Домик на лебедином острове. Глава 6

Спал я плохо, беспокойно и на следующее утро проснулся поздно, когда рассвело.

Выйдя в гостиную, я понял, что все уже позавтракали - Жанна убирала тарелки.

На мой вопрос "Где Борис?" Жанна ответила, что Борис с Анной только что отправились за лыжами в лебединый домик. А Ирэн с Мариной решились убрать снег перед домом.

Наспех позавтракав омлетом и кофе, я решил присоединиться к ним. Если бы не белый ковёр на террасе с его жутким содержимым, можно было подумать, что компания друзей собралась провести уикенд за городом.

Я взял лопату у Ирэн и проторил дорожку к машине Бориса, расчистил снег вокруг неё, а затем зачем то расчистил дорожку к озеру.

Ещё издали я увидел, что два лыжника направляются в мою сторону. И через пару минут я уже приветствовал их.

Разгорячённые быстрым бегом оба лыжника, казалось, лучились счастьем. Они сняли лыжи, воткнули их в сугроб перед домом и пригласили всех пить чай, чтобы согреться и отдохнуть.

Пили чай на кухне. Кто сидел за маленьким столом, кто стоял. Жанна выложила на большой поднос печенье. Свежее морозное утро и горячий напиток с лесными, собранными и засушенными ещё летом травами и ягодами, всех приободрили.

Борис с Анной решили на лыжах добраться до посёлка. Я как мог, обозначил им направление, нарисовав на тетрадном листке карту. На всякий случай мы собрали им немного еды в дорогу - термос с чаем и печенье.

После их ухода, оставшись в сугубо женской компании, я решился расспросить Жанну о всех подробностях семейной жизни Дарьи. Единственной моей целью было выяснить, не было ли у Дарьи причин покончить с жизнью. Или всё-таки она могла желать отравить нотариуса, чтобы скрыть второе завещание.

Мы с Ирэн отправились на кухню, где Жанна уже убрала посуду и начала готовить обед. Марина, уставшая с непривычки убирать снег лопатой на свежем воздухе, захотела вдруг спать и пошла на второй этаж в свою комнату.

Жанна мало что могла добавить к сказанному уже Ирэн. Да, Дарья была подавлена и не знала, что делать. Она чувствовала вину за смерть мужа.

От Максимки она отдалилась уже давно. Он тяготил её, она чувствовала себя по-прежнему молодой и желанной, а сын-инвалид нарушал её реноме.

Но покончить с собой? Это вряд ли. И как она могла отравить всё вино? Ведь его мог выпить кто угодно. Не хотела же она отравить всех, включая Бориса. Скорее Борис мог бы отравить всех.

- Но он же приехал позже всех, а бутылку Ирэн взяла до его прихода, - возразил я.

- Да, но он мог дать эти бутылки Дарье ещё в городе, а она привезла их и поставила в буфет, - Ирэн снова, будто оправдываясь, торопливо стала предполагать возможные действия Бориса, - И зачем ему Дарья, он молодой красивый. Он даже по-моему не расстроился из-за её гибели. Сейчас вон с Анной укатил радостно.

- Ирэн, прекрати, пожалуйста. Давайте не будем друг друга упрекать ни в чём, а то...

Я замолчал и начал помогать Жанне чистить картофель.

Борис с Анной вернулись через час. Немного замёрзшие, все в снегу они рассказали, что в посёлке нет никого, и связи тоже нет.

Через час обед был готов. Мы собрались за столом в гостиной и стали обсуждать план действий.

Если в ближайшее время нас не откопают, надо искать способ дать о себе знать, но как? Анна предложила поджечь лес, но все сразу высказались неодобрительно.

- В доме есть ружьё, можно сделать несколько выстрелов, может нас кто-нибудь услышит? - предложил я, но это тоже отклонили. Кто пойдёт на выстрелы? Подумают, что это охотники.

- Можно залезть на большую пихту, которая перед домом стоит. Может удастся поймать сигнал, - Борис, не сомневаясь, что это предстоит сделать ему, окинул нас самоуверенным взглядом.

Я пожал плечами. Попробовать можно, если это получится сделать.

Пообедали. Борис попросил для себя одежду и обувь попроще и понадёжнее. Мы все отправились на поиски снаряжения.

Через полчаса в гостиной перед Борисом возвышалась целая куча курток, шапок, носков. Борис выбрал себе видавшую виды кожаную куртку, подбитую мехом, кожаные же штаны и унты. Этот экстравагантный вид дополнила белая лыжная шапочка и старые красные вязаные варежки. Вдобавок Ирэн протянула Борису длинный разноцветный шарф (может пригодится).

Борис, внешним видом теперь напоминавший клоуна, вышел во двор, сопровождаемый шумной компанией.

Высота столетней пихты достигала метров двадцати пяти. Бориса я сразу зауважал. Сам бы я ни за что не решился бы залезть на неё, высоты я боялся с детства.

Борис с лёгкостью преодолел первые десять метров. Связи не было. Дальше он поднимался осторожнее, дерево становилось тоньше. Под ногами у него всё чаще и чаще отламывались с жутким треском веточки.

Связи всё не было. Ирэн крикнула: "Давай ещё чуть-чуть повыше. Еще метр-два можно!". До вершины оставалось совсем немного, когда Борис закричал: "Есть связь!". Мы еле слышали, что он разговаривал, но не поняли, что он именно говорил.

Мы стояли и улыбались. Наконец! Мы спасены! И в тот самый момент, когда надежда озарила нас радостью, раздался леденящий душу треск. Большая ветка под Борисом надломилась, и он своим большим весом обрушился вниз, пытаясь цепляться и вместо этого ломая сухие ветки.

Разноцветный шарф зацепился за какой то сучок. И через мгновение всё было кончено. Ветки скрыли от нас произошедшее. Звенящую тишину разорвал визг Жанны. А потом она упала в обморок.