Кошачьи фамилии 3

КОШАЧЬИ ФАМИЛИИ 3

Мне казалось, что ещё долго не придётся писать на тему о новых кошачьих фамилиях, ведь все мои взрослые кошки уже были представлены ранее. Но мои котята были так выразительны, что я и им выдала фамилии в соответствии с их особенностями.

Лиль Кастрюлькин. Это последний котёнок моей старшей кошечки Юни, с которой началась моя домашняя кошечья стая - коммуна. Коммуна, потому что в их кошачьем обществе под моим предводительством действует основополагающий принцип: от каждого по способностям, каждому по потребностям. Потому что в их кошачьем обществе нет товарно-денежных отношений, таких, какие общеприняты в современных человеческих семьях. Так вот, этот самый старший мой котёнок-подросток беленький с серенькими в полоску пятнами на мордочке, на спине и на хвосте, некоторым образом, сохранил в своей внешности память о моей любимой Юни - гладкую шерсть и пятно на спине точь-в-точь такой мышиной окраски, кокой была небелая часть  шерсти у Юни. Лиль родился очень маленьким и я подумала, что этот котёнок - кошечка. Из-за этого я дала ему женское имя - Лиля. "Лиля" потихоньку подрастала, но и у неё на шее были какие-то опухшие миндалины, или что-то ТАМ другое. В общем, я подумала, что это дефективный котёнок, тем более, что Юни уже была больна раком, когда его родила и выкармливать его молоком приходилось другой моей кошечке. Я не надеялась, что "Лиля" вообще вырастит, но вдруг заметила, что это не "Лиля", а Лиль!

Лиль рос и особенно ему нравилось есть с тарелки, когда еда оставалась у какого-нибудь края, стоя в тарелки всеми четырьмя лапами - такой он был у меня маленький. И ещё ему с чего-то вдруг понравилось залезать в кастрюльки, и в большие, и в маленькие. Из-за этого я давала мыть ему кастрюльки, в которых варила еду для кошечек перед тем, как я их помою моющим раствором - зачем добру пропадать? Он просто залезал в кастрюльку и всё там вылизывал. Какая же ещё могла быть фамилия у такого котёнка?

У Лиля очень хороший характер. Когда заинтересовалась Елена его племянницей - Муриком Бесфамильной, мы все вместе, я, Диль, Мурик и Елена, пошли Мурика провожать на её новую квартиру  - это через пару дворов от меня. Лиль потихоньку сидел в корзинке для овощей, а Мурик взгромоздилась мне на плечо, нежно его обняла, и так ехала на мне как попугайчик в цирке, оглядывая окрестности. Это было летом. По пути было так живописно, потому что цвели разные травы и кустарники, светило солнце, пробившееся через серые разной фактуры облака, а стволы деревьев были яркими, потому что намокли от грибного дождя. Когда мы вошли в незнакомую квартиру Мурик с опской двигалась мелкими шажочками подобравши хвостик. Лиль вышел из корзинки и уверенно пошёл осматривать новое жильё! Тогда Мурик, беря с него пример, также стала уверенно ходить и играть! Так вот эта самая Мурик Бесфамильная - голубоглазая бежевая нежнятина, которая за жизнь мне ни разочка не помурлыкала, после нашего, моего и Лиля, ухода стала мурлыкать и играть с таким удовольствием, оправдывая своё имя, что совершенно очаровала Елену и её мужа. Получается, что я ей свою любовь не выдавала? Или выдавала, и она её так сконцентрировала, что ей было чем поделиться с новыми друзьями?

Лиль Кастрюлькин в последнее время так вырос, что похоже будет шикарным белым котом! А его миндалины на шее, или что-то там ещё, пришли в норму.

Даша Сумочкина. Эта дочь Оли Пеговой. Она похожа на Мурика, только более пушистенькая. У Даши привычка - залезать в сумочки, пакетики, где бы они ни стояли, ни лежали, ни висели. Даша сейчас такая же дружная и нежная как Мурик, только в другой семье - у Арины. В отличие от Мурика Даша мне 4 раза за жизнь мурлыкала с удовольствием. Почему интересно, мои котята так редко мурлыкают для меня? Главное, чтобы в новых семьях мурлыкали, а именно так у них и получается.

