Кто в кого целился, и кто кого с цели сбил

Инопланетяне или есть, или их нет. И то, и другое пугает…
© Артур Кларк

// Продолжение, начало – http://proza.ru/2025/12/15/917 // 

Свинцов зашёл в приёмную управления ФСБ, попросил у дежурного помочь связаться с Димычем. В ответ услышал: «интересующего Вас сотрудника нет и пока не будет».
Причин дежурный не назовёт, как ни умоляй. Скорее всего – Димыч в командировке. А может, и в отпуске.

Свинцов только спросил: – Кто за него? – Пригласите! 

– Ждите.

И он, как положено, сел ждать в комнате ожидания при приёмной. Минут через десять вышел молодой человек. По внешнему виду сразу можно было определить, что из Конторы: абсолютно неброско и аккуратно одет, на лице – сочетание бдительности и готовности.
Так как в комнате больше никого не было, он обратился к Свинцову и представился.

Свинцову только показалось странным, что сотрудник вошёл не через помещение дежурного, а с улицы. И он попросил его показать удостоверение. Прочитал: ФИО, старший оперуполномоченный… фото сходится, печать вроде бы «конторская».
Однако после того, как тот с ним заговорил, фамилию и отчество уже вспомнить не смог, запомнил только имя: Алексей. Да и то, наверное, только потому запомнил, что под этим именем записал номер его мобильника.

– Старею… – только и подумал Свинцов. Это уже потом, анализируя это знакомство, он нашёл странным и то, что конторский сотрудник не повёл его в одну из переговорных комнат, а предложил выйти в кафешку в торговом центре «Маркштадт», рядом со зданиями Конторы.
И он как будто уже знал, по какому вопросу Синцов хочет обратиться… Может, это ощущение возникло из того, что Алексей почти не задавал вопросов, а только направлял и уточнял? Или сам Свинцов чрезмерно пытался по его лицу «считать», как тот будет реагировать на его показания и признания…
Алексей в точности тогда, когда Свинцову это требовалось, показывал внимательную серьёзность лёгким кивком головы. Но – не прочитывался!

Заказали по чашечке кофе. Свинцов торопливо выпил, чтобы кофе помог лучше сосредоточиться. Алексей смаковал неплохой кофе и внимательно слушал.

Свинцов вкратце рассказал, как всё было. Как нашёл в озере предмет, очень серьёзно похожий на «летающую тарелку». Как она на него подействовала… да что там – она попросту ему не далась!
Затем рассказал про вторую попытку, которая «ознаменовалась» сначала полным крахом с чувством утраты, потом – чудесным обнаружением «кабины» от «тарелочки», но последующей за этим победой оного «объекта» над незадачливыми «джельтменами удачи». И про то, как за это невежливое поведение она была возвращена в изначальную водную среду.
При этом периодически у него засвечивалась мысль: – Господи, это же всё звучит как исповедь сумасшедшего!.. – и он поглядывал на Алексея. Но тот неизменно сохранял невозмутимое внимание…

Только один момент Синцова… нет, не удивил, а озадачил: Алексей никак не отреагировал на то, что имелся номер машины мужичков, у которых была найдена «кабина» и потом изъята. И даже не пытался установить личность участвовавшего в этих событиях Валерона.

– Я же мог сообщить его данные и мобильный номер… – и как только Свинцов это подумал, так пришло подозрение… – Похоже, что Алексей нас уже «ведёт»… Точно – мы уже под колпаком! Только – с какого момента? Кто слил, где утечка? Неужели же ждали: я к ним приду или не приду? Это тебе урок, – и засунь своё критическое мнение себе в… А то всё бухтел: это куда мол, Контора смотрит, как допустила такую вакханалию с толпами рыскающих исследователей, иностранцев…
А ведь всем им, похоже, подсовывают то, что оправдывает единственную версию шального метеорита, который по воле случая отлетел от астероида! Причём астероида, обнаруженного только потом, уже улетающим… а до того – непонятно откуда и где пролетавшего…

Алексей тут же отреагировал на небольшую паузу, – видимо, заметил волнение забуксовавшего Свинцова, стал улыбаться «со всем почтением» и чаще ободрительно кивать на его слова.
А когда Свинцов поделился пришедшей ему мыслью «а вдруг?» – а вдруг там, в коробочке под водой, находятся инопланетяне, Алексей уверенно и абсолютно серьёзно заверил:
– Мы всё проверим. Не беспокойтесь! – и сразу обозначил, что тема секретная и никто не должен знать содержание их разговоров. Он свяжется, если У НЕГО будут ещё вопросы.

