Волшебник живёт в каждом!

**(Сцена: Вечер, старая лавка на краю деревни. Дед кряхтя усаживается, доставая трубку и табак». Рядом, болтая ногами, сидит Митяй — маленький, лет пяти, в шортах и в царапинах на коленках. Он сжимает в руке кривую палку, похожую на волшебную).**

**Митяй:** Деда! А я буду волшебником. Вот этой палкой. Я уже пробовал — лягушку хотел в принцессу превр… превр…

**Дед:** (Неспеша набивая трубку) Превратить. Ну и что, вышло?

**Митяй:** (Насупившись) Не-а. Она квакнула и убежала. И палка не светится. Может, у меня магии нет?

**Дед:** (Поджигая трубочку, пускает дымок, который превращается в кольцо) Хм. А кто тебе сказал, что магия — это чтобы палка светилась да лягушки в царевны превращались?

**Митяй:** Ну… в сказках так. И в мультиках. Щёлк — и готово!

**Дед:** (Усмехается) Это не магия, внучек. Это — колдовство. Хитрость. Как фокусник в цирке. А самая главная магия, самая сильная — она тихая. Её даже не видно сразу. Но она есть у каждого человека. Даже у тебя.

**Митяй:** (Широко раскрывая глаза) У меня? А какая?

**Дед:** Магия — уметь любить этот мир таким, какой он есть. Вот прямо сейчас.

**Митяй:** (С недоумением оглядывается) Эту… лавку? И комаров этих? Они же кусаются!

**Дед:** И лавку. И комаров. И то, что солнышко уже спать ушло, и стало темно. И ту тучку, что дождик несёт на огород твоего деда. Волшебник не злится, что мир не такой, как ему в голову пришло. Он его принимает. Гладит по шёрстке, как котёнка, и шепчет: «Всё правильно. Всё так и надо. И то, что я так ощущаю, для того, чтобы против плохого построить суметь хорошее! а не просто со всем согласиться».

**Митяй:** Зачем?

**Дед:** Это очень важно. Видишь ли, есть на свете Самый Главный Волшебник. Творец. Он-то и придумал и зайчика, и шишку, и тебя, и меня. И сделал Он всё не просто так, а чтобы мы стали, как Он. Не чтобы палкой махали, а чтобы сердцем вот этой самой магией владели — магией любви и принятия.

**Митяй:** Значит, Он хотел, чтобы мы тоже были волшебниками?

**Дед:** Именно. Самые главные. А когда мы злимся на дождь или жалеем, что лягушка не принцесса — мы как будто говорим Ему: «Ты, Главный Волшебник, сделал всё криво! Неправильно!» А когда против не нравящегося, требуем - исправь нас так, чтобы мы были как Ты - чтобы видели, что плохое нам для того, чтобы против него - хорошее научилсиь строить друг другу. И тогда мы Ему подмигиваем и говорим: «Спасибо, я понял замысел. Всё чудесно». Мы Его **оправдываем**. И сами становимся чуточку на Него похожи. Вот это и есть настоящее волшебство. От него и трава зеленее, и ягоды слаще, и сердце… широкое-широкое, всем места хватает.

**Митяй:** (Задумчиво вертит в руках свою палку) А… а как этому научиться? С заклинанием каким?

**Дед:** (Легонько стучит трубкой по его палке) Брось свою дубину. Вот смотри. Видишь, муравей по тебе ползёт? Не дави его. Посмотри, какой он спешный, деловитый. Подумай, куда он торопится. Вот уже и магия пошла — ты его **понял**. А не победил. Вот и всё заклинание.

**(Митяй замирает, разглядывая муравья на своей руке. Он не смахивает его. Его лицо озаряется тихим, сосредоточенным удивлением).**

**Митяй:** Он… к своим деткам торопится?

**Дед:** (Довольно кивает, и в глазах его вспыхивает огонёк, похожий на отдалённую звезду) Ну вот. Видишь? Ты уже начал. Самый младший и самый важный волшебник на свете.

**(Они сидят в тишине. Митяй уже не смотрит на свою палку. Он смотрит на мир вокруг — на тени, на светлячка, на тучу. И кажется, что этот мир, почувствовав его новый, робкий взгляд, становится чуть глубже, чуть таинственней и добрее. Просто потому, что один маленький человек решил его не переделывать, не получить его себе, а любить - уметь себя ему отдавать).**