Лесные очерки Лето

    - 4 -
   /Июль/
 Есть определённый повод для похода в лес - за черникой. Но главным было всегда - душевный отдых. Жаркий день. Нашёл большой черничник с крупными ягодами. Их так много, что устал нагибаться и стал ползать на коленях. Очень душно. Воздух тягучий, смолистый, напоминает смесь скипидара, березового веника с терпкостью цветущего иван-чая. Липы невзрачными цветочками распространяют медовый аромат. Прямо среди ягод лёг отдыхать. В природе чувствуется какая-то напряжённость, буквально ощущаю её. Но небо среди вершин хоть мутное, но ясное. Сквозь дремоту почудился неясный гул. Вдруг внезапно послышался сильный шорох. Это была невидимая отвесная стена дождя. А через мгновение резкий близкий удар и началась небесная канонада.
Схватив "постель", я стал искать убежище, помня, что в грозу нельзя прятаться под высокое дерево.  Ищу пониже, но с густой кроной. Уже весь мокрый нашёл ёлку, куда ещё пока не скатились капли, но порывы ветра и водопад превратили навес в решето. Пошёл крупный град, резко похолодало. Дрожь и чуть уменьшившийся
ливень заставили искать путь домой. Мокрый буквально до нитки брёл на юг, не разбирая дороги. (И ещё один раз позже уже на дороге так же насквозь промок, пытаясь уехать от грозы на велосипеде). Дождь резко прекратился. Стало тихо. Тяжёлые капли звучно падали с верхних этажей леса. Он постепенно приходил в себя, как бы просыпался, отряхивая остатки колдовства.  Слышалось почему-то тоскливое воркование горлицы, будто она жалеет о чём-то. Поднимающийся пар был густым, как в бане. Пока вышел на опушку почти обсох.
 Вдали за Камой виднелся тёмный край тучи и очень яркая тройная радуга. Солнце с вершин сосен подсвечивало передо мной чуть туманные низинки, невысокие кусты можежевельника, обсохшие пеньки, серебристые капельки на мохнатых листьях коровяка -медвежье ухо. Какие-то пичуги возятся в кустах, на ночёвку в лес летят, подкрашенные розовым, чайки. Высоко в зеленоватом чистом небе во'роны показывают пируэты высшего пилотажа. Господи, какое благолепие! Ну как уходить от такой красоты?! Какой набор впечатлений за один день!

    - 5 -
   /Июль/
 Ещё надо сходить в лес за малиной. Здесь тихо. Птицам некогда петь: одни выкармливают птенцов, другие следят за слётками и обучают их. Только кукушка пару раз кукукнет и замолчит, но ещё громко и красиво звучит флейта иволги да иногда дятел пробьёт барабанную дробь срезонировавшим концом сухой ветки, напоминая о своих владениях. На старой дороге в глубокой тени огромных елей у остатков лужи я наблюдал за разными птичками, чтобы определить их дома по справочнику.
 Долго бродил. Жарко. Устал. Лёг на полянке среди высоких голенастых папоротников, будто нырнул в глубину. Смотря вверх, сквозь узорчато-кружевную занавеску, обрамлённую по краям ветвями деревьев, любуюсь еле движущимися облаками. Лёгкий шелест убаюкивает. В первое время сразу после отдыха не мог понять, что в лесу изменилось. Оказывается, передвигаются тени и меняется освещение.
 Пора собираться домой. Только перекушу и в путь. На поваленной большой сосне сделал привал; видно, что это место облюбовали и другие странники. Небо затянулось пеленой. В какую сторону идти? Вон, там просвет между деревьями, там была лужа. Здрасьте! сделав круг, пришёл к месту отдыха. Что за чёрт?! Резко меняю направление и минут через 10 опять прихожу к стоянке. И, вместо того, чтобы разозлиться, я рассмеялся: играешь, лесовик? Паники не было. Есть много примет, по которым можно определить, где юг. Посидел, прикинул; надо идти в одном направлении, и по двум, на одной линии намеченным, точкам вышел на старую дорогу. Когда уже подошёл к грунтовке, как подарок, услышал громкую красивую мелодию певчего дрозда. Пытаюсь его разглядеть. Кажется, вон он на вершине большой ели, освещённый появившимся вечерним солнцем, поёт гимн хорошо проведённому дню.

