и уже начал думать, как утешить друга. Обычно такой жизнерадостный, улыбчивый и болтливый Артём своим хмурым видом заставлял паниковать. Наверное, если бы мальчишки сейчас поменялись местами, Тёма бы в миг сообразил, как подбодрить Даню, вот только сам Даня так не умел и даже не знал, что сказать в этой ситуации. «И какой из меня друг?», – спросил про себя мальчик, не отрывая взгляда от Артёма, который вдруг потянулся к стопке листов бумаги и по-прежнему молчал. Несколько движений пальцами – и в его руках был маленький бумажный кораблик, на котором ещё можно было прочитать какие-то слова. Тёма без эмоций осмотрел его, повертев его в руках, и поставил рядом с собой. Пару минут он вот так молчаливо сидел на берегу, складывая из бумаги кораблики и не обращая внимания ни на что вокруг. Даня всё больше не понимал, что такое с его другом и что ему теперь делать. Но он завороженно смотрел на него, испытывая какое-то непонятное чувство, не дававшее ему сказать и слова. Этот закат, переливающийся на озере, плавно качающиеся на ветру деревья и Артём, грустно сидящий на земле с бумажными поделками — этот момент казался Дане... Красивым? Волнующим? Он сам не знал, но нечто не давало ему отвести взгляда от этого вида. Мальчишка осторожно потянулся к камере Тёмы, лежавшей в раскрытом рюкзаке, устроился чуть подальше от друга, выбирая более удачный ракурс, и начал запись. На удивление, мальчик не услышал щелчка, по крайней мере, не обратил на него внимания и не отвлёкся от своих мыслей. А Даня сосредоточенно держал в руках камеру, почувствовав всю ответственность за их с другом успех.
Затем Артём собрал в охапку только что сложенные кораблики и подошёл поближе к воде, присев на корточки. Фигурка легко поплыла по волнам, но быстро перевернулась на бок, пока качалась на волнах, и намокла, распластавшись на водной глади. Мальчик поочерёдно выпускал в воду и другие кораблики и задумчиво наблюдал, как они держались на плаву, сталкивались друг с другом, как какие-то из них далеко отплывали от берега, а какие-то почти сразу тонули. Даня же не останавливал запись и заметил, что они просидели так уже пять минут. Проходящие мимо люди, должно быть, недоумевали, зачем двое мальчишек сидят на холодной, сырой земле у озера, пока один из них выпускает на воду бумажные кораблики, а другой снимает всё это на видеокамеру. Действительно, странная картина!
Наконец, когда все фигурки, ещё недавно бывшие заготовками для сценария, оказались на воде, Тёма ещё пару минут посидел на корточках, опустив голову на колени и протяжно вздыхая. Видимо, он всё ещё был ужасно расстроен тем, что у него ничего не получалось, а поэтому он уныло пробормотал, оборачиваясь к Дане:
- Пойдём домой? Холодно уже...
Но вдруг он недоумевающее приподнял брови, увидев камеру в руках друга.
- Ты что, снимал меня? Зачем?
- Сейчас увидишь, - улыбнулся мальчишка, щёлкнув кнопкой и протянув камеру Артёму.
Видео получилось почти на восемь минут, но друзья терпеливо просмотрели его от начала и до конца. Даня, прекрасно помнивший каждую его деталь, только наблюдал за реакцией Артёма, лицо которого постепенно приобретало радостное сияние. В глазах забегали любопытные огоньки, а его улыбка отражала то ли восхищение, то ли непонимание. Мальчишки ёжились от холода, но продолжали смотреть и с каждой секундой ощущали всё больший восторг.
- А ведь это очень неплохо... – произнёс Артём, держа друга за плечо, когда запись закончилась. – И так красиво... Как ты додумался до этого?!
- Ну, мне просто показалось интересным то, как ты сидишь у воды, – посмеялся Даня, покраснев. – Не ожидал, что так хорошо получится. Но что-то в тот момент мне подсказывало, что это можно было бы как-то использовать для фильма.
- Да ты гений! Это отлично подойдёт! Наверное, достаточно будет написать в конце что-то умное, про природу.
