Обиженный боксер

Боксер лежал в углу комнаты у окна и, положив морду на паркетный пол, переводил взгляд из угла в угол на своих хозяев. Они собирались на улицу, а ему сказали, что он остается дома. Хозяйка еще что-то долго говорила и в оттенках ее голоса Джерри чувствовал вполне дружелюбные нотки, разбирая отдельные слова: мы с тобой утром уже гуляли… а теперь нам надо в магазин съездить… Но приговор оставался приговором – он должен остаться дома.

Хозяйка еще какое-то время перебирала на трельяже цветные коробочки и трубочки, рассматривая себя в зеркале, поворачивалась то одной, то другой стороной… И вот наконец макияж был закончен. Украшения она решила не одевать и махнув рукой собаке: «Пока!», пошла в коридор. Через несколько минут открылась входная дверь и почти сразу захлопнулась. Послышался звук запираемого замка и всё стихло. Боксер оставался неподвижен. Он было задремал, но ненадолго. Потом встал, потянулся, вытянув передние лапы, подошел к креслу у окна и запрыгнув на него, приник к стеклу. Короткий зимний день получался солнечным. Он рассматривал спешащих на рынок людей, машины, проезжавшие мимо дома, и думал о том с каким бы удовольствием он сейчас оказался на улице, пусть даже на коротком поводке, но ощущая свежий морозный воздух и холодный снег под лапами. Он любил гулять.

Прислушиваясь к посторонним звукам в квартире, боксер не заметил, как прошел час, а хозяева и не думали возвращаться. Он походил по незапертым комнатам и вернулся в гостиную. Подошел к трельяжу. На уровне его морды лежала косметика и украшения хозяйки. Он хорошо помнил эти побрякушки, звеневшие всякий раз когда хозяйка приближала к его морде свое лицо пытаясь играть «в носики», повторяя: «У-ти, мой сладкий песик!». Вспомнил как некоторое время назад он спас ее на льду реки, когда хозяйка провалилась в полынью у Петропавловской крепости, а он, набычив шею, из последних сил стоял неподвижно, ожидая пока она, держась за поводок, выбиралась из полыньи. Спасение было похоже на чудо, но оно свершилось и в немалой степени благодаря ему, боксеру…

А сегодня его бросили… Обычно в случаях длительного отсутствия хозяев ему оставляли что-то вкусное в миске, но сегодня этого не случилось, и он даже не стал проверять свою посуду на кухне.

Он хорошо понимал, что давно переставшие ладить между собой хозяин и хозяйка остаются вместе только благодаря ему, боксеру. Встречая их на пороге лаем, он одной своей радостью заставлял обоих улыбаться в ответ, будто связывая невидимым поводком. Ссоры вспыхивали всё чаще и чаще, и в них появились незнакомые слова и нотки угроз: развод, суд, раздел. Боксер не понимал их значения, но чувство тревоги не покидало его в последнее время.

Еще раз посмотрев тоскливо на дверь, он вошел в гостиную и встал напротив зеркала. От трельяжа его отделяла пара метров. Он недолго поразмышлял и, не осознавая последствий, прыгнул к трельяжу и принялся сбрасывать на пол ненавистные баночки и трубочки, работая носом и языком. Предметы раскатились по всей комнате и боксеру уже на полу доставляло удовольствие разбрасывать их по дальним углам и снова ловить лапами. Потом он ухватил небольшую коробочку и громко работая челюстями стал измельчать золотистую пластмассу, пережевывая на мелкие кусочки и глотая несъедобную смесь. Ярость его была так велика будто в каждой из этих коробочек заключалась причина того, что хозяева ушли и отказались брать его с собой. Он хрустел зубами, рычал и продолжал кромсать пластмассу, поглощая ее, будто это были куриные кости. Собрав с пола все, что сбросил с трельяжа, он успокоился только тогда, когда проглотил последний предмет. Затем Джерри остановился и принялся оглядывать углы. Убедившись в том, что хозяйка теперь не сможет гулять без него, потому что только с ним она могла идти, не подходя перед прогулкой к трельяжу, он устроился на полу посреди гостиной.

Поначалу Джерри ничего не чувствовал и даже задремал. Но уже через три часа хозяева нашли его сильно ослабшим и взглянув на трельяж сразу поняли, что произошло. У боксера было обильное слюнотечение, пить и есть он отказывался. Хозяин поднял его на руки и отнес в машину, уложив на заднее сиденье. Ехали они недолго. Джерри помнил этот дом и освещенный подъезд с характерным запахом. Когда собаку уложили на стол и ее стал осматривать ветеринар Джерри впал в забытье. Силуэт хозяина и человека в белом халате расплывался перед глазами. Он почувствовал, как что-то острое кольнуло его в левую ногу, но боли уже почти не было. Тепло медленно расплывалось по его телу и он заснул навсегда.