Свинцов понял так, что дальнейшее развитие этой темы – не его дело. И это его задело.
– Ваши вопросы – это ваши вопросы. А я должен получить ответ на свой вопрос. Зачем я к вам обратился? Прежде всего чтобы… Если там, в этой коробке кто-то есть, чтобы они не погибли. Больше мне от вас ничего не надо! Мало того: это дело не только ваше или моё. Оно много больше нас с вами!

Алексей на него посмотрел не просто пристально. Не изучающе. Как-то по-другому, – с грустной задумчивостью. И сказал:
– Александр, не вопросы главное. А то, что действительно больше нас с вами! Я на днях вам позвоню.

Позвонил он через два дня, и назначил встречу в том же кафе, согласовав со Свинцовым время.

На эту встречу он пришёл не один. С ним был неважно одетый мужчина средних лет в очках. Не спортивного вида, но худощавый. Свинцову пришло в голову: «ботаник», то бишь «шибко учёный». А по обличью и по тому, как тот поздоровался, он определил: явно не местный.
 
Как потом выяснилось, это действительно был уфолог, а по образованию – биофизик. И при этом известный специалист по космологии и антропологии.
А по словам Алексея, он ещё и «имел большой практический опыт».

– Интересно, как и где он получил практический опыт»? Вишь, какой крутой у него профиль и портфолио, а ты его – «ботаник»… Конечно, учёность на внешности не всегда отражается, – и наоборот… Так что не будем торопиться ставить досужие штампы, – про себя решил Свинцов.

Учёный представился Сергеем. На вопрос подошедшего официанта «что желаете заказывать?», он попросил зелёный чай и тирамису. Алексей со Свинцовым пожелали по чашке «американо».
Спрашивать, кто будет платить, Синцову было неловко. Скорее всего, ему… Ну да ладно, это же совсем немного. 

«Многозначительное начало!» – подумал Синцов. Но сказал, конечно, другое:
– Чем обязан созыву такого представительного консилиума?

И, обращаясь уже напрямую к Алексею: – Вы же предупреждали со всей строгостью, что наши дела – они только между нами… Нет?

– Обстоятельства изменились. Они ведь совсем не стоят – обстоятельства, меняются… Одни сдуваются, другие – вставляются… Скорее всего на вас, Александр, будут выходить некие люди, представляющие различные структуры и, как бы сказать… силы. Вы должны быть готовы – хотя бы морально, большего, надеюсь, и не потребуется… О деталях – потом, а сейчас послушаем обзорную, так сказать, лекцию, – и Алексей кивнул Сергею.

Сергей двумя пальцами, большим и указательным, легко подёргал свой нос и начал.

– Да, да… Алексей меня попросил просветить вас насчёт того, что мне думается и что рассуждается по существу недавнего события с падением метеорита.

Первая версия – земная, и соответственно… конспирологическая. Как, собственно, вся наша система жития…
Скажем, наши геополитические противники каким-то образом изменили траекторию движения небесного тела. В этом случае вряд ли целью был Челябинск, более вероятно – пригород Миасса и находящийся там ракетный центр. Очень серьёзный объект… В котором много чего и делается, и разрабатывается. К тому же президент наш всё меньше устраивает этих… западников. Кланяться перестал, речи дерзкие произносит, а у них метода одна – приструнить, а потом, если получится – сместить.

