Истории наших вещей. Чашка Въ День Ангела

Большинство женщин становятся тещами либо свекровями, в зависимости от того, кто у них родится: если мальчик — свекровь, если девочка — теща. Так вот, у моей тещи родилась девочка. Но задолго до этого она, теща, сама родилась у своей мамы Степаниды Фоминичны Яцковой в 1907 году в большом селе Александровка Курской губернии.

В честь первенца ее папа Андрей Кириллович Ткаченко  купил в уездном городе Рыльске чашку с блюдцем Кузнецовского фарфорового завода. На чашке выведена надпись «Въ День Ангела», чашка прикрывается крышкой, увенчанной ручкой в виде стилизованного цветка. Цветная роспись с золотом в виде цветов и листьев на всех трех предметах начинается  внизу по светлому фону, переходящему в верху в темно зеленый.

Девочку при крещении нарекли Антониной, а все называли Тосей. В 14 лет мама умерла от туберкулеза, а папа через некоторое время по рекомендации покойной женился на ее подруге  Прасковье Кузьминичне Скитиной,  служившей экономкой в ближайшем поместье.  Аргумент: у нее своих детей нет, значит этих, т. е. Тосю и ее младшего брата Валентина,  будет любить. И еще она очень хорошо готовит.

Но в реальности все пошло не так. Т.е. готовила она хороша, а вот любить не то, что не любила, а была равнодушна к приемным детям. Вскоре пошли и свои : Павел, Петр и Людмила. А Тося их нянчила. Самый возраст погулять, потанцевать, повеселиться. А тут еще Валентин уехал в Москву, хорошо устроился на Киевской железной дороге, стал комсоргом депо станции «Москва-сортировочная» и звал Тосю к себе.

И Тося решилась. Выпросила у отца мамино обручальное кольцо, завернула чашку в свои нехитрые тряпки, уложила мешок и укатила к брату.

Прошли годы. Там же на станции появился новый кладовщик Антон из Белоруссии. И начинается новая жизнь: Антонина Андреевна Ткаченко и Антон Ульянович Романович вступают в законный брак. Но начало новой жизни омрачилось трагедией: первые два ребенка умерли во время родов. Третий ребенок родился благополучно 15 декабря 1938 года в знаменитом роддоме им.Грауэрмана.  Назвали ее Светланой, Светой.

А 22 июня 1941 года у Антонины родился Валентин. Только после этого мама узнала о начале войны. Отец же не увидел сына  -  был мобилизован в железнодорожные войска в подразделение «Ремсвязь».

Через два месяца Тося достает свой мешок, с которым приехала в когда-то в Москву, укладывает чашку, новое зимнее пальто мужа, свои тряпки и отправляется в отчий дом с мешком за плечами. В одной руке младенец двух с половиной  месяцев, в другой — двух с половиной лет Света.

Отчий дом встретил сдержанно. Радовался только Петр (Павел был  на фронте). У Андрея Кирилловича огород, живность,  своя пасека. Не голодали. Тося работала в колхозе, Света нянчила брата (что не вызывало у нее восторга). Все вернулось на круги своя.

А немцы не дремали. Рвались к Александровке. И однажды заявились. И были приятно удивлены: хозяин говорил с ними по-немецки. К тому же внешность у него была чисто арийская. Петр же в это время лежал на печке переодетый в женское платье: молодых ребят угоняли в Германию. Вскоре немцы ушли, пришли свои, и Петра по возрасту мобилизовали.

Так Александровка без боев переходила от наших к немцам, затем снова к нашим. Несколько раз. Как-то немец угостил Свету, белокурую и светлоглазую,  конфетой. А маленькому Вале не дал. Тыкал в его сторону пальцем и говорил «Большевик, большевик». «Большевик»  был смуглым и черноглазым. И очень спокойным, в отца.

Однажды загрохотало, заполыхало на полнеба. Два дня беспрерывно. Уже потом это назвали «Курской дугой».

В 1946 году Антона Ульяновича демобилизовали и он рванул в Александровку. Потрясением для детей стал белый хлеб. Пятилетний малыш клал его на черный и так ел, запивая молоком из маминой чашки, той самой.  Отец вскоре уехал в Москву обустраивать жилье. Им освободили прежние две комнатки, хозяин навел порядок. Все готово, можно ехать за семьей.

Но сына отец не застал. Незадолго до приезда Валя умер: наелся в лесу Волчьих ягод. Похоронил  дед внука в саду. Больше детей не было.

А что же чашка? Ничего. Ждала, когда из нее начнут пить. Первые три года внук Дима все будние дни жил у бабушки Тони. За хорошее поведение она ему разрешала пить из чашки. Дима вырос, и бабушка ему чашку подарила. Вот и все.