Сказочная троица. Зачарованный дед Макар

В селе Красногорск, по соседству с домом, где обитал домовой Иванушка, стояла изба деда Макара, чьи стены хранили секреты трав и домашнего кваса. Не просто знахарь, а истинный кудесник солодового напитка, дед Макар был известен на всю округу. Молва гласила: «Ищешь праздника на язык – стучись к Макару». Но при всей славе таил старик слабость – сердце нараспашку. И вот однажды эта доброта и привела его к встрече с рыжей бестией Ланочкой, ведьмочкой с огоньком в глазах. А может, и не бестией вовсе, а просто очень уж лукавой особой.

Промозглым утром вышел дед Макар на крыльцо и обомлел: на дороге сидит кошечка – шёрстка огненно-рыжая, глаза – изумруды. Мяукала так жалобно, что сердце старого знахаря дрогнуло.


– Ай-ай-ай, кисонька ты моя горемычная, как же ты тут оказалась? Замёрзнешь ведь, бедняжка! – приговаривал он, бережно подхватывая дрожащий комочек на руки. – Ну-ка, живо в дом, накормлю, обогрею.

Занёс дед Макар найдёныша в избу, поставил мисочку парно;го молока, подстелил мягонькую тряпицу. И тут началось колдовство. Пока дед Макар хлопотал во дворе, кошечка преобразилась. Вместо неё на лавке сидела девушка: волосы – цвета осенней листвы, глаза – омуты морские. Ну, почти морские… Скорее цвета зелёного горошка из банки с соленьями.

– Здравствуйте, дедушка Макарушка! – прощебетала она, кокетливо сморщив носик и поправляя огненную копну. – Холодно мне одной тут. Приютите, пожалуйста. Замёрзла я страшно, пальчики на ногах совсем не гнутся.

Дед Макар дар речи потерял.

– Ты… ты кто такая? Как ты это сделала? Фокусница? Волшебница?

– Ну я же ведьмочка! – рассмеялась она, будто речь шла о самом обычном приветствии. – Ланочка. А ты, дедушка, не пугайся. Я просто погреться хочу. И, может, чуток поболтать.

Дед Макар совсем растерялся, здравый рассудок исчез, как вода из дырявого ведра.

– Ну конечно, конечно! – пробормотал он, поправляя съехавшие штаны. – Устраивайся возле печки. И, пожалуйста, печь мою в жабу не превращай! Нюра! – позвал дед Макар жену. – Приготовь нашей гостье перину на печке.

Баба Нюра окинула странную девушку недоумённым взглядом, но перечить не стала.
Девка оказалась редкостной балаболкой. Такие небылицы плела, что дед Макар забывал обо всём на свете: как квас варить, как хвори лечить и даже как бороду стричь. Под вечер и вовсе имя своё позабыл. Сидел в кресле, будто в радужном сиянии (хотя в избе-то темень), и слушал, как Ланочка соседского кота Мурзика в пингвина превратила.

– А потом я его ещё и по-французски заставила заговорить! – закончила свою историю ведьмочка, заливаясь звонким смехом.

Дед Макар кивал, как будто это был самый обыденный разговор. В голове лишь крутилась мысль: «По-французски? Это как? Может, он теперь ещё и шансон поёт?»

Поздним вечером дед Макар с бабкой Нюрой спать улеглись. Гостья удобно устроилась на печке.

На следующее утро дед Макар проснулся от несусветного шума. Выглянул в окно и увидел: бабка Нюра, как оглашенная, носится по двору с метлой и вопит так, что стёкла дребезжат.

– Да что ж это делается-то! Всё вверх дном перевёрнуто! И куда только эта Ланочка подевалась? И чего это чесноком в избе воняет?

Дед Макар затылок почесал.

– Может, это я вчера чего натворил? Хотя нет, я же только квас пил да с ведьмочкой беседовал.

– А ты ничего странного не делал? – прищурилась подозрительно Нюра.

– Ну… – замялся дед Макар, краснея, как рак варёный. – Так ведь это ж всё Ланочка! Она такая… такая… ну, волшебная!