Через несколько часов, когда смена закончилась, заведующий ветеринарным пунктом перешел в подсобное помещение и посмотрел на неподвижное тело красавца боксера, которое еще несколько часов назад дышало полной жизнью, а теперь ожидало кремацию. Он вздохнул и вспомнил печальный рассказ владельца о происшедшем. Такое случалось крайне редко, а в его практике, было впервые. Это же надо было кобелю сожрать не только косметику в коробках, но и умудрится проглотить какие-то украшения… Хозяин был так потрясен произошедшим, что плача, даже не слышал о том, что ветеринар говорил ему о каком-то посмертном вскрытии собаки. Расстроенно он махнул рукой и закурив прямо в кабинете, ушел потерянный в ночь.

– Да, – произнес ветеринар вслух, – а ведь собачка могла и бриллианты проглотить? Ну, что ж посмотрим, чего ж теперь стесняться, – сказал он, и предварительно, закрыв наружную дверь на засов, вернул труп на операционный стол.

Увидев мужа, вернувшегося домой без собаки, жена заголосила и не стала сдерживать слез. Хозяин молча, скинул пальто и прошел на кухню, где открыв холодильник, вытащил бутылку «Царской». Первым желанием было выпить ее из горла, но, понимая, что пластмассовый дозатор не позволит «раскрутить» водку в бутылке, для образования «воронки», он достал стакан. Жену звать не стал и опрокинув стакан разом, занюхал сигаретой, которую тотчас же зажег от спички. В горле стоял ком, который он не мог проглотить, и глаза увлажнились. Он помнил каждый день взросления своего питомца с первого дня, когда он его принес домой с выставки. А вот угадать в тот трагический день чем обернется совершенно безобидная поездка с женой к друзьям, он не мог. Второй стакан вошел значительно легче, крупными глотками. Он снова не стал закусывать. Вспомнилось, что вот так на заводе они пили с работягами «под сушечку» и однажды, еще молодым, он взял со стола эту маковую сушку и попробовав надкусить, услышал резкий окрик одного из наставников:
– Ты что сюда жрать пришел?

Он улыбнулся, вспоминая «посвящение» в рабочие тридцать лет назад…
После третьего стакана он признался жене, что давно изменяет ей и у него есть другая женщина, к которой он завтра уйдет. Заглянув еще раз в холодильник он удостоверился, что пить больше нечего и пошел спать в гостиную, не раздеваясь рухнул на диван. Думать не хотелось. Перед глазами стояли слезы последнего взгляда его Джерри. Он пробовал отмахнуться и стал стучать о матерчатую обивку дивана кулаками, но никак не мог его забыть, а изо рта вырывались бесконечные повторения: «бл.дь…, бл.дь…, бл.дь…». Его собственная жизнь с уходом собаки теряла всякий смысл в продолжении и делала необратимый поворот к переменам, к которым он был не готов, и досада, копившаяся в нем долгие месяцы, мучительно искала выхода, отзываясь гулким звуками в комнате от бесполезных ударов кулаков…

Ветеринар промыл золотые украшения, извлеченные из собачьего желудка и разложил их на белой салфетке. Цепочка с кулоном, четыре кольца, серьги – все изделия были почти целыми, если не считать на кольцах следов царапин. Похоже, что боксер заглатывал их целиком, «заедая» губной помадой, — подумал он. Врач всегда относился к животным и их хозяевам с уважением не просто потому что любил их, а потому что старался помочь оказавшимся в беде, что собственно одновременно составляло и успешность его бизнеса. Но увидев извлеченные драгоценности он всерьез задумался о смене места работы, да и жительства тоже.
Он вышел из лечебницы далеко за полночь и направился к машине, как вдруг услышал откуда-то сбоку тихое рычание и вздрогнул. Повадки бродячих собак ему были хорошо известны, и он их не боялся. Нащупывая в кармане увесистую связку ключей он продолжил движение к машине, как вдруг почувствовал сильный толчок сзади, поваливший его на снег. Он попытался вскочить, и вдруг ощутил на шее хрипящую собачью пасть и горячее дыхание. В то же самое время другой зверь вцепился зубами в его ногу, больно схватив за икру. Кричать он не мог. Страх – липкий и тягучий сковал все его тело и он потерял сознание.

На следующий день в утренних сводках происшествий появилась леденящая кровь информация о ветеринаре, ставшим жертвой бродячих собак. Кроме документов при нем ничего обнаружено не было и по факту произошедшего было возбуждено уголовное дело, которое впрочем так же быстро было прекращено за отсутствием состава преступления. Никому и в голову не могло прийти, что ветеринар мог поплатиться за то, что присвоил чужое имущество. Бродячие собаки будто отомстили ветеринару за боксера, только как они узнали об этом осталось загадкой.

11.10.21 16:55 – 12.10.21 13:54 – 28.10.21 10:53