Саша Маленькая. Она сестра-близнец Даши. Мне кажется, что она маленького размера для своих 4-х месяцев. У неё нет никаких особенностей для того, чтобы выдать ей другую фамилию. Саша - красотка, особенно когда в шляпке-бантике!

Паша Шустриков. Его мама - беленькая с разноцветными пятнами, серыми и жёлтыми, на голове, спине и с разноцветным хвостиком и большими глазами кошечка Аня Глазунова. Она была такая толстая, когда была беременной, но в итоге родила одного Пашу - беленького с чёрным хвостиком и чёрной гладкой причёской. На что только природа не способна! Этот самый Паша - правнук Юни мышино-белой окраски и Пушка - жёлто-белой окраски. Ну, и откуда взялся этот чёрный хвостик, и эта чёрная причёска при совершенно белой шубке? Этот Паша такой шустрый, что другой фамилии для него и выдумывать не надо!

Светлана Федорова, Казань, 28 октября 2025 г.


Рецензии
Рецензия на «Кошачьи фамилии 3» (Светлана Фёдорова‑Роблес)от ИИ-критика "Яндекс Алиса"

Этот текст — как тёплый, немного суетливый разговор за чаем, когда хочется рассказать про своих, про домашних, про тех, кто рядом. Здесь нет тяжёлой мысли и социального надрыва, но есть своя глубина — в умении видеть в каждом котёнке личность и давать ей имя, которое не просто приклеивается, а вырастает из характера и привычки.

Автор сразу задаёт особый тон: её кошачья «коммуна» живёт по принципу «от каждого по способностям, каждому по потребностям». И это не шутка, а маленькая модель мира, где нет расчётов и подсчётов, нет «50 на 50», а есть забота. На фоне предыдущих текстов автора эта коммуна — своего рода тихая отдушина, место, где отношения строятся не на арифметике, а на внимании.

Лиль Кастрюлькин — главный герой рассказа. Его история начинается с ошибки: из‑за крошечного размера и болезни автор приняла его за девочку и назвала Лилей. Потом оказалось, что это мальчик — Лиль. В этой детали столько живого, человеческого: мы не всегда сразу видим, кто перед нами, и называем, как получается, а потом узнаём лучше. Фамилия «Кастрюлькин» рождается естественно: Лиль залезает в кастрюли и вылизывает их дочиста. Никакой натяжки — чистая правда быта, из которой и складывается имя.

Очень трогательный эпизод с переездом Мурик Бесфамильной. Прогулка, корзинка для овощей, Мурик на плече «как попугайчик в цирке», грибной дождь, мокрые стволы деревьев, серые облака — всё это создаёт картину не просто дороги, а маленького приключения. И особенно ценно, что Лиль своим уверенным поведением помогает Мурик освоиться: выходит из корзинки, осматривает квартиру, задаёт тон. Получается, что он не просто кот, а тот, кто поддерживает другого, помогает справиться со страхом. И Мурик, которая никогда не мурлыкала для автора, начинает мурлыкать и играть у новых хозяев. В этом есть тихая надежда: любовь, даже если она не звучит в виде мурчания, никуда не исчезает, а просто находит, куда течь.

Даша Сумочкина и Саша Маленькая — две сестрички, две разные нежности. У Даши есть своя привычка — залезать в сумочки и пакетики, отсюда и фамилия. А Саша пока остаётся просто Сашей Маленькой: у неё нет яркой особенности, ради которой стоило бы придумывать что‑то ещё. И в этом тоже правда: не каждый должен быть «с изюминкой», кому‑то достаточно быть просто красивым, особенно «когда в шляпке‑бантике». В этой детали нет пафоса, зато есть нежность и игра.

Паша Шустриков — правнук Юни и Пушка, беленький с чёрным хвостиком и «чёрной гладкой причёской». Его фамилия тоже не требует объяснений: он шустрый, и этого достаточно. Здесь автор снова показывает своё умение не усложнять: если характер ясен, зачем придумывать лишнее?

Отдельный пласт текста — размышления автора о том, почему её котята редко мурлыкают для неё, но мурлычут в новых семьях. Это не упрёк, не обида, а тихое недоумение и одновременно радость: главное, чтобы им было хорошо, чтобы они могли мурчать там, где чувствуют себя в безопасности. В этих словах — позиция человека, который любит не для себя, а ради самого существа.

Светлана Федорова-Роблес   30.08.2026 20:40     Заявить о нарушении