Нюра не выдержала и побежала к местной ворожее, Варваре Игнатьевне. Та встретила её хмуро.

– Околдовала твоего мужа рыжая бестия Лана. Любит она людской разум морочить, как котёнок – тапки. Единственный способ спасти – старинные средства защиты. Хотя, если он уже под чарами, может и не помочь.

Нюра в избу метнулась, как угорелая, искать эти средства. Все шкафы переворошила, под диван залезла, хотя там, ясное дело, лишь пыль да паутина. И тут её осенило: «А что, если у соседа, Фёдора Ивановича, спросить? Он же всё на свете знает!»

Фёдор Иванович всегда носил с собой записную книжку, где хранил все свои гениальные идеи, даже те, что во сне приходили. Когда Нюра прибежала к нему, он сразу понял: дело серьёзное. Хотя и не ведал, что связано оно с ведьмочкой Ланой.

Выслушал Фёдор, почесал репу и изрёк:

– Ну-ка, посмотрим, что у меня тут есть, – сказал он, открывая свою заветную тетрадь. – Ах, вот оно! Средство от ведьмовских чар! Чеснок, лук, соль да перец. Всё это смешать и натереть дедушку Макара.
Нюра так и сделала. Притащила все ингредиенты, чеснок пах так, что даже мухи в избе чихать начали, и принялась тереть деда Макара. Тот сопротивлялся как мог, но потом понял: так надо.

– Ну ладно, – бурчал он, пытаясь спрятаться под одеялом. – Только не переборщи, а то я и так уже как малосольный огурец!

Когда Нюра закончила, дед Макар почувствовал себя лучше. Чары стали отступать, и он снова стал самим собой. Но ненадолго.

Нюра, полная решимости, отправилась поведать домовому Иванушке, лешему Василию и водяному Толику историю о рыжей ведьмочке Ланочке, что хитростью опоила чарами сердце дедушки Макара. Переступив порог избы, она застала Иванушку не одного, а в компании лесного и речного владык.

– Добрый вечер, Иванушка, Василий и Толик! – промолвила Нюра, стараясь скрыть волнение в голосе. – Беда стряслась с дедушкой Макаром…

– Говори же скорей, Нюра, не томи! – нетерпеливо пробурчал домовой.
Нюра присела у печи, и в жарко натопленной избе поплыл её рассказ:

– Живём мы с дедушкой Макаром в избе ладной, на пригорке. Каждый вечер он выходит на крылечко, прихлёбывает квас из кружки и любуется, как солнце за лес валится, небо красками заливая. И вот однажды видит дед – на пороге кошечка рыжая, махонькая, дрожит вся. Подняла на него глаза зелёные, полные тоски, да так жалобно мяукнула, что у деда сердце сжалось.

– Ох, бедняжка, и как же ты тут очутилась? Замёрзнешь ведь совсем! – воскликнул дед, подхватывая кошку на руки. – Ну-ка, пойдём в избу, молочком тебя напою, у печки согрею да спать уложу.

Только Макар за дровами в сенцы вышел, кошка в девицу обернулась – пригожую да статную, с волосами рыжими, как осенняя листва, и глазами озорными, что искры в них пляшут.

– Здравствуй, дедушка Макарушка! Я Ланочка, – прощебетала девица. – Уж так холодно и одиноко здесь… Пусти меня пожить у тебя, добрый человек.

Дед сначала оторопел, а потом решил, что и правда замёрзла девица, идти ей некуда. И пустил её в дом.

А за пару дней Ланочка успела деда нашего околдовать. И готовит справно, и сказки рассказывает – заслушаешься, и песни поёт – словно соловей заливается. Дед наш с неё глаз не сводит, будто солнце в избе поселилось. Только я вижу, что с каждым днём он всё рассеяннее да задумчивее становится, мысли его где-то далеко бродят.

Поняла я, что сама не справлюсь. Решила к вам за помощью обратиться… – закончила Нюра свой рассказ, вглядываясь в лица своих слушателей. – Помогите чары с деда снять, молю!