- Но ведь тут нет никакого сюжета, - возразил мальчик, удивившись тому, как Тёме понравилось это видео.
- Я думаю, вчера ты точно был прав. Пусть это будет иллюстрацией к тому, что эти зазнайки там расскажут. Мне кажется, не всё в этом мире должно иметь смысл... Что-то может быть просто красивым...
Даня облегчённо вздохнул. Наконец-то Артём перестал переживать из-за конкурса, и им обоим даже не придётся ломать голову над его съёмками. Всё решилось удивительно легко.
- Перед сном смонтирую его, и завтра можем всем показать! Ты представляешь, старосты с Машей наверняка и половины своего доклада не написали, а мы уже свою работу сделали! - восторженно прокричал Артём. – Теперь проси у меня, что хочешь!
- Да мне ничего и не надо, наверное... — пробормотал Даня, растерянно улыбаясь.
- Ну как знаешь, но я в долгу не останусь! Пойдём скорее домой.
— Давай только сначала уберём всё это, а то получается как-то неэкологично, – мальчик указал на намокшие кораблики, которые уже практически полностью намокли, но всё ещё слабо держались на воде.
Через некоторое время друзья уже шли вдоль почти опустевших улиц, освещаемых фонарями и окнами домов. Руки всё ещё немели от холода, а ноги замёрзли от озёрной воды так, что было больно ходить, но мальчишки были довольны своей работой и тем, что даже убрали из воды все бумажки, пусть для этого и пришлось зайти в озеро по колено. Много болтать уже не было сил, да и все темы для разговоров были пока исчерпаны, поэтому мальчики почти всю дорогу молчали и изредка смеялись, когда вспоминали прошедшую прогулку. Когда они подошли к площадке, на которой обычной расходились по домам, Артём сказал:
- А всё-таки так здорово, что ты начал тогда снимать... Мне бы и в голову такое не пришло. Видимо, я и в правду всё усложняю.
- Всё гениальное просто, как говорится, – пожал плечами Даня. – Главное, что-то сделали наконец-то, а дальше разберёмся. Холодно-то как...
На улице было действительно очень промозгло и ветрено. Похоже, закончились последние тёплые деньки, и для тонких курток и толстовок стало слишком холодно. Артём натягивал повыше горло свитера, а Даня сжимал руки в дырявых карманах ветровки, стараясь их согреть. Немного помолчав, последний произнёс:
- Слушай, а как думаешь, что это было, когда я смотрел на тебя, на озеро и что-то внутри мне подсказывало, что я просто обязан это запечатлеть?
Тёма задумался, шмыгая носом. Затем мальчишка широко улыбнулся:
- Наверное, это было вдохновение.
— Вот как... Не помню, что бы испытывал его когда-то. Я вообще не творческий человек, но почему-то в тот момент меня просто осенило.
- Чувство прекрасного есть у всех. Даже у дяди Миши, наверное, – хихикнул Артём.  - Может быть, ты когда-то, как и я, будешь сам ждать и искать вдохновение. Ты же хорошо рисуешь!
Даня внезапно чихнул.
- Давай по домам, а то простудишься ещё. Сейчас буду монтировать видео, а завтра тогда покажем его. Спасибо ещё раз! - Тёма похлопал друга по плечу. - И не болей!
И мальчишки разошлись, каждый в свою сторону. Теперь-то они были спокойны, ведь понимали, что никакой позор перед одноклассниками им не грозит.
На следующее утро Артём и Даня стояли перед старостами, показывая им своё видео на телефоне и удовлетворённо наблюдая за их сосредоточенными лицами. Мальчишки не могли сдержать улыбок и каждую секунду с ухмылкой поглядывали на Варю и Валю, которые всё время молчали. Наконец, когда фильм закончился, Дементьев вопросительно посмотрел на подругу, по-видимому, ожидая от неё разрешения что-то сказать, но Миронова заговорила сама:
- Ну-у-у... Это действительно неплохо. Могли бы и лучше, но ладно. Сойдёт.
- Качество у видео не очень, – поморщился Валя.
