Германия. Румын и цыганка. Зарисовки по пути

                У меня, что ни день, то приключение. А на прошлой неделе - целых два. Вечно куда-то заносит, хотя и не всегда в правильном направлении. Пора бы уже постепенно начать переквалификацию в светскую возрастную дамочку, но не получается молча сопеть в кружевной платочек. "Итак поехали, - как говорят  блогХеры в youtube, - подписывайтесь и ставьте лаечки". Шутка.

                Стою на незнакомой остановке в противоположном от дома конце города; занесло по просьбе Валюшки, у которой, вроде, дача в Буче. Спорили, ругались насчёт неё, уточняя подробности, но куда же деваться от любительницы бесплатных операций... Три - неудачных на носу с бородавкой, после них четвёртая - косметическая. Служу у неё бесплатной переводчицей. Ей полезно и выгодно, а мне по кайфу, медперсонал уважает, да и свой немецкий отшлифовываю в процессе. Мы с нею только что из клиники. В этот раз термин к окулисту ей пообещали в следующем году на седьмое февраля, как и нам, простым местным жителям. Видать, правда, что стали больничным кассам гайки потуже закручивать в отношении беженцев-украинцев.

                Валюшка, послав воздушный поцелуй из автобуса, поехала в своём направлении, а я принимаюсь наводить порядок на остановке. Такова уж, моя природа или порода: не могу стоять, сидеть рядом с мусором. Даже уличное кафе выбираю с букетиками из живых цветов на столах. Дева - по гороскопу. "Иммэр нох?" ( Всё ещё?) - обязательно шутят немцы. Юмор у них такой. Благо я сейчас здесь одна. Освободила железные сидения от двух коробок от пиццы, яблочного сока, трёх сигаретных пачек, бросив всё в урну. Гонюсь за покатившейся от ветерка на проезжую часть красной баночкой от кока-колы. Как обладательница водительского удостоверения, ранее разъезжавшая на чёрной Бэхе, просто ненавижу, когда тара от напитков взрывается под колёсами автомобиля.

                Как, вдруг, громкий окрик из-за угла:
- А ну поставь банку на место! Она двадцать пять центов стоит! - седой мужчина в серой шапке-ушанке стремительно приближается ко мне.
- Да ради бога... Вот тебе ещё двадцать пять, - нащупываю в кошельке жёлтенькую мелочь, - Бери, только здесь чуток меньше. Я тебе не богачка...
Мужчина подставляя стаканчик для милостыни, дружелюбно улыбается, видать богачей не уважает. Плюхается на рюкзак под столбом со щитом "Остановка автобуса" рядом со своим добром: складным зонтиком, наполовину съеденной банкой с огурцами, бумажным пакетом с прозрачной вставкой, в котором красуется круглый яблочный пирог.
- Откуда прибыл в сказочную страну Германию? - Пристаю со своим любимым вопросиком.
Лицо его моментально преображается, молодеет на глазах:
- Из Румынии.
- Бездомный? Видно давно здесь, сносно шпрэхаешь...
- Да. Ночую в бомжатнике, кода тепло - под мостом, возле речки или где получится.
- В таком возрасте? И чего тебе дома на родине не сиделось? Была я в твоей Румынии. Очень понравилось! Природа. Погода. Народ весёлый. Особенно Букурэшти понравился и Констанца на море!
А далее строчу, как из автомата, названия мест и городов Румынии, в которых довелось побывать, как советской туристке. Он ушам своим не верит:
- Точно была? Не обманываешь?
- Первый городок после молдавской границы - Георгиу-Дэж.
- Я в нём родился. Это мой самый любимый город на свете. Там мои фатэр и муттэр похоронены, - произносит он уже сквозь слёзы.
- А по телевизору в отелях только и слышно было: " Чаушеску киберэ! Чаушеску киберэ!"
- Он был хороший! Зря его убили и жену Елени... Я бы здесь не оказался, если бы...
- Пока. Всего хорошего! Вон мой 170-й автобус подъезжает.
- Шаааде (жаль). Данкэ! Данкэ!(спасибо).
- За что?
- Никто со мной никогда не разговаривает. Возьми назад свои деньги. И банку возьми, ты же не богатая... сдашь.
- Пользуйся сам своим добром.
- Ну, хоть лепёшку эту с яблоками возьми. Она вкусная. Будешь есть и меня вспоминать.
- Я тебя и без лепёшки не забуду. Ешь сам на здоровье! Отпусти руку, водитель ждёт.
Румын целует её несколько раз и неохотно отпускает. Кстати, моя уборщица по четвергам, Джульетта из Молдавии, сказала, что целовать руку женщине у румын обязательный обычай.

