Цыганская юбка

Света стояла у зеркала и докрашивала ресницы. Она была невозмутима, уверенная в своей красоте.
– Дорогой, ты скоро? – громко спросила Света, не отвлекаясь от зеркала. – Ты опоздаешь.
С кухни донеслись звуки. Её муж встал, скинул кружку и тарелку в раковину, а потом вышел к ней.
– Тебе ничего не будет? Ты точно опоздаешь, – продолжила Света. Наконец-то она закончила с собой и посмотрела на мужа полными любви глазами. Она подошла к нему и нежно обняла.
– Нет, ничего не будет. Ты же знаешь, я с начальником на короткой руке. Мы очень дружны, – ответил Антон.
– Не стоит злоупотреблять дружбой в работе, ты ведь понимаешь?
– Но не тут. Он малый хороший. Да и я профессионал дела, он не обойдётся без меня.
– Смотри... – протянула она, как бы соглашаясь с ним и сомневаясь в его словах одновременно.
Антон расцепил её объятия, уважительно её оттолкнул от себя, оглядел и спросил:
– Вам сколько лет, барышня?
– Тебе нравится? – спрашивая, Света имела в виду своё лицо, над которым корпела минут сорок. К тому же она знала, что выглядит младше своих лет, потому ждала очередной комплимент.
– Нет, не нравится.
Улыбка с лица Светы ушла.
– Я зря старалась всё утро?
– Что? А, ты про лицо? Нет. Я про юбку... Она... Эм... Как бы так мягче сказать...
– Говори уж, как есть, милый мой! – твёрдо сказала Света.
– Ладно. Она отвратительная. Что за тигровый цыганский раскрас на тебе?
Света опустила на свою юбку пристальный взгляд.
– И чем она тебе не нравится? – с лёгким возмущением спросила Света. – Я её ношу уже пятый год. Она верно мне служит. Ты к ней не привык?
Антон удивился её реакции. Неужели она сама не видит и не понимает, как отвратительна её юбка. Мало того, что она старая, так ещё и этот дешёвый фасон до лодыжек.
– Дорогая, ты ведь молодая, полная красоты женщина, к чему тебе это старьё? Мы недавно покупали тебе красивые вещи, в том числе юбки... Почему ты ещё носишь... – Антон водил в воздухе рукой, не зная, как назвать то, о чём говорил. И вдруг нашёл слово: – это барахло?
Немного подумав, Света ответила:
– Может, ты и прав, но зачем мне красиво одеваться на работу? Я быстро отпилю ногти клиенткам и вернусь домой. Пусть красивые вещи останутся на какие-нибудь праздники.
От возмущения и непонимания глаза Антона закатились.
– Не делай такой взгляд, пожалуйста!
– А как его не делать, когда ты носишь...
– Да-да, цыгана на коленях. Я помню, что ты говорил каждый раз про эту мою юбку. Но она такая удобная и простая.
– А что говорят твои клиентки? Им приятно пилить свои ноготочки у мастера-цыгана?
– Так-то мне делали комплименты, говорили, что юбка восхитительная!
– Ну они явно тебе врали. Наверное, они желали приобрести у тебя скидку. Надеюсь, они её получили.
– Так, всё! Иди на работу! – Света хотела закончить разговор. Она поцеловала мужа, но уже не так ярко, как вначале. Почему-то ей сделалось грустно.
– Я тебя любой люблю, но избавься от этой юбки, ладно?
Не выдержав, Света гневно бросила:
– Именно это и сделаю. Отдам цыганам, как ты и мечтаешь!
– Вот, красота, – безэмоционально поддержал Антон. – Я буду только рад.
Антон бегло её поцеловал и вышел из квартиры. Света стояла в коридоре, думая над тем, как ей поступить.

