Приключения Ништы и Нышты. Азбука Нышты

   

    Библиотекарь, худощавый бледный мужчина, избегал взгляда растерянных мальчишек, вызванных на педсовет. Опытный педагог понимал: для Ништы и Нышты библиотека была не просто местом с пыльными книгами и запахом типографской краски. Это был ключ к миру знаний, где можно найти ответы на любые вопросы, углубить свои познания и отточить исследовательские навыки. К тому же, будучи физиком по образованию, он был рад, что братья старались применять свои знания на практике. Их поделки впечатляли не только школьников, но и удивляли взрослых. Поэтому предложение директора исключить братьев из библиотеки на том основании, что они «чрезмерно увлекаются чтением», показалось ему непедагогичным и поспешным.

Пока директор доказывал коллегам, что книжное затворничество отдаляет детей от сверстников, мешает учёбе и заставляет их проводить время с вымышленными персонажами чаще, чем с реальными людьми, Ништа сидел, уткнувшись взглядом в парту. Его занимали куда более важные вопросы: «Почему Алексей Толстой назвал свою книгу "Гиперболоид инженера Гарина", а не "Параболоид инженера Гарина"? Ведь из физики известно, что гиперболоид рассеивает световые лучи и не способен поджечь заводы конкурента, а параболоид, наоборот, концентрирует смертоносные лучи в одной точке. И каким образом инженер Гарин и толстосум Роллинг смогли добывать золото из Оливинового пояса?».

Заметив, что школьник витает в облаках, директор навис над ним:

— Ништа, ты слышал, что я сказал?

Ученик вздрогнул и машинально выпалил:

— Да, мистер Роллинг!

Директор театрально всплеснул руками, будто говоря: «Я ведь предупреждал!». Вот так одно невпопад сказанное слово решило судьбу братьев: доступ в библиотеку им был закрыт.

Наказание стало для Ништы и Нышты настоящим ударом — словно их сослали на необитаемый остров без шанса на спасение. В одночасье для них закрылись двери в миры отважных пиратов, бесстрашных индейцев и обитателей далеких галактик. Больше всего ребят удручала потеря доступа к техническим журналам и справочникам. Впрочем, их печаль была недолгой: к моменту «изгнания» они уже успели изучить весь школьный книжный фонд, а мудрый библиотекарь помог им перебраться в районную библиотеку, где горизонты для развития оказались куда шире.

В один из промозглых осенних дней Ништа, закутавшись в тёплый овчинный тулуп, так увлёкся чтением «Истории телеграфии», что не сразу услышал просьбу отца передать родителям Нышты записку. Пришлось покинуть уютное гнёздышко и, надев резиновые сапоги, хлюпать по грязи в другой конец села.

Увидев брата, Нышта расплылся в улыбке и участливо спросил:

— Продрог?

— Спрашиваешь! — поёжился Ништа, протягивая руки к буржуйке. — Топать так далеко из-за пустяков — не дело, — посетовал он. — Тем более в такую мерзкую погоду. Надо что-то придумать. — Можно было бы, установить телефон, но в селе всего один ручной коммутатор. И тот предназначен для учреждений. Рядовым жителям телефон «не светит».

— Правильно заметил — «не светит», — подхватил Нышта. — Предлагаю заменить телефон на телеграф.

— Телеграф? Использовать азбуку этого самозванца Морзе? Ни за что! — воскликнул Ништа. — Ты же знаешь, что азбуку придумал не он, а инженер Джозеф Генри. Мало того, для работы телеграфа нам придётся протянуть провода через всё село. Нет, так не получится! К тому же мы с тобой так и не смогли освоить приём текста на слух — постоянно путали «точку» и «тире».

— Верно! — согласился Нышта. — Но я предлагаю не обычный телеграф, а оптический, без проводов! А чтобы не путаться, предлагаю «окрасить» точки и тире в красный и зелёный цвета! — выпалил он. — Мигание фонарей будет видно далеко и в любую погоду, как проблесковые огни на крыльях самолёта. Правда, только ночью, — огорчился он. — Как тебе моя идея?

Не успел Ништа похвалить друга, как в комнату вошла тётя с тарелкой пирожков. На ароматный запах невесть откуда сбежались дворовые коты. Вдохновлённый хвостатой аудиторией, Нышта высыпал им в миску требуху из пирожков и прочёл пространную лекцию о телеграфии. Коты, словно заворожённые, слушали захватывающий рассказ о пробковых, пузырьковых и иных телеграфах, не отводя глаза от тарелки с пирожками.

Когда до них дошло, что пирожки закончились, а о «котографии» речь не пойдёт, их интерес к науке угас. Коты, махнув хвостом, исчезли, даже не поблагодарив лектора. Вслед им понеслось:

— Неблагодарные мышееды!

Возвращаться домой в кромешной темноте Ништа не отважился. Возле колхозного двора его всегда поджидала свора собак, стремящаяся к тесному знакомству. Возможно, они за версту чуяли исходящий от него «запах страха».

Вскоре над крышами домов братьев, к крайнему удивлению сельчан, заплясали озорные огоньки. Мальчишки ликовали: отныне и они, и их родители могли обмениваться мыслями, не выходя из дома.

Первым сообщением, отправленным по световому телеграфу, стало, конечно же, загадочное: «Нышта!».

В один из вечеров Нышта отстучал:

— Привет! Чем сегодня занимался?

— Играл с сестрёнкой Красотулей в «секретики». Знаешь, что это?

— Да. Это когда создают тайник, куда кладут камешки, бусинки, яркие фантики. Забава для девочек. Мальчики в неё не играют — скукота!