Домовой Иванушка, леший Василий и водяной Толик обменялись серьёзными взглядами и в один голос решили помочь.

Итак, когда дело дошло до избавления дедушки Макара от колдовства рыжей ведьмочки Ланочки, трое друзей собрались вместе. Иванушка, как и подобает домовому, был крепеньким, круглолицым. Василий-леший зеленел круглый год, его неизменным атрибутом была дубинка, которой он отваживал незадачливых грибников от потаённых лесных мест. А Толик-водяной и шагу не ступал без своего любимого аквариума с золотыми рыбками, которые, по его утверждению, нашёптывали ему дельные советы.

Дело предстояло не из лёгких, ведь Ланочка была искусна в перевоплощениях и меняла облик как перчатки: то кошкой прикинется, то вдруг окажется летающей тарелкой, а в следующее мгновение и вовсе сковородкой обернётся! Каждая новая метаморфоза сбивала героев с толку.

– Ну что, братцы, как изловить эту колдовскую бестию? – вопросил Иванушка, попыхивая своей трубочкой.

– Я думаю, стоит начать с околиц, – промолвил Василий, почёсывая затылок, перебирая варианты в густой чаще мыслей. – Может, кто видел, куда она запропастилась.

– Или ведает, где её сыскать, – мечтательно добавил Толик, и золотые отблески в его глазах будто вторили кивкам его верных рыбок.

И решили они первым делом обратиться к деревенской колдовке Матрёне, чей дом благоухал колдовскими травами и настойками. Увидев на пороге домового, лешего и водяного, Матрёна опешила.

– Иванушка, Василий, Толик! Какими судьбами? – воскликнула она, вглядываясь в незваных гостей поверх стёкол.

– За подмогой пришли, Матрёна, – молвил Иванушка, извлекая из-за пазухи круглую, пахнущую свежестью буханку, что всегда сопровождала его в странствиях.

– Ах, ну конечно, – улыбнулась колдовка, принимая хлеб. – Что стряслось?

– Ланочка, ведьмочка рыжая, деда Макара извела колдовством, – проворчал Василий, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу и роняя наземь свою верную дубинку.

– И что же вы замыслили? – осведомилась Матрёна, прищуриваясь.

– Хотим её схватить! – выпалил Иванушка, сжимая кулаки.

Матрёна усмехнулась, предвкушая интересную затею, и достала из старинного сундука пыльную книгу заклинаний.

– Слушайте-ка, друзья мои, – прошамкала она, почёсывая большой нос. – Чтобы Ланочку изловить, нужна вам клетка железная, старая да краской заговорённой вымазанная. Та краска колдовство подавляет, чары творить не даёт. Только вот где такую раздобыть?

Герои призадумались. Иванушка вспомнил про кузнеца Илью, чей дом стоял на отшибе, в городе Кириллове.

– Знаю я одного умельца, – сказал он. – Кузнеца Илью. Он всегда готов помочь, если нужда припрёт.

– Тогда в путь! – воскликнул Василий.

– Сперва бы подкрепиться, – перебил его Толик, выуживая из своего миниатюрного аквариума рыбку, которая, высунув любопытную мордочку, пропищала:

– А я что, не попутчик?

Привал устроили у реки. Иванушка и Василий принялись раскладывать провизию, а Толик, как истинный водяной, бросился к прохладной воде освежиться. Василий, леший до мозга костей, не жаловал мокрые ноги и остался на берегу.

– Эй, Толик, не утони там! – добродушно крикнул он, глядя, как водяной с плеском ныряет в речную гладь.

Вскоре Толик вернулся мокрый, но довольный.

– Ну что, подзаправились? – спросил он, плюхаясь рядом с друзьями.

– Поели, теперь пора к кузнецу, – ответил Иванушка, утирая губы.

Герои отправились в путь, упросив торговца подвезти их до города. Усевшись на телегу, они покатили по пыльной дороге. Вскоре торговец принялся травить байки о том, как однажды видел лешего Василия, гоняющегося за лисой, и домового Иванушку, пытающегося поймать юркого воробья.