 
Часы показывали 18:03. Майское солнце приятно обдавало оранжем. Антон покончил с поручением начальника и теперь возвращался с дела в город. Он сильно устал. Вся дорога плыла. Такой разбитости он давно не ощущал. Словно его "друг" каким-то образом прознал об утреннем разговоре с женой и решил подтрунить над ним: "Я тебе друг? Значит, на мне можно ездить? Это ты у меня поездишь сегодня. Замотаешься так, что больше и не подумаешь, что я тебе ПРИЯТНЫЙ ТОВАРИЩ"! Въезжая в город, Антон проклинал работу, настолько он был обессилен.
– Ехать по пустой дороге было куда приятнее, – сказал себе Антон, встревая в пробку у въезда в город. - Ну давай же, езжайте быстрее. Да уж, наглухо встряли, – добавил он, пытаясь высмотреть, как далеко растянулись полосы из автомобилей.
Не зная, чем себя занять, он стал смотреть по сторонам. Вдруг его взгляд упал на цыган, вяло бродивших у вокзала. Он всматривался и не верил глазам. На одной цыганке была юбка, точь-в-точь как у жены. "Не может быть такого! – говорил он себе. – Неужели она и вправду отдала свою юбку какой-то цыганке? Ну это уж слишком. Я же пошутил! Это была всего лишь шутка! Да, мне не нравится эта юбка, но отдавать вещи реальным цыганам!.."
Антон отличался склонностью верить в суеверия. С детства он не сомневался, что цыганские проклятия существуют, потому опасался этих людей. Отдать им вещь приравнивалось к тому, чтобы сильно испортить себе жизнь. От этих людей можно ожидать всего. Вдруг они взяли эту юбку и прокляли хозяйку, то есть его жену? Или её мужа, то есть его самого?
Кровь в нём забурлила от возмущения и страха. Он решил, что с этим надо что-то делать. Он выехал из пробки и припарковался у остановки. Вышел из машины и направился к цыганке, ходившей в законной юбке его жены.
– Здравствуйте, откуда у вас эта юбка? – бесцеремонно спросил он.
– Дорогой, а тебе что за дело? Это моя юбка, а не твоя.
– Это юбка моей жены. Я эту юбку узнаю издалека, даже с закрытыми глазами. Вам же моя жена её отдала? Да? Сегодня?
– Дорогой, что ты такое говоришь? Честное слово, ничего не понимаю. Это моя юбка!
– Послушайте, я не хочу ругаться, – старался держать себя в руках Антон, но его речь становилась всё грубее, – лучше отдайте мне эту юбку, и мы покончим с этим. Я от вас отстану, а вы дальше сможете тут тусить.
– Мэй, я не отдам тебе юбку, сумасшедший. Эта юбка моя! Это подарок! – почти визжала цыганка.
– Подарок, значит? Да! Это подарок моей жены! Она ошиблась, не так меня поняла, а ну отдай юбку! – кричал Антон, пытаясь чуть ли не сорвать с неё юбку. Люди стали смотреть в их сторону. Им было интересно, что там происходит.
– Не трогай меня, помогите! Помогите! – кричала цыганка, дополняя русскую речь какими-то непонятными ещё словами.
Вдруг на помощь прибежали другие цыгане, по-видимому, из её же лагеря. Пара мужчин и ещё несколько женщин с детьми. Мужчины стали отталкивать Антона, а тот всё рвался к юбке.
– Тебе чего? Иди отсюда, пока не убили тут, – сказал один из цыган.
– Но на ней юбка моей жены?
– Какой ещё жены? Это наша юбка, а не твоя.
– Это юбка моей жены, вы меня не проведёте. Я знаю, как выглядит юбка моей жены. Я свою жену каждое утро вижу, знаю, как выглядит её юбка.
– Правильно тебе сказали, уходи, пока не убили, – сказал другой цыган.
Тут подошёл ещё один цыган, он был при возрасте. Он спросил о том, что тут случилось, и двое молодых цыган поведали на опять же непонятном языке всё, что знали. Старый цыган кивал и мельком посматривал на Антона. Потом он ближе подошёл к нему.