— Ну да! А что, если сделать игру ещё круче? Скажем, совместить её с ориентированием на местности, используя компас и подсказки: записки, ребусы, загадки. Так будет увлекательнее.

Договорить не удалось — внезапно сигнальные фонари Нышты погасли. Засверкали спустя час.

— Отключили свет? — догадался Ништа. — Как тебе показалась моя идея?

— Как обычно, «Света» ушла в самый неподходящий момент, — посетовал он. — А замысел твой отличный! Днём мы с отцом будем в городе. А ты тем временем подготовь задание на поиск и отправь мне по приезде. Желательно без стекляшек, это несерьёзно.

— Конечно, не ребёнок ведь — закопаю мамины драгоценности, а задание у меня уже есть. Сейчас скину.

— Вот и хорошо, обожаю цацки! Только будь осторожен, чтобы никто тебя не видел.

На следующий день Ништа собрался было заложить тайник, как зашёл брат.

— Вот те на! — удивился Ништа. — Что, отложили поездку?

— Куда?

— Как это куда? Ты же сам говорил, что с отцом едешь в город.

— Ты что-то путаешь, братец. Не мог я так сказать, тем более, ночью кто-то выкрутил лампочки из плафонов на крыше?

— Получается, твой телеграф не работал, но я всё равно получал от тебя сообщения? — с иронией заметил Ништа. — Ерунда какая-то. Тебе это ни о чём не говорит?

Нышта захлопал глазами.

— Хочешь сказать, что кто-то перехватывает нашу переписку?

— Вот именно!

Чтобы ввести брата в курс дела, Ништа рассказал ему о разговоре с мошенником прошлой ночью. Затем он растерянно пробормотал:

— Что нам теперь делать? Может, расскажем отцу, он ведь следователь?

— Ни в коем случае! — отрезал брат. — Сами разоблачим этого надувальщика!

— Я тоже с вами! — вдруг захныкала Красотуля, сидевшая рядом.

— Доедай кашу и играй в секретики с Мумушем, — категорично заявил брат. — Кстати, вон и папа идёт!

— Почему ты одна? — поинтересовался тот, обняв дочурку. — Где Ништа?

— Ушёл с Ныштой, — ответила малышка, показав пальчиком на распахнутое окно.

— Куда?

— Отдавать цацки надувальщику шариков.

— Какие «цацки»? — встревожился отец, почувствовав неладное. Затем, попросив соседку присмотреть за дочкой, поспешил в прокуратуру.

Тем временем братья закопали коробку из-под обуви и, укрывшись в кустах, стали ждать появления «гостя». С наступлением сумерек из-за угла дома вышел мужчина, который двигался осторожно, постоянно оглядываясь по сторонам. Подойдя к вазону с розами, он нервно закурил, а затем быстро выкопал из-под него «секретик».

 Едва заглянув внутрь, он в панике выронил коробку — вместо драгоценностей в ней оказались игрушечные наручники. Мужчина попытался было убежать, но тут появился Мумуш и мёртвой хваткой вцепился ему в штанину. В следующее мгновение из-за забора выскочили милиционеры, преграждая путь к бегству.

Когда на запястьях бывшего радиста, скрывавшегося под чужим именем, защелкнули настоящие наручники, из служебной «Волги» вышел отец Ништы. Его лицо, обычно сохранявшее спокойствие и собранность, теперь выглядело как маска. Он медленно подошёл к «пинкертонам», которые, выпятив грудь, ждали заслуженной похвалы.

Отец долго молчал, переводя тяжелый взгляд с побледневшего мошенника на детей и пса Мумуша.

— Ну, — наконец произнес он глухо. — Герои.

Ништа расплылся в улыбке, но она тут же погасла, встретившись с отцовским взглядом. В его глазах не было гордости — лишь ледяной ужас, который тщетно пытался скрыть за профессиональной выдержкой.

— Вы хоть задумывались, — начал тот, — что преступник мог быть вооружен? Что за вами из темноты могли наблюдать его сообщники?

— Но папа, мы же всё рассчитали! — попытался оправдаться Ништа.

— Это вам не игра в «секретики» с Красотулей, — перебил его отец. — Вы поставили на кон свои жизни ради детской шалости. И меня подставили как сотрудника прокуратуры, который обязан был предотвратить преступление, а не превращать его в цирковое представление.

Затем он тяжело вздохнул.

— Я горжусь тем, что вы не испугались, — добавил он тише, но всё так же сурово. — Считай, что вам повезло. Но в нашей работе везение — плохой союзник. А теперь — марш в машину! И чтобы я больше никогда не видел вас в подобных «засадах».

Братья, пристыженные и подавленные, молча кивнули. Они поняли: отец не просто следователь. Он — человек, который едва не потерял самое дорогое — детей. И этот урок оказался для них страшнее любого наказания.

Впрочем, избежать расплаты за свою затею выдумщикам не удалось. Только наказание пришло не от отца, а от сестрёнки Красотули. Девчушка, смекнув, что братья собираются отдать мамины украшения какому-то «надувальщику», решила перепрятать их в огороде — да так надёжно, что сама забыла, где именно. В итоге братьям пришлось перелопатить весь огород, прежде чем найти её "секретик".

Обессиленно опустившись прямо на грядку и с болезненной гримасой разглядывая водянистые мозоли на ладонях, Ништа пробормотал:

— Ну что, допрыгались? А ты говорил, что мальчишки в «секретики» не играют!

Ребята посмотрели друг на друга, и над огородом раздался дружный, искренний хохот. Даже Мумуш улыбнулся.


Рисунок из интернета.