- Сами бы попробовали такое снять, – недовольно ответил Даня, скрестив руки на груди.
- Зато на фоне играет мелодия, которую исполнил на гитаре я! — добавил Артём. — Она здесь очень уместна! Маша, между прочим, оценила...
- Вот только что скажут жюри? – усмехнулся Валя. — Сомневаюсь, что они увидят в этой бессюжетице что-то стоящее.
- Можно подумать, ваш доклад будет лучше! - разгорячился Артём, выхватывая свой телефон из рук Вари. — Наш фильм хотя бы разбавит всю эту скукотищу!
Дементьев рассержено нахмурил брови, сделав шаг навстречу Тёме, а его щёки густо покраснели. Миронова тут же встала между мальчишками, расставив руки в стороны, пока между ними снова не завязалась ссора.
- Так, не будем ругаться! Наш доклад ещё не готов. Вот когда закончим, тогда всё покажем Анастасии Валерьевне, а она решит, можно ли это показывать на конкурсе, — её голос, как обычно, звучал холодно и твёрдо. — И ещё... Не надейтесь, что выиграете спор! Рано радуетесь.
- Сама же сказала, что получилось нормально! — возразил Даня.
- Но никто из жюри пока никто этого не говорил! — заметила Варя, ехидно посмотрев на мальчишек. — Так что лучше заранее готовьтесь дежурить за нас на всякий случай.
Старосты не стали дожидаться их ответа и резко развернулись, уходя вдаль по коридору. Уязвлённый Артём возмущённо сказал:
- Рано радуются! Привыкли думать, что всегда во всём правы. Зато как быстро мы управились, а они до сих пор свой доклад делают!
- И не говори, - согласился Даня, которого больше радовало то, что теперь им не придётся заниматься этим злополучным фильмом.
 
***

Оставшиеся перед конкурсом дни пролетели неожиданно быстро, и вот наконец приближался день, когда ребята должны были выступить перед школой. Накануне вечером друзья сидели дома у Артёма, готовясь к завтрашнему событию. Они по нескольку раз перечитывали части текста, которые им поручили выучить, но всё ещё с трудом могли пересказать их без запинок.
- Как можно писать так скучно? - думал Даня, шурша листом бумаги в руках. - Невозможно же запомнить всё это!
- Да уж, теперь я точно понимаю, что наука – это не моё. Ну ничего, выучим как-нибудь. Это не проблема... – спокойно ответил Артём, плавно облокачиваясь на изголовье кровати. – А знаешь, что ещё будет завтра?
- Ну?
- Слава вечером приедет! Значит, план такой: после конкурса сразу же бежим за пиццей и идём ко мне праздновать нашу победу! - воодушевлённо проговорил Тёма, мечтательно улыбаясь и от радости сжимая в руках бумажки.
- Осталось только победить, – устало улыбнулся Даня. – Ну а насчёт остального – я в деле, Вика со своим Костей умотала на дачу к его родственникам, так что меня точно никуда гонять не будут.
- Вот и отлично. Мы с тобой почти у цели, – Артём вдруг пересел за компьютер. – Давай ещё раз посмотрим наш фильм. Заодно перекину его на флешку.
И мальчики снова с удовольствием пересмотрели заветное видео. Казалось, эти кадры они выучили уже наизусть, а мелодия постоянно ненароком вспоминалась и звучала в голове, как пластинка, но им доставляло особое удовольствие осознание того, что всё это они сделали сами. Всё-таки было здорово, что Анастасии Валерьевне их фильм понравился, и его разрешили показать на конкурсе. Но ещё больше им нравилось представлять, как они утрут нос старостам, если победят.
- Ты понимаешь, мы же для всего класса станем героями, если выиграем! – произнёс Тёма, прокрутившись в кресле. – Первые, кто осмелился спорить с этими занудами и выиграл!
- Внукам будем об этом рассказывать, – пошутил Даня, на секунду задержав взгляд на экране компьютера. – Ты хоть проверил, что это нужное видео?
- Да ладно, я прекрасно помню, что это тот файл, – пожал плечами Артём, выключая компьютер. – Не переживай, я ничего не перепутал, да там и негде ошибаться...