                Проехав две трети пути, водитель останавливается, просит всех выйти и подождать следующий автобус. Такое у нас в последние три года есть повсеместная норма и с поездами, и с автобусами. Особенно в выходные дни и позднее время суток. В СМИ нам объясняют, что так надо для статистики. Какой статистики, до меня не доходит? Слону понятно, что экономят на электроэнергии и бензине. А вчера вполне официальная новость, пересказанная Евгением Шмидтом, с которым третьего октября в гостях у Александра Песке во время его турне по Германии познакомилась, засветившись физиономией в youtube: "Не удивляйтесь, если на кассе в продуктовых магазинах придётся платить больше, чем рассчитывали. Введён дополнительный сверхналог на жирное, сладкое, солёное в целях борьбы за здоровье покупателей." Во, дела? Засушенных червей, кузнечиков и прочих насекомых нас не спрашивая внедряют в продукты, настоятельно их рекомендуя, а на вкусняшки налог? "Озонировать" же воздух не рекомендуют... Вот такая теперь у нас "свобода".

                Выхожу по приказу водителя из автобуса и глазам своим не верю. На пустынной остановке разбушевавшаяся кудрявая брюнетка рвёт документы из пакета-сумки, стоящей на сидении, и швыряет их на дорогу. Как можно спокойнее рекомендую ей пользоваться висящей рядом на столбе урной. И даже для примера бросила несколько листков в неё. Но лучше бы я даже не открывала рот; стала она вытаращивать глаза, орать, визжать: " Ихь фике (я трахаю) арбайтсамт! Их фике социаламт! Ихь фике..." Вобщем, всех и вместе со мною она "фикает".
Применяю своё надёжное оружие - сиятельная улыбка, лесть в умеренном количестве и чарующую вежливость (по словам соседа). Спрашиваю:
- Откуда ты, такая смелая красавица?
- Из Казахстана. Немка русская!
- Поговорим по-русски?
- Я знаю только одно слово "бабушка". Ихь хабэ гэлогэн(я наврала). Румынская я цыганка.

                И снова принимается за "работу". Тут с  роллатором подкатывает немецкая бабулька. Предлагает разбушевавшейся хулиганке свой пакет-сумку для её мусора-документов. Но бесполезно. Орёт. Рвёт в мелкие клочья письма от биржи труда и социального заведения. Бросает их на проезжую часть дороги под машины. Одна бордовая, с женщиной за рулём притормаживает, высаживая худощавую, ухоженную, судя по короткой стрижке немку лет пятидесяти. Как оказалось более строгую и смелую, чем мы с бабулей на "ходунках". Приказала немедленно собрать мусор! Не забывать, что мы живём в цивилизованной стране Дойчланд!

                У цыганки проснулась гордость. Мигом переодевается в огромную шубу леопардовой расцветки из искусственного меха, достав из другого большого пакета. Хотя температура воздуха плюс шестнадцать. Притом, моросящий дождик. Готова к бою! Спровоцировала эту "строгую и смелую" нецензурным "фике", ударила кулаком в плечо, плюнула в лицо, устроила за ней погоню вокруг помещения остановки. Но та всё же в процессе гонки сумела вызвать по телефону стража порядка из орднунгсамта. (Орднунг-порядок. Амт- госучереждение). Надо сказать, прибыл он на мотоцикле незамедлительно. Огромный, в металлической каске, жёлтом жилете, но по уставу безоружный, орущий хриплым голосом, наверное, как динозавр:
- Это для тебя будет в последний раз! Слышишь? На депортацию заработала! Поняла?
- Я тебя и всех вас "фике"!
- Ты меня, слышишь, чокнутая! - заорал он так громко, что хоть уши затыкай. Схватил за лацканы шубы, потряс и переспросил, - Слышишь? Ты всё поняла?

                В этот момент на законного стража порядка, перебежавшие через дорогу и появившиеся, как из-под земли, накидываются пятеро "защитников женского достоинства" по их утверждению. Бородатенькие арабы  лучших жизненных возрастов, а с ними улыбающийся подросток с ножичком. Крутит, играется с ним словно в цирке фокусы показывает. В случае чего за применение оружия его, несовершеннолетнего, привлекать не будут.

                Молниеносно на каждую руку великана повисают по два араба, а пятый, ухватившийся за шею, стал его душить. Тут уж я, с детства борец за правду и справедливость, интинктивно кидаюсь в эту кучу бандитов с криком: "Он не виноват! Он не виноват! Это она виновата! Она! Она!" Но они продолжают своё гнусное мероприятие, будто и не слышат меня, свидетеля.

                В ту же минуту подъезжает мой, сегодня уже второй, 170-й автобус. Залетаю в распахнутую переднюю дверь, сообщаю водителю: "Вашего немца арабы убивают. Вызывайте срочный наряд полиции!" И что вы, дорогие мои читатели, думаете? Спокойненько отвечает: "Я бы хотел мой сегодняшний рабочий день завершить спокойно".

                Позже дома звонит Валюшка, спрашивает, как доехала? Рассказала оба эти приключения со всеми подробностями. Но она в сценку с арабами категорически не поверила, как и я, в её Бучу с изнасилованием  молодым бурятом. Вот такова на сегодняшний день моя честная хроника событий. Даже дату и время зафиксировала на всякий случай. К сожалению, так выглядит теперь настоящая свобода, о которой во все века грезило и продолжает грезить человечество...