Колдунья пашка

  Отпуск выдался на зиму. Ну не умею я их гулять, отпуска эти проклятые! То ли дело работа! Там и сам движешься, и башка без дела не болтается. Как минимум всё чего-то размышляешь, выдумываешь, высчитываешь… А тут замер! Да ещё зимой, в декабре! Ясен пень, что через два дня я возлюбил диван лютой ненавистью. Хорошо хоть ящик намекнул про смену обстановки. Дунуть что ли куда-то недалече, верст за пять… сотен? Ненуачё? Дней десять — максимум две недели хватит домой прибежать? Можно и ружьишко взять! Глядишь — и подстрелю чего?
Сказано-сделано! Собрал я харчи на две недели и всё необходимое, наполнил «сидор» и махнул в славный град Мышкин! Может потому, что электроником там подвизался, а может потому, что друзей-газовиков у меня там в изобилии, что газопровод обслуживают. И вот под беленькую они мне рассказали, что есть в земле Коми место, где чернобурок хоть с кашей жри! Так и вертятся перед глазами! А, если повезёт, то можно и песца заколбасить! Годится! Я и стрелять умею, и на лыжах не новичок — вперёд! Закинули они меня на вертушке и пообещали в следующий рейс забрать. Но я их предупредил, что обратно на лыжах пойду, так что есичё пусть вдоль газовой трассы ищут. Ну и пошуршал в сторону дома.
Через полдня верст через сорок следы пошли. Много следов. И чернобурок видел, но издаля. Потом приноровился: ночью у костра кемарю, а днём в засаде сижу. Да, поднастрелял несколько штук. Чую: пора домой. Повернул на Вологду. Там на трассе ветка есть махонькая и база вахтовиков с два вагончика. Только свернул — мужиков встретил от нашей конторы. Те дорогу мне обсказали. Выходит, ежели вдоль трассы ехать, то в Вологду попадёшь, а если через Пашкину Заимку, то в аккурат на ж/д Вологда-Череповец, на самую середину. Ну лады! Там до Пошехонья день пути. А там уж считай я дома.
Ну и пошуршал на зимовье. Свой-то «сидор» поистощился, но мешок с добычей оттягивал плечи. Но ничего-шуршу подбитыми лыжами по снегу. Чай не гонки на скорость — дойду! Гонки-не гонки, а дискомфорт. Вот шкурой чувствую: кто-то в задницу дышит! Это ещё со спорта привычка осталась. Оглянешься — нет никого, но ведь есть же! Вот на второй день перелез я через горку, отошёл подальше, оглянулся — ну так и есть! Дышит! И не человек — волки. И не один — стая! Чё-та мне резко домой захотелось. Так резко, что ускорился я. Нёсся как подорванный. Чуть было мимо не пролетел.
Избушка как избушка. Рубленная, тесом вперемешку с камышом крытая. Рядом банька, лабазы на столбах… Неплохо устроился Пашка. Зашёл в избу — никого! Печь топится, стол накрыт, значит, сейчас появится кто-нибудь. Не, ну вообще-то чистенько, аккуратненько… Повезло, видать, с женой бродяге.
Час спустя заваливается вовнутрь что-то лохматое.  Кухлянка-не кухлянка, торбасы непонятные и треух какой-то смешной конструкции. Лица почти не видно. Разоблачилось — вижу: баба. По моське вроде как вогульского племени. На вид лет тридцать Ну, значит, жена.
- А Пашка-то где гулять изволит?
- Что?
- Хозяин где у тебя?
- Так нету.
- Сам вижу, что нету, а где он?
- Так нету.
- Тьху, дура. Пашка где?
- Я Пашка.
- А заимка чья?
- Моя заимка.
- Вононочё! Значица Пашка-то и не мужик вовсе! Как сама-то поживаешь?
- Маленько живу, маленько нет.
- Как это?
- Без мужика совсем худо.
- Давай если по хозяйству пособлю чего.
- Потом пособишь, в баню иди! Готова баня.
Вот это дело! Намылся, наплескался, напарился. В предбаннике покуриваю-отдыхаю. И вваливается Пашка! Приносит на тарелке картошку варёную, рыбу пряного посола и четверть чего-то мутного. На мои прелести внимания не обращает. Я в панике ищу чем бы прикрыться, а она как ни в чём не бывало из бутыли по стаканам разливает, а сама напротив села. Ну «я полезных перспектив никогда не супротив». Что за жидкость там была — не знаю, но по ходу что-то самодельное. И не крепкое, и не противное, сивухи даже намёка нет, хотя и явно спиртное. Через три минуты ох же и закрутило оно меня! А Пашка разделась и меня с собой в мыльную зовёт. Ой, бля! Чё там творили — уму непостижимо. Даже для меня открытием было, что я такое могу. И самочувствие такое… лет на двадцать, как у голодного дембеля. Ну в общем выжала она меня, как киску в тазик.
Очухался только на печке. Всю дурь из меня, как губкой с порошком вычистило. Лёгкость необычайная. Полностью готов к труду и обороне. Пашка за столом сидит — чай пьёт. Дух на всю избу!
- А одёжа моя где?
Пашка молча принесла чистую выстиранную одежду.
- Я ещё лисиц твоих ободрала, - указала она, заметив мой благодарный взгляд.
- Давно тебя ждала.
- Что значит «давно ждала», когда мы не знакомы…. ну почти?
- Давно знакомы. Я твоего дядю Сашу помню и ты у него был.
Дядя Саша? Я помню только маминого брата давно умершего. Еле наскрёб в памяти, что когда мне было лет восемь, то я случайно застал у него какого-то вогула-фронтового друга с дочкой со смешным именем Пашка. Ей лет пять было. Так, стоп! Если мне восемь, а ей пять, то она всего на три года меня младше? Как же она лицом и… телом так сохранилась? И как почти через сорок лет меня узнала?
- Так мне про тебя давно духи сказали, - Пашка словно услышала мои мысли, - я и волков попросила тебя проводить, чтобы мимо не прошёл.
- Так ты и волками управляешь?
- Духов просила — они приказали.
- А теперь твои волки меня не стерегут?
- Теперь мы вместе поживаем, зачем стеречь?
- Ты что же меня, в мужья взяла?
- Ты сам спрашивал, как поживаю, помочь предлагал, в бане не отказался.
- Но это же не значит, что я тебя сватаю?
- Так ты меня обманул?
Во влип, как кур в ощип! Пора ноги уносить. На календарь часов глянул, а уж скоро Новый год. Как же я неделю-то не заметил?! Через день Пашка куда-то ушла. А, была-не была! Ноги в лыжи и полетел! И чернобурок забыл, и ружьё бросил. Нёсся так, как и молодой не бегал. Мимо ж/д к вахтовикам прискакал и прямиком в вертолёт. Домой как раз к празднику подоспел.
Только в самый Новый Год сидя сам-на-сам с рюмкой перед телевизором в полном одиночестве, вспоминал я Пашку. Зачем сбежал? Испугался трудностей? Да вроде нет. Ответственности за неё? Уж тем более! Тогда зачем бежал? Что меня гнало? Да чёрт его знает! Так надо было. Вот нутром чую, что я прав, а доказать не могу.