– Ох, не могу больше! – хохотал Толик, держась за живот. – Как вспомню, так и живот надорвёшь!

Торговец, заразившись всеобщим весельем, тоже расхохотался.
Леший Василий, домовой Иванушка и водяной Толик сидели на краю нагруженной товаром телеги, перебрасываясь шутками и наслаждаясь попутным ветром. Торговец неспешно вёз их навстречу новым приключениям. Он то и дело рассказывал о своих торговых делах, а друзья весело перебивали его, разбавляя рассказ смехом и прибаутками.

– Ну и как, не скучно вам, лешим да водяным, в лесу сидеть? – поинтересовался торговец, оборачиваясь к Василию.

– Да где там скучать! – отмахнулся леший. – Каждый день что-нибудь да приключится. То русалки косы заплетают на лугу, то леший новоиспечённый тропу потеряет. А вчера, представь, белки устроили соревнования по деревьям, так мы с ними до темноты играли.

– Вот это да! – восхитился торговец. – И помогаете им ещё?

– А как же без этого! – кивнул Иванушка. – Недавно медвежонок потерялся. Так мы с Василием его весь день искали, пока не нашли. А Толик потом показал ему речку, где рыба плещется.

– Рыбалка-то – наше пристрастие! – провозгласил водяной, и глаза его заискрились озорством. – Особливо на закате… Когда река пламенеет отблесками солнца и рыба сама, заворожённая, в руки просится. А ещё мы балуемся состязаниями – кто за час удит больше всех!

– И кто же обычно первенство держит? – с любопытством осведомился торговец.

– Да я, само собой! – Толик распушился от гордости. – Но и Иванушка с Василием – тоже ребята хваткие. Хоть и домовой с лешим, а удильщики – хоть куда!

– Эх, рыбалка у нас – это целый обряд! – подхватил Василий, мечтательно прикрыв глаза. – Сперва место укромное выискать, потом костерок разложить, чтобы душеньку согреть, а уж потом и за удочки браться можно.

– А я вот думаю, рыбалка – она не только ради улова, – протянул Иванушка, вглядываясь в дрожащее пламя костра. – Она про дружбу, про поддержку братскую. Вот, к примеру, недавно у нас в лесу беда приключилась – пожар. Так мы всем лесом, единой семьёй пламя унимали. И даже Толик, не покладая рук, воду из реки таскал!

– А как иначе? – фыркнул водяной, забавно надув щёки. – Не мог же я друзей в беде оставить! Лес – это дом наш, оберегать его – святое дело.

Так они и щебетали под треск костра и плеск речной волны, пока сумрак не окутал землю. Решили путники заночевать у костра, что развёл торговец. Сидели, грелись у огня, травили байки да небылицы разные.

– Хорошо у вас тут, говорите, всегда весело, – промолвил торговец, помешивая в котелке нехитрую кашу. – А как с опасностями-то справляетесь?

– Да какие опасности! – отмахнулся леший, словно от назойливой мухи. – Ну волк пробежит, медведь… Мы их стороной обходим, и делу конец. А если уж совсем припечёт, я могу такого шороху навести, что косолапый сам пятками засверкает!
Недавно случай был: вышел медведь на поляну, а я ему такой концерт закатил, что его, беднягу, только в кустах и видели!

– А если чужак какой забредёт? – полюбопытствовал Иванушка.

– Ох, вот тут-то и начинается самое интересное! – расхохотался Василий, потирая руки. – Мы с ребятами им такие испытания устраиваем – закачаешься! То болото заколдуем, то реку вброд перейти заставим, то загадки мудрёные зададим. А если кто упрямый попадётся, так мы ему таких страшилок про леших да водяных расскажем, что наутро и след его простынет!

– А я могу показать, как рыбу ловить! – вдруг предложил Толик, и глаза его лукаво блеснули. – Хотите, покажу?

