Мольфар

В ту ночь горы не спали. Из ущелий тянуло густым туманом. Там, где острые пики Карпат уходили в тяжёлые тучи, стояла гулкая, тревожная тишина.

Старый Олекса стоял на самом краю обрыва. Грубое сукно закрывало его от холода, и издали он почти сливался со скалой. В руке старик сжимал громовицу — нож, вытесанный из щепы древней ели, в которую когда-то ударила молния. После этого дерево считалось особенным: говорили, что оно запомнило небесный огонь.

— Идёшь... — прошептал Олекса.

С запада надвигалась чёрная стена туч. Это была не обычная гроза. Вода могла хлынуть в долину, превратить ручьи в бурные потоки и смыть всё, что окажется на их пути.

Олекса поднял громовицу. Кончик ножа слабо засветился голубоватым светом.

Старик начал «вязать» небо. Пальцы двигались в воздухе, будто он действительно затягивал невидимые узлы. Губы шептали слова на старом наречии, которого давно никто не понимал.

Мольфар не пытался остановить бурю. Он направлял её.

— Обойди, — сказал он тучам. — Не сюда. Здесь нельзя.

Молния вспыхнула совсем рядом и на мгновение осветила его лицо. Глубокие морщины, седая борода, усталые глаза.

Олекса давно привык к тому, что люди не понимают его. В селе его уважали, иногда боялись, но редко приходили просто поговорить. Слишком уж много было у мольфара дел, о которых лучше не спрашивать.

В сумке у него лежала мольфа — заговорённый камень, обмотанный овечьей шерстью. Камень был тёплым, почти горячим. Олекса нащупал его рукой и крепче сжал громовицу.

Буря подошла к пику.

Олекса сделал последний узел.

Гром раскатился над ущельем, но дождь внезапно хлынул в сторону. Грозовой фронт начал обходить гору, уходя к каменистым пустошам, где не было ни домов, ни людей.

Олекса опустил руку. Громовица снова стала обычным куском старого дерева.

Вокруг постепенно стихало. Остался только ветер, шуршавший в траве.

Олекса постоял ещё немного и пошёл к своей хижине.

Утром в селе скажут, что гроза чудом прошла стороной. Кто-то вспомнит старого мольфара, но никто не станет искать его следов.

А Олекса уже будет сидеть у печи и сушить мокрую одежду.

До следующей грозы.