– Я так понимаю, вам нужна эта юбка? – вежливо спросил он.
– Да, Хвала Господу, меня услышали. Да, верните мне юбку.
– Ну это не проблема. Заплатите, и мы отдадим вам юбку.
Антон удивился. Его глаза готовы были лопнуть от марсианского негодования.
– За что мне платить? Это юбка моей жены.
– Не вижу тут никакой вашей жены. Вижу только нашу женщину и нашу юбку. Никакой вашей жены тут нет, дорогой. Так что, нужна ещё юбка?
Антон увидел, как двое молодых цыган позади старого достают аккуратные ножи.
– Ладно, будьте вы прокляты...
– Вы бы аккуратнее с проклятиями, молодой человек, – тихо изрёк старый цыган. – Дайте денег, и мы отдадим вам юбку.
Антон нервно достал кошелёк, отсчитал несколько хрустящих купюр и протянул их цыгану. Тот зацокал.
– Ну разве это сумма от приличного человека? – И он снова зацокал.
– Чёртовы цыгане. Вот ещё вам. А теперь давайте юбку.
Старый цыган что-то крикнул той женщине, на которой сидела желанная юбка. Та быстро куда-то удалилась, потом вернулась в другой одежде, неся в руках проданный товар. Она передала её старому цыгану, а он уже протянул Антону.
– Пожалуйста, – сказал он. – Желаете ещё что-нибудь купить?
Антон выхватил юбку и ушёл к машине, ничего на прощание не сказав. "Ну и вечерок", – подумалось ему, когда он подъехал к дому.

 
Войдя в квартиру, он стал звать свою жену.
– Света, моя дорогая, ты где у меня?
Света вышла из кухни в домашних свободных штанах и открытой блузе. Она с испугом поглядела на мужа, а затем её взгляд сразу же упал на его руку, державшую юбку.
– Что за вонь ты принёс? – спросила Света, кривя лицо. – Боже.
Только сейчас Антон понял, что юбка сильно воняет. Нет, смердит!
– Это же твоя юбка! Зачем ты отдала её цыганке? Я пошутил! Можно ведь дома в ней ходить, если она тебе нравится. Или если в сад поедем, надела бы...
– Я не надену эту дрянь! – вспылила Света. – Что с тобой, человек? С кого ты стянул это старьё?
– С той цыганки, которой ты отдала юбку, – тут же ответил Антон.
– Какой цыганки? Ты больной? Я никому свою юбку не отдавала. Я собиралась её просто выкинуть. Ты перегрелся на работе?
Света бросилась по коридору к шкафу, на пути толкнув мужа. Чуть пошарив в шкафу, она нашла свою юбку и начала размахивать ею.
– Вот моя юбка, видишь? Вот она! Я её сегодня никуда не надевала. И надевать не собираюсь, раз тебе она не нравится. А что ты принёс? Боже... какой ужас и позор! – с брезгливостью произнесла Света. – Только не говори, что ты реально снял это с какой-то цыганки? – Видя, что Антон в замешательстве, что он молчит и явно ничего не скажет, она продолжила: – О нет, какой кошмар. Мой муж стягивает одежду с цыган. Что дальше? Ты будешь обкрадывать бомжей? Или продукты закупать не из магазина, а вытягивать их из урн?
– Но я подумал... – мямлил Антон, не выпуская юбку. Она была его трофеем. Он потратил на неё деньги. Жаль было отпустить то, за что так упорно боролся.
– Поздравляю, теперь и у тебя есть своя цыганская юбка. Отныне вместе будем блистать на прогулках. Ты только подпиши свою, а то донашивать за цыганкой я точно не буду. Оставлю это тебе. Боже, – снова протянула она и вернулась в кухню.
Антон остался стоять в коридоре. Он не мог пошевелиться. Он точно решил, что не будет говорить жене, во сколько обошлась ему цыганская юбка.