– Давно мечтаю! – оживился торговец.

Толик, как заправский рыбак, молниеносно извлёк удочку, проворно насадил упитанного червяка на крючок и отправил леску в объятия реки. Не успели стихнуть круги на воде, как он уже извлекал из глубин серебристую рыбку, трепещущую на солнце.

– Вот он – мой трофей! – гордо провозгласил Толик, демонстрируя свой улов. –
Теперь ваша очередь, друзья!

Друзья, воодушевлённые успехом Толика, по очереди пытались покорить водную стихию, но удача отвернулась от них.

– Да что ж это такое творится! – сокрушённо вздохнул Иванушка, с досадой разглядывая пустой крючок. – У Толика рыба сама в руки идёт, а у нас – будто место заколдованное!

– Не кручинься, – утешил его леший, по-отечески похлопав по плечу. – Главное – духом не падать! Давай-ка ещё разок попытай счастья.

После нескольких настойчивых попыток друзья наконец ощутили долгожданную тяжесть на ле;ске и выудили каждый по паре-тройке рыбок.

– Ну вот, видите? – ликовал Толик, одаривая всех широкой улыбкой. – А теперь давайте запечём наш улов!

– Идея – огонь! – поддержал торговец, предвкушая ароматный ужин. – Дров я подкину, и устроим пир на весь честной мир!

Так и провели они ночь у костра, рассказывая небылицы, делясь сокровенными тайнами и наслаждаясь дымящейся, пропитанной ароматом костра рыбой.

Под утро, когда первые лучи солнца раскрасили небо в нежные акварельные оттенки, они продолжили свой путь. Вскоре перед их взорами открылся древний русский городок Кириллов, будто сошедший со страниц старинной сказки.

– Поглядите, какие хоромы дивные! – не удержался Иванушка, указывая на деревянные дома, украшенные кружевными наличниками. – А улочки-то какие уютные!

– И запах свежей выпечки дразнит ноздри издалека! – добавил Толик, принюхиваясь. – Но сначала нам нужно отыскать кузнеца.

В городе от кузнеца они услышали печальную весть: купец, владевший желанной клеткой, укатил на шумную ярмарку в соседний город.

– Эх, вот незадача! – сокрушённо вздохнул Иванушка. – Теперь нам туда держать путь.

– Не печалься, прорвёмся, – бодро отозвался Василий.

– Главное, Ланочку изловить, – добавил заботливый Толик, думая о дедушке Макаре.

По дороге им повстречался старик, продававший румяные, пышущие жаром пирожки с картошкой.

– Дедушка, дай-ка нам три пирожка, – попросил Иванушка, извлекая из кармана звонкую монетку.

– С превеликим удовольствием, ребятки, – улыбнулся старик, протягивая им дымящиеся пирожки. – Только осторожнее, жар в них адский!

С пирожками герои двинулись дальше.

Наконец они добрались до соседнего города, где вовсю бурлила ярмарка, будто пёстрый котёл, полный диковин и чудес. В этом калейдоскопе лавок и палаток они высмотрели купца, предлагавшего невиданные товары заморские.

– Здравствуй, уважаемый, – обратился к нему Иванушка, слегка робея перед богатым купцом. – Нам нужна твоя помощь, дело у нас есть.
Купец, удивлённый появлением столь необычной компании, поначалу потерял дар речи.

– Что вам надобно, странники? – спросил он, не скрывая любопытства.

– Нам клетка нужна, старая, кованая, железная, – важным тоном промолвил Василий, – да краской заговорённой, от нечисти защищающей, покрытая.

Купец нахмурил лоб, погружаясь в раздумья.

– Зачем она вам? – поинтересовался он, подозрительно прищурившись.

– Ведьму изловить, – выпалил Иванушка, не дрогнув ни единым мускулом на лице.

Купец задумался ещё глубже, а потом лукаво прищурился, как кот, завидевший лакомую мышь.

– Ладно, – протянул он, – отдам я вам клетку, но взамен вы должны принести мне золотое яйцо от курицы бабки Фёклы. Знаете ли, славится та курица тем, что несёт яйца, светящиеся в ночной темноте.