Я, господа, не буду приводить доказательства мною произносимого – но поверьте, их предостаточно для обоснования и этой, и каждой из версий.
Но только вот каждый раз, когда падает метеорит, происходит одно и то же: шум, ажиотаж, потом оцепление района, а через пару дней – молчание… Официальные сообщения потом сводятся к фразе: «Происшествие не представляет опасности. Радиоактивный фон в норме. Материалы переданы специалистам». А где эти материалы? Кто эти специалисты? Ответов нет – и не будет… И первыми приезжают не учёные, а те, кто умеет сохранить тайну. И уверяю вас – некоторые из них знают, что не все метеориты – просто метеориты…

Тут Свинцов внимательнее посмотрел на Сергея. Язык чесался прикольно произнести: – А вот с этого момента помедленнее, пожалуйста!

Но… Говоря в ракурсе стишка Михалкова, «Серёга пел, Алексей молчал, а Александр ногой качал»… Только был сейчас ещё не вечер, когда делать нечего. И Свинцов решил пока что сохранять серьёзность вместе с независимым статусом случайного свидетеля. И не нервничать, качая ногой…

– Да, трудно в таких условиях составить полную картину – потому и говорим о версиях. Но поскольку говорим, это только подтверждает, что озвученная официальная версия недостоверна… И это – мягко выражаясь! – так же увлечённо продолжал Сергей. – И вторая версия, – так сказать, инопланетная. Звёздные войны, эпизод «Удар по Яме».
Челябинск лежит в яме, «челяба» на башкирском и есть «большая яма». Единственный огромный город, который весь в яме. И если бы был взрыв пониже, да прямо над Челябинском… Это около полтыщи килотонн, то есть 30 хиросимских бомб. Народу – больше миллиона, а при таком взрыве в нижней стратосфере происходит ураганная конвекция, сопоставимая с вертикальным движением воздуха при ядерном взрыве…
Ещё информация к размышлению: некоторые астро-сообщества пытались подсунуть данные об участии во всём этом «метеоритного роя», состоящего из отдельных метеоритных тел числом до пятнадцати. Если уточнить, то за несколько дней до падения метеорита астрономы сообщали о приближении к Земле астероида Дуэнде. И он действительно оказался на минимальном расстоянии от Земли именно 15 февраля. Дистанция составила 27700 километров. По космическим меркам – как пуля у виска…
А вот про Челябинский метеорит и учёные, и военные наблюдальщики признались: влетел незамеченным.
Это уже задним числом выяснилось, что это «тело» всё-таки увидел американский спутник – но за несколько секунд до его входа в атмосферу.
Да, что ещё интересно: помимо того, что метеорит был относительно небольшим, он летел со стороны Солнца. Ни с Земли, ни со спутников, находящихся на околоземной орбите, различить его было невозможно из-за интенсивного света. Такой приём издавна использовали военные лётчики в воздушном бою и при заходе на цель.

– Ну и ещё надо бы посмотреть, почему с завидным постоянством сюда что-то летит. То, что не попадает – вопрос времени. Метеориты падали чуть дальше границ Челябинского района в 1942, 1949, 1956, 1968, 1983, 1985, в 1990 годах.
Говорят, тут какая-то аномальная зона. Для землян – и аномальная? А как же говорится: что русскому нормально, то немцу – смерть? А тут – не так, и тут – всё наоборот: нам выходит – аномальная, а «инопланетным благодетелям» – привычная?!
Ведь на Урале несколько аномальных зон. Возникающие из ниоткуда огненные шары – обычное дело.
В 1949 году был прилёт совсем рядом – в озеро Чебакуль, в этом году – нами обсуждаемый прилёт в озеро Чебаркуль, – уже с буквой «р» в названии. Тогда – «в молоко», а наш последний случай – уже почти в мишень! И… что, по случайности? Сначала несчастливой, это когда минует – говорят: «счастливой»?! Могло ведь и «в десятку»!

Тут интересно вот что. Было много данных, что самый большой кусок упал в озеро чуть ли не вертикально, «камнем», а какая-то часть улетела дальше по другой, заметьте, траектории, – в сторону озера Зюраткуль. Если это обломки одного взорвавшегося камня – то где тут действие закона инерции?