Внезапно мальчик вспомнил:
- Представляешь, а в этом конкурсе ещё участвует моя подруга из художки, Юля, помнишь её? Она ещё в параллельном классе учится.
- Помню. И каково тебе будет выступать против неё? – ухмыльнулся Даня.
- Ха, мы с ней тоже про это шутили. А я ей рассказал, что у нас мотивация – победить спор со старостами. Она сказала, что ничуть не расстроится, если их команда проиграет в нашу пользу!
- Да, наверное, никто не расстроится. Я до сих пор сомневаюсь в важности этого конкурса.
- Не попробуешь – не узнаешь! – сказал Тёма, поправив рукав белоснежной,  висевшей на плечиках на дверце шкафа рубашки, которую он час назад старательно отгладил и в которой собирался выступить на следующий день. – А вообще, если честно, я немного волнуюсь.
- Тебе давно пора перестать нервничать из-за всяких пустяков, - зевнул в ответ мальчишка, безмятежно поглаживая лежавшего на полу котёнка. – Поверь, оно того не стоит.

***

Вечер. За окном уже начинало темнеть, но на улицах было людно, как и днём: по дорогам сновали машины, люди возвращались по домам после учёбы и работы, а на площадках всё ещё раздавались весёлые крики и смех. За столом сидели Артём и Даня, Володя и Света, Слава, у которого за пару недель успела появиться новая татуировка – в этот раз на лодыжке, в виде чёрной лисы. Перед ними были расставлены чашки горячего чая и тарелки с пиццей. Старшие Калинины безудержно хохотали, пока мальчикам было совсем не радостно.
- А ещё я чуть не свалился со ступенек, пока выходил на сцену! – обиженно пробубнил Артём, подперев голову рукой.
- Ага, и два раза чуть не уронил микрофон, - добавил Даня, ковыряя ложкой дольку лимона на дне чашки.
- Да ладно, может, никто этого не заметил, кроме вас, - предположил папа, сдерживая смех.
- Как же! Все смеялись, прям как вы! - вспыльчиво крикнул Тёма, хмуро посмотрев на брата и родителей.
- Прям уж все? - спросил Слава.
- Да!
— Так хорошо же! Обстановку разрядили, настроение подняли. Даня ж вроде сказал, что у вас там была жуткая скукотища.
- Очень смешно, мам! - не успокаивался Артём.
- Ну ладно уже вам, не сердитесь, - Владимир заметил, что пора бы уже прекратить эти шутки, ведь сын был не на шутку рассержен.
- Я вот не сержусь, мне просто немного стыдно и неприятно, – пожал плечами Даня. - Это же Артём хотел участвовать.
- Так на что вам этот конкурс вообще сдался? – не понимал Слава. – Разве это вообще когда-то имел смысл?
- Мы поспорили со старостами, что наш фильм оценят и наша команда победит, – пробормотал Тёма.
- А, ну тогда ясно, как вы с ними поладили, — усмехнулся папа. – И это была вся ваша мотивация?
- Да. Но мы им проиграли! Это такой кошмар...
- А вот это как раз расстраивает меня больше всего, – сказал Даня. – Теперь нам придётся дежурить за них о-о-очень долго.
- Ну а с фильмом вашим что?
Артём стыдливо отвёл взгляд в сторону, неожиданно покраснев. Мальчишка едва слышно произнёс:
- Жюри разнесли фильм в пух и прах! Зато победила какая-то скучная презентация с дурацким распечатанным плакатом. Вы понимаете, как они обидели наш труд?!
- А что им не понравилось?
- Они сказали, что мы набросали мусора в озеро и даже не поняли, что смысл был в другом! Совершенно в другом! – возмущался Тёма.
- Ну вы же его потом убрали оттуда, я надеюсь? – спросил папа, которому ситуация казалась всё более комичной.
- Да, но разве нас кто-то слушал? Они сказали, что мы подаём не тот пример, который надо!
- Ну а вы им хотя бы объяснили, что вы на самом деле хотели сказать? – спросил Слава. – Нужно до конца стоять горой за свою работу, в искусстве только так!