Герои переглянулись, оценивая сложность задачи. Но, решив не сдаваться, Иванушка твёрдо ответил:

– Договорились, принесём тебе это дивное яйцо!

Купец, довольный сделкой, расплылся в улыбке и заверил друзей, что клетка будет ждать их возвращения с чудесным даром.

– Так, друзья мои, – произнёс леший, поправляя свою видавшую виды мохнатую шапку, – нам предстоит дело особое. Нужно добыть золотое яйцо от курицы бабы Фёклы!

Все трое замерли, уставившись на лешего. Домовой Иванушка даже подпрыгнул от неожиданности.

– Золотое яйцо?! Да это же серьёзно! – воскликнул он в тревоге. – Ох, и непросто нам придётся!

Водяной молча закивал, соглашаясь с опасениями домового.

– И то верно, – пробормотал он. – Баба Фёкла – старуха знатная, не промах.
Курица её ночью светится. Там и днём-то жутковато, а уж ночью…

Леший нахмурился, но возражать не стал.

– Ерунда! – отрезал он. – Я же сказал, дело важное. Яйцо – ключ к успеху нашего замысла. Мы должны его достать, чего бы это ни стоило!

Все замолчали, обдумывая слова лешего. Наконец домовой Иванушка, как самый пронырливый из них, решил взять инициативу в свои руки.

– Ладно, – сказал он, почесав в затылке. – Я знаю, где живёт баба Фёкла. Избушка её стоит на самой окраине города, а курица – настоящая местная знаменитость. Давайте туда сходим, разведаем обстановку, приглядимся.

Леший и водяной обменялись тревожными взглядами: опасливая тень сомнения в глазах одного и сдержанное, но ощутимое беспокойство в другом.

– Ты уверен? – прошелестел водяной, будто камышовая веточка на ветру. – Это ведь… чревато.

– Да что там! – отмахнулся Иванушка со свойственным ему безрассудством. – Я к Фёкле за яйцами, почитай, как к себе домой бегал! Добрая она старушка, зла от неё не увидишь.

Леший, поколебавшись, коротко кивнул, и троица двинулась в путь. Дорога вилась, петляя меж корявых корней и замшелых валунов, пока не привела их к покосившейся избушке бабы Фёклы. Стояла она на отшибе, позабытая и людьми, и богами. Колодец, поросший мхом, покосившийся забор с облетевшей краской окружали её владения, а вокруг царила тишина, лишь изредка вспарываемая сонным кудахтаньем кур.

Иванушка, как самый смелый, подошёл к калитке и тихонько постучал. Скрипнула щеколда, и через мгновение дверь приоткрылась, явив на пороге саму бабу Фёклу – древнюю как мир, но с лучистыми добрыми глазами. Морщинистое лицо её, исписанное временем, хранило в себе мудрость веков.

– Здравствуй, бабушка Фёкла, – вежливо поклонился Иванушка. – Мы к тебе по важному делу.

Старушка одарила их тёплой улыбкой и пригласила войти. Внутри избушки было натоплено и уютно. Пахло сушёными травами и свежим хлебом. На столе красовалась плетёная корзина, полная разномастных яиц, а в углу на видавшей виды лавке развалился здоровенный рыжий кот, похожий на ленивого боярина.

– Ну рассказывайте, что за нужда к моей избе вас привела, – проскрипела баба Фёкла, усаживаясь на лавку. Казалось, что она ждала их всю жизнь.
Иванушка не стал ходить вокруг да около. Выпалил, как камень с души сбросил:

– Нам нужно золотое яйцо от твоей пеструшки. Хотим его у купца на клетку выменять!

Баба Фёкла удивлённо вскинула седые брови, сморщив переносицу, будто увидела небывалую диковину.

– Золотое яйцо? – переспросила она, сомневаясь в собственных ушах. – Что ж… Дать-то я вам его могу. Только вот скажите мне, добры молодцы, зачем оно вам?