И вот взглянем на ещё одну версию: всё что было – случайность, трагическое стечение обстоятельств. Вспомним и учтём, что многим уфологам, и даже некоторым астрономам думается, что инопланетяне решили вопрос межзвёздных перемещений так: зачем тратить энергию на дальние перелёты, когда можно выбрать подходящий метеорит и подсесть на него, как в автобус?
Тогда – зачем надо было направлять в атмосферу носитель? Летел бы себе мимо… Но у них в рассматриваемом нами последнем случае что-то не так пошло, – не успели проснуться, или ошибочка случилась в расчётах, или система не сработала, – и они вошли в атмосферу вместе с болидом.
А по идее, должны были чуть раньше соскочить, чтобы осмотреться и тогда уже мягко приземлиться куда нужно. Так сказать, инкогнито.
А если не проспали, не ошиблись в расчётах, – то тогда это агрессия, можно сказать, терроризм! И тогда и вырисовывается версия, что теракт предотвратили. Ясно, что не ПВО и не ВВС, это только в песне поётся: «Универсальная машина… Кто они – участники последнего парада? Простые ребята, которые раньше всех достигли неба»…
Это в песне – «Сегодня не праздник, просто игра»… Для артистов ближе будет звучать – «Что наша жизнь? – Игра!»… А многим человекам ведь наоборот – жизнь не игра, она одна и надо её прожить так… и всё такое прочее… Но у большинства получается, увы – никак!.. Извиняюсь за может быть излишнюю для антропологии философию…

Не понятно, почему, с какой целью некие злобные галактические силы направили смертоносный астероид на Челябинск? Что их не устраивает в нашей стране? Один мой хороший знакомый считает, что у них, возможно, нервный тик и зубовный скрежет от злобы на то, что на Руси ещё остались люди, не испортившие напрочь свою генетику, которая на много порядков превышает генетику всяких серых, зелёных и прочих рептилоидов…

На последней фразе Свинцов встрепенулся. Лет пять назад он читал якобы древнее учение о том, что Землю осваивали три внеземных цивилизации. Они появлялись не все вместе. Скорее всего, одна сменяла другую, – иначе бы они неминуемо схлестнулись… Впрочем, это мы так считаем, потому что сами не можем договариваться с другими даже на своей планете. А как было – какая теперь разница? Это уже было… И благо, что ещё не прошло совсем…
Так вот, сначала были пришельцы из созвездия Орион. Они поселили обезьян, но только их адаптировали и наблюдали за развитием, и не стали ещё что-то делать. Затем Землю посетили более предприимчивые ребята из созвездия Лебедь. Целью их была подготовка условий для возможного переселения сюда части своего быстрорастущего населения. И они стали вправлять мозги обезьянам, чтобы те могли воспринимать высокие, неживотные ценности и им служить.
Но потом Землю стали посещать рептилоиды из созвездия Гончих Псов, после чего стало распространяться зло, и всё пошло так, как, собственно, идёт сейчас…
– Что за чушь? – подумал он тогда, – и забыл. А теперь вот – вспомнил!

А Сергей между тем заметно распалился, даже привстал:
– Силы зла – силы добра. Между ними – битва! В космосе не какие-то войнушки типа наших, а битва, которая была, есть и будет! Как красиво, чёрт возьми! – и он быстро и безвкусно заглотил тирамису, и хлебнул остывшего чаю.

– Ведь тебя чёрт-то и возмёт, если ты его об этом просишь – невежливо мелькнуло в голове у Свинцова… Но внешне, не без усилий, он сохранял внимательную вежливость.
– Всё это сногсшибательно. Но я-то здесь при чём? Не уверен, что на роль благодарного слушателя, – решился он таким образом прокачать ситуацию.

Алексей посмотрел на него, едва заметно, но выразительно приподняв бровь. Левую или правую – это имеет значение при определении, искренен человек или нет. Но Свинцов был уверен, что сейчас вот – искренен, причём – по-человечески, хотя у него и мелькали сомнения… Или точнее, него зудилось такое ощущение, что… Ну хотя бы что «Контора», на которую Алексей работает, иного масштаба, – уж точно, не областного!
А если… инопланетного?! Ух ты, чего захотел удостоиться! Как всё сложно… Это же не просто «проблемы», это выход на «беспредельность»… Как там у Рериха? «Как убежище духу, как Новый Мир, как непередаваемая красота космическая, зовёт Беспредельность… Когда мы отречемся от невежества, тогда поймем всю красоту Беспредельности!»…
Но пока что наш человечий уровень – война на разрушение и убийство, уровень волчий… А ИХ высоченный уровень – битва масштаба всего мироздания!