- Объяснили, но эти... Жюри всё воспринимают слишком буквально! Такое чувство, что они даже не знают, что такое метафора, – Артём разгорячился ещё больше, обрадовавшись, что брат на его стороне. – Как вообще можно не понять, что бумажные кораблики в воде — не более, чем символ? А они всё воспринимают буквально!
- Мне кажется, дело в аудитории, – улыбнулся Слава. – Вот почему для кого-то наша музыка – кошмар и чертовщина, а сами мы с Сашей – придурки, а для кого-то мы едва ли не гении?
Артём с Даней переглянулись и вопросительно посмотрели на парня.
- Иногда дело не в нас, а в тех, кто нас слушает. Какая-то, вроде как, ерунда может легко выстрелить и заполучить кучу внимания и любви, а нечто достойное может годами искать своего слушателя. Но говорит ли это что-то о самом произведении? Не факт. Вот поэтому кто-то в вашем фильме видит смысл, а кто-то мусор.
Даня почти не изменился в лице, но явно заинтересовался словами парня. Артём же заметно успокоился и смягчился, задумчиво замолчав. А ведь Слава был прав: насколько часто его мнение расходится с мнением друга или родителей, когда речь идёт о кино или музыке? Но разве от этого что-то может измениться? Поменяется ли сюжет или звучание? Наверное, поэтому иногда так сложно быть объективным.
- Но... Мы же всё равно остались с носом, - грустно возразил Тёма.
- Ну и что? Жизнь же на этом не заканчивается.
- Тем более, если ты станешь известным рок-музыкантом, то, поверь, вряд ли кто-то вспомнит про этот конкурс, в котором ты участвовал в шестом классе, – пошутил Слава.
- Нам, конечно, влетело потом от старост. Они нам такую разборку устроили после конкурса! – Даня говорил то ли с досадой, то ли, наоборот, с усмешкой. – Сказали, что мы их опозорили перед всей школой и лишили их победы. Им-то больше всех нужна какая-то бумажка с печатью.
- Вот они и отыграются на нас, когда заставят дежурить за них, – пожал плечами Артём, устало склонившись к Славе.
- А ведь это идея! - внезапно задумался парень, переглядываясь с мальчишками, которые резко оживились и с интересом взглянули на него. – Можно натворить какую угодно чушь и свалить всё на них! Короче, раскрошите мел по всему классу и скажите, что это они... Не, лучше...
- Так, а вот тут слушать Славу не надо, – неловко улыбнулся Володя, поняв, что друзья обязательно воспользуются его советами.

***

Уроки давно закончились, но Артём и Даня до сих пор были в школе, хотя обычно сбегали оттуда быстрее всех. Словно назло, за окном стояла безветренная и солнечная погода, и с улицы доносились беспечные голоса школьников, освободившихся после занятий и отправлявшихся на прогулку. А мальчишки в это время уныло ходили по классу, протирая парты и собирая с пола бумажки и оставленные кем-то карандаши. Сейчас-то они понимали, как неудачно они проиграли спор старостам.
- Знаешь, Дань? – неожиданно улыбнулся Артём, сев напротив друга. - Помнишь, я говорил, что Юлька тоже участвовала в этом конкурсе и что их класс победил?
- Помню. И что им это дало?
- Обещали же, что отправят на конкурс в Питере, что помогут поступить куда-то... А им дали какие-то грамоты, вручную подписанные кем-то там из жюри!
— И это всё? – рассмеялся Даня.
— Ну, уже неделя прошла, а им ни слова не говорят о Питере! О шуму-то было. Помнишь, как Настюха рассказывала, как это важно и необходимо?
- Я ж говорил, что в этом нет никакого смысла, - самодовольно произнёс Даня, с довольной улыбкой посмотрев на Тёму.
- Ты в очередной раз оказался прав, — пожал плечами мальчишка, задумчиво сжимая в руке кусочек мела, только что поднятый с пола. — А помнишь, что нам тогда предлагал Слава? Давай убедимся, что это хорошая идея!