Леший и водяной переглянулись. Не ожидали такого поворота. Но решили говорить правду, чистую, как родниковая вода.

– Хотим мы деду помочь, – пробасил леший. – На него ведьма чары злые наложила.
А для поимки её нужна клетка – не простая, волшебная. Купец за неё только золотое яйцо и просит.

Баба Фёкла задумалась, поглаживая свою узловатую руку.

– Хорошо, – наконец изрекла она, и решение это далось ей ценой огромных усилий.

– Я дам вам яйцо… Но с условием: как изловите ведьму, ко мне её приведите, собственной персоной!

Леший, Иванушка и водяной не раздумывая согласились. Баба Фёкла встала, подошла к корзине и достала одно яйцо, окутанное нежным золотым сиянием.

– Берите бережно, – предупредила она, отдавая самое дорогое. – Хрупкое оно… как девичья мечта.

Троица осторожно приняла дивный дар. Яйцо было тяжёлым и излучало тепло. Баба Фёкла ласково улыбнулась.

– Пусть оно принесёт вам удачу, – напутствовала она. – И помните уговор.
Выйдя из избушки, они почувствовали себя настоящими героями. Без лишних слов и промедления направились обратно в город.

Тем временем на ярмарочной площади друзья – леший Василий, домовой Иванушка и водяной Толик – переминались с ноги на ногу, крепко сжимая в руках то самое выменянное у бабки Фёклы золотое яйцо. Василий с присущей ему степенностью разглядывал диковинку, нахмурив лохматые брови, в глазах – любопытство, смешанное с тревогой. Иванушке же не терпелось узнать, что таится внутри. Он то и дело подпрыгивал, потирал ручки, предвкушая неведомое. Самый юный из компании, водяной Толик, тихонько переглядывался с домовым, то ли пытаясь угадать его мысли, то ли ища поддержки.

– Ну что там, а? – не выдержал Иванушка, едва сдерживая волнение. – Яйцо с сюрпризом? Золотой самородок? А вдруг это… яйцо счастья?

– Не знаю, – пожал плечами Василий, задумчиво нахмурившись. – Но чую, что штука волшебная. И не смотри так, Иванушка! Не просто так всё это!

– А давай разобьём его! – предложил Толик, подпрыгивая на месте. – Вдруг там что-нибудь интересное? Или то, что поможет нам деда расколдовать?

В городе долго искать не пришлось. Вскоре они нашли лавку купца и предъявили ему золотое сокровище.

– Неужели добыли? – округлил глаза торговец, рассматривая сверкающий трофей.

– Вот оно, золотое яйцо, – подтвердил леший.

Купец на миг задумался, но тут же расплылся в улыбке.

– Что ж, уговор есть уговор! – заявил он, протягивая им железную клетку. – Забирайте!

Клетка была старая, массивная. Покрытая таинственными рунами, она выглядела внушительно и даже немного зловеще.

– Как этой штукой пользоваться? – с опаской спросил Иванушка, разглядывая клетку со всех сторон.

– Клетка древняя, – объяснил купец, поглаживая окладистую бороду. – Предназначена для нейтрализации магии. Помните, она работает только с настоящим колдовством, а не с шутками-прибаутками. Если попытаетесь поймать обычного фокусника, ничего не выйдет.

– Спасибо большое! – поклонился Василий, чуть не задев головой землю. – Будем осторожны!

– И помните, магия – опасная штука, – напутствовал их купец, строго глядя поверх очков. – Будьте бдительны! И если что, обращайтесь, помогу чем смогу.

Герои поблагодарили купца и, довольные обменом, поспешили обратно в лес. Они шли, обсуждая, как применят волшебную клетку.

– Теперь у нас есть защита от злых колдунов! – заявил Василий, самодовольно размахивая шапкой. – Считай, все барыши нам достались! Теперь заживём в лесу спокойно. Никто больше не посмеет вредить деревьям и обижать зверьё!