После паузы Сергей, собравшись с мыслями, продолжил:
– Впрочем, можно ещё несколько версий нафантазировать. А нужно ли? Ведь по сути и по существу, нам важно вот что: физическое тело с потенциально мощным разрушительным действием уничтожено неким высокоскоростным объектом при помощи направленного взрыва или какого-то иного воздействия. Земного или неземного – отдельный вопрос, и не слишком сложный: земных носителей со скоростью в 20 «махов» просто не имеется. Этим снимаются все вопросы: почему осколки упали именно туда, куда упали, а испарившееся при взрыве превратилось в два «инверсионных следа». Есть данные объективного контроля: через 4 дня после взрыва верхняя часть облака облетела планету, расширяясь на сотни километров, и вернулась к Уралу, и к 20 февраля пыль от взрыва растянулась по всей планете, создав пылевое кольцо. Это кольцо отслеживалось чувствительным лимбовым сенсором американского спутника «Суоми» ещё почти три месяца.
К тому же и без приборов было видно, что на землю должны были упасть два крупных осколка. А найден один – в озере.
Отсюда и интерес всяких «обследователей» к поиску осколков. Или чего-то ещё, не каменного так сказать, происхождения.

Тут Свинцову пришлось зауважать Сергея: его знания были обширны. Свинцов как дилетант, конечно, не мог оценить их точность и безупречность, но всё сходилось – и логически, и технически…

Алексей поднялся.

– Сейчас скажет: ну, нам пора! – подумал Свинцов.

Но Алексей улыбнулся и предложил… всем вместе прокатиться и одновременно с этим проветриться. Если ни у кого не будет принципиальных возражений…

Как и когда он успел рассчитаться с официантом, Свинцов даже не заметил.
Он озаботился другим: он их покатать не сможет. Ему уже третий день не хотелось ездить на своей машине – как только садился за руль, ему вспоминалась «коробочка» и в голове возникали какие-то тревожные образы, а потом и побуждения что-то понять. Не понимая, что это и о чём, он напрягался – и его начинала будоражить какая-то волна… И это был не раж, а какой-то резонанс… Он явно чего-то «не догонял» – не распознавал не то чтобы смысл – даже предмета образов… Не понимал языка этих образов…
И теперь он добирался до работы на маршрутке, ему это даже понравилось, потому что от остановки до офиса путь шёл через парк Пушкина. Живописное, надо сказать, место, и даже какое-то одухотворённое! И напоминающее ему прогулки с внуком. Это была замечательная возможность рассредоточиться и потом сосредоточиться снова, и что-то спокойно обдумать.

И Свинцов сообщил Алексею, что он сегодня без машины. Ничего не сказав, тот отвернулся – по-видимому, занялся мобильником. Мобильник у него был какой-то необычный, но разглядеть его поближе не получалось.

Минут через пять подъехала серебристая «Тойота Камри». Почему-то не служебная… Как сказал Алексей, это – «ВИП-такси».

– Куда едем? – как можно спокойнее вопросил Свинцов.
– В изолятор… Нет, не в следственный… – улыбнулся Алексей, – в научно-исследовательский.

Выехали за город в сторону аэропорта Баландино. Сергей, попрощавшись, вышел возле аэропортовской гостиницы, а они развернулись назад. Потом свернули в сторону ЧМК и далее – на Свердловский тракт. Доехав до Долгодеревенского, съехали с трассы направо… И ещё раз направо. Потом Алексей предложил Свинцову одеть колпак. Можно было, конечно, краешек поднять и посмотреть… Но навряд ли это было нужно…

