Восход двух солнц. Глава 23. Дорога в неизвестност

Следующим утром погода выдалась чудесной — солнечной и ясной. Шли долго и тяжело, почти не разговаривая. Иногда Уша останавливалась, сверялась с картой, но Сергей лишь качал головой:

— Здесь карта не поможет. Я иду по отметкам, известным только мне.

На третий день они вышли к берегу небольшой необитаемой речушки. В лесу, недалеко от воды, наткнулись на гигантский колокол, врытый в землю. Едва приблизились, как у Антона остановились электронные часы.

Над землёй виднелась лишь верхушка. Уша прикинула: диаметр — около пяти-шести метров. Она попыталась определить металл. Сергей ковырнул поверхность охотничьим ножом — ни царапины. Попробовал отколоть кусочек. Камень, которым ударил, разлетелся на осколки.

Пройдя ещё метров двести, они увидели второй колокол, частично скрытый в земле. Рядом находилась небольшая приплюснутая арка. Пролезли внутрь и оказались в пустой металлической комнате. Был вечер. Внутри тепло, как летом, снаружи — холодно. Уша предложила заночевать внутри.

Сергей предостерёг:

— Знаю смельчаков, которые после таких ночёвок получили сильное облучение. Больше их не видел. Шаманы говорят: здесь раз в сто лет происходит битва демонов нижнего мира с небесными богатырями.

Уша достала дозиметр. Странно, что вспомнила о нём только сейчас. В другом кармане лежал спящий цилиндр, пока никак себя не проявлявший. Михал Михалыч не раз напоминал ей быть бдительной. Дозиметр показал опасную дозу: сутки в колоколе — и можно заработать лучевую болезнь. Они ушли.

Чем выше поднимались, тем реже становились дебри. Появились карликовые берёзы, идти стало легче. Но растительность поражала размерами. Особенно лопухи, вымахавшие в человеческий рост.

Однажды они наткнулись на гряду гладко отполированных валунов. Уша сфотографировалась на фоне одного, обошла его. Камень излучал тепло.

Самым сложным для неё были ночёвки и комары. Сергей научил, как справляться: ночевали в укрытиях из валежника, мастерски сооружённых проводником. Комаров отгоняли дымом костра и вонючей мазью, которую Антон выпросил у Хасана.

Местность шла в гору. За неделю они поднялись на несколько сотен метров. Температура заметно снизилась. Сергей предупредил: на вершине может быть минус, возможен снег. Уша была рада, что взяла тёплую одежду.

С каждым днём сомнения росли. Зачем она идёт? Мысли путались. Казалось, восхождению не будет конца. Возможно, это была усталость.

На седьмой день, к сумеркам, они вышли на плато. В двухстах метрах возвышалась высокая лиственница — место воздушной могилы шаманки Алысардах. На фоне низкорослых пихт дерево казалось гигантским. Сергей предложил разбить лагерь у двух берёзок. Никто не возражал.

Уша с волнением смотрела на усыпальницу.

— А что висит на ветках? — спросила она.

— Люди приносят дары, просят о своём. Верят: шаманка всё слышит, видит и понимает. У великих шаманов умирает лишь тело. Душа и дух-покровитель живы и могущественны. Это не могила — усыпальница.

Уша вспомнила слова шамана Арчи. Даже на расстоянии она чувствовала мощную энергетику дерева.

Ночью, лёжа в палатке, она ощутила прилив энергии. В кармане впервые запульсировал цилиндр. Выйдя наружу, она достала его. Свет исходил во все стороны. На корпусе появились линии и точки: одна пульсировала красным — это было дерево шаманки. Извилистая линия указывала путь к горе Кен-Кап.

Теперь у неё была светящаяся карта-путеводитель, о которой намекал Михал Михалыч. Он оказался прав.

Цилиндр активизировался ещё сильнее. Он вёл её к дереву. Гигантская лиственница в ночи светилась мягким люминесцентным светом. Подойдя ближе, Уша почувствовала, что она не одна. Их было много. Тайга хранила необъяснимое.

Остановившись у огромного дупла, она вспомнила слова белого шамана. Сняла с шеи зеркало бабушки и повесила диск на ближайшую ветку.