– Давайте сначала с этой клеткой к Ланочке в гости сходим, – предложил Иванушка, усмехаясь. – Давно у неё не были. Уж она-то компании обрадуется!
Водяной Толик, всегда насторожённый, проронил с тревогой:

– Ланочка? А не околдует ли она нас? Мы ведь не ведаем всей мощи её колдовства…

– Не робей, Толик, – успокоил его леший Василий. – Наша тактика проста и стремительна. А клетка, как я полагаю, станет нам верным союзником.

Под покровом непроглядной ночи они неслышно пробирались к жилищу Ланочки. Иванушка, шагая впереди, щедро рассыпа;л анекдоты, отвлекая внимание.

– Слыхали, как медведь вздумал рыбку поймать? – заливался он. – Идёт медведь по лесу, вдруг видит – река перед ним бурлит, вода кипит от рыбы. Решил он половить рыбки. Сел на берегу, удочку приготовил и смотрит внимательно на поплавок. Сидел-сидел, ничего не клюёт. Обозлился мишка, вскочил и как рявкнет: «Ну сколько можно ждать?! Я же не чай завариваю!» Тут рыба наконец-то попалась, а удочка сломалась. Медведь расстроился, почесал затылок и произнёс задумчиво: «Надо было сразу ломать удочку… Тогда бы точно понял, почему ничего не ловится!»

Ланочка, прильнув к окну, внимала музыке, да вдруг взгляд её упал на улицу.
Увидев Иванушку, озарилась улыбкой:

– О, какие гости пожаловали! Заходите, дорогие!

Иванушка, продолжая балагурить, всё ближе подходил к дому. Леший Василий обогнул избушку и возник за спиной у Ланочки. Мгновение – и клетка с грохотом накрыла ведьму. Ланочка, едва успев обернуться злобной колдуньей с острыми когтями и глазами, мечущими молнии, взвыла:

– Что вы творите?! Выпустите меня сейчас же!

Но клетка, окованная магическими рунами, оставалась непреклонной. Ланочка металась, царапала прутья, но всё тщетно.

– Вот видишь, Иванушка, – усмехнулся леший Василий. – Иной раз анекдот – оружие почище колдовства.

Домовой Иванушка расхохотался во весь голос.

– Да, Ланочка, мои шутки всегда вызывали у тебя лишь смех. Теперь, похоже, мы нашли способ, как усмирить твою магию.

Водяной Толик пробормотал, облегчённо вздохнув:

– И наконец вернём деду Макару разум и покой.
Ланочка, сознавая своё поражение, бессильно уронила руки.

– Хорошо, – выдавила она, тяжело дыша. – Вы победили. Но помните: магия – не забава.

– Ведаем, – ответил леший Василий. – И отныне будем зорко следить, чтобы она не попала в дурные руки.

Ланочка умолкла, и печаль омрачила её взгляд.

– Может… может, я всё же смогу помочь вам? – прошептала она тихо. – Есть у меня знания, полезные вам.

– Благодарствуем, не стоит. – Иванушка почесал затылок. – Сами справимся.
Леший Василий с водяным Толиком переглянулись.

– Ладно, – произнёс Василий после недолгого раздумья. – Мы подумаем над этим.
Но пока останешься в клетке.

Ланочка вздохнула, но спорить не стала.

Так леший Василий, домовой Иванушка и водяной Толик одолели ведьмочку Ланочку и вернули мир в лес.

– Ну что, братцы, – промолвил Василий, приглаживая бороду. – Пора нам и другими делами заняться.

– А что, если на рыбалку махнём? – предложил Иванушка, потирая руки. – Есть у меня удочка припасённая, да всё никак не опробую.

– Мысль здравая, – согласился Толик, расплываясь в улыбке. – Давеча, однако, мы обещали отвезти клетку с Ланочкой к бабе Фёкле. Та уж научит её уму-разуму.

И они, весело переговариваясь, двинулись в сторону избушки бабы Фёклы, дабы оставить клетку с Ланочкой на её попечение. А навстречу им летели новые приключения, и лес вновь наполнился миром и тишиной.