Ещё долго петляли, по-видимому, на лесной дороге. А вышли из машины на площадке, окружённой зданиями с небольшими узкими окнами. Весь этот комплекс смахивал на крепость, только железобетонную. Ни людей, ни вывесок. Торчат какие-то шесты, похожие на громоотводы.
Но вошли внутрь – а там… Ох, красота! Фонтанчик посредине, с одной стороны – участок экзотических растений, как в ботаническом саду. Рядом удобные скамеечки для отдыха. Но тут не остались, сразу прошли к лифту и поехали вниз.
В тамбуре лифта их ждал сопровождающий, одетый в серую рабочую одежду, и вокруг тоже была только бетонная серость. Прошли по коридору мимо нескольких обычных дверей, свернули в боковой коридорчик и упёрлись в массивную двойную металлическую дверь. Да, по виду – точно, лаборатория. Много оборудования, всякого и разного, абсолютно неизвестного Свинцову.

На выступающей из стены панели лежала та самая металлическая коробка, – по представлению Свинцова, «кабина» летающей тарелки. А вот «диска» не было.

Тут Свинцов вспомнил первый разговор с Алексеем. Он тогда был уверен, что ему предложат показать… ну может не на месте, а на карте, где им была оставлена «коробочка». А Алексей попросил его просто представить это место, – так сказать, внутренним взором. Свинцов тогда ещё усмехнулся: дешёвая разводка, это же легко определить по видеокамерам, куда он сам, и потом с Валерой ездил. Или же к жене кого подослали и втихаря выяснили, – он ведь её ни о чём не предупреждал. Ведь если бы только попробовал – та-а-кое бы началось!

– Значит, нашли… – и тут его как осенило: а ведь он тогда ещё почувствовал! Да, тогда ещё ощутил, что к нему подключились, – или же он был куда-то подключен! Ну, не могут же они считывать то, что им надо, прям из головы собеседника? Это маловероятно. И тогда по спине пробежал холодок – тогда он впервые произнёс, пусть про себя, слово ОНИ!

Алексей, подойдя к панели с лежавшей на ней «кабиной», улыбнулся и тихонько сказал:
– Саша, успокойте свою совесть. Внутри ЭТОГО биологической жизни нет. Разум – есть. Даже какой-никакой интеллект…

В этот момент Свинцов вспомнил. По-видимому вспомнил то, что видел в одном из «глюков», но перегрузился и потом забыл…
Куча кнопок на большой чёрной панели, поблёскивающей от где-то подмигивающих лампочек. Нужно очень внимательно, очень чётко соблюдать последовательность действий. Это чёткая и непреложная последовательность. Это процедура, отработанная до мелочей, и нарушение любой мелочи приведёт к весьма нежелательным последствиям. Но он в эту последовательность никак не мог врубиться и сбивался. Некий оператор, который был рядом, но Свинцов его не видел, сказал, что такое не допускается – он не подходит… То есть, его – не возьмут, – так он понял… Но не понял, КУДА не возьмут. И совсем не думал о том, надо это ему, или нет…

Свинцов заметил, что Алексей стал более улыбчивым. Такое случается, когда всё хорошо… Правда, с некоторыми бывает и тогда, когда совсем никак и совсем всё плохо, но Свинцов надеялся на лучший вариант.

К ним подошёл высокий и плотный мужчина, тоже в серой рабочей одежде. Лицо у него было какое-то выразительное, и при этом простое. Свинцов с чего-то подумал, что он похож не на учёного, а на… председателя колхоза. Но, несмотря на такой простой вид Свинцов почувствовал… как бы сказать… его весомость.
Вот и Алексей подтянулся – не подобострастно, а… как бы сказать… с достойным уважением.
Тогда Свинцов определил для себя вышедшего как «Главного».

А дальше… Нет, они не разговаривали. Но Свинцов каким-то образом осознал, что они говорили… ничего не произнося! И он это даже не воспринимал как разговор, не слышал голос! Но этот голос в нём звучал! И… Эта «кабина»-коробочка в этом как-то участвовала!

Это – вторая часть повествования на тему «Тайна времени Че и мистика Космоса». Первая часть – «Моменто Че и Мементо мори» http://proza.ru/2025/12/15/917. 

Продолжение: http://proza.ru/2025/12/24/763