     - 6 -
 /Начало августа/
 Как не хорошо ехать в лес на велосипеде, но с ним умаешься лазать по чаще, ведь через поваленные деревья не протащить снизу, не прокатить сверху. Да и не потерять бы. Обычно стараешься оставлять его около видного запоминающегося места: сломанного дерева или лесного великана, необычного пенька. Только ведь с другой стороны это самое место выглядит  по-иному. Так я пару раз искал свой транспорт довольно долго, а однажды встретил мужика, который замученно спросил, не видел ли его велосипед. С тех пор я всегда бродил в пределах видимости техники.
(Всякий раз, проезжая по лесной дороге и попадая в паутину, неудомевал, как на расстоянии в 4-5 м. между деревьями можно её протянуть? А в кустах тем более надо было постоянно рукой или веткой махать перед лицом).
 В тени не так жарко. В просвете между деревьями заметил очень высокую сосну, вот там, под ней, отдохну. Вышел на чудесную большую поляну. Вся панорама выглядела амфитеатром разного оттенка зелени. Впереди была лужайка, очерченная по краям мелким кустарником, потом сосняк метра три-четыре высоты и дальше задник из больших берёз с повислыми длинными ветвями. Их медленное покачивание от ветерка напомнило интермеццо из оперы "Сельская честь". Слушая с тех пор оперу, в памяти встаёт эта картина.
 Смеркается, пора возвращаться. Природа взбодрилась,  отдыхает от жары; в верхних ветвях запели вечернюю зорю птицы, а внизу прохлада и покой. Умиротворение. Появляется роса и лёгкий туман. Выезжаю по глухой дорожке на небольшую поляну, где впереди чуть в стороне лежит что-то большое и чёрное. Вначале показалось, похоже на прикорнувшего человека. (У меня был опыт, когда зимой на лыжне я наткнулся на умершего. Вспомнился тот случай). Подхожу с опаской. Окликаю, осторожно подхожу ближе. Тёмная куча белья? мешок? -Эй, эй! Подхожу вплотную. Это, укрытая крылом, показалось огромной птица с белым хвостом: орлан-белохвост. На перьях следы крови. Видимо, какой-то идиот- охотник развлекался. Я захотел взять перья на память. Они очень крепкие, не выдергиваются. Только, упершись в тушку, с трудом выдернул несколько маховых. Оказывается, каждое имеет на конце различный вырез. Белые перья хвоста слабее. Сейчас дома, глядя на перья, вспоминаю эту поездку. Вот такая она получилась почти музыкальная и трагичная.

    - 7 -
 /Конец августа/
 После длительного тепла и затем дождей должно быть много грибов. Иду к знакомому орешнику. Здесь ни одного ореха, а ведь когда-то наблюдал за белкой, таскающей богатый урожай. Из грибов попадаются волнушки, белые грузди, ещё какие-то. Проверяю по справочнику, что я набрал. (Ещё в начале жизни в Челнах просил соседей определить мои трофеи. Но для местных жителей, кроме подберёзовиков с подосиновиками и белых, все грибы были поганками, даже лисички. С тех пор я носил с собой карманного формата справочник грибника).
 Вокруг своя жизнь. Много больших синиц и с ними иногда крутится лазоревка. Уже несколько раз слышал мелодичный голосок снегиря, но его пока не видно. Реже и короче поют зяблики, варакушки, скворцы, как бы договариваясь об отлёте на юг. Около тропинки на кустике заметил полностью белую птичку. Похожа на длиннохвостую синичку, но нет характерного хвоста. Любопытно, что "за зверь"? Сидит неподвижно, видимо, голодная или замёрзла. Подошёл ближе, не улетает. Да это попугайчик! Глупыш, что ты здесь делаешь, из каких тропических краёв занесло? Я попытался взять его, но он отлетел, потом ещё. Бедняга, такой заметный по окраске, наверняка будет чьим-то экзотическим обедом.
 Иду на вырубку, может быть там будут грибы? О, на пеньках очень много осенних молодых крепеньких опят! Стал резать всё подряд и быстро набрал двухведерный рюкзак. Но в данном случае это не "грибная охота", а просто сбор. Это как получать удовольствие, сравнивая ловлю рыбы удочкой или тащить сетями. (Кстати, на следующий день мы с товарищем на мотоцикле с коляской привезли ещё ведра по три. Но потом несколько лет здесь грибов не было).